Разрушенные размышления

— Ты в порядке? — Все нормально. Ляпис тащила Перидот вверх по лестнице, по направлению, что дала Джаспер, открывая дверь в ванную. Оказавшись внутри, она закрыла дверь, заставляя Перидот сесть, чтобы она не тратила свою энергию. На самом деле это глупо. Жалуясь, Перидот наконец села на, закрытый крышкой, унитаз. Становится трудно видеть что-то левым глазом- можно сказать, скоро появится синяк. Эмбер сильно бьёт. Сука. Ляпис суетилась над ней, открывая, закрывая и снова открывая ящики, пытаясь найти что-то, что могло помочь. Она смочила тряпку холодной водой и приложила ее к левому глазу Перидот. Та съежилась из-за холода, но продолжала держать ее на глазу, как Ляпис продолжила рыться в шкафчиках. Она подошла обратно с Neosporin и холодным компрессом. На тумбе лежал второй. Ляпис открыла антибиотик и нерешительно посмотрела на Перидот. — Хочешь, чтобы я сделала это, или сделаешь это сама? — Губа просто лопнула, ты можешь сделать это. Кивнув, Ляпис положила тюбик в сторону, и вытерла кровь с губы Перидот бумажной салфеткой. Затем она подобрала антибиотик снова, выдавила небольшое количество средства на ее палец. Она присела, наклоняясь ближе, и бормоча 'замри'. Ухватив ее голову руками, она прищурилась и слегка оттянула кожу, размазывая мазь по ее верхней губе. Их лица близки. Ляпис не замечала, (да, ещё не замечала) но если она это сделает, снаружи ей все равно. Перидот будто не существовала вовсе, но после осознания того, что Ляпис находилась всего в шести дюймах от ее лица, ее сердце начало ускоряться снова. Вдруг, она все осознала. Ее дыхание начало укорачиваться, а зрачки расширяться. Перидот не могла подумать о чем-либо другом кроме как: она так близко. В концентрации, Ляпис высунула ее язык, втирая лекарство, и вытирая излишки прочь. Это зрелище, которое посылает удар в сердце Перидот. Но чего она хотела? Она много чего хочет. Справившись с задачей, Ляпис отошла, вставая, и вытерла руку о полотенце, которое аккуратно висело рядом. Затем она взяла компресс и приложила его к щеке Перидот. Вновь почувствовался холод, заставляя кожу неметь. Хотя Перидот не против на этот раз. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила Ляпис, вопросительно наклонив голову. — Ты вся бледная. — Я чувствую себя...адекватно. — Можешь не использовать эти снобские слова. — смеялась она. — Можешь просто сказать 'хорошо'. — Ты будешь рада этому? — Я буду рада тому, что ты больше не будешь избита. — Я- — она собиралась начать спорить. Но она остановилась. Но разве это имело смысл? Ляпис права- и это не самая лучшая идея. Это было неразумно. — Хорошо. Ляпис улыбнулась, но улыбку можно описать, как несчастную. — Но я...ценю это. Ты заступилась за меня. Это многого стоит. Ты не должна была это делать. — Чёрт, они отвратительны. Конечно, я заступилась за тебя, ты же- ты бы не смогла сделать это сама. — Ты... Они серьёзно найдут тебя? Перидот вздохнула. — Возможно. А это значит, что тебе опасно находиться рядом со мной. — Н-но где я тогда буду? — Ты можешь остаться здесь с Джаспер. Она бы приняла тебя. — Тогда почему ты не можешь остаться здесь? — Я не собираюсь больше ставить под угрозу Джаспер. И тебя. Ты мой главный приоритет. — Но, что насчёт тебя?! Ты должна быть главным приоритетом. — Не беспокойся об этом. Я буду в порядке. Но это ложь. После этого Ляпис промолчала. А что ещё сказать? Она не хочет этого- Но почему-то она обеспокоена безопасностью Перидот, что немного настораживало ее. Я настолько привязалась к ней, что даже не заметила. Это плохо- я должна ненавидеть ее? Ее разум говорит да, да должна. Но, в любом случае, сердце побеждает. Ее сердце говорит нет...нет, нет, ты не должна ее ненавидеть. Она тебе нравится. Ты действительно л- Хорошо. Спасибо за это. Они были здесь около десяти минут, но около двух минут они молчали прежде, чем Ляпис закончила внутреннюю борьбу с собой и убрала компресс с щеки Перидот. И убрала один с ее левого глаза. — Это все, что мы можем сделать сейчас...я думаю. — Ты хочешь пойти домой? — сдерживая зевоту, сказала Перидот. — Да...хочу.

____________

Они ушли с вечеринки Джаспер, и на этот раз она не отказала им. Это было мысленным соглашением. Безо всяких комментариев. Прогулка до дома тоже была в тишине. И уже по заведенному порядку они взялись за руки, хотя Ляпис и косило несколько раз в бок из-за плохой видимости. Здесь не так много людей. Сейчас ночь. Мало кто гуляет в такое время. Они быстро пришли домой и, войдя в квартиру, Перидот сразу закрыла дверь и упала на кровать. Ляпис последовала за ней, но вместо этого села на кровать. — Ты не голодна? — Ах да, точно- я совсем забыла поесть. — Не хами. — Усмехаясь, Ляпис взяла подушку и слегка ударила ей Перидот. Перидот заворчала, но, переворачиваясь, улыбнулась. — Хорошо, хорошо. Пошли поедим. Она встала и пошла на кухню. Хотя не было желания готовить, поэтому она вновь засела за poptarts. В принципе она только вдыхала их запах, не осознавая, насколько на самом деле она была голодна. Ей сейчас лишь хотелось спать. Ложась снова на кровать, она по-детски обняла подушку, ожидая, когда Ляпис закончит со своей едой. — Почему это так мило? (в оригинале 'cuddly' переводится как 'приятный' и 'плюшевый'.) — хихикала Ляпис. Но она не задумывалась об этом. — Просто...страшно. — По-почему? — Я думала...думала, они причинят тебе боль. Я так зла на них- Но я не готова к тому, что будет дальше. Опять нет ответа. Перидот подняла взгляд и увидела странное выражение лица Ляпис. С таким же странным молчанием. Внутренняя борьба- должно быть что-то, что она не знает. — Ляпис? — Да? — Что это? — Что это что? — То, что я вижу на твоём лице, но ты не говоришь мне. — Они уже причиняли мне боль. — Чт-что?! Ляпис схватилась за девушку, закрыв глаза. Она с трудом дышала. — Плохие вещи... — Скажи...скажи мне, что они делали с тобой? — Перидот могла чувствовать, как гнев вновь берет верх над ней, но- нет. Но она не может сделать ничего прямо сейчас. Она усилила хватку, пытаясь сдерживать слёзы. — Я не хочу говорить об этом. — Сколько? — бормотала Перидот. — Как долго они тебя держали? — Почти год. — она начала задыхаться. — Год?! — Ммхм. — Ляпис, ты должна рассказать мне, что они с тобой делали. — Перидот настаивала, притянув Ляпис к себе. — Мы делаем незаконные вещи все время, но есть и такие вещи, которые мы не поддерживаем. — Больно вспоминать. — ее голос стал дрожать, а слёзы норовили потечь из глаз. — Я не хочу- — Я знаю, я знаю, не хочешь. Но, Ляпис- посмотри на меня. — она нежно приподняла ее за подбородок, вытирая слёзы. — Их здесь нет. Они не могут навредить тебе больше. Я не позволю им. Я обещаю. Её мысли лихорадочно метались. Что они могли сделать? Боже- меня от них тошнит. Но Ляпис не могла думать. По крайней мере, не о чем-то ещё. Воспоминания поглотили ее, и все, что она чувствовала, это страх. Страх, ненависть, гнев, печаль, отвращение- и они все удушали её изнутри. Это все, что она знает. Все, что она помнит. Предыдущие 11 месяцев пронеслись как сцены ужаса и агонии. Темнота. Холод. Боль. Её глаза заволакивались слезами. Она забыла о том, что Перидот вообще была рядом, возвращаясь обратно в тот подвал. Вернувшись к тому, что она была прикована, слушая грязные прозвища вроде 'дорогая' или 'сладкая'. Вернувшись к ее аду. — Ляпис, — прервала Перидот, пытаясь привести её в чувство. — Этого больше нет. — Иногда они заставляли меня умирать с голоду. Иногда они запирали меня там. — бормотала Ляпис. Её глаза все ещё были глянцевыми. — Я забыла большинство из этого- мой мозг отказывался запоминать. Я...они заперли меня. Иногда я не видела их в течение нескольких дней. Они...это было ужасно. Я была в ловушке в течение почти года...и в это же время появилась моя болезнь... Они дали мне какое-то лекарство, но у меня были лишь галлюцинации в течение нескольких часов, и я помню, как сидела там, кричала и плакала, но никто не помогал, и они ничего не делали, только улыбались и обещали, если я буду хорошей девочкой, они меня отпустят, и- — Ляпис, остановись. Ты вся дрожишь. — Он-они пытались трогать меня. Что. — Но я им не далась- я боролась, я кричала, я рыдала, я пиналась, и я была с завязанными глазами, но все это не работало- и им это не нравилось. Они обещали, что все будет в порядке, но они лгали, и они каждый раз давали мне ещё один шанс, и они звали меня 'милая', и мне хотелось блевать, и в конце концов они собирались меня заново продать. Они угрожали мне, говорили, если я буду сопротивляться, они навредят Стивену. Стивен - это малыш, с которым я нянчилась. Он был единственным, кто заботился обо мне. И я заботилась о нем. И я ничего не могла сделать, я не могла позволить им сделать ему больно. И когда один человек спустился, они...ничего не сделали. Я не знаю, что произошло, но они изменили своё мнение и продали меня. И я опять плакала, потому что наконец смогла покинуть то ужасное место. И они продали меня Рубин и Сапфир, и- Сейчас она, не стесняясь, рыдала. Слёзы текли по щекам и тихо падали на плед, так как она вспоминала сцены из жизни в ярких деталях. Но Перидот прервала ее, не желая слышать больше. — Все в порядке. Все в порядке, можешь не продолжать, но, пожалуйста, не плачь. — она крепко держала Ляпис, пока та не перестала дрожать. Пока она не перестала плакать. Пока её глаза не перестали заволакиваться слезами. Пока она не вернулась в обычное состояние. — Пожалуйста, не заставляй меня делать это. — с дрожащим голосом Ляпис крепко держала ее. — Я не смогу это сделать. — голос ломается в сердце Перидот. Она сломана. Она рыдает. И это больно. И Перидот обещает себе никогда больше не слышать этого. — Я не буду, — твёрдо сказала она. — Я не буду, обещаю. — С-спасибо.

_______________

Уже утром, лишенные сна, они продолжали крепко держать друг друга, но в конце концов они задремали. Сейчас слишком холодно для весны, и даже плед не спасёт. И обе слишком устали, чтобы встать и взять ещё одно одеяло. Хотя теперь это не является для них проблемой. У них есть они сами. Ляпис все ещё держала Перидот, тихо сопев. В то время, как Перидот обхватила её руками, даже во сне решаясь оставить её в безопасности. Но утренний свет заполнил комнату, но Перидот не спала в течение долгого времени. Отцепив Ляпис от себя, она встала и пошла в ванную. Смывая засохшую кровь с губы, она поморщилась, заметив, как небольшое пятно под её глазом начинало темнеть. Синяк под глазом. Конечно. Это не очень то привлекательно и возможно потом будет даже шрам. Хотя и не было чувства, что что-то было сломано. Зато у неё не будет проблем с властями- никто не будет рисковать подвергать крысу драке. Люди умирают все время под прицелом копов. У них все будет хорошо. Но чёрт. Ляпис. Почему... Почему именно она? Почему все эти ужасные вещи должны были произойти с ней. Она меньше всего заслуживала это. Перидот вышла из ванной и ласково посмотрела на Ляпис. Она не заслуживала этого, ничего из этого. И даже во сне она не может избежать этого. Садясь поудобней на кровати, она запустила её пальцы в волосы Ляпис. Она зашевелилась, двигаясь ближе к Перидот, но продолжала спать. В этот момент Перидот не хочется ничего, кроме как защищать ее. Это спящее умиротворенное лицо посылает ещё один удар в сердце, но она пыталась игнорировать его. Плохо. Чувства - вот, что плохо. Они лишь болтаются под ногами. Ты не можешь любить ее. Ты не можешь себе этого позволить. Но- Нет. Это плохо. Это глупо и рискованно. И она будет твоей слабостью. Но я люблю ее. Нет, не любишь. Да. Нет! Ляпис начала шевелиться и, проморгавшись, она открыла глаза. Но вместо того, чтобы встретиться с гневом не утренней пташки, Перидот получила лишь ленивую улыбку. Но это физическая боль на ее сердце. Она восхитительна. Вздохнув, Ляпис позволила продолжить эти ласковые движения, но ее глаза то медленно закрывались, то резко распахивались, колеблясь на границе сна и бодрствования. Но в конце концов она села, вяло моргая, хотя улыбка продолжала присутствовать на ее лице. Но по...почему она так счастлива? Кто знает, возможно, она все ещё потрясена событиями прошлой ночи. — Ты серьёзно собираешься оставить меня в доме Джаспер? — спросила Ляпис, ползая на коленях Перидот. — Скорее всего. — Неееееееееееееет. — Я должна держать тебя у неё от греха подальше. — Но я хочу остаться с тобой. — Даже если это поставит тебя под угрозу? — Д-да. — Но- — Я знаю, что ты просто хочешь защитить меня. — Ляпис села ближе и положила голову на плечо Перидот. — Ты хочешь оградить меня от всего мира, чтобы я не видела 'плохих вещей'. И это действительно очень важно для меня. — она подняла голову так, чтобы их лбы касались друг друга. — Но ты не сможешь делать это вечно, понимаешь? — Я просто забочусь о тебе. — Перидот выдохнула, положив руки на талию Ляпис. — Слишком. Время снова останавливается, и она начинает осознавать это. Синяк под глазом, лопнутая губа- она, наверное, ужасно выглядит. Этоплохоэтоплохоэтоплохо. Все становится ярче. Все становится громче. Все становится больше. Грохот в метро, запах дыма и poptarts. Девушка, которая может быть определена, как по-настоящему, голубым. Перидот пристально смотрела в эти голубые глаза, которые знают печаль, которые знают боль и страдания больше, чем она могла. И она полностью исчезла. — Я знаю, что ты делаешь. — Ляпис улыбнулась, потянув Перидот назад в реальность. — Я знаю.