Откуп мира: Часть I - Правда чернил

Бой продолжался, периодично меняя фаворита. Не смотря на то, что черные существа и предметы теперь были более стойкие и не всегда их было возможно уничтожить, благодаря вернувшихся к Канэко чувствам, малое количество риацу заменить было нечем. А Эцио, как его назвала Ичи, был и так силен. Саиты и Го сидели на земле, следя за поединком, парни же стояли. Ни одному из шинигами не нравилось их бессилие в этот момент. Честно говоря — это бесило! Особенно попаданку. Не только она сказала, что они вернут Бенихиме, что теперь маловероятно, скорее она их всех притащит назад. Так она еще и должна сидеть в этом чертовом круге, как и «попросила» ее Ичи. Ну, а что ей еще делать?! Лейтенант 6-го отряда сейчас не то, что Зампакто воспользоваться не может, проверяла, она из себя даже риацу на шюнпо не выдавит! Желание пойти надавать по головам обоим было. Еще какое! Только не настолько она самоотверженный спасатель. Дураков нет! — Кто он? — вдруг спросил Улькиорра. Го дрогнула от его голоса. Не так, как когда кричал Эцио, но все же дрогнула. О его словах вообще пробовали не думать сейчас. Они были сказаны в пылу гнева. Возможно, что это и не правда. Хотя есть точно такая же возможность, что каждое обвинение — правда. 50-ть на 50-ть, как говорится. Именно поэтому думать бесполезно. Когда это закончится, тогда будут спрашивать у первых лиц. Что, вполне возможно, не захотят отвечать. Все, кроме Тоширо, посмотрели на погрустневшую девочку с печальной улыбкой на серых губах. Не вооруженным взглядом можно было заметить, что она сомневалась в том говорить или нет. Но, как и в случае с Ичи, ее близняшка выдала все. — Эцио… — Го остановилась на секунду, подбирая слова. — Макиваэлли Эцио это друг семьи. Муж лучшей подруги, — нарисованная снова помедлила, смотря на этого «друга». Хитсугая тоже повернулся, чтобы заглянуть в белые глаза. И у него, как и его коллег, появилась одна и та же мысль при виде этого взгляда. «Больше чем просто друг…» — Лейтенант отряда кидо, — сказала Го. — Кусо! — выругалась Шиффер, точно так же, как и Капитан 10-го отряд мысленно. — Ну теперь-то понятно с чего он этими заклинаниями так швыряется! — Он считается без вести пропавшим с того года, как… появилась Бенихиме, — глянув на шинигами, она добавила. — Младшая. По крайней мере, я не слышала о нем с тех пор. — 62-ва года выходит, — быстро провел ассоциативную линию Гин. Го только кивнула головой, сжавшись снова, когда отшельница в очередной раз получила прямой удар кидо. На этот раз ей понадобилось время, чтобы прийти в себя, а мужчина, больше не медля, как в начале боя, пытался ее добить. Теперь-то, когда бывший лейтенант 8-го отряда Готея 4 даже сумела вызвать Банкай и сомнения в его намерениях он само-лично вышвырнул в ярости из своих мыслей — шинигами дрался серьезно и на полную мощь. Он не думал, что девушка даст такой отпор. Но Макиваэлли не жалел об установке этого барьера. Даже если из-за него чуть не умерли ни в чем не повинные духи. Отшельницу спасли огромные черные стальные крылья из тех ран на лопатках, что появились, когда страх обездвижил ее тело. Сложены перед ней, они стали щитом от атаки, после чего резкий взмах, чтобы раскрыться, отбросил шинигами на метры. С их помощью Бенихиме поднялась в воздух и следующий взмах послал в противника стальные копья-перья. — Ты ведь хочешь к ней? — толи спросил, толи утвердил Хитсугая, не отводя пристального взгляда от поединка. К кому он обращается нет смысла даже гадать. — Ч-что?! — воскликнула нарисованная от неожиданности, но быстро успокоилась. — Конечно хочу. Возможно вы не… замечаете, но любовь… к противнику, к тому кого защищаешь, за кого сражаетесь, к соратникам. Любовь делает многое возможным в битве. — Тогда иди к ней, — так же спокойно сказал молодой Капитан, посмотрев на олицетворении того чувства, о котором девочка говорила. — Я… я не могу, — проговорила Го, опустив взгляд. — Ичи… — Да мало, что говорила Ичи! — встряла в разговор попаданка. — Ты думаешь, что мы настолько глупы, чтобы в таком состоянии полезть в драку? — Нет, конечно… — не совсем уверенно ответила черно-белая малолетняя копия Бени, отвел взгляд и чуть надув губы. — …Ты серьезно? — с лицом аля: «Ты издеваешься?», шипя сквозь зубы, спросила Саити. — Иди, — решил перервать начинающий спор Тоширо, Го посмотрела на него удивленно. — Если твое возвращение к ней даст какой-то результат, тогда иди. Потому что, как он есть сейчас, — шинигами снова посмотрел на двух шинигами, когда-то бывшими коллегами по Готею, — этот бой будет длиться до потери кого-то из них риацу. И Канэко проиграет в конце. Не веря, удивленно вскинув темно-серые брови, малышка хлопала длинными ресницами, смотря на Хитсугаю. Потом перевела взгляд на всех остальных по паре секунд, получив кивки от Шифферов и широкую лисью улыбку от Ичимару. — Серьезно? — все-таки переспросила нарисованная девочка. Капитан 10-го отряда всего-лишь кивнул головой. На что Го резко подскочила на ноги, заставляя брюнетку дернутся и встать за ней. — Вы действительно это имеете в виду? — не успокаивалась Го. — Вы не выйдете за барьер, если я уйду? Тоширо замялся. Этого он не говорил. Заметив эти сомнения, девочка умоляюще посмотрела на него. — Пожалуйста, — говорит тихо, сложив ладошки поверх груди. — Дайте слово, что не выйдете за пределы этого черного круга, пока угроза вашим жизням не отступит. Прошу. Я… я не уйду, если вы этого не сделаете. — Даже если Бени будет в смертельной опасности? — спросил Гин совершенно серьезно. Ответ ему не понравился. Девочка лишь покивала. Так же уверенно и почти не задумываясь. — Го… Нет, Бени, — заговорила Саити, став возле юного Капитана. — Это не правильно. Мы не можем этого так просто пообещать. — Я не прошу об обещании, — с улыбкой сказала. — Мне нужно ваше Слово. Обещания не надежны, их слишком легко нарушать. Люди перестали давать своим обещаниям должную ответственность. Никто из духов так и не заговорил. Не дал свое слово и не дал такое хрупкое обещание. Го вздохнула. Она медленно, как бы спрашивая разрешения своей неуверенностью, прикоснулась к перемотанной руки попаданки под локтем. Там не было ран, но она носила эти бинты на обоих руках, как отдельные рукава. — Саити, — попаданка вдохнула медленно. Черно-белая маленькая Бенихиме посмотрела на Капитана 10-го отряда с теплым взглядом, еле притрагиваясь к ребру его правой руки кончиками пальцев. Парень удивленно сначала посмотрел на этот ее жест, потом и на нее саму. — Тоширо, — ток прокатился по всему телу, начинаясь из места ее легкого прикосновения. Девочка посмотрела Гину и Улькиорре в глаза с той же обезоруживающей любовью, как в тот первый момент, что она к ним подошла. — Я понимаю. Вы пришли сюда спасти меня, — начала Го. — Я не собиралась умирать, но вы пришли именно с этой целью. Не смотря на все то, что вы видели и слышали, просто отдавать свою жизнь Эцио я не имела права. Но вы думали, что это единственный исход этой встречи, я же никогда не оставляла надежды, что он меня услышит, — удивление слишком четко читалось на лицах шинигами. Она улыбнулась. — Я понимаю, для вас это сложно, особенно для вас двоих, — ее взгляд снова остановился поочередно на тех двоих, к которым были протянуты ее руки. — Не знаю почему, — взгляд на Хитсугаю, — но для вас двоих дать слово не вмешиваться сложнее. Намного сложнее, — малышка глубоко вдохнула и выдохнула с закрытыми глазами. — Но мне нужно знать… — в тишине четырех духов, черные ладони поднялись и остановились на щеках двух друзей, ей для этого жеста пришлось привстать на пальчики. — Мне необходимо знать, что с вами, со всеми вами, ничего не случится, если я уйду. Пожалуйста… — черно-белые глаза заблестели чернилами, которые заменяли слезы. — Это эгоистично, но… я не хочу, чтобы с вами еще что-то случилось… Вы заняли слишком большое место в моем застывшем сердце… Маленькие ручки опустились, как и пятки, она обернулась и две черные капельки покатились по белым щекам, когда ее белые глаза встретились с красными, а потом и с зелеными, так необычно похожими и не похожими на цвета ее волос и радужек. — Не смотря ни на что… Девочка снова вдохнула и выдохнула, только на этот раз быстро. Провела ладошками по кругловатым щечкам и два черных потека исчезли, как их и не было. Она улыбнулась. — Видеть всех вас с Бенихиме и не полюбить невозможно, — она легонько хихикнула. Шиффер младшая переглянулась со всеми и, как бы эти слова не горчили ее язык, она заговорила первой: — Я даю слово, — четко и ясно с самым серьезным хоть все еще малость раздраженным видом начала Саити, — что пока за этим черным кругом есть опасность для моей жизни от Эцио, — уточнила она, — я не выйду за него, — вдруг лейтенант 6-го отряда шагнула к Го, оказавшись таким образом почти вплотную, ступая в ее личное пространство. — Но только до тех пор пока вижу и чувствую, что Канэко Бенихиме борется за собственное существование. Если же нет. Плечи расслабились, серьезность с лица сошла, маленький шажок назад. Девушка резко открыла свои золотые глаза, которые до этого прикрыла, и сделала жест, который ввел в ступор всех нарисованных и не нарисованных. Подняв локоть правой руки, она сначала подняла сложенный кулак с выставленным большим пальцем, после чего быстро опустила прямо перед собой развернув большой палец к земле. — То пропади! — заявление не менее неординарное чем жест. — То есть, слово держать не собираюсь, — разведя руки, объяснила инномирянка. Почему она это сказала? Почему согласилась с Го? Не смотря на то, что она попросила почти о том же… Да, нет. Она попросила то же самое, что и Ичи! Только на этот раз это было действительно просьба и почти шантаж. Ведь если бы она этого не сделала, Го осталась бы с ними даже если бы… В общем. До последнего. Шокированная девочка пару раз, не веря, проморгалась и широко улыбнулась шинигами. Золотоглазке последовал ее старший брат, первым оттаяв, хоть он и не был в таком уж шоке. Сестра в конце-концов. А его сестра и не такое может выдать. Следом — бывший Капитан 3-го отряда Готея 13 со смешками. Он даже погладил младшую из подопечных Канэко по темной макушке, за что грозился получить от этой… младшей. Но быстро ускользнул от бойкого кулачка. Тяжело вздохнув, последним дал свое слово Тоширо. После чего ухмыльнулся. Даже он бы не сказал лучше. Пока Канэко борется? Так тому и быть. Пока эта заноза готова бороться за собственную жизнь, он согласен не вмешиваться в этот поединок. Го радовалась как ребенок, которым она и была в общем-то. — Спасибо! Спасибо большое! — воскликнула она. — Гин, Улькиорра, вы за старших! — с широкой улыбкой добавила она, оставив не перечисленных в мимолетном ступоре. — Я вас всех очень люблю! Сильно-сильно! Будьте в порядке! С этими слова она, как и четверо ее близнецов до этого, выбежала за барьер и черной волной полетела к Бенихиме. Дух как раз был не далеко. Стоило чернилам впитаться в тело создательницы Капитана 4-го отряда Готея 13, как широкие черно-изумрудные глаза глянули на все еще застывших в шоке от последних слов Го шинигами. Ее лицо исказилось в боли, отшельница резко отвернулась и встретилась лицом к лицу с Макиваэлли. — У нее ведь вместо крови сейчас чернила, верно? — спросил Ичимару, приходя в себя первым. Резко проведя перед собой левой ладонью, черная полоса сама сомкнулась вокруг нее и превратилась в крутящийся обруч, из которого во все стороны торчали лезвия клинков. Левая рука Эцио, что была выставлена вперед для кидо, была ранена несколькими длинными мечами. Стальной кнут, что являлся его Зампакто, был сбит и остановлен, когда бывший лейтенант медицинского отряда вскинула вверх правую руку и из ее ладони вырвался черный фонтан, падающие капли которого меняли форму прямо в воздухе и становились иглами разной ширины и длины. — Угу, — кивнула головой Саити. — А что? — Мне показалось, что ее щеки посерели, — ухмыльнулся мужчина, привлекая внимание всех духов, в пределе защитного барьера конечно. — Когда Го вернулась и она на нас посмотрела, как будто впервые увидела. — А я видела, как она скривилась, как будто ежа проглотила! — не согласилась брюнетка, скрестив руки. — Уй, — скривился Гин. — Вот-вот, именно так. — Считай, как хочешь, — не стал спорить ее названый брат, — Только Го призналась нам всем в любви перед тем как уйти, и Бени тут же получила эти воспоминания и, скорее всего, она все-таки смутилась, — лисья улыбка вернулась на долговязое лицо серебреноволосого. — Го — любовь Бени! В чем она еще могла признаться?! — не желала успокаиваться попаданка. Что Ичи, что Го… Да и Ши тоже! Все эти ожившие чувства выбили ее из колеи. Их действия и слова. Особенно слова!