Битва с собственной кровью

Прогремевший взрыв заставил Кагуру обернуться туда, где только что был выход на площадь. Сейчас там расползалось облако пыли, скрывая под собой груды обломков от разрушенного здания администрации. — Гин-чан и Шинпачи рассчитывают на меня! Значит надо поскорее надрать задницу этому афро-бою и забрать у него наши шестьдесят процентов заработка. Хм, если учесть, что большую часть работы придется сделать мне, значит можно будет забрать себе восемьдесят процентов от общей суммы. Или даже девяносто! Или можно будет оставить все деньги себе и купить Гин-чану парфе, а Шинпачи новые очки. Отличный план! — Воодушевлённая разработанным планом, предполагающим отсутствие дележки двух миллионов с коллегами, Кагура прибавила ходу. — Ну да, ну да! Только супергерои из Йородзуи решили разобраться со злодеями, как появляются незабвенные Шинсенгуми дабы присвоить всю славу себе! — Серебряноволосый самурай переключил свое внимание с приближающихся громил на Хиджикату, вылезшего не пойми откуда, орущего в рацию что-то про «Сого», «скотин», «хватит жрать», «рамен» и так далее. — Эй, я с тобой разговариваю, майонезный придурок! — Что ты сказал, клубничный придурок? — Теперь двое самураев, уперевшись лбами друг в друга, настойчиво игнорировали амбалов. — Почему мне не кажется странным видеть вас здесь, раз уж это было задание государственной важности? Следишь за нами чтобы подпортить мне нервы? — Да кто в здравом и даже не в здравом уме будет следить за таким никотиновым наркоманом как ты? Да даже сталкеры вроде гориллы или этой ниндзя-маньячки не опустятся до слежки за тобой! Ха, ха, и еще раз ха! Размечтался! — Свалил отсюда, пока я тебя не арестовал за препятствие расследованию и захвату преступников, неудачник! — А ты думаешь, что сможешь меня арестовать? Ну давай, давай, попробуй, майонезный придурок! — Гин-чан отвернулся от пунцового от гнева Хиджикаты и, высунув язык, похлопал себя по мягкому месту. В тот момент, когда на руке замкома Шинсенгуми захлопнулось второе кольцо наручников, другим концом уже одетых на ту самую похлопывающую по заднице руку, амбалам смертельно надоело слушать перетирания двух идиотов, и с громким криком один из них запустил в парочку стоящей неподалеку мусоркой. — Вообще страх потеряли, слабаки? Какого черта вы отвлекаетесь на междоусобицы? Так у вас точно не будет даже одного миллионного шанса победить на… — Заткнись! — Две ноги двух не в меру разошедшихся самураев впечатались в лицо бугая, решившего помешать разборкам. Пролетев по красивой параболе несколько метров, неудачник приземлился рядом со своим младшим товарищем, уже давным-давно пребывающем в мире Морфея после встречи с ногами Кагуры. — Ты совсем с крыши съехал, майонезный маньяк! Не испытываешь чувства дежавю, глядя на эти наручники? В прошлый раз нам пришлось попотеть до тех пор, пока нам не притащили ключ! — Это была случайность! Теперь будешь припоминать мне это до конца жизни? Скованным в наручники Гинтоки и замкому было весьма проблематично совмещать перетягивание руки с наручниками и отмахивание от двух оставшихся бугаев. Отряд Хиджикаты был занят вызовом подкрепления, поиском прохода в сторону порта, помощью раненым взрывом или обвалившимся зданием людям, но никак не помощью начальству. Бегающий вокруг сцепившейся парочки Шинпачи, рисковал поймать не то ногой кого-то из этой парочки, не то куском арматурины или кувалдой от бугаев. — Гин-сан! Хиджиката-сан! Прекратите! Нужно быстрее разбираться с этими ребятами и идти помогать Кагуре! Мало ли что может случиться! — Возможно, очкарик дело говорит, — Хиджиката выплюнул изжёванную сигарету, однако все еще метясь в своего внезапного оппонента. — В таком случае, может ты снимешь наручники, Хиджиката-куун? И заодно забудешь про все эти глупости насчет задержания за помехи следствию и так далее? Я еще слишком молод чтобы прозябать в тюрьме! Я еще даже не походил с афро! — Уоой!!! Да что всех заклинило на этом идиотском афро! Помешались вы все на нем, что ли! — Тоширо яростно шарил свободной рукой по карманам, продолжая уворачиваться от сыпящихся на них с Гин-чаном ударов. — Твою мать! Да где же этот чертов ключ! — Ой, — вытягивая из кармана бумажник, Сого случайно уронил на землю что-то блестящее. — Хм… Что это? Ключ? — Подняв уже опознанный предмет, главный садист шинсенгуми удивленно на него уставился. — Странно, вроде не мой. Неужели я «случайно» утащил с собой ключ от наручников майонезного придурка? Аа. Я такой невнимательный. — Не переживайте так, Окита-кун. Я уверен, этот ваш «майонезный придурок» не сильно обидится. С кем только такого не бывает! Случайности, они же такие, — сочувственно покивал продавец рамена, протягивая клиенту сдачу. — Берегите себя, Окита-кун. И передавайте привет своей подружке! — Подружке? — Сого удивленно обернулся, убирая ключ в карман. — А что вы удивляетесь, — подмигнул продавец, — Неужели думаете, что-то, что вы начали приходить к нам гораздо реже в свои выходные, может остаться незаметным? Я уверен, что все дело в девушке! Все свободное время на нее тратить приходится. Понимаю, понимаю! Сам был молодым! — Хех, — капитан первого отряда шинсенгуми немного печально усмехнулся, — может и так, Ямада-сан, может и так. И, махнув на прощание рукой болтливому продавцу, Сого отправился в предполагаемую сторону обнаружения преступника, о котором ему десять минут назад истерично сообщил по рации Хиджиката. Афро-парень на удивление быстро бегал. Молодой ято приходилось напрягаться изо всех сил, но расстояние между ними все никак не сокращалось. Внезапно, парень резко остановился, не добегая до припаркованного у пристани корабля, и буквально спустя пару секунд его окружила толпа аманто. На полном ходу Кагура впилилась в толпу, как в боулинге, раскидывая помехи во все стороны. Один, другой, третий — инопланетяне падали один за другим, припечатанные зонтиком или крепким ударом Кагуры. Но вместо упавших вырастали еще и еще. Там, где падал один, появлялось еще трое. Пришвартованный рядом корабль, при тщательном разглядывании, можно было бы опознать как корабль Харусаме. И с этого корабля волна за волной валили инопланетяне. Совсем не удивительно было, что принадлежат озлобленные аманто к космическим пиратам. Странно было то, что, судя по информации, полученной недавно, перекупщиком флэшки должен был стать Кихейтай. Все эти и многие другие мысли и подозрения могли бы посетить Шинпачи, будь он сейчас на месте Кагуры. Но, так как на месте Кагуры была Кагура, то все это прошло мимо нее, и все внимание было уделено бою. Но что-то сегодня явно пошло не так. Кагура махала зонтом как заведенная, раскидывая противников, а мысли о двух миллионах, уходящих сейчас вместе с Раулем, постепенно таяли, прячась куда-то на задворки сознания. Боевой задор нарастал и нарастал с каждым отлетающим врагом. В теле появилась непривычная легкость, и сдерживаться совершенно не хотелось. Хотелось избивать их и избивать. Афро-парень уже давно куда-то пропал, но Кагуре уже было все равно. Еще больше побитых врагов, еще больше крови на руках. Поймав одного из врагов за шиворот, девушка вцепилась в его замахнутую для броска руку и вырвала ее из плеча, откинув куда-то в сторону. Брызнувшая фонтаном кровь и громкий вопль калеки вывели девушку из нахлынувшего странного состояния. К горлу Кагуры подступила тошнота, но освободиться желудку не дал тот факт, что в упавшей отброшенной руке была зажата граната, которая, упав на землю, взорвалась, образовав вокруг себя воронку диаметром в пять метров. Самые неудачливые, оказавшиеся в непосредственной близости от руки, уже были мертвы, рассыпавшись пеплом, раздуваемым по ветру взрывной волной. Стоявшие чуть дальше от эпицентра взрыва, сейчас корчились в муках или агонии, хватаясь за обгоревшие или оторванные части тела. Кто-то катался по земле, схватившись за лицо. Со всех сторон раздавались стоны и крики. Взрывной волной Кагуру отшвырнуло к доку, приложив об него головой. Оставшиеся в сознании аманто бросились врассыпную. Началась суматоха. Девушка подняла голову и попыталась сосредоточиться. В ушах, будто наполненных ватой, неприлично громко звенело. В глазах все плыло. Калейдоскоп из доков и аманто кружился и кружился. Вкупе со всем этим, запах крови, бьющий в нос, вызывал тошноту. Один из неудачливых аманто, глаза которого сейчас представляли из себя кровавое месиво, вытащил из-за спины автомат и надрывно крича начал поливать очередями все вокруг. Один за другим оставшиеся в живых, его союзники падали, подкошенные смертоносной пулей. Надо было встать и собраться, но голова только больше тяжелела. Кроме того, размноженная картинка аманто с автоматом кружилась в голове, не позволяя понять, с какой именно стороны он находится и куда, собственно, бежать. Чья-то рука грубо вздернула Кагуру, закинув на плечо. Калейдоскоп завращался еще быстрее, так что ни понять, кто это был, ни оказать какое-то сопротивление, сил совершенно не было. Но гудящая голова болела, глаза закрывались, а сознание проваливалось в уютную темноту.