240 лет...

То время было тёмное, то время было страшное... Уже почти полтора столетия кровавый смерч бесчинствует над Русью, о результатах которого можно судить по тысячам погибших и уведённых в плен, по разорённым городам, да сожжённым хозяйствам. Каждый случайный путник, проходящий через русские земли, ужасался открывшейся ему картине: бесчисленные головы и кости мёртвых людей, лежащие на поле - это всё останки бунтовщиков и невольных участников. Но было у этого раздробленного государства определённое предназначение... Для Западной Европы Русь в эпоху «Батыева разорения» стала своего рода щитом, когда сама же она истекала кровью. Её невообразимые равнины поглотили силу монголов и остановили их нашествие на самом краю Европы. Варвары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Русь и возвратились на степи своего востока. Неизвестно, что руководило монголами при принятии такого решения: интуиция или случай, но в конечном счёте образующееся просвещение было спасено растерзанной и издыхающей Русью... Постоянные выплаты дани, когда казалось, что и брать уже нечего, неурожайные годы... Люди едва сводили концы с концами и жили впроголодь. И единственной их целью было - выжить в это смутное время. Иван печальным взором окинул своих детей, которые часами возились в поле и под вечер, совершенно изнурённые, мигом засыпали, лишь дойдя до дома. Он не мог облегчить их участь, но и бездействовать было выше его сил. Зачастую приходилось лично просить скот и оборудование для обработки земель, а также отсрочку времени выплаты дани, стоя на коленях перед господином. Не редкостью были и набеги на ближайших соседей. Что уж там говорить о положении, если само воплощение страны, да и некоторые добродушные князья малозначимых княжеств наравне с простым людом не покладая рук работали? Вот Русь и пытался их подбадривать как мог: - Держитесь, братцы! Пока мы живём, не пройдут монголы дальше! Радуйтесь, что никто более столько бед не испытает, и Бог вас за это поблагодарит, - пылкие речи мальчишки по обыкновению сплачивали и вдохновляли сердца людей общей верой, заставляли внимать такому родному голосу Родины, улыбаться в ответ на его простодушную улыбку и держаться на ногах на радость природного упрямства, которого им было не занимать. Ибо где это видано, чтоб русский человек сдавался? Не будет вражине такой радости! И шли вперёд годы... Медленно, но верно восстанавливалась города, расширялась торговля, возрождали своё ремесло мастера-кузнецы. Общество тоже менялось: появились богатые помещики, произошло закрепощение крестьян, и никакое чужое вмешательство не могло помешать этому процессу. Развивались, усиливались связи между княжествами, стали тянуться они друг к другу как магниты, а трудности и помехи в торговых делах лишь поспособствовали этому. На этом положительном фоне недовольства народных масс, быстрыми темпами набиравших обороты, всё усиливались... Недолго уже Игу пировать!

***

Когда-то давным давно был построен небольшой городок... Впервые о нём упомянули в 1147 году. Но только, кто мог тогда знать, что это самое захудалое княжество на Руси когда-нибудь выйдет на политическую арену и, более того, станет центром объединения земель русских? Вот и Ваня не знал, когда посещал с сёстрами ещё только строящуюся деревеньку... - Подожди, сестрёнка! - рус споткнулся об палку и, всё же удержав равновесие, побежал вдогонку за Ольгой. Украина всегда была бойкой и жизнерадостной девушкой, для которой воля и забота о ближних были на первом месте. Смотревшая на своих старших брата и сестру, играющих в догонялки, Наталья тепло улыбнулась и продолжила плести цветочный венок. Обычно маленькая Беларусь предпочитала спокойное времяпрепровождения шумной игре, но и она время от времени любила побегать на свежем воздухе. А пока что, Оля и Ваня весело хохотали и носились по всему полю, радуясь приезду в столь прекрасное место. - Эй, только поглядите на это! - Украина подошла немного ближе к обрыву, с которого была видна воистину прекрасная картина: солнце весело играло на склонах, заставляя траву поблёскивать под его лучами, многочисленные цветы уже распустились, радуя глаз всякому зрителю, а чуть пониже во всю кипело строительство домов и церквей, где сотня людей создавали себе новый город. Обычно зимой здесь было крайне холодно, да и место для стройки неудачное, но кого волнуют такие мелочи, когда поблизости есть столь красивая природа? Дети смотрели на это, раскрыв рты, а вскоре подошедшая к ним Наташка тих произнесла: - Красиво... - и обняла столь любимых брата и сестру. - Братец, а как этот город называться-то будет? - спросила Оля, поднимая сестру на руки. - Хм... - Ваня ненадолго задумался, вспоминая, что ему говорил один из правителей, и вдруг звонко проговорил: - Вспомнил, Москва! Теперь это светлое воспоминание кажется таким далёким, но оно греет души Руси и по сей день. Он очень скучает по своим сестрёнкам и, когда ему выпадает довольно редкая возможность навестить их, радуется всей душой. Но Ваня и предположить не мог, что когда-нибудь они разделятся...

***

- Мальчик, что у тебя там творится? - хриплый голос Улуса отвлёк Ивана от размышлений, отчего славянин пару раз встряхнул головой и вопросительно уставился на Орду. - Не делай вид, что не понял, о чём я. - Если вы о том, что я задержался с визитом, то у меня была причина, - уклончиво ответил Иван, виновато склонив голову. Орда недоверчиво на него глянул, но всё же промолчал. Визитов его уруса и вправду стало заметно меньше, а всё потому, что русские князья устроили очередную авантюру, требующую участия воплощения государства. И сколько бы монгол не угрожал Руси расправой, изменить этого он не мог. Да и вот незадача - в самой Орде тоже творилось чёрте что в последнее время. Но Улус, как опытный стратег, понимал, что, если сейчас ослабить хватку, то можно упустить всё. Именно по этой причине он всё чаще призывал Русь к себе, держа за ошейник поближе и не выказывая перед рабом ни единой слабости. Но Иван чувствовал, что что-то изменилось. Он подрос на пару сантиметров, стал более уверено вести себя при разговоре с господином и, самое главное, славянин наконец почувствовал в себе тот прилив сил, который не могли заглушить ни розги, ни издевательства, ни внутренние сомнения. - Нда? И какая же? - Джучи притянул к себе Русь и поцеловал того в губы, заставляя парня заметно покраснеть. - Господин Орда, вы же и сами знаете, что делают ваши ханы на моей земле, - Иван немного отстранился и, ловя насмешливый взгляд, продолжил: - И теперь с вашей лёгкой руки у князей взыграла гордость. Речь шла о разгоревшейся борьбе между княжествами за первенство на Руси. А именно о том, какое княжество возглавит процесс объединения русских земель. Наиболее сильными кандидатами стали: Тверское, Московское, Суздальское, Нижегородское и Рязанское. И всё же, как бы их правители не старались, главным оставалось Владимирское великое княжество, правитель которого, получив ярлык на княжение от золотоордынского хана, получал верховную власть над всеми княжествами северо-востока и северо-запада. Но если не обращать внимания на эту внутреннюю борьбу, можно смело сказать, что все княжества вполне себе неплохо сотрудничали между собой - они постоянно заключали договоры: о границах, торговле, решении спорных дел, выдаче беглых крестьян и холопов, о взаимной военной помощи, общей линии во внешних делах. Но никто не отменял споры и усобицы между правителями, ведь нарушения договоров и взаимные нападения были явлением постоянным. Недоразумения между ними нередко улаживали с помощью старших или нейтральных князей и духовных владык. Здесь, пожалуй, стоит упомянуть, что особое влияние приобрело духовенство. При отсутствии государственного единства церковь имела весьма важное значение - она как бы собирала воедино помыслы и стремления русских людей, отделенных друг от друга границами княжеств и нередко враждовавших между собой. В связи с этим положением дел Иван всё чаще вынужден был присутствовать при дворе, хотя не сказать, чтобы он был против этого... Ведь теперь он стал проводить гораздо меньше времени у Орды. - Что-то ты не выглядишь особо опечаленным, - оскалился Улус. - Что взгляд воротишь? Иль не так? Знаю я тебя как облупленного, сбежишь же при первой возможности, - он резко дёрнул цепь на себя с такой силой, что Русь не удержался на ногах и повалился на пол прямо к ногам монгола. - Ты это не думай, что разговор окончен. Просто везёт тебе в последнее время - дел много. Но смотри, - он наклонился к уху вмиг насторожившегося славянина и произнёс: - если узнаю, что против меня выступать будешь иль ещё раз сбежать решишь, то... - он перешёл на шёпот, но с каждым новым словом лицо руса стремительно искажалось испугом. - Думаю, что мы друг друга поняли. Так что не испытывай моё терпение, мой мальчик.

***

Новый князь определённо не нравился Ивану, чего не скажешь об Улусе, который посчитал его весьма толковым и предусмотрительным парнем - умел тот хорошо вертеться, да этим и наживался, даже посоветовал русу брать с него пример, на что ему многозначительно фыркнули. Но, наверное, стоит рассказать обо всё по порядку. Знакомьтесь, Иван Данилович Калита́ - новый князь Московский, а позже Великий князь Владимирский. Все эти годы на Руси царило «смятение»: города и села грабили и выжигали ордынские и свои же русские отряды. Иван Данилович старательно расширял свои владения. Он прикупал, присоединял с помощью династических браков, захватывал новые земли. В Орде он вел себя смиренно и льстиво, не скупился на подарки хану и его женам, князьям и мурзам. При Иване Калите сбор дани Орда уже полностью передала русским князьям. Московский князь исправно доставлял положенный «выход» в Сарай, выколачивая его с подданных. Нередко бродил по княжествам один занятный слушок, который утверждал, что все излишки надёжно хранятся в его кремлевских подвалах. Но были в его правлении и плюсы. Ивану Калите покорились князья ростовские, галицкий, белоозерский, угличский. Прекратились ордынские погромы, настало время, которое люди назвали - «тишиной великой». И христиане наконец смогли хоть немного отдохнуть от многих тягот и насилия татар. И ничего уж говорить, что всё это способствовало хозяйственному развитию и росту населения во всех русских землях, и, прежде всего, в московских. Так что, самым страшным событием того периода было лишь восстание в Твери в 1327 году, после которого великое княжение владимирское было разделено на две части. При правлении Ивана Калиты Московское княжество наиболее продвинулось вперёд, и теперь оно нос к носу с Тверским спешит к лидерству на Руси. И казалось бы, что теперь можно было выдохнуть спокойно, но как бы не так! Ведь на горизонте весьма внезапно замаячил новый враг...

***

Тем временем, на Западе тоже приключилось не мало... Немецкие рыцари, всё чаще совершающие крестовые походы на Прибалтику, вскоре были вынуждены отступить. До недавнего времени Литовское княжество не представляло собой ничего особенного, однако, при их новом правителе - Ольгерде земли этого государства многократно возросли. Теперь княжество Литовское простиралась от Балтики до Причерноморских степей и являлось для жителей Западной Руси естественным центром сопротивления традиционным противникам — Золотой Орде и Тевтонскому Ордену. Об этом княжестве речь далече и пойдёт, ибо далеко не самую последнюю роль оно сыграет... - Сдавайтесь! - Торис умело перехватил в руках меч, готовясь вступить в бой в случае отказа. Облачённая в лёгкие доспехи Украина тоже выставила перед собой большой булатный меч. Было видно, что она еле его удерживает, но её ярость во взгляде говорила об обратном. Чуть поодаль с таким же испепеляющим взглядом стояла Беларусь, натягивая тетиву. Почему-то именно в этот момент Литве показалось, что он их где-то видел... - Назови хоть одну причину для этого, нехристь! - отважно прокричала Ольга, и Наталья согласно кивнула. Торис было уже сделал шаг назад от такого настроя девушек, но, вовремя вспомнив, зачем он здесь, твёрдо встал перед ними. - Ну, хотя бы то, что я могу избавить вас от контроля Золотой Орды, должно повлиять на ваше решение, - заметив задумчивый взгляд, парень продолжил: - Да, я нарушил ваши границы, но лишь для того, чтобы предложить вам лучшую жизнь. Так что мы все можем отделаться малой кровью. - Откуда нам знать, что ты не лжёшь? - с недоверием посмотрела на него Украина. - Моё государство недавно обрело большое влияние, и теперь у меня достаточно сил, чтобы, если уж и не воевать, то хотя бы не сдавать всех позиций монголам. - А братику поможешь? - внезапно спросила до того молчавшая Беларусь. Ольга всерьёз задумалась над предложением. - Твой брат - это воплощение Северо-Восточной Руси, верно? - Торис тут же вспомнил, кого ему напомнили эти двое. Если присмотреться, то с лёгкостью можно найти сходства во внешности и обычаях. Перед глазами предстал тот пепельноволосый мальчишка в забавной шапочке и потрёпанной одёжке. - Да, - Наталья кивнула. - Так поможешь? - Сделаю, что смогу, но я жду вперёд ответа, - две пары глаз вопросительно уставились на Ольгу, и после минутного молчания она ответила: - В одиночку мы не справимся... Мы переходим под твоё подданство. Результатом монголо-татарского нашествия и установившегося ига стало то, что дальнейшее развитие отдельных русских княжеств пошло различными путями... Западнорусские земли не смогли противостоять натиску возникшего в XIII в. Литовского государства. В XIV-XV вв. они оказались в составе Великого княжества Литовского, к которому отошёл и Киев. Не смогли сохранить независимость и земли Юго-Западной Руси. Владения потомков Даниила Галицкого были поделены в середине XIV в. между Литвой и Польшей. Лишь в Северо-Восточной и Северо-Западной Руси продолжали существовать самостоятельные княжества, находившиеся, однако, в вассальной зависимости от Золотой Орды...

***

Особое место в политике Ольгерда занимала борьба с Московским княжеством, которое стремилось к господству в Северо-Восточной Руси, в том числе помогая Кашинскому княжеству добиться независимости от Тверского княжества. Москве пришлось отбивать нападения литовских войск. Трижды, с интервалом в два года... Московское княжество. 1372 год. - Идут! - паренёк, стоявший на карауле, в одно мгновение поднял мощную волну действий со стороны местно ополчения. - Закрывайте ворота! - Русь в полной боевой готовности бегал от пункта к пункту, руководя действиями своих людей, которые уже около недели готовились к новой осаде. В 1368 году это было действительно неожиданно. После того предложения, что сделал тогда Торис русу, славянин даже и подумать не мог о том, что всё так обернётся... Несколько лет назад Иван узнал о решении его сестёр и потому тут же к ним наведался. Там он и встретил того весьма повзрослевшего путника в зимнем лесу. Тот заметно вытянулся, теперь он был на голову выше Ивана, стал носить богатые одежды и излучать особую ауру власти, чего уж точно не было у того паренька с собачкой. И лишь неуверенность в зелёных глазах, которую можно заметить невооружённым глазом, выдавала его с головой. Русь же появился на пороге княжества Литовского совсем уж не ко двору: хилый с виду мальчишка весь в синяках, да ссадинах, в более или менее целой тёплой одёжде и с весьма уставшим видом. Ваня с явным смущением озирался по сторонам, извиняясь перед каждым, с кем случайно столкнулся, и взглядом выискивал хоть одну знакомую фигуру. Ровно до тех пор, пока его внезапно не схватили за руку. Русь уже было хотел врезать этому кому-то, но резко остановился - перед ним стоял Литва собственной персоной, призывающий его к молчанию. Иван кивнул и позволил себя увести в зал для переговоров. Усадив своего гостя в кресло и сев в противоположное, Торис начал: - Иван, верно? - Ваня отвлёкся от созерцания картин на стенах, которые он видел разве что в церкви - единственном месте, где хоть что-то сохранилось нетронутым татарами, и с улыбкой качнул головой. - Мне рассказали о тебе сёстры, - быстро зачем-то добавил Литва. - Угу, я за этим и пришёл. Когда я смогу их увидеть? - Иван прервал заранее заготовленную речь и теперь вопросительно смотрел на собеседника. - Я говорил им о твоём визите. Так что они скоро прибудут сюда вместе с Польшей, - при упоминании двоюродного брата Иван немного склонил голову набок с немым вопросом: "А лях, что тут забыл?" - Не волнуйся, я хочу предложить тебе сделку. Думаю, что она будет тебе выгодна в твоём... эм, незавидном положении, - Торис смутился и потупил взгляд в пол. - В незавидном? - Русь мрачно улыбнулся, смотря на стол, где удобно расположились какие-то документы. - Пожалуй вы правы, господин Литва. Быть окружённым с двух сторон весьма влиятельными государствами и вправду несколько затруднительно. - Иван, послушай! - видя, что его гость начал стремительно погружаться в свои думы, Торис вскочил со своего место и встряхнул руса за плечи, возвращая его к разговору. - Думаю, что ещё можно всё исправить... - Как? - Ваня поднял на него полные боли аметистовые глаза и внезапно перешёл на крик: - Я раб, моих сестёр забрали, уже бесчисленное число жизней моих детей было отдано монголам, а остальные соседи так и норовят что-нибудь себе заграбастать от моих земель! Я зажат с двух с Запада и Востока, а мои князья погрязли в междоусобицах! О свободе и походах можно только мечтать, а только-только возрождающиеся экономика и традиционный жизненный уклад может рухнуть в любой момент! - рус тяжело выдохнул и посмотрел на вмиг остолбеневшего парня. - Прости, я не должен был скидывать на тебя свои проблемы, - славянин за считанные секунды покрылся милым румянцем до ушей и виновато улыбнулся. - Я... я не знаю, что и сказать, - наконец выдохнул Литва, стараясь не пересекаться взглядом с Русью. Весь разговор летел к чертям, ибо подобрать нужные слова сейчас не предоставлялось возможным. Вместо этого он поступил по-другому: подняв на себя лицо славянина, он мягко дотронулся его губ своими и успокаивающе погладил его по голове. Ваня расслабился под ласками. Определённо, тот ему чем-то нравился, только бы знать ещё чем... - Думаю, я смогу защитить и себя, и тебя от Орды, если мы станем едины, как и твои сёстры. Соглашайся, ты мне помогать будешь, а я тебя защищу, - остановившись, проговорил Литва. Русь задумался и вскоре ответил: - Надо мной и так слишком много господ. И если я соглашусь, то точно исчезну... - Ваня рукой скрыл чересчур заалевшие щёки и продолжил: - А я пообещал защищать земли матушки. - Но... - договорить Литве не дали появившиеся словно из ниоткуда Украина и Беларусь, которые одновременно с взволнованным: "Братик!" кинулись к Ивану на шею. Глядя на их счастливые лица, Торис на какое-то время и забыл о всех своих планах, искренне умиляясь такой воистину тёплой семейной картине. А в каком только шоке он пребывал, когда с примерно такой же громкостью в комнату ввалился ещё и Феликс с криком: "Как жизнь, Януш?" тоже навалился сверху на всю троицу. И не понять же этих славян: то грызутся, то с объятиями кидаются... Иван тряхнул головой, отгоняя наваждение, и взобрался на крепкую стену своей новой столицы. К слову, в тот день он таки смог договориться с Литвой о посещении сестёр, но то его последнее предложение не давало парню покоя и по сей день. Он снова и снова как-будто вновь ощущал тот поцелуй, крепкие руки на своих плечах, уверенный в своих словах голос... Как же он хотел поверить в искренность тех слов, как и его мать когда-то своим возможным союзникам! Но те визиты, последующие после отказа Руси, в 1368 и 1370 приводили его обратно в чувства. «Литовщина» подкатывалась к Москве, уже в третий раз осаждая город на несколько месяцев. Но не для того княжество Московское в течение года так упорно возводило вокруг города надёжную защиту из белого камня, первую за всю историю Северо-Восточной Руси, чтобы после всего этого без боя сдастся! Стены всё выдержат, люди тоже не менее выносливы, так что Родину сдавать никто не был намерен. Град стрел и поток кипячённой воды вновь упал на противников, решившихся на ещё один штурм, и вновь Русь и Литва смотрели друг другу в глаза, ведя молчаливый диалог... События на месте тоже не стояли... За год до этого, в 1371 году на стороне тверского князя выступил добившийся лидерства в Золотой Орде Мамай, примерно в то же время возобновились выплаты дани в Орду с южнорусских земель, подчинённых Литве. А в 1372 году Ольгерд, после очередной провалившейся засады, всё-таки заключил мир с Дмитрием Московским. Однако договор их просуществовал недолго... В последние годы своего правления Ольгерд утратил контроль над восточными землями княжества и, прежде всего, Брянском и Смоленском, склонившимися к союзу с Москвой, в том числе и против Орды, с которым их связывала давняя договорённость...

***

Постепенно Москва и другие русские княжества переходили к своей самой основной задаче - к противостоянию Орде... Иван всем сердцем чувствовал, что лучшего момента ему не предоставится более, и потому активно поддерживал инициативность своих князей. Душа рвалась вперёд, кровь в жилах кипела - люди жаждут долгожданной свободы... Много незначительных побед русских войск, наподобие произошедшего в 1365 году: когда рязанские князья разгромили войско ордынского князя, который в отместку сжёг Рязань, но, когда возвращался с награбленным имуществом, его настигли в степи рязанцы, и в конечном счёте ожесточённое сражение закончилось их победой; лишь разжигали и без того немалых размеров костёр... Улус, конечно же, был в курсе тайных махинаций за его спиной... Но сделать ничего особо и не мог - в Золотой Орде началась «великая замятия» - кровавые междоусобицы, свидетельствовавшие о вступлении этого государства в период раздробленности. Будто бы карма его нагнала, язычника старого... За все грехи теперь поплатится. А самое забавное, от кого он расплату-то принял? От своих же приёмных сыновей, которые-то и пожить не успели, а уже из кожи вон лезут, чтобы свергнуть отца и стать самостоятельным государствами... Глупцы, разберут вас поодиночке! Увидите совсем скоро... А пока ожесточённая борьба ослабила Орду, и подвластные ей народы начали расправлять плечи... - Надеюсь, что ты понимаешь, что я забираю лишь то, что по праву принадлежит мне, ару, - Китай ногой придавил поверженного Орду. - Хех, долго же ты собирался, - Улус оскалился, зажимая рукой зияющую рану. - Но я так понимаю, что убивать ты меня сейчас не собираешься? - Нет, ару, - Яо отошёл от монгола и развернулся, собираясь уже уходить, как вдруг услышал продолжение монолога Джучи: - И правильно. Ты прекрасно знаешь, что у тебя сейчас не хватит сил более, чем на некоторое время, остановить меня. Что поделать, раны уж у меня заживают как на собаке... - Ты просто больной человек, ару. Все эти твои высказывания о том, что счастье в боли своего врага... Ты сам себя уничтожишь! Все, кому ты причинил столько боли, вернут тебе её в двойном размере, ару! - Ван вновь повернулся к нему для нравоучительной речи. Хоть он и выглядел намного моложе Орды и действительно сильно уступает тому в боевой мощи, но не стоит забывать, что Китай всё-таки старше и мудрее. - Чувствую, что когда-нибудь из всех моих многочисленных недоброжелателей глотку мне перережет именно мой милый мальчик, - внезапно тихо пробормотал монгол. Яо недоумённо на него глянул, а потом, поняв, кого Орда имеет ввиду, также негромко проговорил: - Ты так спокойно об этом говоришь, ару... - Если бы ты видел его глаза тогда... - Улус ухмыльнулся и замолк на пару секунд, а затем закончил: - Это неизбежно. Ведь это я его всему обучил.