Откуп мира: Часть I - Правда чернил

— Разве такой барьер есть в арсенале кидо? — не совсем веря в то объяснение, что дали им Номера, спросил Улькиорра. — Есть и не такое, — чересчур бодро для присущей обстановки заявила Сан. Если же задуматься, то это заклинание было вполне в стиле приемов кидо путей связывания, куда, как известно, и входят барьеры. Хоть и не с совсем стандартным воздействием. Ну, в смысле атака была в барьере, что не ново, но она была направлена не на тело, которое болит, бывает голодным, болеет и которое кровоточит при ранениях. Проще можно сказать, что барьер ударил по Снам душ - точка в теле, что являются источником духовной силы каждого человека. Да, даже у самого обычного человека есть риацу. И именно ее количество, а не наличие, дает людям, да и духам тоже, сверхъестественные способности. Вот по Снам душ этих конкретных шинигами и прошелся удар, от которого, если представить, что эти точки вроде какого-то кристалла или сосуда, можно сказать, появились трещины. И именно из этих самых трещин-ран с неимоверной скоростью начала убывать риацу духов, что в свою очередь грозило превратить наших шинигами в обычных духов, как когда-то это случилось с Куросаки Ичиго. Если бы не одно «но». Вместе с ударом по источнику произошел удар и по телам, что вызвало, не особо серьезные, внутренние повреждения в самых чувствительных органах. Для шинигами подобное не было бы даже проблемой, с помощью их чрезмерной, для обычных духов, риацу предполагаемо смертельные повреждения были для них ранами, с которыми можно было еще не одному пустому задницу надрать. Да и простейшее заклинание пути возвращения легко исцелило бы эти повреждения. И вот это извечное «но». Барьер совместил в себе оба этих эффекта. Все четверо совершенно точно могли стать пылью сегодня. Именно поэтому эти числа-чувства, по задумке Бенихиме способные исцелить не только тело, но сам источник, красноволосая отправила для спасения ее, как они считали, спасателей. Так что Ичи была права в том, что Саити да и остальные три духа утратили свою риацу. Они были бессильны сейчас. — Это что значит, нас тоже нужно будет протыкать мечем с риацу наших коллег, чтобы мы снова смогли стать шинигами? — спросила попаданка после пары секунд молчания, вкладывая у себя в голове всю получившую информацию по полочкам. — Нет, конечно, — говорит Сан, радостно. — З-за-чем протыкать?! — спросила Ши, перепугано. — Ааа… — задумалась брюнетка, но потом решила не ломать голову сейчас, если действительно интересно пусть Бени спросит после всего этого. — Потом как-то, время совсем не подходящее для рассказов, — еще и уточнила причину инномирянка. — Почему же нет? — спросил Гин, обращаясь к Сан. — Ичимару, не строй из себя дурака, — покосившись на подчиненного, заговорил Тоширо. — Зампакто при нас. Пострадали только Сны душ и то косвенно, наши Звена цепей были не затронуты. Мы все еще шинигами. — А, ну да, — просто сказал дух, состроив лисий довольный оскал. Капитан только тяжело вздохнул и снова перевел взгляд на продолжающийся бой. Что-то не сходится. Смотря на двоих противников, шинигами не мог понять, что его настораживает в их поединке. «Она же в Банкае, неужели он действительно настолько сильный, что может противостоять ей всего-лишь с Шикаем?» — подумал Хитсугая. — Плохо дело, — вдруг послышался тихий и совершенно неодобрительный голос Ичи, который было хорошо слышно в наступившей тишине. Резко развернувшись к группе, она уверено подошла. — Нам нужно возвращаться, — сказала девочка, смотря на своих двойников. — Куда? — спросила Саити на автомате. — На Кудыкину Гору! — заорала Ичи. — В себя возвращаться куда еще?! Думать надо! Думать! — потыкав себе в висок, дальше кричала нарисованная. — Или ты считаешь, что это нормально, что он так легко уничтожает все рисунки нарисованные в Банкае?! Я не только риацу на дураков потратила, чтоб не померли! А и всех главных эмоций лишилась! Какие к черту картины, когда в голове одна, прямая, тупая цель?! Рисунки без эмоций это всего-лишь кусок дерьма! Вот вам и ответ. Правда манера, в который им этот ответ достался не понравился никому. А Саити вообще на нервы действовало. Ну не любит она, когда на нее кидаются, хочется ответить той же монетой! Только здравое рассуждение останавливало попаданку от опрометчивого поступка. Почему-то золотоглазая была полностью уверена в том, что их с Ичи словесная перепалка очень быстро перейдет в драку. Женскую такую драку с кулаками, пинками и ногтями. Время сейчас совсем не подходящее. Плюс, младшая Шиффер понимала, а точнее помнила, что Ичи это олицетворение Агрессии Бенихиме. Что с нее еще взять?! — Ни, Сан, Ши! Вы со мной возвращаетесь, — начала распоряжаться девчонка. — Хватит с них риацу! Лопнут еще, — гадкая ухмылка. — Го ты остаешься. Присматривай, чтобы ЭТИ не повылазили за пределы круга. Я им их жизни уже не доверяю. Это было последняя капля. — Слушай Ичи, — не менее гадкий изгиб губ, белые глаза вонзились в золотые стрелами. — Все спросить хотела. А у твоей злости есть причина? Или это, — язвительный хмык, — диагноз, как ты говорила? Маленькие ручки с черными ладонями скрутились в кулаки. Брови сдвинулись у переносицы еще ближе к друг другу. — Причина? — переспросила. Саити была довольна собой. Еще как, одной фразой сумела задеть противницу. В прямом и переносном смысле. Ичи была настолько противная, что терпеть ее невозможно. Победная ухмылка появилась на ее губах. Неожиданно и резко малолетняя, на вид не достигшая даже 10-ти лет, одна из пяти нарисованных проекций Канэко появилась прямо перед сидящей инномирянкой. Схватив ее за косоде, черно-белая малышка дернула Шиффер на себя, чтобы девушка привстала на коленях и они оказались лицом к лицу. — У меня есть причина. И не одна. Хочешь знать? — сквозь оскаленные зубы прошипела Ичи. — Тогда слушай сюда дорогая сестрица! Я злюсь потому что ТЫ появилась в этом мире! Она снова перешла на крик, оставляя Саити в ступоре и шоке смотреть прямо в белые глаза с черными белками после этого заявления. Как в прочем и остальных ее коллег. — Я злюсь потому что из-за ТЕБЯ я решила вернуться в Мир Духов! Потому что шинигами Готея 13 не знают, как понимать просьбы и НЕ ЛЕЗТЬ не в свои дела! Потому что Кёураку ОБВЕЛ МЕНЯ ВОКРУГ ПАЛЬЦА! Потому что ОН, — маленький указательный палец резко тыкнул в шокированного Тоширо, — сумел заставить мои слезы вернуться! — только после этого перевела взгляд на Капитана, продолжая. — Потому что действуешь ВОПРЕКИ своим словам! — снова посмотрела на Саити и еще громче закричала. — ПОТОМУ ЧТО ВЫ ЗДЕСЬ! ПОТОМУ ЧТО НЕ СЛУШАЕТЕ! ПОТОМУ ЧТО ЧУТЬ НЕ УМЕРЛИ! Мимолетная пауза. Ичи медленно втянула воздух ртом. Рука, что держала брюнетку, дрожала. Вдруг инномирянка поняла, что как и любовь злость тоже может быть разной. Прямо сейчас, она наблюдала в бесцветных глазах как ярая, кипящая злость перешла в отчаянную. — Потому что из-за тебя Я решила вернуться в Мир Духов, — сказала то же самое, что пару секунд назад, но подчеркнула на этот раз себе. Она уже не кричала. — Потому что Я забыла об Эцио. Потому что Я не предугадала, что Кёураку может сделать подобное и поверила так просто. Потому что Я не сдержалась, заплакала, выпустила эмоции, о которых не должен был знать никто. Потому что Я не поняла, что ТЫ так просто не отстанешь! Потому что Я не остановила! Я не предотвратила! Не защитила! К концу своей тирады Ичи снова перешла на крик. Придвинув Саити еще на сантиметр ближе, она, как только можно, серьезно с приказом, угрозой и мольбой в голосе сказала: — Причины для моей злости есть, и поэтому БУДЬ ЛЮБЕЗНА сиди в круге, — быстрый взгляд на троих все еще пребывающих в шоковом состоянии парней. — Все. Сидите в круге, — снова золотые и белые глаза встретились. — Не создавайте новых причин, потому что тех, что уже есть ПРЕдостаточно. В тишине маленькая ручка отпустила черно-белое одеяние лейтенанта 6-го отряда. Ичи выпрямилась, смотря, как Саити не отводя от нее глаз опустилась на землю, после чего так же резко развернулась и пошла по направлению туда от куда пришла. — Пошли, — приказала она троим ранее перечисленным близняшкам. Они, не переча, встали со своих мест и каждая сказала на прощание пару слов. — Ичи не должна была этого всего говорить, — тихо произнесла Ни, не смотря никому в глаза. — Но все это правда... — Бай-бай, — весело помахала им ручкой Сан. — Здесь вы в безопасности, увидимся. Хи-хи. — П-пожалуй-ста… не выходите, — попросила Ши неуверенно. — Я… я, — она сглотнула, — я-я н-не хочу… чтобы… в-вы снова пострадали! Все еще в тишине шинигами провожали взглядами ушедших Номеров и видели, как одна за другой нарисованные девочки, выходя за пределы черного круга на земле, превращались в потоки черной туши и летели к Канэко. Первой была Ичи. Только ее чернила столкнулись со спиной духа и проникли в нее сквозь раны, отшельница почувствовала обжигающее пламя в груди. Злость на четырёх шинигами, на весь Готей 13, на Эцио, но больше всего злость на саму себя жгли не хуже ее черного пламени, что оставляло после себя только шрамы. Мужчина, что стоял сейчас над павшей на спину Канэко, быстро отпрыгнул от нее, как можно дальше, еле уворачиваясь от десятка шипов, что вырвались с тела покрытого черными ранами на метры. Следующая была Ни. Черные слезы тут же вернулись на измененные изумрудные глаза, покатились вниз по худым щека, оставляя за собой новые потеки и застыли где-то внутри, готовы в любой не подходящий момент снова вырваться наружу. Шипы вихрем слились во едино и возникший черный ангел пролетел насквозь шинигами. Мужчина застыл на долю секунды и еле удержался на ногах, дрожащей рукой сжимая оружие. Воспоминания. Все самые счастливые, самые дорогие воспоминания промелькнули в его сознании, пошатнув решимость и уверенность в правильности его решения. Потом Сан. — Эцио… — со слезами и улыбкой позвала… друга девушка. — Нет… — тихо, тряся головой со стороны в сторону. — НЕТ! Ши. Бенихиме содрогнулась от его крика. Страх поддел и она вскочила на ноги, уклоняясь от очередной комбинации кидо и атаки его Зампакто. Рывок, он прямо перед ней. Его взгляд безумный от потери. Страх, что секунду назад спас, сковал тело. Удар коленом в живот и тут же атакующее заклинание, что заставило ее пролететь несколько десятков метров. Стальной кнут, что так и не вернулся в состояние меча, дугой выгнулся и хлестнул по лопаткам. — Ты заплатишь… — говорит, на лице боль, отчаяние, ярость, ненависть… мольба. — Ты заплатишь! Умри! Умри Канэко Бенихиме! За Мизухиме! За весь клан Канэко! За твоих детей! ЗА МОИХ ДЕТЕЙ! ЗА МАРИ! УМРИ! КАК ОНИ УМЕРЛИ ЗА ТЕБЯ!!!