Связанные клинком.

- Сещемару-сама! У вас открытая рана. После победы над Саунгой, Шира, Сещемару, Рин, Кохаку и Джакен отправились дальше. Точнее, дальше отправился лишь демон, а остальные просто увязались следом. Мужчина последние три дня выглядел совершенно отстраненным и всё смотрел куда-то вдаль. Шира лишь вздыхала, не зная, какие мысли обуревают им. Заговаривать она с ним ни о чем не рисковала. Но когда увидела, что рана на плече и спине демона, полученная во время битвы, всё никак не заживала – она забеспокоилась. - О себе сперва побеспокойся, - фыркнул демон, не оборачиваясь. Девушка машинально провела забинтованными руками по бинтам, которые одолжила Кагоме, на шее. - Сещемару, - тяжело вздохнула она. – Вы ведь сами видите, что раны, нанесенные Саунгой даже спустя три дня, продолжают кровоточить. Позвольте просто обработать их, иначе вы рискуете получить заражение крови, и тогда придется и правую руку отделять, - пригрозила она. Гангрена, даже среди демонов, была распространенной болезнью. Нередко демоны, чтобы заражение не пошло даже, отрубали сами себе конечности. Демон вздохнул и остановился, а Шира едва заметно улыбнулась. «Хоть что-то его пробрало», - подумала она, направляя А-Уна к ручью. Кохаку, Рин и Джакен, сообразив, что будут только путаться под ногами, пошли в лес, за ягодами. Шира сползла с дракона и подползла к воде. «Интересно, - с тоской подумала она. – Понимает ли он, что тогда сознательно спас Инуяшу? Сещемару, можешь ли ты, преодолев свою гордость, хоть раз, хоть самому себе, признать это?». - Не могли бы вы… - начала она, но демон уже понял. Девушка видела, как он поморщился, когда одежда «отлепилась» от его ран. Шира лишь покачала головой, увидев глубокую кровоточащую рану. - И вы думали, что это заживет само? – нахмурилась она. Демон ничего не сказал и повернулся к ней спиной. Девушка поджала губы и принялась осторожно, бережно вытирать запекшуюся кровь с его плеча. Легко, почти невесомо она касалась его напряженной спины. «Почему он молчит? За всё это время он лишь несколько раз ответил на мои вопросы. Неужели из-за отца? Или же…». - Сещемару-сама, если я вас как-то задела или оскорбила, то прошу простить меня. Я не со зла. Мужчина вздрогнул и удивленно поднял на нее глаза. Девушка вздрогнула. «Почему у него такой странный взгляд? – хмурилась она всё больше. – Взгляд человека, который запутался сам в себе». - С чего ты взяла, что чем-то задела меня? Шира передернула плечами, взгляд её вновь уткнулся в рану демона. - И то верно… Если бы я обидела вас, то меня бы уже в живых не было. Снова, - вздохнув, добавила она. – Но в таком случае, что с вами? Последние дни вы сам не свой. Неужели из-за того, что вы вновь, после стольких лет, увидели родного отца. - Нет, - сухо отозвался он. В отличие от взгляда, его голос не менялся. - Вот как… - пробормотала она, понимая, что большего от него не добьется, а требовать чего-то она не в праве. Наступило молчание, но для девушки оно тянулось вечность. Она молча протирала его раны, стараясь не причинять лишней боли. Перемотав спину и грудь мужчины, села напротив него, чтобы обработать плечо. Сещемару не двигался, застыв мраморной статуей. О чем он думал? Какие мысли приходили к нему в голову? Шира могла лишь делать догадки. - Мне нужно кое-что проверить, - вдруг тихо произнес мужчина, уверенно смотря на девушку. - Снова хотите выследить Нараку? – краешком губ улыбнулась она, не отрываясь от своего занятия. - Нет. Шира удивленно подняла голову… и тут же об этом пожалела. Демон смотрел на неё как тогда, в ту самую ночь, когда он был под одурманивающими чарами Наги. Девушка поняла… Поняла, что сейчас что-то произойдет, но не делала попытки предотвратить это. Она просто была не в силах что-либо сделать. Не могла и не посмела, о чем потом очень долго сожалела. Поцелуй был коротким, даже слишком. Твердые, холодные губы демона едва ли коснулись её собственных, чуть задержались и отстранились. Сещемару отстранился, Шира не шевелилась. - Давайте, Сещемару-сама, нам нужно, наконец, закончить с перевязкой, - вдруг улыбнулась она. Всё внутри демона похолодело. Он ожидал любой реакции: от смущения до пощечины. Ожидал чего угодно: криков, истерик, покрасневших щек… Но никак не ожидал он того, что девушка просто на просто проигнорирует его. Она, как ни в чём не бывало, продолжала перевязку, еле сдерживая свою улыбку. «Тц!», - цыкнул он, оскалившись. Ничего не скажешь – его самолюбие и гордость были разбиты в пух и прах. Но… демон покосился на безмятежное лицо девушки, которое по-прежнему оставалось загадочным. «Бред!», - решил он, нахмурившись, и невольно облизал губы. На них до сих пор чувствовался вкус солоноватой крови девушки. Шира была в ярости. Нет, не на Сещемару – на себя. Какого огромного труда ей составило сохранить на лице улыбку и не поддаться эмоциям. В очередной раз, втянув носом воздух, глубоко выдохнула. «Нет! Нельзя! – думала она. – Не поддавайся эмоциям, не обманывайся… Это всего лишь иллюзия, порыв. Если он узнает, кто я на самом деле… Ох, о чём это я? Невозможно, что бы Сещемару что-то испытывал ко мне. Кто я для него? Калека, обуза, нежеланная попутчица… Хватит уже. Я заказала себе думать о любви. Хотя, неужели я пытаюсь одурачить своё сердце? Он мне нравится, даже чересчур сильно. Но любовь… нет. Симпатия, благодарность, но не только не любовь. Любить меня – себе дороже. Ах, Сещемару, прошу, не поддавайтесь на мою внешность. Да и мне не следует думать об этом. Хотя, разве может стать кому-то хуже от мыслей? Черт!», - рычала она, стараясь сохранять рассудок. Девушка боялась. Очень сильно боялась. Боялась всего, что связано с любовью и дружбой. Боялась снова увидеть это отвращение и презрение, боялась увидеть страх в любимых глазах. Шира знала, что не может доверять никому. Никому и никогда. Всегда стоит ожидать удара в спину. Но… девушка украдкой взглянула на мужчину, идущего где-то далеко впереди, и вздохнула. Она хочет доверять ему, хочет, но не может. Его слова о силе и власти Шира помнила слишком отчетливо. Часто она задавалась вопросом: а если нет, если бы он не желал силы? «Смогла бы я рассказать ему? – думала она, но тут же гнала мысли прочь, лишь содрогаясь от одной мысли. – Я такая трусиха… Вот уж сколько лет живу в страхе, а всё никак не могу с ним смириться. Пусть всё идёт своим чередом». Внезапно Сещемару остановился, из-за чего Джакен, до этого спорящий с Кохако, врезался в его ногу. - Господин Сещемару, в чём дело? - Запах Нараку… - сухо произнес он, кладя руку на эфес меча. - Но не он сам, - покачала головой Шира. – Я не ощущаю сил осколков, кроме того, что есть у Кохаку. - В сторону, - приказал Сещемару и ударил «ядовитой лапой». Из кустов моментально вылетел демон и легко отпрыгнул назад. - Оп-ля! Ещё бы чуть-чуть… - отозвался он, поднимая голову. - Грезящий в ночи Бьякуя, полагаю, - так же сухо отозвалась Шира, изучая мужчину. - Приятно знать, что такая дива знает моё имя, - улыбнулся он, слегка кланясь. - Зачем пришел на этот раз? За Кохаку? – мрачно отозвался Сещемару, делая шаг в сторону девушки. Бьякуя примирительно поднял вверх руки и предусмотрительно отступил назад. - Ну-ну, Сещемару, вы злитесь, я ещё не готов умирать. Да и вообще, я по просьбе Нараку. Вам нужна эта девушка? – кивок в сторону опешившей девушки. Шира едва не задохнулась от подобной наглости, зло сверкнув белесыми глазами. – Так вот, Нараку предлагает выгодную сделку: вы отдаете ее, а взамен он перестает охотиться за Кохаку. Сещемару и остальные замерли. Лишь было слышно, как гневно сопит девушка, едва сдерживаешь, чтобы не сказать: куда и в какое конкретное место может пойти Нараку со своим предложением. «Я что? Вещь что ли какая, что меня так легко можно обменять? Нараку… мерзавец, знает куда бить», - кипятилась она. - Шира-сама, не вздумайте соглашаться, - зашептал Кохаку, с ненавистью косясь за Бьякую. - Не волнуйся, никто ни на что не будет соглашаться. И Сещемару-сама этого не позволит. Я более чем уверена, что гордость не позволит поступить так подло. И этот момент, демон явно услышал её и повернулся. Шира замолчала, пристально глядя на него. - Почему ты спрашиваешь об этом меня? – холодно отозвался он. – Спроси её об этом саму. Девушка слабо улыбнулась и, одними губами прошептав «спасибо», повернулась к порождению Нараку, смотря на демона сверху вниз. Горделивая осанка и ясные глаза делали её похожей на императрицу. - Можешь передать Нараку, что я подумаю над его предложением лет, скажем, пятьсот. - Э-э-э? – синхронно выдали Кохаку, Джакен и Рин, непонимающе глядя на девушку. Сещемару вопросительно изогнул дугой бровь. Шира, будто не замечая их осоловелых лиц, улыбнулась и холодно отчеканила: - А через пятьсот лет он получит моё твердое «нет». - А-а-а! – и снова те же, на этот раз облегченно. - Это твой ответ? – спросил Бьякуя, удивленно наклонив голову. Девушка недовольно передернула плечиком. - Мне ещё раз повторить? Сещемару удовлетворенно хмыкнул. Определенно такая черта девушки ему нравилась. Хорошо она поставила на место этого… хама. У Бьякуи даже лицо перекосилось. Но демон тут же хмыкнул и извлек из рукава бумажного журавлика. - Лучшего ответа и не придумаешь. Но, в таком случае, будьте осмотрительнее, кажется, Нараку опять что-то затеял. Ну бывайте! - Этого еще не хватало, – вырвалось у юного охотника, а Джакен помянул демона тихим, некрасивым словом. Шира предусмотрительно закрыла Рин уши. «Очередная головная боль», - поморщился Сещемару, хотя искренне не понимал: с чего бы Бьякуе предупреждать их о планах Нараку? Ему и в голову не приходило, что тот проявил жалость, себе на риск. - И что же теперь делать, Сещемару-сама? – наклонила голову Шира. – Продолжим идти дальше? Внезапный голос, заставивший всех вздрогнуть, не дал демону ответить на вопрос: - Сещемару-сама, не желаете ли узнать, что не хватает Тэнсейге? Или вас не беспокоит, что его луна до сих пор не полная? Шира поморщилась от омерзения. Иссиня-черные глаза она никогда не любила, а у этого типа они были точно выколоты. Ни тебе не белка, не зрачка – лишь пугающая чернота. - Ей ты, откуда ты такой осведомленный выискался?! - закричал демонишка, гневно сузив глаза. - Молчать, Джакен, - холодно осек его мужчина. - А? Я… Я… Я вообще, как рыба об лёд, - тот отступил назад, обливаясь холодным потом. - И сразу в кусты, - надулась Рин, а Кохаку тихо захихикал. «Ловушка… Как пить дать», - покачала головой Шира, искоса смотря на Сещемару. После того случая, он был явно не в духе, и хмурился сильнее обычного. А теперь ещё и о мече его отца заговорили. - Если хотите знать, то следуйте за мной, - отозвался неизвестный и неторопливо пошел вперед. - Сещемару… - одними губами прошептала Шира, чувствуя, что ничем хорошим это не кончится. Не надо большого ума, чтобы догадаться, что демон всё-таки пошел за мальчишкой. Мужчина догадывался… да что уж там, знал, что это ловушка, поэтому и Киншин все время держал наготове. Девушка не возражала, против того, чтобы Сещемару пользовался её мечом, но теперь и она защититься не могла. Нет, конечно, дар её всё ещё находился при ней, и она могла воспользоваться им в любой момент, но… Шира вздрогнула, стоило лишь подумать об этом. И о последствиях. В общем, оставалось лишь полагаться на демона. Девушку напрягала местность без растительности. Деревья и травы всегда бы ей помощниками, и всегда могли подсказать, где таится враг. Но… Шира огляделась вокруг. Камни, скалы, песок – какой от них прок? Они мрачные и упрямые, от них едва ли каких-то подсказок дождешься. Сещемару шел вперед, пристально глядя на спину мальчишки. Не выдержав, Шира тихо спросила, зная, что демонический слух мужчины, её услышит: - Вы разве не думаете, что это ловушка? - Если и так, то ему не жить… - так же тихо, но уже более угрожающе, отозвался демон. - А? Он исчез, - растерянно проговорил Кохаку, останавливая А-Уна. - У меня плохое предчувствие, - пробормотала Шира, на всякий случай перехватывая поводья. – Кохаку, а ну сюда иди. Сещемару вздрогнул, почувствовав чьё-то приближение. Секунда и на каменный мост, на котором они остановились, обрушился сгусток демонической энергии. Демон и остальные оказались порознь. А-Ун взмыл вверх вместе со своими всадниками. - Джакен-сама, держитесь! – закричал Кохаку, хватая своей цепью демонишку за шею. - Почему всё кончается именно этим? – завопил он. Демон мягко подпрыгнул, озираясь по сторонам. На самой вершине скале находилось двое. - Наверху! – зарычал он, выхватывая Тэнсейгу. Неполный «лунный путь» ударил по скале. В образовавшийся проход могла поместиться целая свора демонов. Сещемару цыкнул. - Нарочно же ниже целил, - раздался насмешливый, грубый голос. – А ведь прекрасно знал, где находится враг. Неужели так не терпится узнать секрет, Сещемару? - Кто ты – меня не волнует. Говори, откуда знаешь о Тэнсейге? – рыкнул демон, приземляясь на камень. - Просто когда-то я уже сражался против этого меча, - Шира заметила, как Сещемару едва заметно побледнел. – Хотя в руках твоего папаши выглядел он по другому. «И снова та же песня… - чуть не взвыла девушка. – Ину-но-Тайсё, сколько же врагов вы оставили своим детям, что теперь они отдуваются за вас? В прочем, они всё равно не против лишний раз помахать мечами. Нда, тяжела участь великих…». Шира и заметить не успела, как Сещемару кинулся на врага. Удар правой рукой и верхушки скалы как не бывало. Демон, чьё имя до сих пор оставалось неизвестным, в мгновении ока телепортировался в другое место. - Ради желанного секрета даже голыми руками биться готов? – возмутился тот. – Да против тебя не мелкая сошка, а сам Шишинки! И ударил. Естественно, Сещемару не мог не увернуться от такой прямой атаки, но… Сила пришлась на противоположную скалу. - Что?.. – недоуменно прошептала девушка, наблюдая, как закрывается огромный, круглый проход, оставляя лишь идеально круглое отверстие. Глаза Сещемару непонимающе-удивленно расширились, а искреннее его изумление было ясно каждому. - «Лунный путь» в Загробный мир, - в ужасе произнес Кохаку. - Ничего, у Сещемару-сама куда больше, - успокоился Джакен, хотя и сам не был уверен в своих словах. - Зато у этого "луна" полная, - пискнула Рин. - «Лунный путь» - был моей техникой, - начал издалека Шишинки. – Но потом, Сещемару, её украл твой папаша, вместе с моим лицом. Демон снял маску, которая закрывала левую часть его лица. Шира вздрогнула. Половины лица как не бывало. «Будто «путь» на нём открыли», - пробормотала она. Сещемару задумчиво хмыкнул. - Пока лишь речь идет о воровстве, да подпорченном личике. Пожаловаться мне решил, поэтому и вызвал? Проигнорировав слова демона, Шишинки с мрачной улыбкой произнес: - Двум мастерам одного удара на земле – не место. Тем более хозяину никчемного Тэнсейги! «Долго он явно не проживет, - заключила Шира, предусмотрительно направляя А-Уна в безопасное место. – Естественно, Сещемару в этом никогда не признается, но за меч своего отца – он будет горой стоять». «Никчемного?», - зашипел демон. Слова Шишинки пришлись, как обухом по голове. - Сещемару-сама, осторожно! – закричала Рин. Демон вздрогнул и отклонился. Удар «лунного пути» прошелся лишь в паре сантиметров от его лица. - Что тебе известно, тварь? – сухо отозвался Сещемару. - Любопытство заело, покойник? – Шишинки явно испытывал свою судьбу. Глаза демона опасно сузились. - Похоже, что разговора не выйдет… А значит – ты мне без надобности! Его «луна» вновь полетела в демона, но тот даже не шелохнулся. - Сещемару, - мерзко протянул он. – Твоя «луна» большая, да бесполезная. Ведь полной ей не стать никогда! И… открыл свою «луну» внутри «луны» Сещемару? «Луна» Шишинки затянула «луну» Сещемару подобно черной дыре. «Не может быть!», - ахнул Демон, не веря, смотрел на это зрелище. Шира вздрогнула, почувствовав приближение знакомого запаха. «Кагоме?», - удивилась она. - Сещемару! – рык Инуяши ни с чем нельзя было перепутать. - Кохаку, ты в порядке? – закричала Санго. - Сестренка? Да, цел, - отозвался брат. «Ну сейчас начнется… - мрачно подумала Шира, заметив, как в глазах братьев сверкнули молнии ненависти. – А что если?.. Бр-р! Нет, о чём это я думаю! Ни за что на свете…». Пока девушка боролась со своим внутренним «я», блоха Миога, прибывший вместе с Инуяшей, успел разъяснить, что к чему. И что это за фрукт такой – Шишинки. - Хм… И старый старпер здесь? Значит всё верно, - отозвался демон. Если бы не быстрая реакция полудемона, то от Инуяши и Кагоме и мокрого места бы не осталось. Лишь огромная дыра в скале. - Во, блин, козлина! Я те ща «путями» пошвыряюсь… - многообещающе зарычал Инуяша, вытаскивая из ножен Тессайгу. Горы, простоявшие уж не одну сотню лет, не выдержали такого кошмарного обращения со стороны «лунных путей» и «раны ветра», рассыпались в пух и прах. От поднявшейся в воздух пыли защемило глаза, которые тут же начали слезиться. - Ну определенно Тессайга, - протянул противный голос откуда-то сверху. Инуяша, раздосадованный, поднял голову. – А ведь поговаривали, что у него двое сыновей. Но завещать Тессайгу младшему… Инуяша глухо зарычал. И Шира его прекрасно понимала и сочувствовала. Сколько же он натерпелся подобного обращения? Сколько обидных слов слышал в свой адрес? Не известно, но было понятно, что достаточно. Но на этот раз полудемон не стал огрызаться, он просто на просто проигнорировал его слова, удивленно-раздраженно обращаясь к старшему брату: - Слышь, Сещемару, нахрена он тебе вообще сдался? А Шишинки, явно не любивший, когда на него не обращают внимания, вещал дальше: - Сещемару, неужели задумался? И правильно, ведь по всем законам Тессайга должна была достаться старшему. Тут уж не выдержала Шира, гневно прошипев: - Законы, законы… Кто их придумал? Не считаешь ли ты, что их семейные дела тебя не касаются? - Шира... – сухо окликнул её Сещемару, впрочем, не отрывая взгляда от демона. - Что же тебя принесло то сейчас, спустя двести пятьдесят лет? Права на «лунный путь» решил установить? - Двести пятьдесят? – присвистнул Шиппо. – Кагоме, зачем тебе такой старик сдался? - Убью! – это уже Инуяша. - Шира! – Сещемару вынужден был повысить голос, дабы девушка больше не лезла на рожон. Та послушно замолчала, гордо вскинув голову, хотя мысленно ей ничто не мешало возмущаться. «Вот ведь паршивец! Нашел больное место и теперь соль на раны сыплет? И ведь наверняка прекрасно осведомлен о том, что Сещемару не один раз пытался заполучить Тессайгу. Проклятье… Будь у меня Киншин, я бы ему не только личико подпортила…». - Шишинки, ты меня сюда сражаться вызвал или языком трепать? – рассердился демон, ударяя первым. И вновь та же история – «луна» демона «съела» «путь» Сещемару. - Сещамару, а знаешь ли ты, как вообще появилась Тэнсейга? – издалека, с ехидной усмешкой, начал Шишинки. – Я ведь говорил уже, что когда сражался с твоим папашей, то меч выглядел по-другому. Точнее сказать, его вообще тогда не существовало… Ведь меч, который сражался против меня, звался Тессайгой! Что на Сещемару, что на Инуяшу было жалко и страшно смотреть. «Вот значит как… - ахнула Шира, с нескрываемой болью смотря на своего демона. – Ину-но-Тайсё разделил Тессайгу на два разных меча, чтобы отделить «лунный путь» от «раны ветра». Но основная мощь всегда принадлежала «основному» мечу. Получается, что Сещемару даже и меч-то толком не достался, а лишь эта часть. Ох, действительно жестко». - А ты ведь не знал, что твой Тэнсейга на самом деле… - Заткнись! От этого дикого, яростного крика заложило уши. Шира печально прикрыла глаза. «Какая же сильная, всепоглощающая боль… Узнать правду о том, что твой отец подложил такую «свинью». Как бы я хотела сейчас забрать его боль». - А от тебя человечиной несет? – издевательски проговорил Шишинки, на что Инуяша лишь презрительно цыкнул. – Получается, Тессайга достался какому-то жалкому полукровке? Сещемару, кажется, отец тебя на слишком то и жаловал. - Сещемару… - прошептала Шира, которая уже не могла сдерживать жалость. - Сколько бы ты ни старался, твоя Тэнсейга никогда не сможет создать полную «луну»! – закричал он, и его техника полетела точно в демона. - Сещемару-сама! – в ужасе закричали все присутствующие, понимая, что тот даже и не намерен уклоняться. - Инуяша, помоги! – завопила девушка. Все произошло в какую-то долю секунды. Шира, взмыв вверх, телепортировалась к Сещемару и обхватила его за талию. Киншин тут же перекочевал к ней в руку. - Разве это в вашем стиле, взять и просто так сдаться? – жарко зашептала она ему на ухо. – Только попробуйте поддаться на провокацию этого демона. И я вас никогда не прощу. И в этот момент, «лунный путь» Шишинки был отбил ветром Инуяши, который не растерялся и прекрасно знал свое дело. Рукоять Киншина тут же обхватили тонкие, бледные пальцы девушки, и она выдернула меч из-за пояса. - Что… Что это такое?! – завопил, перепуганный ни на шутку, Джакен. Шира сидела на земле, держа в руках ярко-алый клинок. Волосы её растрепались, и теперь невидимый поток энергии трепал их в разные стороны. Глаза её пылали лютой ненавистью, сверкая белым огнем. Но самое жуткое – была её левая рука, судорожно сжимающая меч. От самого запястья до шеи пролегли страшные темные полосы с бурыми разводами, как от крови. А в том месте, где пролегали эти отметины, взмывали вверх и переплетались между собой длинные, полупрозрачные черви. Их было множество. Они извивались на рукояти клинка, пропадали и вновь исчезали, поглощались друг другом и всё старались распространиться по телу девушки. Но та, будто и не замечала этого, продолжая смотреть ясными глазами. А Киншин, выставленный вперед, поглотил взрыв, чтобы тот никого не задел. - Что за черт? – прорычал Шишинки, невольно отступая назад. Зрелище на руке девушки было просто омерзительным. - Обыкновенная ненависть, - спокойно отозвалась девушка. Полосы на её руке стали «сползать» и стремительно светлеть. – Во всем своем материальном воплощение. У вас она такая же, просто вы её не замечаете. Кстати, вы вроде как бой ведете… Не буду отвлекать, продолжайте. Зевнув, Шира легко вспорхнула на верх и, приземлившись на А-Уна , тут же упала на руки к Кохаку и прикрыла глаза. «Какая страшная ненависть… - прошептала она, корчась от боли внутри своего тела. – Да еще такая темная и сильная, а ведь я забрала лишь ту, что проявлялась сильнее всего. Сколько же её в вас ещё осталось, Сещемару? Ох!», - простонала она, стараясь не потерять сознание и следить за развитием событий. Шишинки, если и был удивлен, то тут же взял себя в руки и ощетинился на Инуяшу: - Полукровка, брата решил защитить? Ну ничего. Вот отправлю Сещемару на тот свет, там и с тобой поквитаюсь. - На том свете? – сквозь боль крикнула Шира, невольно усмехаясь. Сейчас болтовня конкретного демона её забавляла. - Не огрызайся, девочка! – перевел стрелки мужчина. – Я с тобой разберусь. - Заткни хлебало! – зарычал Инуяша, но… Глаза всех удивленно расширились, когда Сещамару свободной, хотя и единственной, рукой врезал кулаком ему в челюсть. Полудемон, едва не потеряв равновесие, отступил в сторону. «Прости, Инуяша, - покаялась девушка, - это он на меня злится. Не на тебя». - Какого хрена? – заорал полудемон, потирая опухшую щеку. - Мой бой, не лезь, - сухо отозвался старший братец. Бой начался так же неожиданно, ведь Сещемару решил идти в рукопашную. Шишинки, отмахивался своим посохом, беззаботно и без особого труда отмахиваясь «лунами». - Убирайся в Загробный мир! Куда уж там? Сещемару был слишком ловок и быстр, чтобы не попасться под технику. Он просто на просто перепрыгнул «луну». - «Луна» Шишинки мощная, но не большая. От нее и увернуться можно! – прошептал Мироку. Демон расхохотался, услышав его. - Ну пусть попробует! – и из его посоха вырвался десяток «путей». - Да он и целой гроздью может! – Шиппо, сидевший на плече у монаха, стал похож на пушистый шарик. «Луны» сыпались на Сещемару одна за другой, ударяясь о скалы. Но что может быть хуже разозленного, оскорбленного и униженного демона? Наверное, ничего. Мужчина ловко уходил от всех атак, приближаясь к цели. А его цель, на данный момент, была одна – убить Шишинки. - Хватит, Сещемару! Даже тебе это не по зубам! – завопил Инуяша. Девушка удивленно округлила глаза. «Все-таки он волнуется за него… Что ж, ничего удивительного. Пусть они и враждуют, но у Инуяши слишком доброе и честное сердце, и как бы сильна не была его ненависть к брату, но он не может спокойно смотреть на то, как того убивают. Ох, черт…», - вновь простонала она, а из уголка губ потекла тоненькая струйка крови. - Шира, твою мать, сделай что-нибудь! – кажется, полудемон был в панике. «Сделать что-нибудь… А что, собственно, я могу?», - подумала она, покосившись на свой Киншин. - Настолько отчаялся, что тебе теперь и море по колено? – хохотал Шишинки, выпуская еще «лун», на этот раз их было больше, и они были быстрее. - Шира! – Инуяша уже не орал. Вопил. А Сещемару ударил. Твердый камень осколками полетел из-под его руки. - Глупец! Одними когтями ты меня не одолеешь! И все снова повторяется. - Уворачивается он мастерски, - оценил Мироку. Хоть по нему и не было видно, но монах тоже очень переживал. - Но враг, кажется, предугадывает, куда бить, - отметила Санго, готовая в любой момент применить Хиройкоцу. - В него ведь точно попадут… - Шиппо погрустнел. – Вопрос только: когда? - Сещемару, должно быть, сейчас в таком шоке, что ему уже все равно… Но, скажи, Миога, Ину-но-Тайсё завещал Тэнсейгу именно потому, что сам не смог освоить эту технику и поэтому положился на старшего сына? Я ведь права? Все выжидающе уставились на блоху. - Ну-у-у… Как бы это сказать?.. В принципе, да. Инуяша бы, являясь полудемоном, просто бы на просто не выдержал удар Загробного мира. В отличие от господина Сещемару, который является истинным демоном. - Но, в таком случае, разве не разумней было бы сразу отдать Тессайгу, не разделяя её? – вмешалась Санго. Шира нахмурилась. У неё, на этот счет, было совершенно иное мнение. И вновь Шишинки услышал их. - Действительно, почему он не отдал Тессайгу Сещемару со всеми её умениями? Напрашивается один вывод: он не доверял ему. - Резонно, - согласился Миога. - Хоть ты не поддавайся на его провокации, - фыркнула Кагоме. Хлопок, и Миога сплющился в маленький блинчик. И бой разгорелся с новой силой. И вновь Сещемару только и делал, что уворачивался от атак. Он был ужасно зол и растерян. И… напуган? - Сещемару-сама, - услышал он тихий голос Ширы. – Молю вас, не злитесь. Не поддавайтесь своей ненависти. Вспомните, что после битвы с Саунгой отец пришел, чтобы увидеть не только Инуяшу, но и вас. Сказать, что всё хорошо. Демон вновь уклонился, услышав ехидный смешок: - Так ты еще и однорукий? «Левую руку я потерял именно из-за Тессайги, которую отец оставил Инуяше, - оскалился он. – Но…». Удар и когтистая лапа раскрошила маску Шишинки. Демона отбросило метров на семь назад. «За это я зла не держу. В бою цель всегда оправдывает средства». - Моё лицо, - прорычал Шишинки, поднимая, на половину расколотое лицо. – Как ты посмел?! - Секрет Тэнсейги, значит… Не твоим грязным языком его оглашать. Ты лишь мараешь всё, о чём говоришь, - голос его звучал не холодно или яростно, а, скорее, брезгливо и уравновешено. - Заткнись! Вы со своим папашей ещё поплатитесь за то, что со мной сделали! Если бы Шишинки ударил «лунным путем», то, на сей раз, Сещемару бы не увернулся, слишком коротким было расстояние, но… - Сещемару, твою ж!.. – Инуяша не выдержал и бросился к брату. - Я же приказал не лезть! – в глазах демона появилось то, что называется волнением и беспокойством. - Ага, ща! Гунгосоха! – рявкнул он, выбрасывая в воздух алмазные шипы. Те, ударив в «пути» дали возможность братьям увернуться и взмыть наверх. И в одно мгновение Тессайга и Тэнсейга завибрировали, призывая своих хозяев сражаться вместе, бок о бок. Как тогда, во время битвы с Саунгой. Сещемару и Инуяша переглянулись, как по команде. - Сещемару! Доставай Тэнсейгу! – закричал полудемон, поняв, чего желают мечи. Но Сещемару не спешил, продолжая слушать биение клинка. «Хочешь, чтобы я сражался с Инуяшей? Нет… Хочешь, чтобы я помог ему и Тессайге? Тэнсейгу откололи для того, чтобы избавиться от ненужной техники. Мало того, что мне всучили, так ещё и Инуяше помогать?», - демону казалось, что ещё чуть-чуть и он пошлет всё. Далеко и надолго. - В воздухе не увернетесь! Мужчина искоса посмотрел в сторону, стараясь разглядеть знакомую копну белых волос. Шира сидела на А-Уне, как тогда, молитвенно сложив руки. Во взгляде её читался лишь страх и тревога, а лицо было перекошено болью ненависти, которую впитало её тело. Неестественно голубые глаза глядели неотрывно, словно призывая. - Ну вот и всё! Убирайтесь в Загробный мир вместе с папочкиным наследием! И в двух демонов полетели «луны», которые могли стать для них последними перед отправкой в мир иной. - Сещемару! Кто кричал? Инуяша? Джакен? Шира? Не известно, голоса слились воедино. А демон решительно схватившись за клинок, извлек Тэнсейгу из ножен. «О чём бы не думал отец, завещая меч мне – теперь уже не важно!». - Замолкни, Шишинки! Не тебе, мерзавцу, меня жизни лишать! И он ударил. На этот раз «луна» была полной, вот только размер остался. Она поглотила множество мелких, вырастая ещё больше. Всё вокруг: горы, камни, вся земля начали поглощаться, утягивая за собой Шишинки. - Мои соболезнования, Сещемару, твой папаша и правда любил зло пошутить! – были его предсмертные слова, прежде чем его втянуло в Загробный мир. «Он это уже понял», - вздохнула Шира, немного успокоившись. Кажется, она так не переживала даже когда он бился с Саунгой. - Слышь, Сещемару, ты сейчас вроде полной Тэнсейгой запулил? – спросил Инуяша, складывая Тессайгу в ножны. Тот ничего не ответил, убрав свой клинок за пояс. - Эй, я с тобой между прочим говорю! Батя помер, когда я только родился. Откуда мне знать, о чём он там думал? Но брехня Шишинки о том, что Тэнсейга обломок Тессайги, никчемный меч и всё такое – брехня и есть! Отец знал тебя и потому доверил Тэнсейгу. - С чего такие пламенные речи? - Ха! – фыркнул полудемон, усмехаясь. – Да чтобы ты усёк, что получил меч, а не подачку. Ясно тебе? - Инуяша, - тихо начал демон. – Нам с тобой суждено сражаться друг с другом, пока не останется только один. Запомни это. «Он опять за своё?!», - Шира чуть ли не шипела от гнева, как дикая кошка, видя, как вытянулось лицо парня. Вздохнув, она положила ладонь на плечо полудемона, заставив его вздрогнуть. - Не волнуйся, - улыбнулась она. – Всё будет в порядке, вот увидишь. - Что-то не особо верится… - пробормотал он, смотря на удаляющуюся фигуру.

***

«Как бы я хотела высказываться так же прямолинейно, как и Инуяша», - с тоской подумала она, гладя по волосам спящую Рин. Уже давно стемнело, и теперь дети спали, уставшие после пережитого дня. Джакен похрапывал рядом, бормоча что-то во сне. Шира подняла голову, смотря на звездное небо. Тело уже не болело, да и сама ненависть забылась, как ночной кошмар. Оглядевшись, она увидела Сещемару, сидящего на краю обрыва и неотрывно смотрящего вдаль. Улыбнувшись, девушка подлетела к нему, мягко приземлившись рядом. - Ты ведь знаешь, о чём я думаю? – произнес он спустя какое-то время. Девушка кивнула. - Думаете над «злой шуткой» отца? Ведь «путь» появился только тогда, когда Тессайга была рядом. Этого и следовало ожидать от Ину-но-Тайсё. Разделить мечи так, чтобы чистокровный демон сражался с полукровкой бок о бок без мыслей переубивать друг друга. За что вы так ненавидите Инуяшу? За слабость? Так он гораздо сильнее, чем вы думаете. За то, что он погубил вашего отца? Так в том не было его вины, ничьей не было. За то, что Тессайга принадлежит ему? Так он защищает своих близких, ему она нужнее и необходимее. Ваш отец знал, что вы будете ненавидеть своего младшего брата, и поэтому постарался предотвратить это. Надеясь, что вы будете жить, если не в мире, то хоть не порознь. Просто постарайтесь, если не принять, но хоть немного понять и его, и брата. Ведь оружием можно не только убить, но и защитить. И Инуяша этим активно пользуется. Наступило молчание. - Та ненависть… Это ведь была не твоя, верно? – девушка вновь кивнула. – Тогда я почувствовал, что всю ярость и ненависть к отцу, Инуяше и Тэнсейге заменяет обычная раздражимость. - Всего лишь немного охладила ваш пыл. Вот и всё, - улыбнулась она. «И пусть я об этом тридцать три раза пожалею!», - подумала она, подползая к мужчине и, приподняв вуаль, легонько коснулась уголка его губ. Миг и инициативу взял на себя демон, полностью завладев её губами. Поцелуй длился не долго, но, когда он разорвался, оба демона тяжело дышали. Шира резко отползла в сторону, в прочем, не переставая улыбаться. - Подумайте над моими словами, Сещемару. Иначе, помяните моё слово, не успеете оглянуться, как ваша гордость погубит не только тех, кто вам дорог, но и вас самого. Произнеся эти слова, девушка спокойно телепортировалась обратно к ребятам. А у мужчины, в который раз за день, разболелась голова. Видимо, ему всё-таки придется хорошенько подумать этой ночью. Обо всём.