Рыжая

Летом Джейн прочитала в какой-то книге, что история циклична. Каждое событие, будь то война или что-нибудь другое, произойдя однажды, обязательно повторится в будущем — но уже в новом качестве. Только начавший просыпаться в девочке интерес к философским рассуждениям не дал заострить на этой мысли внимания, но теперь, когда она лежала в больничном крыле, воспоминания о прочитанном не оставляли в покое. Как и ощущение, что это все уже было. Ровно год назад Джейн лежала в больничном крыле на той же кровати, сверлила взглядом ту же деревянную перекладину под потолком и тоже все ждала, пока ее навестит определенный человек. И тогда он тоже не приходил. Впрочем, жаловаться на одиночество было бессмысленно — его теперь даже не хватало. За ширмой выздоравливал после приступа какой-то болезни профессор Люпин, чье дыхание было хриплым и пугающим. Постоянно заходил кто-то из команды по квиддичу или из однокурсниц. Забегал Дадли, притащив с собой на буксире Джастина, заглядывала Джинни. Она заходила особенно часто — за два дня, проведенных Джейн в лазарете, ей удалось заглянуть к ней пять раз. И каждый раз Поттер вздрагивала, косясь на дверь и надеясь, что младшая Уизли придет одна, не приведя Рона. Пока надежды сбывались. Встреча с Роном стала потенциальным кошмаром: Джейн все еще не придумала, как будет извиняться перед ним за пропажу Коросты. Конечно, теперь у нее была другая крыса, похожая на Коросту, как две капли воды, но это совсем не успокаивало. Нового зверька принесла Нарцисса, снова навестившая Джейн утром на следующий день после матча. Он не был Коростой. Поттер поняла это сразу, как только женщина, улыбаясь, протянула ей крысу — а та испуганно шарахнулась от рук девочки. Вывернувшись из пальцев женщины, зверек неловко приземлился на пол с глухим ударом, пискнул и бросился наутек. Сверкнуло красным. Крыса мгновенно замерла, чтобы неуклюже завалиться на бок. Было видно, как в панике подрагивают лапки, на которых чары подействовали не полностью. Нарцисса торопливо преодолела расстояние до псевдо-Коросты, подняла его и отряхнула, как если бы это была дорогая шапка. Джейн смотрела на происходящее хмуро, не понимая, почему нельзя было вернуть настоящую крысу, так что вернувшаяся к ее койке миссис Малфой вздохнула, прежде чем объяснить происходящее. — Короста важный свидетель, мы не можем его отдать, — она закусила губу, машинально поглаживая замершего в неестественной позе зверька. — И вряд ли сможем. Прости. Но мы с Люциусом и Сириусом подумали, что, если совсем никого не возвращать, ты поссоришься со своим другом, а нам этого не хотелось бы. Эта крыса выглядит так же, на ней крепкая иллюзия. — Вот только с поведением проблемы, — буркнула Джейн, не сдержавшись. От одной мысли о том, что ей придется врать Рону еще больше, чем она уже наврала, становилось плохо. — Мы все равно поссоримся. Нарцисса нахмурилась, явно не зная, что сказать. Джейн, настроение которой с самого матча не улучшилось ни на грамм, даже почувствовала себя виноватой, но раздражение все равно никуда не ушло. Прошло несколько секунд неловкости. — Ладно, я что-нибудь придумаю, — девочка сдалась первой, протягивая руки к крысе. — В конце концов, та крыса уже была совсем старая. От этой фразы стало еще более противно, но на этот раз эмоции получилось не выпустить из-под контроля. Джейн даже улыбнулась. Нарцисса, все еще чувствовавшая себя не в своей тарелке, отзеркалила натянутую улыбку и коротко взмахнула палочкой, снимая чары онемения. Крыса никуда не ринулась. Она осталась в руках девочки, сжавшись, и Поттер почувствовала, как испуганно колотится маленькое сердце. «А ведь сама крыса, пожалуй, ни в чем не виновата», — подумалось Джейн, и она аккуратно погладила зверька пальцем между маленьких ушек. — Как продвигается дело? — Быстрее, чем мы предполагали, — Нарцисса, явно чего-то не договаривавшая про крысу, обрадовалась смене темы. На ее лице, обычно бесстрастном, промелькнуло сразу несколько эмоций, и Поттер не знала, было ли это признаком доверия или банальной усталостью. — Визенгамот собирается завтра, так что этот мир встряхнется уже через несколько дней. — Завтра? Так скоро? — Мы решили, что медлить не имеет смысла, — обтекаемо ответила Нарцисса, качнув головой. — Все-таки сейчас у нас есть все свидетели, все доказательства, и чем быстрее мы провернем это дело, тем меньше шансов оставим министерству на то, чтобы дело замяли. Джейн тогда понятливо кивнула. После этого разговора к усталости и грусти прибавилось волнение — знать, что суд будет уже завтра, оказалось гораздо более волнительно, чем не знать этого. Крыса все еще напоминала скорее комочек шерсти, чем настоящее живое существо. — Ты ведь напишешь, как только все закончится? — Думаю, ты узнаешь из первой же утренней газеты. Пророк не сможет промолчать. — И все же напишешь? — Напишу. Это немного успокоило Джейн. Нарцисса совсем скоро засобиралась домой — судя по всему, дел у нее хватало, а мадам Помфри то и дело с явным намеком покашливала в своей комнатке. Иллюзию с крысы миссис Малфой, правда, все-таки сняла. Она сделала это под хмурым взглядом Джейн, неожиданно серьезно даже для самой себя заявившей, что врать Рону лишний раз не будет, и возилась несколько минут, старательно распутывая нити иллюзии. Поттер следила за тонкой работой завороженно и с угрызениями совести: все-таки чары были наложены старательно, а она все равно не осталась ими довольна. — Спасибо, — поблагодарила Джейн просто, но искренне, когда нити, подсвеченные Нарциссой для удобства, окончательно исчезли. Крыса оказалась мельче Коросты, светло-серой и, пожалуй, даже более пушистой. — Пожалуйста, — повела плечом миссис Малфой, незаметно убрав палочку куда-то в складки мантии. Затем она чуть поколебалась и достала ее снова. — Только не говори Рону то, что ему не нужно знать, хорошо? — Да, конечно, — поспешила кивнуть Поттер. — Я скажу, что не знаю, где Короста, но вместо этого попросила у вас новую крысу. Нарцисса хмыкнула. — Не думаю, что он после этого у тебя ее возьмет. — Не думаю, что ему захочется меня расстраивать. — Слова слизеринки. — Я когтевранка. После этого Нарцисса ушла, позволив оставить Джейн за собой последнее слово и попрощавшись улыбкой. Одновременно с этим она и сняла полог тишины, выставленный в самом начале разговора, и Поттер осталась в Больничном крыле наедине с все еще дрожащей крысой. Та, кстати, вдобавок ко всему остальному оказалась девочкой. Рон, олицетворяя своей застенчивой улыбкой все страхи Джейн, появился на пороге вотчины мадам Помфри после завтрака понедельника. Он чуть помялся в дверях, а потом все-таки подошел к нужной койке. — Привет, — поздоровался Уизли, махнув рукой. — Ты как? Можно я присяду? Джейн кивнула, подобрав одеяло, и Рон аккуратно опустился на белоснежные простыни. Поттер от их белизны поначалу было даже не очень хорошо, сказывалось головокружение. — Привет, да вроде бы нормально. Но пока тут и о свободе не помышляю. Мадам Помфри грозит выпустить меня только в пятницу, что, если честно, кажется мне ужасным. — Ну, ты так упала… — Я старалась, — Рон взглянул на нее с ужасом во взгляде, не распознав шутки, и Джейн поспешила растянуть губы в улыбке. — Шутка. Вообще, здесь просто скучно. — А, оу. Уши Рона заалели. Несколько секунд прошло в мучительном поиске темы для разговора. — У тебя сейчас нет урока? — нащупала наконец нечто подходящее Джейн. Разговоры об учебе в Хогвартсе был аналогом обсуждения погоды. — Нет, у нас окно. А потом Снейп… — О, здорово. — Здорово? — только успокоившийся Рон, судя по второму за последнюю минуту полному эмоциями взгляду, все-таки всерьез испугался за психологическое здоровье однокурсницы. — Ты головой вниз упала? Джейн фыркнула: — Понятия не имею, я была без сознания. Но по моим ощущениям я всегда была такой себе благоразумной. Видимо, меня уронили в детстве. — Вряд ли… — О, нет, это вполне вероятно. У меня, говорят, был довольно резвый крестный, — представить Сириуса, случайно роняющего ребенка, оказалось совсем просто. — Я совсем не понимаю, как может нравиться Снейп. — Нравиться — не совсем то слово, — покачала головой Джейн, войдя в шутливый раж. От того, как все студенты (почти поголовно!) боялись и не любили Снейпа, иногда становилось даже весело. — Я преклоняюсь перед ним, регулярно проверяя, не прожег ли он во мне дырку. Очень страшно иногда, честно. Но так здорово… И зелья интересные. — Зелья интересные?! — Ага… — Поттер начало казаться, что тему для разговора она выбрала не очень хорошо, но отступать теперь было сложно. — Мне интересно, по крайней мере. А тебе какие предметы нравятся? — Защита, — тут же выпалил Рон. — Особенно в этом году. Профессор Люпин супер! Джейн прикрыла глаза, пытаясь разбудить в себе ту остроту ума, о которой говорит шляпа, отправляя на Когтевран. Сведение разговора к преподавателю ЗоТИ, лежащему за ширмой на соседней койке, точно не отвечало требованиям интеллекта. — Да, после Локонса особенно, — вполне искренне согласилась она спустя секунду самобичевания. — А ты уже подумал, чем хочешь заниматься после Хогвартса? Рон тут же легкомысленно пожал плечами: — Понятия не имею, да и рано еще. Подумаю на пятом курсе. Но было бы круто, конечно, стать аврором. Или уехать к Чарли заниматься драконами… Не знаю, в общем. А ты уже придумала? — Не-а. Мне слишком многое нравится. А что нужно для того, чтобы уехать в заповедник и быть драконологом? Что сдавал Чарли? — Кучу всего, — из взгляда Рона, как по волшебству, пропал азарт, уступив место тоске. Эмоции у всего семейства рыжих сменялись мгновенно, и он не был исключением. — Если говорить о ЖАБА… Уход, разумеется. Травологию, чары, руны. Трансфигурацию. — И все на высший балл? — вполне искренне ужаснулась Джейн, представив себе фронт работы. Для большинства профессий требовалось сдать ЖАБА по двум или трем предметам, и пять звучали страшно. Конечно, выбирали для изучения на старших курсах больше направлений, до восьми, но предпочитали сосредоточиться от силы на половине. Рон свел брови, явно вспоминая: — Кажется, нет. Трансфигурацию достаточно сдать на «Выше ожидаемого». Остальное на «Превосходно», да… А Чарли и трансфигурацию так сдал. Но он был лучшим учеником, ему это даже далось не особо сложно. Джейн дернула уголком губ, не расслышав в последнем предложении особой уверенности. Не особо сложно… С ЖАБА так просто быть не могло. Для того, чтобы в этом убедиться, стоило вспомнить любого семикурсника в майские недели. Синяки под глазами и дрожащие пальцы были верным признаком выпускников. — Думаю, ему все равно пришлось туго, — вздохнула Поттер, глубоко сочувствуя незнакомому Чарли. Хотя, конечно, она его видела — он был на семейных фотографиях Уизли в Норе и на том снимке из Пророка… Но и только. — Может быть. По крайней мере, отсыпался он потом неделю, — Рон даже хмыкнул, явно вспоминая то лето. — Мама нам даже ходить мимо его комнаты не разрешала. А когда Чарли получил письмо с результатами, закатила тако-ой пир… Ты бы видела. Джейн, все еще с восхищением вспоминавшая масштабы кухонной деятельности миссис Уизли на дне рождения Джинни, кивнула. — Я тогда так испугался его вида, что решил, что в Хогвартс мне особо и не хочется, — добавил Рон после небольшой паузы, явно дав подруге возможность воспроизвести в памяти ломящиеся от еды столы. На этот раз оба рассмеялись. Причем явно сделали это слишком искренне и громко, потому что в конце крыла тут же скрипнула дверь в кабинет мадам Помфри. Рон поспешил подняться, стремительно краснея и все еще сдерживая рвущиеся смешки. — Мистер Уизли, что за поведение?! — возмущение медиковедьмы смешивалось с перестуком ее каблуков и отчего-то звучало комично. Рон только помотал головой, борясь со смехом. Джейн почувствовала, что краснеет вслед за ним, причем тоже не от стыда, и попыталась попенять себе на беспричинный смех, но потерпела поражение. — А Короста как? — спохватился тут Уизли, медленно пятясь по направлению к выходу. — Ох, — вырвалось у Джейн раньше, чем она успела что-то подумать. Рон взглянул на нее удивленно. — Его принесла ко мне Чжоу, но потом я спала… Не знаю, где он сейчас, — смех выскочил из ее мыслей как пробка из бутылки. — Ну, ничего, — легкомысленно отмахнулся гриффиндорец, не обнаружив в словах Поттер ничего преступного. Его явно больше занимала приближающаяся мадам Помфри. — Может, пошел гулять. И я пойду. Выздоравливай! И он спасся бегством. В результате Джейн, не успевшая сильно испугаться этого разговора, пришла к выводу, что все прошло не совсем плохо. По крайней мере, Рон знает, что крысы у нее сейчас нет, сам нашел этому объяснение — и, значит, будет хотя бы относительно готов к тому, что Короста исчезла из его жизни насовсем.

***

Несмотря на все угрозы, подкрепляемые медицинскими терминами, Джейн выпустили из больничного крыла ранним утром в среду. Мадам Помфри проверила ее десятком диагностических чар, поцокала языком и пожаловалась на невозможность удержать Поттер в койке еще неделю, но все равно открыла белые двери и пожелала не опоздать на завтрак. После четырех дней в койке успеть везде хотелось особенно сильно. Как и подвигаться. И просто что-то сделать. Поэтому Джейн, едва оказавшись за пределами крыла, бегом кинулась вперед по коридору, не столько спеша, сколько желая просто побегать. Так что в Большой зал она влетела на полной скорости, запыхавшись и лучась здоровьем. Ее однокурсницы были уже тут, заняв привычное место ближе к преподавательскому столу. Они оживленно о чем-то спорили, выглядя при этом необычно хмуро, так что заметили Поттер только тогда, когда она уже проделала половину пути. — Джейн! — воскликнула — почти пискнула? С ней такое случалось — Мораг, вскакивая со скамейки и бросаясь навстречу. В процессе она, правда, зацепилась за скамью ногой и неловко запрыгала на месте, пытаясь не упасть, поэтому объятия были скорее взаимопомощью — Джейн удалось подхватить подругу в последнюю секунду. — Что бы я без тебя делала! — выдохнула Макдугалл куда-то ей в волосы, обретя равновесие. — Спокойно сидела бы на месте и не подвергала свою жизнь опасности, — тут же отозвалась Лайза, наблюдая за ситуацией с другой стороны стола и явно с трудом сдерживая смех. — Вот так всегда, Поттер просто притягивает неприятности. — Я их не притягиваю, я помогаю узнать их среди приятностей, — не слишком ловко отшутилась Джейн, обратив внимание на стол со своим любимым пудингом. — Мораг, умоляю, давай быстрее, я бесконечно голодная. Вняв молитвам, Макдугалл справилась со своей ногой и снова обрела возможность стоять на полу самостоятельно. Чем, правда, не преминула воспользоваться, заключив Поттер в крепкие объятия. — Не будь вредной! — фыркнула она ей в ухо, заставив Джейн чуть отшатнуться от неожиданности. Однако улыбка появилась на ее лице сама собой, так что этот жест можно было бы с трудом посчитать плохим знаком. — Тем более, что мы специально сторожили этот пудинг, рассчитывая на твое преждевременное освобождение из заключения. Правда ведь, Мэнди? — Мораг разорвала объятия, чтобы обернуться к столу. — Я не отводила от него взгляда, чтобы он никуда не убежал, — поспешила подтвердить Броклхерст, двигаясь в сторону, чтобы освободить Джейн место на скамье. — И даже не отдала его Элис Морган, когда та попросила, — громко прошептала Падма с таким взглядом, будто бы страшнее тайны в этом мире не существовало. Выдержав драматическую паузу, она продолжила уже обычным голосом: — В общем, мы отчаянно верили в то, что ты снова к нам присоединишься, и делали все, чтобы ты больше никуда от нас не делась. — Я очень постараюсь оправдать ваши надежды, — усмехнулась Джейн, опускаясь за стол рядом с Мэнди и пододвигая к себе поближе блюдо с пудингом. — Тем более, что ради меня вы отказали самой Элис Морган… Элис Морган была первокурсницей с очаровательными светлыми косичками, ставшей негласным лидером на своем потоке среди когтевранцев. У нее были огромные голубые глаза, хрупкое телосложение и умение располагать к себе всех, кого можно и кого нельзя. Мэнди с Падмой, опекавшие первый курс в силу каких-то своих соображений, тоже пали перед ее обаянием — и сложно было представить ситуацию, в которой одна из них могла ответить «нет» на просьбу этой девчушки. Так что Джейн оценила заботу о пудинге по достоинству. — И, что самое главное, это было не зря, — хмыкнула Падма. — А то, честное слово, я бы не выдержала и пошла бы извиняться. Она так смутилась, когда услышала отказ… Так что ешь. — Ем! — послушно кивнула Джейн. — А вы пока расскажите, что я пропустила. Завтрак продолжился под обстоятельный доклад Мораг о произошедшем за последние дни. Большую часть из новостей Джейн и так знала, — все-таки девочки забегали в Больничное крыло поболтать, — но послушать было все равно любопытно. Тем более, что всего за четыре дня пятые курсы Слизерина и Когтеврана успели устроить несколько подпольных дуэлей (исключительно в спортивных целях, разумеется, а не ради благосклонности новой старосты Слизерина), пуффендуйцы притащили в гостиную растение, выбившее все их окна, а Луна Лавгуд разрисовала потолок в комнате второкурсниц движущимися картинками. Мораг настаивала на том, чтобы попросить Луну разрисовать и их потолок, а Падма качала головой: «У нас будет рябить в глазах, прошу, не нужно». Когда тарелка очистилась до состояния, которое Поттер посчитала приемлемым, новости как раз закончились. — А о чем вы спорили? — поинтересовалась она с любопытством, вспомнив, как хмуро что-то обсуждали девочки, когда она только вошла в зал. — А о чем мы спорили? — ответила вопросом на вопрос Лайза, оторвавшись от учебника по маггловедению, главу из которого нужно было прочитать к первому занятию среды. — Когда? — Когда я пришла на завтрак. Сегодня. Повисла недолгая пауза. — А! — Лайза чуть не хлопнула себя рукой по лбу. — Так мы не спорили. Это так... Маггловедение! Звучало не слишком убедительно, но остальные девочки тут же оживленно закивали, так что Джейн оставалось только постараться поверить. — А что там с маггловедением? — Да тут какая-то фигня! — эмоционально заявила Лайза, обычно не позволявшая себе выражаться даже таким образом. — Вот что такое пистолет? Как он работает? — Эм-м… — это был явно не тот вопрос, который ожидала услышать Джейн. — Там вроде бы порох, который что-то поджигает. И в дуле происходит небольшой взрыв, выталкивающий пулю. Но это не точно. А зачем вам это? — Вот здесь, — Турпин помахала учебником, — написано, что, когда нажимаешь курок, внутри дует сильный ветер и выталкивает пулю. Но это ведь не может быть правдой, да? — Звучит на самом деле не очень правдоподобно, — аккуратно согласилась Джейн. — Надо спросить у Дадли и Джастина, наверняка они этим интересовались когда-то и что-то знают. Или у кого-то из старших. — Но это ведь учебник, он не может врать, — включилась в дискуссию Падма. — А вот вы можете чего-то не знать. — Можем, конечно, но воздух… Да быть такого не может, там точно есть порох. А про порох ничего не сказано? — Джейн кивнула на учебник, и Лайза тут же помотала головой. — Вот, точно что-то не так. Надо проверить. — Но ведь учебник… — Его мог написать кто-то, кто не очень разбирается в оружии, — неуверенно произнесла Мэнди. — В министерстве тоже обычные маги работают. — Да, в учебниках могут быть ошибки, — подхватила Джейн. — Думаю, профессор… — Профессор Бэрбидж, — поспешила подсказать Лайза. — …думаю, профессор Бэрбидж расскажет на занятии, что к чему. Лайза недоверчиво вздохнула: — Не уверена. Но, да, может быть. — И все равно это учебник, — вяло продолжила настаивать на своем Падма, но не слишком убедительно — и Джейн вдруг подумала, что этот спор выглядит наигранным и не слишком настоящим. По крайней мере, сейчас девочки не выглядели такими же хмурыми, какими были, когда она пришла. Но допытываться не хотелось. В конце концов, наверняка они скажут сами, в чем дело, если будет нужно. И, успокаивая себя такими мыслями, Джейн перестала обращать внимание на какие-то аргументы Лайзы против содержательности учебника и обернулась на пуффендуйский стол. Седрик так и не навестил ее в Больничном крыле. «Может, что-то случилось?» — подумалось ей, когда найти Диггори на его привычном месте не удалось. — А где… — начала она, повернувшись назад к девочкам, уже, что было достаточно неожиданно, переставшим спорить и теперь смотревшим на нее выжидающе. Но тут под потолком раздалось хлопанье крыльев, кто-то громко воскликнул «Почта!», и задать вопрос так и не вышло. Незнакомая сова уронила Пророк прямо на полупустую тарелку из-под пудинга. Тихонько выругавшись, Джейн поспешила убрать газету с блюда и грозно посмотрела на уже разворачивающуюся под потолком птицу. На ту это особого впечатления не произвело, но Поттер все равно проводила ее недовольным взглядом. Наглая сова как раз собиралась вылететь через специальное окно под высоким потолком, когда Мораг, бесцеремонно открывшая отодвинутую Джейн газету, охнула. — Что случилось? — спросила Поттер одновременно с Лайзой и Падмой, перегнувшимися через стол, чтобы получше расслышать ответ — зал уже наполнился удивленным шумом. — Сириуса Блэка оправдали, — одними губами произнесла Мораг, показывая всем заголовок.