She Has No Time

      Люди зачастую думают, что с ними не случится ничего плохого, что ужасные вещи пройду мимо них, и им не придётся страдать из-за того, что умрет их близкий или изнасилуют их дочь, как бы страшно это не звучало. И я был одним из таких людей.       Мне восемнадцать, и я всегда думал, что у меня будет обычная жизнь: школа, колледж, семья и хорошая работа, но все пошло не так, когда из школы меня отчислили, когда я сильно влюбился, и эта любовь всей жизни готова бросить меня.       Все было не так.       В какой-то момент я пожалел, что занялся боксом, из-за чего пришлось переехать и поступить в другую школу, где я встретил девушку, которую невероятно сильно люблю, но которая разбивает мне сердце. Эти мысли сразу же ушли, потому что я понял: неважно0 как мы живём, неважно сколько, важнее то, что испытываем в этот момент.       И я говорил Уэйн, что это будет лучшим подарком, если именно она разобьёт мне сердце. Я и вправду благодарен Богу, что она позволил мне быть с этой необыкновенной девушкой.       Я бегу от своих же мыслей, но они, как тень, постоянно преследуют меня. Я не хочу думать, я устал размышлять и осознавать те вещи, от которых хочется рыдать так громко, что может услышать весь мир.       Люди вокруг говорят, что все хорошо, что она ещё рядом и никуда не уйдёт, но я был каждый день с ней и видел, как она теряет силы, хотя и пытается бороться.       Каждый раз, когда ей плохо, она поглаживает свой живот, и это будто придаёт ей силы, помогая встать и идти дальше.       Только мне ничего не помогает. Я гибну больше, чем она.       Пытался забыть о её болезни, но постоянно вспоминал. Это так больно. Так тяжело.       Я задыхаюсь вместе с ней. От сильной любви и страха.       Умираю ли и я? Определённо да...       Она стояла у зеркала в ванной и тяжело дышала, пока я сидел на краю кровати и видел все это, к сожалению.       Девушка не слышала, как я вернулся и зашёл в комнату, поэтому не скрывала своей боли, как обычно это делала. Кейя закашляла и опустилась на колени у унитаза.       Я сразу же подбежал к ней и убрал её волосы с лица, придерживая их на затылке, пока её рвало. — Джастин... уйди... пожалуйста... — она успевала даже говорить, но мне было все равно на это. Я продолжал поглаживать её по спине, пытаясь облегчить участь.       Ей стало легче лишь через несколько минут, и пока Кейя умывалась, я побежал за полотенцем, но не успел я сделать и шагу, как девушке вновь стала плохо, и она начала терять сознание.       Успев её поймать, я потащил ее к кровати и уложил, чувствуя, как внутри меня разгорается страх с бешеной скоростью.       Этого просто не может случится с нами... — Кейя, давай, девочка, очнись, — я похлопал жену по щекам, но она даже не была способна открыть глаза, поэтому я сразу же метнулся к телефону и вызвал врача.       У меня тряслись руки, пока я набирал номер, но я не знал, что делать, как справится. Я не должен был терять её сейчас. И вообще когда либо.       Она должна жить. Она должна быть со мной.       Девушка ничего не говорила, жмурила постоянно глаза от боли и тяжело дышала, пока врач добирался.       Это были самые долгие десять минут в моей жизни.       Хотите почувствовать настоящий ад? Взгляните, как дорогой человек мучается, и это, могу поклясться, хуже всего.       Стоило врачу постучаться в дверь, как я за считанные секунды спустился вниз и впустил пожилого мужчину внутрь. Ничего не спрашивая, я сразу же повел его в комнату, где лежала вся моя жизнь и чувствовала себя крайне плохо.       Слезы застыли на моих глазах, страх в мыслях. Я не хотел смотреть и слышать, что говорит доктор, поэтому, проводив его, сразу же вышел и, прижавшись к стене, скатился по ней.       Все мои мысли спутались, нервы были на пределе, и я готов был рыдать, но лишь схватился за голову, дожидаясь, когда мужчина осмотрит Кейю.       Я теряю её?       Но что, если я этого не хочу? Почему, черт возьми, никто не спрашивает меня?       Я ведь...       Отними у ребёнка любимую игрушку, и он будет плакать целыми днями, но а если отнять у человека любимого человека?       Буквально отнять, когда его больше не будет даже существовать. Полагаю, и я перестану. Даже если я буду дышать, я не буду жить. Я не смогу жить без неё.       Бог даёт смысл жить каждому человеку, но почему он отбирает его у меня? Медленно и мучительно, разрушая.       Я не понимал, и я крайне зол. Я даже злился на Кейю, которая была уже готова умереть, черт бы побрал это слово. Я злился на весь этот гребанный мир.       Моё терпение уже постепенно кончалось, как дверь комнаты распахнулась, и оттуда вышел врач, взглянув на меня с сожалением и заставив вскочить с пола.       Этот взгляд убивал с каждой секундой. — Только не говорите, что... — Не буду лгать, и Вы, должно быть, и сами все понимаете. Даже без полного осмотра, я понял, что все уже плохо. Советую Вам отправиться в больницу, чтобы спасти хотя бы ребёнка, — он говорил это спокойно, будто жизнь человека ничего не значит. — Что... Как она... — я вновь прижался спиной к стене и начал медленно катиться вниз.       Я не мог стоять на ногах, не мог разговаривать. Я был потерян. — Надеюсь, Вы послушаете меня, — слова мужчины доносились эхом в моей голове. Я слышал его тяжёлый вздох, отдаляющие шаги, но я был в том состояние, когда не мог даже произнести звук, лишь тихое рыдание. — Джастин... — её голос. Именно это её «Джастин» звучало как-то по-особенному, словно, произнеся это, ей стало бы легче.       Она с трудом опустилась ко мне и взяла за руку, сжав её в своей и пытаясь скрыть слезы. — Ты не должна вставать с постели, Кейя. — Полежать у меня будет время, а чтобы побыть с тобой... Мне даже вечности не хватит, — произнесла Уэйн, и я не сдержался, крепко прижавшись к ней, как ребёнок, и плача. — Джастин, пожалуйста, будь сильным. Ты не должен... Что бы ни случилось, оберегай нашего сына и не переставай жить. Жить за нас двоих. — Я не смогу. — Сможешь, потому что ты невероятно сильный. И должен будешь воспитать нашего сына таким же, — гладя меня по голове, как я и любил, говорила она. — Если бы не я... Ты бы сделала аборт, и операция смогла бы помочь. — Я не убийца, Джастин. — Ты — убийца, — горько усмехнулся я. — Ты убиваешь меня. — Это наш сын, которому ты подаришь столько любви, сколько не смогу дать я. Этот малыш позволил мне побыть с тобой ещё восемь месяцев, а операция... Она бы не спасла бы меня, Джастин, — девушка продолжала говорить, а я плакать. — Пожалуйста, прекрати, Кейя. Не говори ни слова больше. — Джастин, послушай... — Нет! Я не хочу слушать больше ничего. Ты говоришь... Просто перестань делать это. — Делать что? — Умирать, Кейя! Умирать... — я смотрел ей в глаза, видя, как она с трудом сдерживает слезы, но я не делал этого больше.       Девушка обняла меня за шею и начала оставлять поцелуи на плече, пока я, прикрыв глаза, вдыхал приятный аромат цветов, чтобы запомнить его навсегда.       Цветы, которые я ненавидел, стали смыслом жизни. Я не смогу без этого запаха, без её улыбки, таких вдохновляющих танцев. Без её любви.       Кейя Уэйн, ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю и насколько сильно буду страдать.