Часть 8
2 июня 2016 г., 15:48
Стиву до сих пор было непривычно глядеть на себя в зеркало. Вроде бы это он, но в то же время в отражении он видит совершенно незнакомого человека. А еще эта синяя форма, которую он с недавнего времени начал называть про себя «клоунской».
Сегодня ему снова выступать перед солдатами, снова чувствовать на себе их презрительные взгляды, давить из себя улыбку, произносить воодушевляющие речи. Как же все это противно, как мерзко и неправильно. Не ради этого он соглашался на эксперимент. Он снова поглядел на себя в зеркало, затем резко встал, переоделся в более привычную и любимую форму обычного солдата и вышел из своей палатки.
Они остановились в небольшом отряде, скорее, его можно было назвать перевалочным медицинским пунктом. Так как местность здесь была более-менее спокойная, сюда свозили всех раненых.
Роджерс шел мимо палаток, откуда доносились стоны солдат, приглушенные голоса медсестер и сухие, четкие наставления врачей. Как бы он хотел оказаться на месте одного из этих несчастных, которые лежат на койках, с трудом сохраняя сознание или впав в глубокое беспамятство. Стив часто думал, что будь он там, в гуще событий, бок о бок с этими ребятами, то таких жертв было бы меньше.
Он уже хотел было повернуть и вернуться назад, ведь его могла искать Пэгги, но что-то остановило его. Почему-то Стиву захотелось заглянуть в одну из палат, может, поговорить с каким-нибудь солдатом или просто посмотреть, что там происходит.
Внутри было душно, стоял терпкий запах пота и немытого человеческого тела, правда, почти заглушенный запахом лекарств и спирта, которые так резко ударил Роджерсу в нос, что у него заслезились глаза.
Рядом с ближней койкой, на которой лежал парень с перебинтованной головой, стояла худенькая медсестра. Она повернулась к Роджерсу, поглядела на него воспаленными, уставшими, ничего не выражающими глазами, и снова повернулась к парню, который что-то несвязно бормотал себе под нос. Стив медленно двинулся вперед, с удивлением заметив, что тут на него никто даже не обращает внимания. Он уже привык чувствовать на себе удивленные, порой восхищенные взгляды людей, ведь теперь он был чуть ли не в два раза больше самого крупного и сильного солдата на фронте. Но здесь все было по-другому. В этом месте людям не до него. Тут идет непрерывная борьба за жизнь.
– Простите, но посторонним здесь нельзя быть, – наконец, кто-то обратился к нему.
Стив повернулся на голос. Похоже, одна из медсестер, будучи не сильно занятой, решила выпроводить его. Он уже собрался извиниться и сказать, что уходит, но слова застряли где-то в горле, так и не вырвавшись наружу.
Сперва он даже не узнал ее. Слишком худая, слишком бледная. Такая бледная, что на лице с трудом можно разглядеть веснушки, рассыпанные на ее личике. Узнал он только глаза. Хотя и они были теперь другие: потухшие, уставшие, обреченные.
– О Господи… – единственное, что Лора смогла выдавить из себя, прижав ладони к щекам. – Стив…
***
Он все еще не мог нормально связать и двух слов, пребывая в неподдельном шоке оттого, что встретил Лору. Ему пришлось немного подождать, пока девушка не закончила перебинтовывать ногу одному солдату, которого ласково называла «красавчик». – Потерпи, красавчик, я почти закончила, – сказала она солдату, уверенными и четкими движениями заматывая бинтами его культю, которая раньше была полноценной ногой. Солдат что-то пробубнил, слов Стив разобрать не сумел, но Лора только улыбнулась и сказала: – Подумаешь, нога. Как будто ноги или руки делают человека красивым. Вот увидишь, как только ты немного поправишься, будешь отплясывать не хуже других парней. Он улыбнулся, искренней и слегка смущенной улыбкой, поглядев на Лору с благодарностью. – Стараюсь подбадривать их как могу, – сказала она Стиву позже, когда они вышли на улицу. – Многие, правда, посылают меня куда подальше, но я их не виню. У кого-то контузия, у кого-то такая боль, что им не до комплиментов. Я все понимаю. Уже успела насмотреться на них. – Давно ты здесь? Она немного наморщила лоб, видимо, пытаясь вспомнить точно. – Где-то недели две. Меня сюда совсем недавно перевели. – А раньше где была? – Ну, много где, на самом деле, – как-то загадочно произнесла она, уставившись пустым взглядом куда-то перед собой. А затем, словно скинув с себя невидимые оковы, дернула плечами и поглядела на Стива. – Нет, я все еще не могу поверить, что это ты! Значит, тот твой эксперимент удался? Он тут же помрачнел. Ведь они с Лорой так больше и не виделись с того вечера, когда он рассказал ей об эксперименте. Слишком много всего навалилось на него тогда. Сейчас он был уверен, что подруга начнет отчитывать его за то, что даже не дал о себе знать, но она не сказала об этом ни слова. Возможно, где-то в глубине души она держала на него обиду, но сейчас решила не начинать ссоры, и за это Стив был безумно благодарен ей. – Можно, я… – смущенно спросила она, и когда Стив кивнул, она осторожно положила руку ему на грудь. – Вот это да, – протянула она, оглядывая Роджерса словно ребенок, который встретил настоящего Санта-Клауса. Стив не смог не рассмеяться, настолько Лора была поражена его видом, настолько ошарашенно глядела на него. – Знаешь, я сперва подумала, что ничего уже не осталось от того Стива, которого я знала когда-то, – медленно произнесла она, убирая руку с его груди. – Но сейчас смотрю на тебя и вижу все того же Роджерса. – Это все еще я. Все тот же мальчишка из Бруклина. – Знаю, Стив.***
Лора обещала, что постарается вырваться и посмотреть на его выступление. Хотя Стив был против. Ему не хотелось, чтобы она видела его ряженым идиотом перед солдатами, но она его даже слушать не захотела. Они не смогли даже толком поговорить, а ведь им нужно было столько всего обсудить. Суровый и хмурый мужчина за сорок, окликнул ее, и девушка, тут же встрепенувшись, побежала назад в палатку, крича через плечо, что не пропустит его выступление. Но Лоры не было среди тех, кто сидел перед сценой. Или она была в таком месте, где Стив не мог ее увидеть. – Ты был какой-то растерянный. Словно искал кого-то в толпе, – сказала ему Пэгги после выступления. – Да, я встретил сегодня мою старую подругу. Поверить не могу до сих пор. Пэгги как-то многозначительно поглядела на Стива, и он поспешил добавить, чувствуя, что она совсем не так его поняла: – Мы знакомы с самого детства. Ее зовут Лора. И она… она и Баки… мои лучшие друзья, люди, которые всегда верили в меня. Лора очень много сделала для меня, и, возможно, именно благодаря ей я не потерял веру в себя. Взгляд Пэгги тут же потеплел, а на алых губах появилась теплая улыбка. – Хорошо, что у тебя такие друзья, Стив. Позже он нашел ее возле палатки, где проводились операции. На улице уже было темно, поэтому лицо девушки тускло освещала керосиновая лампа, стоявшая рядом с ней на ящике. Лора сидела прямо на земле, зажав в зубах сигарету, уставившись пустым взглядом перед собой. Подойдя ближе, Стив заметил, что все рукава ее испачканы кровью. – Врачи уже месяц просят доставить нормальные пилы. Наши все уже затупились. Целую вечность резали бедному парню ноги. Я думала, он не выживет, – произнесла она хриплым, усталым голосом, когда Стив опустился на землю рядом с ней. – Он так орал, удивительно, как он не заглушил музыку с вашего выступления. Кстати, как все прошло? – Как всегда, – ответил Роджерс, боясь поглядеть на свою подругу. Он совершенно не узнавал ее сейчас. В этой девушке теперь не было абсолютно ничего от прежней женственной и нежной Лоры. Сейчас рядом с ним сидел кто-то чужой, видавший многие ужасы и успевший так привыкнуть к ним, что они переставил вызывать у него любые эмоции. – Прости, что не пришла. Слишком много работы. – Ничего. Я даже рад, что ты этого не видела. Ты куришь? – Да, – хмыкнула она, потушив окурок о землю. – Как тут не закурить. Ну, я редко, только после сложных операций. Или когда совсем уже сил нет. – Понятно. Они еще долго сидели в молчании, буравя взглядами тьму перед собой. В палатке, за их спинами, кто-то начал слабо стонать, но Лора даже не повернулась. Она словно и не слышала ничего, погруженная в свои далекие и тяжелые мысли. – Ты не знаешь, как там Баки? – вдруг неожиданно она прервала молчание, отчего Стив даже вздрогнул. – Нет, к сожалению. А ты? Она отрицательно покачала головой. Затем тяжело вздохнула, прикрыла глаза и заговорила: – Когда ты пропал, я думала, что этот опыт… ну, не удался. Что ты мертв. Я тогда ходила, искала тебя по всему городу, не могла смириться с этой мыслью. Не знала, что мне делать. Меня такое отчаяние накрыло. А потом я… я поняла, что мне надо делать. И записалась на курсы медсестер. Оказалось, что у меня есть какой-то там талант, представляешь? В общем, так я и попала на фронт. А потом узнала о Капитане Америка. Знаешь, у меня были мысли, что это ты, но как-то все это было слишком нереально. А потом увидела плакат. И поняла, что это ты. Ты бы видел, как я хохотала, стоя напротив плаката с твоим лицом. Стив слушал ее молча, не отрывая взгляда от своих рук, казавшимся ему тогда какими-то слишком огромными, нереальными. – Ну, я хотя бы перестала беспокоиться о тебе, – продолжила она, доставая из пачки очередную сигарету. – Ты стал таким… таким. И о тебе я хотя бы что-то знала. Где ты и что с тобой происходит. А Баки… черт, я собирала по крупицам любую информацию о его взводе, но меня постоянно швыряло то туда, то сюда, и в итоге я потеряла его из виду. Лора покрутила незажженную сигарету в пальцах, а затем убрала ее обратно в упаковку. – Я каждый день боялась встретить его. На одной из этих коек, изуродованного до неузнаваемости, изорванного в мясо, с оторванными или болтающимися конечностями, молящим только об одном – чтобы его убили, чтобы его страдания прекратились. Знаешь, сколько раз раненные просили меня убить их? Я уже и со счета сбилась. Она замолчала, опустив голову вниз. Стив осторожно положил руку на ее плечо. Боже, какая она маленькая и хрупкая по сравнению с ним. А раньше все было, можно сказать, наоборот. – Когда же это все закончится, Стив? – Я не знаю. Но, надеюсь, что скоро. – Было бы хорошо. Мне хочется вернуться домой. А тебе? Он молчал. Да Лоре и не нужно было, чтобы Стив отвечал. Она уже поняла, что друг ее все-таки изменился. Нет, разумеется, это все тот же Стив, только более высокий и накаченный. Но девушка чувствовала, что внутри у парня тоже что-то поменялось. Чувствовал ли это сам Роджерс, она не знала, да и не хотела копаться в этом. Она сама изменилась до неузнаваемости. В те редкие моменты, когда она могла поглядеть на себя в зеркало, Лора Кейк приходила в тихий ужас, не узнавая свое отражение. Особенно ее пугали собственные глаза, ставшие какими-то чужими, безразличными ко всем и всему. – Мне надо возвращаться, нужно сделать обход, – сказала она. Стив помог ей подняться, и она с удивлением отметила, каких минимальных усилий ему для этого потребовалось. Словно пушинку с земли поднял. Интересно, как скоро Лора привыкнет к этому новому Стиву?
