Связанные клинком.

Для темы: Joe Hisaishi – The World Of The Dead II Шира резко распахнула глаза, не обращая внимания на боль в области виска. Дотронувшись рукой до лба, вытерла остатки крови. Оглядевшись, она заметила Рин, лежащую недалеко от неё без сознания. - Рин, - тихо, хрипло позвала она, с трудом подползая к девочке. Ноги были, как свинец. – Рин, очнись! Девочка поморщилась, скривив личико, и с неимоверным трудом приоткрыла глаза. - Шира-сама, - выдохнула она, наконец, заметив девушку. Та с облегчением выдохнула и прижала к себе девчушку. А Рин, впервые на неё памяти расплакалась, уткнувшись лицом в плечо Ширы. - Тише, тише, - шептала девушка, поглаживая Рин по головке. – Всё будет хорошо… «А может и нет», - мысленно закончила она, почувствовав знакомый запах. Запах соленой морской воды и электрического разряда. - Жаль, конечно, прерывать такую милую сцену, но придется вам отвлечься. Прозвучавший голос был настолько резким и холодным, что у Ширы по спине побежали мурашки. Как в своем самом страшном кошмаре, девушка обернулась. - Левиафан… - прошептала она, глядя на мужчину. Голос её задрожал. Но отнюдь не от страха. - Давно не виделись, моя драгоценная, - мужчина полушутливо поклонился, не теряя при этом своего достоинства. Шира промолчала, прекрасно понимая, что бог издевается над ней. А драгоценной она была лишь в одном случае… - Тебе ведь я нужна, верно? – поджав губы, она плотнее прижала к себе Рин. – Отпусти её, она здесь не причем. Левиафан посмотрел на неё удивленно, не понимая. А затем улыбнулся, почти ласково, открыто, при этом обнажив ряд белоснежных ровных зубов. - Ты права, от девчонки толку нет и она мне не нужна, но… - он выдержал паузу, не переставая холодно улыбаться. – Мы в пещере под океаном, а мои монстрики всегда голодны… Шира побледнела и привычным жестом завела руку за спину. «Проклятье! Киншин забрали! – среагировала она молниеносно, выпуская наружу стальные когти. - Если с Рин что-нибудь случится, то Сещемару меня потом в порошок сотрет. Если это «потом» конечно настанет…». - Не смей! – скорее прошипел, нежели прорычал бог, кидаясь к ним. Девушку отбросило ударной волной, а несколько когтей были проломлены с корнем. Из кончиков её пальцев закапала алая кровь, казавшаяся темной в полумраке пещеры. - Только попробуй её тронуть , - отчетливо произнесла Шира, чеканя каждое слово. – И кристалла тебе не видать. На секунду, буквально на секунду, Левиафан задумался. И именно в этот момент девушка ударила его когтями по лицу. Бога отбросило назад, и он схватился руками за лицо, заливаемое кровью. - Рин, беги! – закричала она, когда с кончиков её окровавленных пальцев сорвались два маленьких огонька: белый и голубой. Один из них тут же влетел в тело девочки и та начала исчезать прямо на глазах. - Шира-сама! – вскинула Рин на девушку испуганные, полные слёз глаза, которые демоница помнила очень отчётливо. - Предпочитаешь силу? Что ж… будет тебе сила, - прорычал демон, поднимаясь. Раны, нанесенные острыми когтями, затягивались на глазах. Лицо его вытянулось, очерчивая острые скулы, глаза полыхнули злостью. А на кончиках его пальцев недвусмысленно потрескивали мелкие молнии. Шира вздрогнула, понимая, что будет, если он выпустит весь поток энергии прямо на неё. А ведь она даже увернуться не сможет… Чертыхаясь, и проклиная всё вокруг, девушка щелкнула пальцами, поднимая свое тело в воздух. Средней величины молния прошла в паре сантиметров от её лица, опалив жаром кожу. Запахло палеными волосами. - Сделаешь всё только ради того, чтобы добыть какой-то жалкий кусок хрусталя? – усмехнулась она. – Мелочишься. Бог многозначно хмыкнул, медленно приближаясь к ней. Девушка отступила назад, хотя и знала, что дальше просто некуда. За её спиной была лишь стена пещеры. - Дорогая моя, я, конечно, не прочь и тебя получить, но ты ведь не согласишься. Верно? - Угадал, - мрачно отозвалась девушка, глядя на него исподлобья. Очередная молния и Шира, вскрикнув от боли, осела на пол. Плечо её потрескивало и кровоточило. А во взгляде бога не осталось ничего кроме ярости, наслаждения и жажды. Левиафан извлек из ножен меч и, с явным наслаждением, воткнул его в правую ногу девушки. Она ничего не почувствовала, ведь ноги её давно утратили чувствительность. А бог, упершись одним коленом о землю, наклонился к ней вплотную, опаляя кожу жаром. В воздухе повис электрический запах. - Из-за этого демона ты стала слабее, - задумчиво произнес он. Шира поджала губы, прекрасно понимая, о ком идет речь. - И где же твоя хваленая сила, которую так оберегали твои родители? Положив руку ей на живот, пустил по её телу разряд. Шира закричала, выгнувшись в спине. Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем бог убрал руку. Девушка выплюнула кровь, стекающую из уголка губ. - Знаешь, - вдруг с внезапным сожалением в голосе прошептал Левиафан. – Я бы сохранил тебе жизнь, но при условии, что ты отдашь мне кристалл. Шира хрипло рассмеялась. - Ты не сможешь этого сделать, - улыбнулась девушка, кровь из её рта хлынула с удвоенной силой. – Ты не остановишь ритуал, пока из меня не уйдет вся сила, а вместе с ней и жизнь. Так зачем тебе нужна будет пустая оболочка? Бог задумчиво пожевал губы, думая. - Ты права, - легко согласился он. – Ты всего лишь сосуд. И ничего более. А значит, без силы ты мне – без надобности… Шира чувствовала, как сила внутри её тела концентрируется где-то в районе груди. Сливается, смешивается… И с каждым мгновением становится всё материальнее и материальнее, что можно было уже потрогать. Девушка изо всех сил старалась не кричать. Кровь кипела в жилах, а сердце колотилось в бешеном темпе. В глазах уже начало темнеть, когда она увидела яркий свет. «Не хочу этого делать… - с грустью подумала она, стараясь не думать о последствиях. – Но придется…». - Наконец-то! – радостно воскликнул Левиафан, когда на груди девушки материализовался синий кристалл. Уже намереваясь снять кулон с шеи притихшей девушки, услышал тихий, угрожающий голос: - Прочь! Шира открыла глаза и в них не отразилось ничего, кроме бушующей силы. На щеках её появились демонические знаки – алые перевернутые треугольники. Левиафана отбросило назад ударной волной, хотя девушка всего лишь посмотрела на него… Только посмотрела. Шира приподнялась, злобно смотря на бога. По телу её начали расползаться темные, неприятные на вид, полосы. Проклятье ненависти. Поднявшись в воздух, она щелкнула пальцами, Киншин тут же послушно оказался в её руке. - Прежде чем отбирать меч, подумай сперва о его предназначении, - прошептала она. И хотя голос её был тих и спокоен, он эхом разнесся по пещере. Левиафан поднялся и вытер кровь рукавом. - Всё-таки решила применить силу? Ты безнадежна, Шира. Девушка промолчала. И даже не шевельнулась тогда, когда бог морей появился за её спиной. - Разве ты не знаешь, что я бессмертен? – прошептал он ей на ухо, в его руке материализовался меч. – Зря лишь потратишь силы. - Не беспокойся на этот счет, - холодно отозвалась девушка, сжимая кулаки. – Я знаю твою слабую сторону. На секунду опешив, Левиафан резво отскочил назад, увернувшись от Киншина. Удар должен был снести ему голову. Шира улыбнулась и вытянула руку. - Что ты делаешь? – пусть голос его и был спокоен, глаза бога говорили о многом. В том числе о том, что он нервничал. - Что должна была сделать уже очень давно, - еле слышно, как мимолетный вздох. Из её руки, опутанной полосами, вырвался мощный поток жидкости, который тут же заполонил всю пещеру. Густая, полупрозрачная слизь, поглощающая и уничтожающая всё на своем пути. Последнее проклятие бога, способное убить всё живое, всё что создал он сам. И теперь все стены были покрыты этой опасной слизью. Левиафан отпрыгнул в сторону, так как один из пузырей едва не задел его правую руку. - Ты обрекла на смерть и себя, и меня, - прошипел он. Шира еле заметно покачала головой. «Как хорошо, что здесь нет Рин, а уж тем более Сещемару… Думаю, они бы не обрадовались, увидев, во что я превратилась», - печально вздохнув, девушка перевела взгляд на Левиафана. Он был до ужаса расслаблен, лишь глаза бегали по пещере, оценивая ситуацию. Девушка и не думала убивать его прямо сейчас, всего лишь преградила ему выход к морю, где бы он непременно принял свой истинный облик. Внезапно она почувствовала небывалый прилив сил. Это кристалл делился с ней энергией. «Неужели?..», - выдохнула она, опускаясь на пол. Ноги коснулись твердой поверхности, мокрой от крови. Она чувствует… При обращении её ноги вновь обрели чувствительность и силу. Девушка оскалилась: теперь можно. Двое демонов столкнулись одновременно, только камни полетели в разные стороны, поднимая в воздух тучу пыли. Но никому не было до этого дела. Левиафан пытался дотянуться до кристалла, между тем, как девушка пыталась защитить его. «Глупый бог! Даже тебе, бессмертному, не под силу отнять силу, данную мне с рождения. Лишь я могу даровать её, как и отдать свою жизнь. Мои родители погибли, защищая эту силу. И хотя я всем своим сердцем ненавижу её, сделаю всё возможное, чтобы они не досталась никому. Особенно таким безжалостным убийцам, как ты!». - Думаешь, что если я женщина, то не воспользуюсь ей? – улыбка вышла горькой и грустной. – Отобрать силу у той, кто может лишь с помощью одного желания создать что-то из пустоты? Это верх наивности! Клинки вновь столкнулись друг с другом в опасном и диком танце. Левиафан был ограничен в движениях, поэтому приходилось биться вблизи. Но вот Шира, хотя слизь была ей не страшна, не могла похвастаться отменной регенерацией и бессмертием, как у бога. Руки её, да и всё тело, уже давно были покрыты кровью. И ран появлялось всё больше и больше. Но, даже не смотря на то, что при обращении она не могла чувствовать боли, силы с каждой секундой покидали её, как покидала и жизнь. Бог отшвырнул её прочь, что бедная девушка пересчитала спиной все камни. Застонав, она приподнялась на локтях. А Левиафан медленно приближался к ней, затачивая меч о землю. Глаза его стали насыщенно синего цвета, без наличия зрачка и белка. На руках потрескивали молнии. Бог всего лишь опустил ногу на пол, как по всей пещере замерцали молнии, осветив её. Шира спокойно взирала на мужчину ясными белесыми глазами, на дне которых сверкал маленькие синие огонечки. Она уже знала, что сделает. Как и знала, чем всё это закончится. - Всё кончено, - прошептал демон, вонзая клинок ей в грудь, не задев кристалла. Девушка даже не поморщилась, лишь запах собственной крови стал сильнее. - Ты прав, - легко согласилась она. – Для тебя! Резкое движение вперед, из-за которого клинок бога вонзился по самую рукоять, и Шира схватила мужчину за горло, вспарывая его острыми когтями. Чужая черная кровь хлынула на землю, мешаясь с её собственной. Левиафан захрипел, пытаясь выдернуть меч, но все было без толку – тело девушки удерживало его с помощью червей-ненависти, обвивших её спину. Шира зло усмехнулась. - Помнишь, что я говорила про слабое место? – хмыкнула она, удерживая горло мужчины одной рукой. – Поверь мне на слово, я прекрасно знаю, где оно. В глазах Левиафана появился страх, когда девушка свободной рукой потянулась к его рту. - Будь ты проклята, - прорычал он. Одну его руку, не сжимающую меч, крепко держала слизь, растворяя её. - Куда уж ещё больше? – вздохнула она, резко запустив руку ему в рот. Шира никогда не отличалась особой брезгливостью, но от действий, совершаемых ею – её замутило. Она вспомнила слова, которые сказала Сещемару в тот день, когда они впервые увидели Левиафна во всей его красе.

«Его невозможно убить. У него нет слабых мест».

Она солгала. Было одно слабое место. Длинный, черный, раздвоенный язык, сохранившийся ещё с его морского обличия. Он-то и творил всю магию, не позволяющую приблизиться к нему вплотную. Но в человеческой ипостаси вся его магия перетекала из языка в руки, а значит он был свободен и больше не мог извергать потоки молний. Но как бы она могла сказать об этом Сещемару? В самом деле, не полез бы он ему в рот! Невольно представив такую картину, девушка захихикала. И не заметила, как по щеке скатываются предательские слезы. Левиафан захрипел, когда Шира вонзила когти в самый корень язык. Глаза его засверкали лютой ненавистью, что даже «черви» застыли в воздухе, полупрозрачными веревками. «Проклятое дитя, до встречи в Аду!», - зазвучал в её голове голос Левиафана, и это было последнее, что он сказал в этой жизни. Шира резко одернула руку, вырывая черный, извивающийся язык из пасти бога морей. Не удержавшись, она соскользнула с меча и упала на спину, заливая землю кровью. Она вздохнула, но вместо этого из груди раздался какой-то свист, а изо рта вновь стекла алая струйка. Девушка уже не видела, как корчится и беззвучно кричит от невыносимой боли Левиафан. Но почувствовала, когда его, ещё трепыхающееся тело, залило слизью, поглощая последнего живого бога. Шира захрипела и со всей силы сжала в кулаке, всё ещё извивающийся, язык, будто боясь, что Левиафан воскреснет. Последние её силы ушли на то, чтобы сжечь эту гадость. В воздух поднялся едкий, удушающий запах, от которого резало глаза. Вся та боль, которую сдерживала её сила, мгновенно навалилась на неё. Но девушка даже пальцем не могла пошевелить, не то, что возвратить свой первоначальный вид. Тяжело дыша, Шира слушала, как кровь медленно стекает по телу вниз, как шумит за пределами пещеры море. А все её мысли вертелись лишь о двух вещах: «Рин в безопасности» и «Хоть бы Сещемару не появился». С трудом прикрыв глаза, девушка заплакала. «Какая же я слабая, - с горечью подумала она, не в силах даже остановить поток слез. – Если бы я послушала тогда Татасая и ушла, то ничего бы не произошло. И всё из-за этой привязанности… Не хотела, да и не могла оставить их. Не смогла покинуть его». В глазах уже начало темнеть, когда девушка услышала до боли знакомый крик: - Шира! Девушка вздрогнула всем телом и побледнела. От страха. В душе зародилась крошечная надежда на то, что ей это почудилось, но нет – крик вновь повторился. А вскоре, сквозь запах крови, повисший в воздухе, Шира уловила и запах демона. - Сещемару… - даже не шепот, вздох. На секунду всё вокруг замерло. А потом, уже теряя сознание, девушка почувствовала, как сильные руки прижимают её к себе, а голос шепчет что-то непонятное. Но Шира уже ничего не слышала, последние силы ушли на одну единственную мысль: «Не стоило тебе приходить, Сещемару».

***

Девушка застонала и открыла глаза, веки были словно камень. Боль мгновенно пронзила всё тело, заставив сжаться в комочек. Невольно схватившись за бок, Шира почувствовала нечто мягкое и матерчатое. Правая рука, грудь, живот и ноги были туго стянуты бинтами, которые уже были слегка окровавлены. Видимо меняли уже не в первый раз. Приподнявшись на локтях, девушка огляделась. Место она узнала сразу – это был дом бабушки Каэды. Рука её невольно сжала кулон на шее. На месте. Одновременно её посетило глубокое разочарование, что всё это не оказалось страшным кошмаром, к которым она так привыкла. По телу прошел неприятный холодок. - Шира! – радостный возглас резанул по ушам, на девушку накинулось нечто маленькое и пушистое. - Шиппо? – удивленно прохрипела она, не узнавая собственного голоса. Лисенок поднял на неё большие глазки, всхлипнул и разревелся, уткнувшись ей в грудь. - Я думал, что ты умерла, - сквозь слёзы провыл он. Девушка рассеянно погладила демоненка по голове. - Слава богу, ты очнулась, - рядом с ней появилась Санго, а вместе с ней и Каэде. – Как себя чувствуешь? - Устала очень, - честно призналась Шира, невольно сжимая в объятиях Шиппо. Тот пискнул что-то протестующее. Каэде кивнула и протянула девушке чашу с водой, та благодарно кивнула и в один большой глоток осушила её. - Немудрено, - вздохнула она. – Ты столько крови потеряла. Демон твой вовремя подоспел. - Мой демон? – Шира удивленно изогнула дугой бровь. - Сещемару, - подсказа Санго, помогая ей принять сидячее положение. Тут уж девушке стало совсем плохо, потому что она выдохнула и привалилась к стене. «Он видел… - прошептала она. – Видел моё обличие. Что ж, рано или поздно, но это должно было случиться. Но лучше бы поздно». - А где остальные? – спросила она, чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей. Охотница тяжело вздохнула. - Инуяша рвет и мечет, Мироку пытается его успокоить. Ещё Кога нагрянул, видимо что-то рассказал Инуяше, раз он так психует. Рин уснула, всё ждала, пока ты очнешься. А Кохаку за травами пошел. Шира всё порывалась спросить, где же ещё один демон, но сдержалась, почувствовав его приближение. Руки невольно сжали тонкую ткань одеяла. Снаружи раздались крики, затем грохот, сопровождаемый отборной руганью и поминанием чьей-то родни. Судя по таким выражениям, как «песья морда» - догадаться, кому именно предназначались проклятья, было не сложно. Шира слабо улыбнулась, хотя и чувствовала некую грусть. - Я войду? – голос, прозвучавший с порога, заставил двух женщин вздрогнуть. Но Шира даже не оглянулась, зная, кого она увидит. Сещемару стоял на породе домика и буквально буравил девушку глазами. Губы его были плотно сжаты, а глаза зло прищурены – явный признак его недовольства. От этого взгляда Шире спешно захотелось забиться в дальний угол и заскулить. Санго вздохнула и, поднявшись, забрала притихшего лисенка. - Идемте, Каэде-сама, - произнесла она и пошла на выход. Лишь на самом пороге она обернулась и с нескрываемой тоской посмотрела на девушку. – Удачи, - тихо прошептала и вышла из дому. Когда же из виду скрылась и Каэде, Шира всё-таки рискнула поднять глаза, которые она тут же опустила. Вынести этот тяжелый взгляд – было выше её сил. Демон же молча подошел к девушке и присел рядом с ней. - Ты ничего не хочешь рассказать? – первым спросил он. Шира усмехнулась, но улыбка вышла чересчур натянутой и потому ненатуральной. - Сещемару, как-то странно ты начинаешь разговор, - отметила она. – С Рин ведь всё в порядке, так что ещё нужно? Демон нахмурился и холодно произнес: - Я сейчас говорю не о Рин, а о тебе. Девушка решила промолчать и прикусила губу. Ужасно хотелось расплакаться, но слёз почему-то не было. Атмосфера, воцарившая между ними – угнетала и давила, мешая здраво мыслить. Демон вздохнул и аккуратно сжал бледные пальчики Ширы, запечатлев на них легкий поцелуй. - Думаю, уже пора ответить на вопрос, - несмотря на внезапное проявление нежности, голос его был сух. – Кто же ты на самом деле, Шира? - Ты действительно хочешь это знать? – грустно улыбнулась она и, получив подтверждение, опустила голову. – Значит, скрываться мне больше не имеет смысла… Хорошо, - резко произнесла она, сверкнув белизной глаз. – Я расскажу тебе свою историю с самого начала. И поверь мне, ты вновь пожалеешь о том, что спас мою жизнь... Сещемару нахмурился и лишь сильнее сжал руку девушки, а Шира, набрав в грудь побольше воздуха и молясь лишь о том, чтобы не расплакаться, начала свой рассказ.