Рыжая

— Мисс Поттер, задержитесь, пожалуйста, — попросил профессор Люпин после занятия. Джейн, аккуратно складывавшая вещи в сумку, подняла на него удивленный взгляд. Был первый учебный день, второе сентября, только что прошло первое занятие года, и у нее в голове не было ни одной толковой идеи насчет того, зачем профессору нужно было с ней поговорить. Тем не менее, на вопросительный взгляд Падмы она отрицательно качнула головой: — Ты иди, я догоню. — Я подожду за дверью. Доверия к преподавателям защиты от темных искусств у Патил явно не было. Джейн это не удивляло. В конце концов, поневоле начнешь настороженно относиться к занимающим эту должность людям, если до этого учился у самозванца — скандал с разоблачением Локонса в июне вышел бы особенно громким, если бы не побег Сириуса Блэка — и человека с Тем-Кого-Нельзя-Называть на затылке. Класс быстро опустел. Последней из него выскользнула Лайза, настороженно оглядывающаяся на Джейн и от этого чуть задержавшаяся. Поттер успела натянуто ей улыбнуться и даже махнуть рукой, как ей казалось, в успокаивающем жесте: после происшествия в поезде девочки решили, что просто обязаны позаботиться об однокурснице, и Джейн это смущало. Вчера Мэнди с Падмой проводили ее в Больничной крыло, пропустив за компанию с Поттер распределение, Мораг отложила для всех троих еду, а Лайза неожиданно хмуро попросила подошедшего было взволнованного Дадли не трогать сестру. — С ней все уже хорошо, так сказала мадам Помфри. Мы о ней позаботимся, — твердо проговорила она раньше, чем тот успел открыть рот, и Джейн смогла только извиняюще улыбнуться — усталость не позволяла ничего большего. Утром вошедшая во вкус Турпин точно так же отогнала от их стола Драко, и теперь Поттер была почти уверена в том, что после разговора с профессором найдет за дверью не только Падму, но и еще кого-нибудь. — Как здорово иметь друзей, — заметил профессор Люпин, от внимания которого не укрылось переглядывание когтевранок. — Они о тебе волнуются. Джейн, не зная, что можно на это ответить, повела плечом. — Да, это здорово. Поняв, что его слова были не самым тактичным началом разговора, профессор неловко улыбнулся. Улыбка у него вышла чуть загнанной, виноватой и одновременно с этим теплой. — Как ты себя чувствуешь? — Эм… Неплохо, наверное, — Поттер поправила на плече кожаный ремешок сумки, замявшись и внезапно обнаружив, что не знает, куда деть руки. — Это вы вчера спасли меня от дементора? — Я запустил заклинание, которое смогло его прогнать. Но, думаю, он и сам бы от тебя ушел спустя несколько секунд. Ему нужен был Сириус Блэк, а не студентка. Звучало не очень убедительно. — Что это было за заклинание? — Патронус. Так и называется, можешь посмотреть в библиотеке. В школе его, правда, не проходят. Оно считается слишком сложным. — Только считается? — уцепилась за слово Джейн, которой страшно не хотелось еще хотя бы раз в жизни чувствовать себя настолько беззащитной, как это было в поезде. — Оно на самом деле очень сложное, — нехотя произнес Люпин. — Я знал людей, которые научились Патронусу на пятом курсе, но ни одного человека, который смог бы научиться ему раньше. Это светлая магия, которая требует от волшебника высокого уровня концентрации. Джейн задумчиво кивнула, делая мысленную пометку спросить об этом у Снейпа на первом же дополнительном занятии по зельям. В конце концов, кто сказал, что научиться Патронусу раньше пятого курса невозможно, если есть мотивация? — Если ты хорошо себя чувствуешь, то иди, не буду тебя задерживать, — как будто бы спохватился Люпин, и Поттер вдруг поняла, что он выглядит по-прежнему смущенным. Этому явно поспособствовали несколько долгих секунд молчания. — Я, собственно, только в этом и хотел убедиться. — Хорошо, — неловкость передалась и Джейн. — Спасибо за шоколад, кстати. Он был вкусным. — Держи его под рукой, если есть вероятность того, что рядом окажется дементор, — тут же улыбнулся Люпин, явно немного расслабившись. — Это первое средство от его воздействия. — Мадам Помфри тоже так сказала, — отзеркалила улыбку Поттер. — До свидания, профессор. — До свидания, Джейн. — Чего он от тебя хотел? — подхватила Лайза рыжую подругу под руку, как только дверь за ее спиной бесшумно закрылась. — Спрашивал, как я себя чувствую, — смущение, повисшее между ней и профессором Люпином, все еще не отпускало Джейн. — Все хорошо, это логично. В конце концов, он же меня и спас вчера. Лайза тут же расслабилась, однако руку Поттер отпустить не поспешила. Вместо этого она шутливо кивнула Падме на Джейн, та, поняв намек, тут же подхватила подругу под другую руку, и они поспешили по коридору, походя на многоногое и многорукое чудовище. — Все равно он странный, — заявила Патил, сосредоточенно подстраивая шаг под темп однокурсниц — в отличие от Лайзы и Джейн, она не обладала привычкой летать по коридорам на граничащей с приличием скорости. — Хотя ведет вроде бы толково. — Это был вводный урок, — фыркнула Турпин, — ты не можешь по нему судить. Хотя мне тоже понравилось. Посмотрим, что будет дальше. Как думаете, он на самом деле попробует найти для нас боггарта? — Надеюсь, нет, — нахмурилась Джейн. — Мне, если честно, не хочется встречаться с самым большим из своих страхов. Хотя звучал он уверенно.  — А я надеюсь, что да. Уж лучше столкнуться с этим страхом в школе и научиться справляться с ним здесь же, чем выйти во взрослую жизнь без этого опыта, — Лайза даже вздернула подбородок, подкрепляя этим свои слова. — Ты звучишь слишком умно, — закатила глаза Падма и тут же ойкнула, споткнувшись. Негромко рассмеявшаяся реплике Джейн поспешила подхватить подругу, не давая той упасть, и та тоже подхватила ее смех. Лайза, сдерживая улыбку, насупилась: — Это мгновенная карма. — Все еще слишком умно, — парировала Патил. — Куда нам дальше? Многорукое и многоногое чудовище замерло на развилке коридоров. — Мне туда, — мотнула головой Лайза в проход. — У меня сейчас окно, я хочу разложить вещи в спальне. Вчера не успела. У вас тоже окна? — Нет, у меня прорицания, — отозвалась Падма. — Ты выбрала прорицания? — в голосе Турпин прозвучало неподдельное изумление. — Папа говорит, что профессор Трелони отвратительный педагог. — У нас с Парвати что-то вроде дара. Так что нам туда ходить до пятого курса как минимум, нужно же этим как-то управлять. А ты, Джейн? — Я тоже без предсказаний. У меня точно нет никакого дара, так что не вижу смысла, — испугавшись ссоры между Лайзой и Падмой, девочка состроила рожицу, призванную разрядить обстановку, и нехотя отпустила руку Патил. — Зато я вчера тоже не успела разложить вещи. Мы пойдем тогда? Удачи! Падма смерила Лайзу недоверчивым взглядом, но ее ответное «удачи» все равно прозвучало дружелюбно — и когтевранки разошлись в разные стороны. Спальня после летних каникул казалась особенно уютной. Вернувшись вместе с Турпин в башню факультета, Джейн с длинным восторженным вздохом откинулась на кровать, раскинув руки. Отвыкшие от бесконечных лестниц ноги чуть гудели. — Как здорово, что я до самого выпуска смогу не беспокоиться о лишнем весе, — простонала Лайза, судя по звуку, тоже плюхнувшаяся на кровать. — У некоторых все равно получается располнеть, — меланхолично отозвалась Поттер, тут же вспомнив Дадли, который, несмотря ни на что, все равно был весьма плотным. — Это наследственность. У меня с ней все нормально, — со стороны соседки раздался стук — это полетели на пол ее туфли, кое-как стащенные с ног пяткой о пятку. — Я уже жалею, что мы сюда вернулись. Придется ведь спускаться на обед… — А потом… Сейчас, погоди, — Джейн с кряхтением дотянулась до сумки, свесившись с кровати, одной рукой расстегнула чуть заедающий замок и вытащила расписание. — Уф, — она повалилась на спину, держа чуть смятый листок на расстоянии вытянутой руки. — Да, зато потом у нас трансфигурация. Не придется никуда подниматься. — Слава Мерлину! А дальше что? — Руны. Ты их выбрала? — Не-а. То есть… мне придется идти назад сюда после трансфигурации? — прозвучало жалобно. — Ты всегда можешь пойти в библиотеку, погулять или еще куда-нибудь. А какие у тебя предметы? — Маггловедение и нумерология. — Круто. — А у тебя руны и?.. — Уход. — Зачем? — Мне нравятся зверюшки, — Джейн, легкомысленно хихикнув, перекатилась на живот. Увидеть Лайзу это не помогло — из-за полузадернутого полога были видны только ее синие чулки. — А вообще мне точно пригодится уход, если я решу заниматься зельями и дальше. Ингредиенты и все такое, как бы мерзко это ни звучало. К рунам меня просто тянет. Все-таки здорово творить магию, просто что-то написав. — Я думала, ты выберешь нумерологию, — хмыкнула Лайза. — Почему? — Не знаю. Просто ты выглядишь как человек, который выберет нумерологию. — Ну, вообще, я тоже так думала, — будто бы нехотя призналась Джейн, которая на самом деле долго и мучительно выбирала два предмета между тремя желанными. — Но потом посмотрела на программу, полазала по учебникам и поняла, что на третьем и четвертом курсе нумерология представляет из себя маггловскую математику, а какие-то магические аспекты начинаются только на пятом. Так что я при желании догоню сама, а потом попробую уговорить профессор Вектор взять меня в группу на последних курсах. Вроде бы так можно. — Можно, но сложно, — подтвердила Турпин. — В конце концов, у тебя всегда буду я, чтобы что-то посчитать. Джейн хмыкнула, соглашаясь. — А пока… Пока давай разложим вещи? Хмыканье переросло в протестующий стон, тут же заглушенный грохотом падения с кровати Лайзы, неловко подкатившейся к пологу.

***

— Джейн! Поттер вздрогнула от громкого оклика. Она только вышла из класса рун, прижимая к груди так и не пригодившийся на первом занятии толстый справочник, и замерла на месте, оглядываясь. Как на зло в коридоре скопились студенты сразу нескольких курсов, стоял мерный гомон, и увидеть окликнувшего ее человека никак не выходило. — Дай пройти, — проворчал сзади Оливер Риверс, гриффиндорец, чье имя Джейн узнала только сегодня, немилосердно ткнув девочку в спину своим учебником — таскать пособия по рунам в сумке было слишком тяжело не только для Поттер. Когтевранка тут же смущенно посторонилась, извиняясь, и сразу снова услышала свое имя. На этот раз оно раздалось гораздо ближе, и теперь мысли о том, что ей могло показаться, не возникло. Нахмурившись, Джейн прижалась спиной к холодной каменной кладке, пропуская очередного студента, с руганью пробирающегося сквозь толпу. Оставалось надеяться, что звавший ее человек, кто бы он ни был, сможет опознать ее самостоятельно сверху. Так и случилось. Уже через несколько секунд слева от Поттер раздалось чье-то раздраженное «Поаккуратнее!», и перед Джейн материализовался чуть растрепанный Седрик. — Привет! — радостно пробасил он, заставляя девочку удивленно округлить глаза. — Ты как? — Что с твоим голосом? — выпалила Джейн вместо ответа. — Сломался, — гордо сверкнул глазами парень. — Давно пора, вообще-то. У меня в семье у всех такой голос, один я пищал. Так как ты? Куда тебе нужно? И давай сумку, тебе после вчерашнего, наверное, не очень нужно носить тяжелое. Ошарашенная таким напором, Поттер против желания покраснела и позволила отобрать у себя сумку — хотя какая связь между дементорами и ее весом? Тут же оказалось, что Седрик чувствует себя в толпе как рыба в воде, потому что они уверенно двинулись вперед, как будто бы вокруг не было кучи народа. — Ты не пищал, у тебя нормально все было с голосом. У тебя и сейчас все нормально с голосом, ты не подумай, но тогда тоже все было хорошо… — рядом с Диггори Джейн всегда чувствовала себя несколько косноязычной, путаясь в собственных репликах и заговариваясь. Одним из самых главных качеств Седрика было то, что он этого не замечал. — А еще со мной все в порядке. Просто испугалась, поэтому можешь вернуть мне сумку назад. — И не подумаю, — хмыкнул пуффендуец, косясь на Поттер сверху вниз. — Встреча с дементором — это не книззл чихнул. Да и обморок, — с каждым его словом Джейн хмурилась все сильнее. Ей никогда не нравилось излишнее внимание к собственной персоне, а то, что даже на старших курсах Пуффендуя знают о ее болезненной реакции на дементора, не нравилось вдвойне. Седрик запнулся, заметив, как помрачнела когтевранка, помялся и резко сменил тему. — А ты выросла, кстати. — Не так уж и сильно, — дернула Поттер плечом, хотя прекрасно осознавала, что вытянулась по меньшей мере на пару дюймов. — Меня все еще все выше. — Не все. И потом, может, ты только начала расти. Так куда мы идем? — У меня сейчас ничего нет, так что куда угодно. — Спустимся во внутренний дворик? Джейн задумчиво посмотрела в окно, мимо которого они как раз проходили. Светило по-летнему яркое солнце, до заката было еще далеко, и она кивнула: — Да, давай. Погреемся. Седрик широко улыбнулся, поправил обе сумки, закинутые на одно плечо, и свободной рукой встрепал и так торчащие во все стороны волосы. Выглядел он в этот момент, как почему-то подумала Джейн, очень по-взрослому, и сразу за этой мыслью на нее снова накатило смущение. Закусив губу, когтевранка украдкой прикрыла глаза. «Хватит вести себя, как дура», — мысленно велела она себе. Во внутреннем дворике было людно, так что планы быстро изменились — осмелевшая Поттер уверенно увела Седрика гулять вдоль озера. Диггори не сопротивлялся. Он наконец нашел благодарного слушателя и за два с небольшим часа рассказал Джейн все о том, как провел лето, о своих переживаниях из-за квиддича — капитан их команды выпустился в прошлом году, и теперь им стал Седрик — и приближающихся СОВ — конечно, Диггори знал, что его уровень позволит сдать экзамены на по меньшей мере неплохие баллы, но все равно волновался. Джейн изредка вставляла комментарии, но ответить на вопросы пуффендуйца часто не могла — рассказывать ему о приключениях с рунной защитой и Сириусом Блэком было нельзя. Седрик, чувствуя зажатость подруги, не настаивал. Около шести пуффендуец проводил Джейн до ее гостиной. Ему самому нужно было успеть зайти к профессор Спраут, чтобы решить кое-какие вопросы с организацией команды, и девочка даже немного расстроилась — она думала, что прогулка растянется до ужина. Тем не менее, не улыбнуться в ответ на пожелание хорошего вечера от Седрика не вышло. — Что нельзя положить в зелье? — прозвучал глубокий женский голос, когда Джейн постучала бронзовым молоточком в дверь без ручки. — Крышку от котла, в котором это зелье варится, — отозвалась девочка почти сразу же, внутренне расслабившись — Седрик наблюдал за ней с любопытством, стоя рядом, и не суметь войти в собственную гостиную под его взглядом было бы позорно. — Верный ответ, — дверь послушно открылась, и Джейн поспешила скользнуть в проход, махнув Диггори на прощание. В гостиной было почти пусто. Кто-то открыл окна, и по круглой комнате гулял ветер, то и дело поднимающий в воздух чьи-то забытые листы. Около камина устроилась стайка первокурсниц, что-то живо обсуждающих между собой. Джейн приветливо им улыбнулась, кивнув, и они просияли, обрадованные тем, что кто-то обратил на них внимание. Поттер даже успела украдкой их пересчитать — девять, почти вдвое больше, чем третьекурсниц. Оно и понятно, в 1982 семьи заводили куда более охотно, чем в 1980. Отстраненно думая о том, что первому курсу, видимо, выделили целых четыре комнаты, Джейн поднялась по лестнице к себе. В спальне никого не было. Опустив на кровать тяжелую сумку и плюхнув на тумбочку уже немного поднадоевший том, Поттер уже во второй раз за день упала спиной на покрывало. «Кажется, я влюбилась», — подумала она, зажмурившись.

***

Романтический настрой продержался до позднего вечера. В половину одиннадцатого, когда когтевранки уже переоделись в пижамы и уютно устроились на подушках в углу, чтобы опробовать организованный чайный уголок, в спальню вернулась Мораг, которую с самого ужина никто не мог найти. — О, ты пришла! —радостно воскликнула Лайза, спешно поднимаясь на ноги. — Давай к… Что случилось? Резко переменившийся голос заставил весело обсуждавших учебник прорицаний Мэнди и Падму замолчать, а Джейн оторваться от гипнотизирования медленно окрашивающегося чая в стеклянном чайнике. Мораг стояла у самого входа, не пройдя дальше, с самым потерянным выражением лица из всех возможных. На бледном лице выделялся покрасневший нос и опухшие от слез глаза. — Энтони, он, — рвано выдохнула Макдугалл, как будто бы говорить ей было трудно. После этого она замолчала, растерянно глядя на замерших в ожидании однокурсниц, всхлипнула — тут Лайза кинулась ей навстречу, раскинув руки — и разрыдалась, зажав рот ладонью. Турпин почти тут же стиснула ее в крепких объятиях, машинально гладя трясущуюся Мораг по спине. Чай пришелся как никогда кстати. Растерявшаяся Джейн, не найдя чашки Макдугалл, налила его в свою кружку-супницу и теперь стояла перед кроватью, на которую Лайза усадила Мораг, и не знала, куда ее деть. Мэнди замерла рядом, переминаясь с ноги на ногу и смотря на однокурсницу в высшей степени беспомощно — в руках она вертела упаковку маггловских носовых платков. Опустившаяся перед кроватью на колени Падма вела допрос. — Он тебя обидел? — спросила она особенно тихо и участливо, когда Мораг немного успокоилась и предприняла попытку выпутаться из объятий Лайзы. Макдугалл помотала головой, шмыгнув носом. — Он что-то сделал? Мораг снова помотала головой, затравленно оглядываясь по сторонам. Мэнди тут же сунула ей бумажный платочек, которым девочка торопливо принялась вытирать совсем мокрое от слез лицо. Всхлипывания немного утихли. — Нам нужно с ним поговорить? — Макдугалл испуганно расширила глаза и отвлеклась от платка, чтобы в очередной раз помотать головой. — Хорошо… — задумчиво протянула Падма, выглядя абсолютно невозмутимо. — Вы просто поссорились? — Да, — выдохнула Мораг, кивнув. — Сильно? — Да, — то же самое. — Чай будешь? — Да. Джейн поспешила сунуть в руки однокурсницы пузатую чашку. Мораг поначалу взглянула на нее озадаченно, явно не узнавая, потом скомкала остатки платочка и аккуратно отхлебнула. Повисло молчание. — Мы поругались, — наконец заговорила Макдугалл сама, когда чай был наполовину допит. Голос ее все еще звучал неуверенно, но уже был достаточно ровным, так что понимать слова стало проще. — Он изменился за лето. Сказал, что со мной скучно, — Мораг все-таки всхлипнула и отвлеклась на то, чтобы сделать еще пару неторопливых глотков. Руки у нее немного подрагивали. — Я ведь девчонка. Сказал, что ему интереснее с этим Стефаном, и ушел. А я… Я думала, я ему нравлю-юсь! — она все-таки снова заплакала. Джейн поджала губы, наблюдая за тем, как Лайза снова тянется обнять Мораг. Вспомнилась собственная ссора с Дадли, произошедшая уже почти что год назад, и тут же захотелось больше никогда не общаться с мальчишками. «По крайней мере, с ровесниками», — тут же исправила она себя в мыслях. — «Седрик нормальный». Тем не менее, романтическое настроение бесследно исчезло.