Рыжая

Нарцисса любила августовские вечера. Когда после раскаленного дня приходила долгожданная прохлада, женщина покидала гулкие коридоры менора и выходила в разбитый под окнами дома парк или на балкон, где оставалась до самой ночи. Иногда к ней присоединялся Люциус, реже — Драко. Одновременно они появлялись считанные разы, стараясь проявлять такт и не мешать общению друг друга с женой и матерью. Нарцисса, которой доставляло удовольствие семейное времяпрепровождение, была уверена в их абсолютной бестактности. Этим вечером — необычно поздним для разговоров — компанию ей составил Люциус. Оставив мантию в доме, он вышел на широкий балкон в брюках и легкой рубашке, держа в руках едва начатую бутылку красного вина и пару бокалов. Нарцисса прикрыла томик Маркеса, придерживая страницы пальцем. Ее взгляд задержался на бокалах, — они были для белого вина, — рубашке и, наконец, на волосах мужа, против обыкновения убранных в не слишком опрятный хвост, из которого уже выбились передние пряди, и потеплел. Когда-то давно — целую вечность назад, быть может — молодая Нарцисса Блэк выходила замуж именно за этого человека, простого и элегантного в своей домашней небрежности. — Итак, сегодня мы попираем традиции. Моя мама была бы в ярости, как и твоя, — с блаженной улыбкой заметила она, следя за тем, как Люциус ставит бутылку с бокалами на низкий деревянный столик, и подставляя лоб целомудренному поцелую. — У нас сегодня праздник? — У нас сегодня просто хороший вечер, — несколько устало усмехнулся Люциус, с нескрываемым наслаждением разливая красное вино по бокалам для белого. — Тебе не писала мисс Поттер? Как она поживает? Нарцисса проследила за тем, как мужчина опустился в стоящее рядом плетеное кресло, подхватила бокал вина и задумчиво всмотрелась в уже потемневшее небо. Вопросы про мисс Поттер были стандартными — Люциус спрашивал о девочке ровно раз в три дня. Эта привычка появилась у него после того, как дневник Темного Лорда попал в руки аврорату. Нарцисса хорошо помнила тот день. Люциус метался по кабинету, вцепившись в волосы одной рукой и беспорядочно хватаясь за вещи второй. Его и так бледное лицо совсем побелело. — Все пропало, — повторял он, в очередной раз проходя мимо устроившейся в кресле Нарциссы. Та провожала его взволнованным взглядом. — Теперь все пропало. Он убьет нас, понимаешь? Он нас убьет! — сорвавшись на крик, Люциус запустил попавшуюся под руку чернильницу в стену и тяжело опустился на пол, как будто бы ноги перестали держать тело. — Нам конец, понимаешь? Нарцисса с трудом удержалась от того, чтобы не соскользнуть на ковер и не прижаться к плечу мужа. Вместо этого она вцепилась в подлокотники так, что костяшки побелели, и осталась на месте. — Что ты сделал, Люциус? — спросила Нарцисса, не узнавая собственного голоса. — Я идиот, Цисси, — прошелестел он, глядя на расползавшееся по обоям темное пятно. — Я нас погубил. Нарцисса вздрогнула и напряглась. Боль в мгновенно затекших от напряжения пальцах помогала мыслить трезво. — Что ты сделал? — повторила она вопрос. — Я отдал темный артефакт дочери Артура Уизли. Его нашел Невилл Лонгботтом и написал об этом своей бабушке. Августа сразу поняла, что к чему, и теперь этот артефакт в министерстве, — все это Люциус пробормотал себе под нос, не вкладывая в слова ни капли эмоции. — Что за артефакт? — Дневник. Темный Лорд случайно забыл в нашей библиотеке дневник. Я нашел его какое-то время назад, когда проверял, все ли спрятал, перед обыском. Пустая тетрадь некого Тома Реддла со слабенькими, но хитрыми чарами — пишущий в ней доверяет этой тетради все свои секреты и везде таскает ее с собой. Неприятная штука, но не смертельная. Я подкинул ее дочери Артура Уизли, пока мы были на Косой Аллее. Но почему-то эта тетрадь оказалась у Лонгботтома, а тот уже сообщил своей бабке. Августа примчалась в Хогвартс, дневник отдали аврорам. Оказалось, что на нем какие-то трудноопределимые темные чары, его забрали в Отдел Тайн даже. Я идиот, Цисси, нам конец. — Да, ты идиот, — машинально подтвердила Нарцисса, лихорадочно соображая. — Можно ли определить, что этот дневник был в твоих руках? — Не думаю, — Люциус качнул головой и уронил ее на руки, опираясь локтями на колени. — Слишком много времени прошло, магия развеялась. — Можно ли определить, что это вещь Лорда? — Не знаю, — отозвался Люциус, не поднимая взгляда. Оба замолчали. Они сидели в тишине, пока часы в гостиной не пробили два ночи — их удары едва донеслись до кабинета, но этого хватило, чтобы Нарцисса несколько раз быстро моргнула и нахмурилась. — Если на тетради сложные темные чары, то это значит, что она дорога Лорду, верно? — спросила она. Люциус никак не вопрос не отреагировал, даже не пошевелился. — Допустим, так. Если он вернется… — Когда вернется, Цисси, — хрипло поправил жену мужчина, не меняя позы. Нарцисса нахмурилась и дернула бровью. — Когда он вернется, он поймет, что вещь, которая ему, видимо, нужна, из-за тебя оказалась в руках министерства. Ты ее не сберег. Он придет в бешенство, и тогда мы пропали. Я правильно поняла расклад? — Да. Нарцисса шумно втянула воздух, зажмурилась и резко поднялась с места. Внутри нее поднималась волна гнева, тщательно сдерживаемая последние минуты, и женщина едва сдержалась, чтобы не проклясть мужа чем-то неприятным. Воздух вокруг Нарциссы поплотнел от энергии, она сжала кулаки — и вылетела из кабинета, не потрудившись прикрыть дверь. Нужно было срочно сбросить энергию. Почти неделю Нарцисса и Люциус не разговаривали. Думая над сложившейся ситуацией каждую свободную секунду, они занимались своими делами и старались не пересекаться даже в столовой, нервируя этим домовых эльфов. Мирились с трудом — Люциус потратил несколько долгих вечеров, объясняя Нарциссе, что теперь долг Малфоев — заботиться о Джейн Поттер. — Джеймс Поттер и его жена были в Ордене Феникса. Если мы сейчас поддержим Джейн, то после возвращения Темного Лорда, если будет нужно, сможем оказаться на стороне Ордена. А если Темный Лорд не вспомнит о тетради, мы всегда сможем объяснить, что заботились о своей родственнице, считая своим долгом помочь возродиться чистокровной семье Поттер, — терпеливо разжевывал Люциус, преследуя жену по всему менору, пока та магией захлопывала перед его носом дверь за дверью. Нарцисса тогда признала его правоту. Участвовать в жизни Джейн ей хотелось и без практической пользы, так что рассуждения Люциуса ее разве что немного возмущали, но при этом никак не вызывали отвращения. Она думала, что Люциус забудет о своей идее опекать Джейн достаточно скоро. Однако теперь, спустя полгода, он сидел в соседнем кресле и живо интересовался делами последней из семьи Поттер. — Последнее письмо пришло три дня назад, — поделилась Нарцисса, задумчиво покачивая бокал и наблюдая за тем, как колеблется в нем уровень вина. — Подобрала собаку, назвала ее Акамаром. Собралась на пару дней к Уизли, сегодня должна была от них вернуться. Думаю, у нее все хорошо. — Надеюсь, — Люциус откинулся на спинку и, подумав, усмехнулся. — Почему Акамар? — Понятия не имею. Может, почитала что-то про Блэков на досуге. В той книжке, что ты ей выбрал, про них ведь тоже было написано? — Конечно. Что за книга о чистокровных без главы, посвященной Блэкам? — И в самом деле. Они недолго помолчали. — Думаешь, он и в самом деле может быть невиновным? Нарцисса тяжело вздохнула. Улыбка исчезла с ее лица, как будто бы и не появлялась на ней, а между тонких бровей пролегла морщинка. — Я не знаю, Люциус. Мне хочется в это верить, но я не знаю. Сириус был поразительно предан Поттерам. Он был… он был как верный пес, понимаешь? — женщина неопределенно махнула рукой, подкрепляя слова нехитрым жестом. — Он скорее умер бы, чем выдал их Лорду. Я так думала, по крайней мере. Это было бы ожидаемо. Но в итоге он жив, а Поттеры мертвы. Даже если он их не предавал, то сразу после этого убил Петтигрю, которому, не сомневаюсь, тоже был предан. Может, он действовал под империо. Может, его подставили. Но зачем тогда он признал вину при задержании? Еще эти магглы… Тот Сириус, которого я знала, никогда не поднял бы руку на магглов, а тут — убил. Взорвал! Это… — она глотнула вина, прикрыла глаза и снова вздохнула. — Это все слишком сложно, Люциус. Мужчина нахмурился и тоже отпил из бокала. — Среди членов Ордена был шпион, — выдавил он из себя. — Он поставлял информацию Лорду с середины лета. — Кто? — Не знаю. Но он вряд ли был чистокровным, уж слишком Лорд о нем пренебрежительно отзывался. Но этот… этот мог взять Сириуса под контроль. — Или он мог убедить его в правильности взглядом Лорда, не прибегая к магии, — дернула плечом Нарцисса. — Мы не узнаем, если только сами не отловим Сириуса. А гадать нет никакого смысла. — Ты права, — отозвался Люциус. — Налить тебе еще вина? Женщина задумчиво посмотрела на почти опустевший бокал и медленно кивнула. Люциус поднялся с кресла, чуть размял руки и потянулся к бутылке, когда внезапно напрягся и замер, вглядываясь в темноту. Сразу заметившая это Нарцисса тоже напряглась, машинально нашарив рукой волшебную палочку, чтобы быть готовой к решительным действиям. Они, правда, не понадобились — к балкону приближалась уже знакомая Малфоям сова. Хоуп спланировала к Нарциссе, опустившись на столик и едва не задев крылом бокал, нахохлилась и спешно протянула женщине лапу с привязанным к ней письмом. Та ловко расправилась с нехитрым узлом. Привычным движением вскрыв конверт, Нарцисса пробежала глазами несколько наспех написанных строк. Люциус с волнением следил за тем, как женщина бледнеет, и встретил ее взгляд с напускным спокойствием, хотя все внутри сжалось, готовое к плохим новостям. — Кажется, у нас есть шанс отловить Сириуса, — пробормотала она. Вчера или сегодня у нас в доме побывал Сириус Блэк. Он оставил письмо. Думаю, защита не сработала. Мы можем встретиться? Если ты сможешь завтра, то я буду дома одна с половины десятого до половины двенадцатого. Литтл-Уингинг, Тисовая улица, 4. Джейн

***

Джейн, до этого момента сидевшая на ступенях крыльца, вскочила, стоило Нарциссе и Люциусу Малфой появиться на углу Тисовой улицы. Они были одеты по-маггловски, но все равно выглядели в лондонском пригороде чужеродно — угадывалось специфическое воспитание. Помявшись, Поттер остро ощутила собственную обычность и пригладила длинную юбку из болотного цвета джинсы, которую считала самым лучшим элементом собственного гардероба. Пара приблизилась неожиданно быстро. — Нарцисса, мистер Малфой, — два коротких и несколько нервных кивка, — доброе утро. — Мисс Поттер, — тоже кивнул в качестве приветствия Люциус Малфой, лицо которого могло послужить образцом спокойствия. — Рассказывайте, что у вас произошло. Джейн поймала ободряющую улыбку Нарциссы, неуверенно улыбнулась в ответ и сделала пару шагов в сторону дома, призывая войти во двор. Все-таки девочке страшно не хотелось, чтобы кто-то из соседей рассказал тете Петунии о странных гостях. За невысоким заборчиком их ждал Акамар. Завидев гостей, пес настороженно повел носом, решил, что можно обойтись без лая, и остался сидеть на месте, внимательно следя за четой Малфоев. Удивленный подобным вниманием к своей персоне со стороны собаки, Люциус невнятно хмыкнул. Наверное, он решил бы погладить пса, но его отвлекла Джейн, которая, убедившись в том, что за растущими вдоль забора кустами живой изгороди их не видно, протянула им с Нарциссой письмо. — Вот. Лежало у меня на столе, когда я вернулась от Уизли. Вчера. Сова принести не могла, написано на моем пергаменте, было обвязано, кхм, волосами, — черную прядь с заметной проседью Джейн вытащила из кармана с таким выражением лица, будто бы это была по меньшей мере бомба. Письмо взяла Нарцисса. Чуть поколебавшись и выглядя при этом крайне взволнованной, она развернула пергамент. Ее глаза забегали по строкам, губы сжались в тонкую полоску, а следивший за этим краем глаза Люциус забрал из рук Джейн прядь волос и принялся внимательно ее рассматривать. — Что там? — поинтересовался он у жены, против привычки не растягивая слова, когда та закончила читать. Женщина отрывисто мотнула головой, вместо ответа сунув письмо Люциусу, и тот тоже углубился в чтение, пока Нарцисса, чуть побледневшая, крутила в руках палочку. Здравствуй, Рыжик. Ты, верно, меня не помнишь, зато я помню тебя достаточно хорошо. Правда, узнать тебя сейчас все равно трудно, очень выросла. Надеюсь, что газетам ты веришь не особо. Пишут там, надо сказать, такую же хрень, как и раньше, хотя я бы удивился, если бы что-то изменилось. Прости, что без приглашения. Я хотел поговорить, но тебя не оказалось дома. Написать все то, что мне нужно сказать, я не могу, так что еще зайду.

Твой крестный, Сириус Блэк

P. s. Клевый пес — Так, — пробормотал Люциус, дочитав. Аккуратно свернув пергамент, он вернул его Джейн и тоже вытащил волшебную палочку. — Так… Хорошо, что вы нас позвали, мисс Поттер. — Просто Джейн, сэр, — отозвалась девочка, которую уважительные реплики и необходимость следить за собственным языком после бессонной ночи только напрягали. Люциус смерил ее нечитаемым взглядом. — Раз вы так хотите… — И на «ты», сэр. — Хорошо. Так вот, Джейн, хорошо, что ты нас позвала. Когда вернутся домой те, кхм… те, с кем ты живешь? — Обещали быть к двенадцати. Могут приехать немного позже. — Что ж, значит, постараемся успеть выяснить что-то до их возвращения. Если не выйдет, то вам придется уехать куда-нибудь. Сможете? У Джейн нервно дернулся уголок губ, она пожала плечами. — Не знаю, сэр. — Будем надеяться, что этого и не понадобится, — вмешалась до этого молчавшая Нарцисса, все так же крутившая в руках палочку. — Джейн, ты ведь ставила рунную защиту, верно? — Да. По порогу каждой двери в доме и вдоль фундамента. Вот тут, видите? Малфои синхронно опустились на колени перед дверью, осматривая вырезанную цепочку, а после, не сговариваясь, двинулись от порога в разные стороны. Иногда один из них вставал и шел к другому, чтобы что-то спросить; они переговаривались, перешептывались, принимались спорить и быстро замолкали, чтобы подумать. На то, чтобы обойти дом полностью, у них ушло около получаса, за которые Джейн успела дважды переплести косы, сбегать на дорогу, чтобы проверить, не едет ли кто, и, как учила ее тетя Петуния, вынести на садовый столик три чашки чая. Когда Нарцисса и Люциус закончили осматривать цепочку и вернулись туда, где оставили Джейн, последняя уже вся извелась. Она меряла шагами аккуратно подстриженную лужайку, за ней следом бродил неожиданно оживившийся Мар, и оба замерли, увидев приблизившихся взрослых. — Ну как? — вырвалось у Поттер, которая уже почти смирилась с мыслью о том, что допустила ошибку в цепочке. — Защита рабочая, — ответил Люциус, глядя на девочку неожиданно хищно. — Но я, надо признаться, крайне удивлен тем, что ты поставила именно ее. В Хогвартсе больше не обучают тому, что кровью баловаться опасно? Джейн, тут же напрягшаяся и проглотившая фразу о том, что теперь можно выпить чаю, взглянула на мужчину с вызовом:  — Это самая надежная защита из тех, что я смогла разобрать. Да, она на крови. Но я не вижу в ней ничего темного, это всего лишь защита. — Ставить такую защиту двенадцатилетней девочке опасно, Джейн. Я не знаю, о чем ты думала. — Я думала о том, что мне нужно защитить свою семью. И мне тринадцать. Нарцисса хмыкнула, тем самым прервав уже собравшегося ответить мужа. Тот взглянул на нее с возмущением, но все же замолчал, без приглашения отпив из ближайшей к нему чашки большой глоток и поморщившись. Джейн, точно знавшая, что чай хороший, и бровью не повела. — Как тогда Блэк попал в дом? — спросила она у Нарциссы, рассудив, что от Люциуса теперь какое-то время ответ получить нельзя. — Любую защиту можно обойти, — поморщилась женщина. — А Блэк на то и Блэк, чтобы уметь это делать. Не зря же он сбежал из Азкабана. Но странно то, что защита не нарушена. Понимаешь ли… — она тоже потянулась за чаем, собираясь с мыслями, и рассеяно погладила по голове доверчиво подошедшего к ней Мара. — Для того, чтобы пройти сквозь рунную защиту, нужно нарушить цепочку. После этого восстановить ее постороннему невозможно — это должна сделать ты, причем сделать это нужно тем же инструментом и, желательно, в ту же фазу луны, в которую цепочка создавалась. Без этого рунная защита просто перестанет работать и будет пропускать любого. Я достаточно понятно объясняю? Джейн медленно кивнула, смотря перед собой. — То есть… Получается, если бы Блэк прошел через защиту, то она больше не работала бы, верно? — Именно. Но мы с Люциусом попытались ее преодолеть и не смогли — значит, защита до сих пор действует. — Но как тогда он попал в дом? — Ты сама его впустила, — ответил Люциус, вернувшийся к тому обращению, о котором его просила Джейн. — Это единственный способ, который мы видим. — Я его не впускала, — медленно произнесла Поттер спустя несколько длинных секунд. Люциус тяжело вздохнул: — Нет, ты его впустила. Это факт. И теперь он может преодолевать границу в обе стороны без вреда для себя. Джейн почувствовала, как ее ноги медленно подгибаются. Изо всех сил делая вид, что просто решила сесть, она опустилась на траву. Нарцисса посмотрела на нее взволнованно, но ничего не сказала. — Я не могла… Как? — Есть чары, делающие человека невидимым. Ему было достаточно взять тебя, скажем, за капюшон, и пройти сквозь барьер за тобой — ты бы и не заметила. Или он мог бы приложить тебя Конфундусом, тогда ему даже не пришлось бы быть слишком деликатным. — Он как минимум три дня мог входить в дом? Меня позавчера ранним утром забрали Уизли, получается, он зашел в дом до этого и ждал в нем, пока я не уйду куда-то? — голос Джейн становился все тише и тише, и в нем все более явно проступали нотки приближающейся истерики, которую у нее пока выходило сдерживать. — Но он не сделал ничего плохого, Джейн, — поспешил добавить Люциус, от внимания которого не укрылось состояние девочки. Не зная, что еще делать, и даже не подумав попросить о помощи Нарциссу, он сунул под нос Поттер выделенную ему самому чашку чая. — Давай, выпей. — А если сделал? — Ты бы уже об этом узнала. Ну же, выпей. Тебе сейчас нельзя плакать. — Вы же сами сказали, что он мог приложить меня Конфундусом. Значит, и других мог. А ведь он Блэк. Может, он вообще с ума сошел в этом Азкабане. Значит… значит… — зубы клацнули о фарфор, когда Люциус почти что силком заставил Джейн сделать глоток. — Люциус? — раздался взволнованный и чуть удивленный голос Нарциссы. — Так надо, Цисси, — отмахнулся от нее мужчина, уверенный в том, что в его жестах нет ничего предосудительного. — Так вот, Джейн, послушай. То, что Блэк оставил тебе письмо, после этого спокойно ушел, а не стал дожидаться твоего возвращения, никак не обнаружил своего присутствия в доме и при этом не нанес никому прямого вреда говорит о том, что он, скорее всего, не сошел с ума. — Но он ведь… — протянула Джейн, безуспешно борясь с дрожью в руках. — Он ведь… Ее прервал резкий окрик Нарциссы, снова звавшей мужа. И Джейн, и Люциус вскинулись, уловив в ее голосе панические нотки. Миссис Малфой сидела на садовом стуле, повернувшись боком. В паре футах перед ней сидел Акамар, хвост которого метался по траве, а сама женщина смотрела на землю, не обращая никакого внимания на упавшую чашку. Люциус преодолел разделявшее его и жену расстояние в пару длинных шагов. — Что?.. — вопрос внезапно оборвался. Джейн, так и не сдвинувшаяся с места, успела заметить, как его лицо превратилось в гримасу смешанного с испугом удивления. Взметнулась вверх палочка, Акамар низко и коротко гавкнул. Поттер отпрянула и на секунду зажмурилась, когда вспыхнули лучи заклинаний. Люциус колдовал молча и быстро, почти не шевеля палочкой, и на его виске ожесточенно пульсировала жилка. Возмущение поднялось в Джейн раньше, чем та успела о чем-либо подумать.  — Мар! — завопила она, совсем не заботясь о том, что соседи могут услышать ее крик. — Стойте! Что вы делаете?! — глядя на Акамара, опутанного веревками, парализованного и только тихонько поскуливающего, девочка рванула к питомцу. Сильные руки перехватили ее совсем близко к псу и рывком оттащили в сторону, совсем не заботясь об удобстве. — Таки! На лужайке с негромким хлопком материализовался домовик, и на пару секунд Джейн обмякла в руках Люциуса Малфоя, рассматривая его. Эльф порывисто поклонился. Огромные уши всколыхнули траву, туника с гербом Малфоев открыла при этом костлявое плечико — и тут же снова его прикрыла, как только домовик выпрямился. — Таки к вашим услугам, хозяин! — Забери эту собаку и перенеси ее в зеленую спальню для гостей. Не отходи от нее, пока я не появлюсь. Попытается сбежать — разрешаю применить магию. Все ясно? — Да, хозяин! — бодро заявил эльф, тут же потянувшись к бессильно ощетинившемуся псу. — Мар! — в последний раз воскликнула Джейн, уже ничего не понимая, и растерянно уставилась на место, с которого с хлопком исчезли домовик с собакой. — Успокойся! — встряхнул девочку Люциус. — Цисси, ты в порядке? — Да, — прошептала Нарцисса, явно пребывая в шоке. — Да, я в порядке. Мерлин, кто бы мог подумать… — Что вы сделали с Маром? Что вообще случилось? — Джейн, тщетно пытаясь успокоиться, вывернулась из рук Малфоя, который этому действию решил не сопротивляться, и выжидательно уставилась на него. — Это был Сириус Блэк, — хрипло ответил Люциус. Нарцисса, двигаясь, как в тумане, потянулась за полупустой чашкой и одним длинным глотком допила еще не остывший чай. Джейн проследила за ее рукой, напряженно обдумывая услышанное. — Анимаг? — Да. — Боже. — Мерлин, Джейн. Мы говорим Мерлин. Поттер медленно моргнула, непонимающе смотря на Малфоя и пытаясь понять, всерьез ли он это сказал. Судя по напряженному выражению его лица, это был только способ успокоиться и привести мысли в порядок, машинальное замечание. Решив никак не него не реагировать, Джейн повернулась к Нарциссе и сделала пару шагов вперед, чтобы разглядеть что-то, от чего женщина все еще не могла отвести удивленного взгляда. Что-то, что рассказало Малфоям о том, что пес — ее пес, который спал с ней в одной комнате и которого она кормила из миски — на самом деле человек. На траве, наверное, когтями, была выведена корявая надпись «Я Сириус». Джейн не сдержала нервного смешка.

***

Когда Джейн, крепко держа за руку Нарциссу, появилась у ворот Малфой-менора, время уже близилось к обеду. Усилием воли устояв на ногах, Поттер несколько раз моргнула, привыкая к свету, и тут же поспешила кивнуть на вопрос женщины о том, все ли хорошо. Хотя, конечно, хорошим было только ее физическое состояние после перемещение — все остальное было непонятным. С момента «рассекречивания» Сириуса Блэка прошло чуть больше двух часов. Большую часть этого времени Джейн провела вдвоем с Нарциссой, сидя во дворе дома на Тисовой и выпивая чашку чая за чашкой — как говорила миссис Малфой, это помогало прийти в себя. Пожалуй, это и в самом деле помогло. К моменту, когда несколько задержавшиеся в торговом молле Петуния, Дадли и девочки вернулись домой, Джейн уже готова была им улыбнуться, заверить их в том, что все хорошо, и отпроситься погулять с Нарциссой. Несколько удивленная тетя если и заметила подвох, то предпочла не озвучивать свои подозрения и отпустила племянницу, предварительно взяв с нее обещание не докучать миссис Малфой и не задерживаться. — Завтра с утра поедем на Косую Аллею, тебе нужно будет выспаться, — напомнила она, напоследок придирчиво рассматривая одежду Джейн. Дадли проводил сестру подозрительным взглядом. Высокие кованые ворота бесшумно раскрылись, стоило Нарциссе подойти к ним достаточно близко. Так и не отпустив руку Джейн, женщина потянула Поттер за собой, и та поняла, зачем это было нужно, только ощутив волну тепла — защита менора пропустила ее внутрь. — А эта защита тоже теперь для меня не существует? — Нет, — коротко ответила Нарцисса, разжимая пальцы и позволяя девочке просто идти рядом. — Эта защита будет каждый раз спрашивать у хозяев разрешение на то, чтобы тебя впустить. Для того, чтобы человек проходил через этот барьер каждый раз беспрепятственно, нужно провести специальный ритуал. Но даже после этого защита не пропустит человека, если тот пришел с дурными намерениями. У Джейн загорелись глаза. — А как устанавливается такая защита? — Я не очень знаю детали, но вообще она не устанавливается. Сейчас, по крайней мере. Ее источник — это родовой алтарь. Ты что-нибудь об этом знаешь? — Очень мало. — Тогда я расскажу в общих чертах, а потом найду тебе книгу в библиотеке. Итак, что такое менор? Это некий дом, особняк, иногда даже замок, в котором живет несколько поколений семьи. Обычно чистокровной магической, но, насколько я знаю, у магглов тоже что-то такое существует. Нужно понимать, что это не любое здание — магический менор имеет несколько признаков. Самый главный из них — наличие алтаря. Алтарь — это место, с которого начинается строительство менора. Чаще всего это просто небольшая территория, от которой маг начинает создавать защиту места, на котором будет строить. Это очень долгий и сложный процесс, результатом которого становится барьер, завязанный на алтарь. Обычно еще на этом месте что-нибудь делают для удобства — ставят крупный камень или кладут плиту. Могут ничего не делать. После вокруг алтаря выстраивают сам менор, и этот алтарь остается внутри здания. Это очень важный момент, потому что для того, чтобы разрушить барьер, нужен прямой доступ к алтарю, извне это сделать почти невозможно. Так что он обычно где-нибудь в центре менора, где его защищают еще какие-нибудь хитрые заклинания и физические барьеры. Уже после установки защиты и постройки менора на алтарь могут завязывать другие чары. Например, обнаруживающие анимагов. Или магглоотталкивающие. Обычно это что-то защитное, но бывает по-разному. — А почему это называется алтарем? На нем приносят жертвы? — увлекшись, Джейн временно забыла и о Сириусе Блэке, и о всех заботах обычной жизни. Нарцисса на ее вопрос ожидаемо усмехнулась.  — Ни разу не приносила. Раньше так делали, конечно, но сейчас на него разве что нужно капать кровь при привязке. Это как раз то, о чем я говорила, момент защиты. Если после того, как человек капает кровью на алтарь, это действие повторяет глава рода, человек считается принятым в род. После этого момента менор воспринимает его как часть семьи и защищает. Если лорд своей крови не дает, то барьер просто начнет пропускать человека, но при этом не сделает этого в случае его дурных намерений, не станет дополнительно защищать. Если к алтарю привязаны чары создания и так называемого обновления семейного гобелена, то человек появится на нем в первом случае и не появится во втором. — Кто такой глава рода? — Обычно это самый сильный человек в роду, но там есть детали. Номинально это значит не очень много, скорее статус, так что не забивай себе этим голову. Многое из того, что я говорю или ты потом прочитаешь, уже ушло в историю, и это как раз часть постепенно исчезающего понятия. — А куда капать кровь, если нет плиты или камня? — На место алтаря. Это ведь не точка, а небольшая площадь, так что с этим проблем обычно не возникает. Но для удобства обычно что-нибудь ставят, да. — А может последний в роду пройти сквозь защиту менора, если его кровью не капали на алтарь? — торопливо спросила Джейн, вспомнив, что в той книге, которую ей прислали Малфои, было что-то про менор Поттеров. — Думаю, твоей капали, — спустя какое-то время ответила Нарцисса. — Но, если человек последний в роду, его и так пропустит. Защита узнает кровь. — А почему тогда папа с мамой не жили в меноре? Если он так защищен… — Джейн выжидающе уставилась на Нарциссу, остановившись. Та взглянула на нее несколько удивленно. Потом удивление сменилось жалостью, она поджала губы. — Я не знаю, Джейн. Я их едва знала, мы даже не разговаривали ни разу нормально. Может, знает Сириус. Думаю, они как раз закончили, и ты сможешь у него спросить. Поттер задумчиво кивнула, соглашаясь, но вечером, вернувшись домой, поняла, что так об этом и не спросила. Она вошла в холл менора вместе с Нарциссой, держась к ней как можно ближе, и даже не успела рассмотреть невероятной красоты потолок — женщина сразу повела ее по коридорам. Через пару минут они оказались в небольшой комнате, выдержанной в зеленом цвете, и дверь за спиной Джейн тихонько прикрылась, стоило девочке оказаться внутри. Люциус Малфой, оставивший жену с Поттер около дома на Тисовой улице, как только убедился в том, что они отошли от шока, сидел в глубоком кресле с изумрудной обивкой и выглядел уставшим. Он приветственно кивнул Нарциссе и коротко улыбнулся Джейн, когда они зашли, но даже не приподнялся — у него на это, наверное, не было сил. В соседнем кресле, развернутом лицом к первому, сидел мужчина, чья фотография скалилась с обложки Ежедневного Пророка последние два месяца. У него были свалявшиеся черные волосы с проглядывавшей тусклой сединой, впалые щеки и неопрятная борода с еще более неопрятными усами. Местами порванная маггловская одежда, которую он, как поняла Джейн, наверняка стащил, как только сбежал из Азкабана, висела на нем, как на скелете. Да он и был скелетом — худоба не оставляла просторов фантазии, и Поттер почти что с ужасом уставилась на узловатые пальцы с отросшими грязными ногтями, напоминавшие кисть мумии из Британского музея. — Здравствуй, Джейн, — поздоровался скелет, и девочка подняла взгляд на его лицо, которое до этого момента постеснялась рассмотреть пристально. Серые глаза, к которым она уже привыкла, смотрели ясно и пронзительно. — Здравствуйте, — ответила Поттер, радуясь тому, что Нарцисса все еще стоит рядом. Сердце колотилось, словно безумное, и внутри поднималось непонятное чувство. — Так это не вы предали моих родителей? Вопрос вырвался прежде, чем Джейн успела о нем подумать. Блэк дернулся, как от удара, прикрыл глаза и поднес к лицу руку, пряча эмоции за иссохшими пальцами. Поттер и не думала отводить взгляда, ожидая ответа, но так и не дождалась — вместо Сириуса, только покачавшего головой, заговорил Люциус. — Это был не он, — Малфой даже звучал устало. — Лили и Джеймса Поттер выдал Темному Лорду Питер Петтигрю. — И он мертв, верно? — голос Джейн, не ожидавшей от себя таких вопросов, дрогнул. — Нет, он жив. Блэк не убивал магглов, это сделал как раз Петтигрю. Он скрылся под шумок, перед этим отрезав себе палец, — пояснил Люциус без единой эмоции. — А Блэка взяли как будто бы на поличном. Он просидел двенадцать лет в Азакабане, уверенный в собственной вине — ведь не предотвратил… — Люциус! — попыталась прервать рассказ Нарцисса, посчитавшая, что эти подробности Джейн было знать ни к чему. Малфой на нее никак не отреагировал, продолжив. — Не предотвратил, уговорил назначить хранителем Фиделиуса Питера, не проверил Питера, не защитил. В этом году он увидел газету, на фотографию в которой случайно попал Петтигрю. Понял, где его искать, и сбежал, чтобы отомстить. Перед этим решил найти тебя, Джейн, чтобы проверить, все ли с тобой в порядке. И нет, ради тебя он сбежать не мог, потому что дементоры блокируют хорошие воспоминания. Это сложная тема, я дам тебе книгу. Ты его приютила, он увидел, что ты общаешься с нами, и решил рискнуть, думая, что мы поможем. Рискнул. Я все рассказал, Блэк? — Еще я твой магический крестный, Джейн, — хрипло добавил мужчина, выдержав недолгую паузу. — Это значит, что я не могу намеренно причинить тебе вред. — Это правда, — тут же подтвердил Люциус. — И вообще все это правда, это была проверка под чарами и сывороткой правды. Я не очень рассчитал дозировку, так что последняя все еще действует, хоть постепенно и заканчивает. Блэку теперь нужно поспать. Но вы можете ненадолго остаться вместе, если хотите поговорить, — он оперся на подлокотники кресла, намереваясь встать. — Собака, — неожиданно произнесла Джейн. — Что собака? — Мне нужно будет объяснить, куда делась собака, — беспомощно повторила Джейн, переведя взгляд на Люциуса. — Что мне делать? Мужчина тяжело вздохнул. — Скажешь, что убежала. Сколько у вас времени? — Она должна вернуться к шести, — ответила вместо Поттер Нарцисса. — Хорошо. Тогда, как я уже сказал, вы можете поговорить тут, пока Блэк не начнет засыпать. Это наступит где-то через час. Вам ведь это нужно? — Да, — прохрипел Сириус, не дав Джейн сказать ни единого слова. — Джейн, ты этого хочешь? — Да, — тоже согласилась Поттер. Дверь за Малфоями закрылась, оставив крестного и крестницу вдвоем. Чуть поколебавшись, Джейн прошла вглубь комнаты, чтобы, недолго подумав, опуститься в кресло около окна. Несколько минут прошли в неловком молчании. Наконец Сириус вдохнул, закашлялся, потер лицо руками и выдохнул: — Спасибо, что кормили не только кормом. Он был ужасен.