Напарники

      Китти перебегала от одной крыши к другой, не обращая внимания на холодные капли, которые попадали ей за шиворот. Дождь немного поутих, но тихие раскаты грома продолжали долетать до ее слуха. Стихия успокаивалась, и девушка была этому безумно рада — и так вымокла почти до нитки, пытаясь найти нужное ей здание.       Записка, которую она нашла в своей сумке, ныне покоилась в кармане ее старенького пальто. Почерк на ней не принадлежал Натаниэлю, но одно-единственное предложение и адрес в конце, не заставляли ее сомневаться в том, что мальчишке понадобится помощь. Но почему сразу нельзя было все сказать? Зачем такие загадки? Китти тряхнула головой, мысленно досадуя на волшебника и его уловки. Типичная (и весьма частая для Натаниэля) театральность иногда очень раздражала Кэтлин Джонс. Что ни говори, а волшебники просто не могли не напускать на себя чрезмерной таинственности.       Китти уже и забыла, каково это — быть частью чьего-то плана и не понимать его сути.       Вот и сейчас она бежала сквозь дождь, проклиная Натаниэля на чем свет стоит и надеялась, что все же не опоздает.       Правая нога неудачно скользнула по мокрому камню, и девушка чертыхнулась, возвращая равновесие. Грохнуться еще не хватало. Редкие прохожие спешили по своим домам — в тусклом свете уличных фонарей они напоминали какие-то неясные ссутуленные тени, постепенно исчезающие во мраке. Китти не обращала на них никакого внимания, продолжая свой путь.       Нужное здание она заприметила совершенно случайно — этот район не очень хорошо освещался, да и жилые дома остались далеко позади. Какого черта понадобилось Натаниэлю ночью в таком сомнительном месте, девушка предположить не решилась. Но ей было совершенно ясно, что он там не развлекается.       Китти подошла к высокой ограде и отодвинула покореженные ворота в сторону. Те нехотя открылись с противным скрежетом, и девушка кое-как протиснулась в узкую щель. К этому моменту дождь закончился, но холодный колючий ветер то и дело срывал тяжелые капли с деревьев и бросал на землю. Китти завела за ухо прядь волос, не обращая внимания на временные неудобства, и пошла к темному высокому и явно заброшенному зданию.       Она шла быстрым шагом, прокручивая в голове возможные варианты развития событий. Натаниэль явно умудрился попасть в какую-то передрягу, и теперь она должна была его как-то вытащить из нее. Но вот как? Таинственный посланец, доставивший ей записку, не потрудился объяснить, что именно от нее требовалось, и Китти сильно раздражала такая неизвестность. «Без демонов явно не обойдется», — думала она, поглядывая по сторонам. В последние несколько секунд она чувствовала себя как-то неуютно, и это не было связано с холодом, который заползал под пальто в виде колючего ветра.       Девушка замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась, понимая, что это не плод ее воображения.       За ней определенно точно кто-то наблюдал.       «Просто замечательно», — пронеслось в голове, и Китти инстинктивно сжалась, приготовившись в любой момент предотвратить любую магическую атаку, если потребуется.       Она снова немного ускорила шаг, украдкой поглядывая по сторонам. Неприятное ощущение никуда не делось, а наоборот — усилилось еще больше. Это было очень похоже на то, что она испытала сегодня в мастерской, но почему-то на этот раз она сомневалась в том, что наблюдавший позволит ей пройти к Натаниэлю так просто.       Совсем рядом послышалось громкое хлопанье крыльев, и девушка отшатнулась, застыв на месте. Мимо нее пролетел ворон и скрылся в темноте, слившись с чернотой ночи. Китти выдохнула, но успокаиваться было рано — все ее инстинкты кричали о том, что этот ворон был не простой птицей.       Через несколько секунд ее догадка подтвердилась. — Лучше бы ты сидела дома, девочка, — раздался низкий глухой голос, и из темноты вышла какая-то плотная фигура, которую никак не удавалось толком рассмотреть в темноте. Фигура имела крупные габариты и явно была мужской.       Китти сглотнула и постаралась говорить как можно более безмятежно. — А… я зашла куда-то не туда?       Девушка не знала, хорошо ли получилось скосить на дурочку, но она старалась. И ежу было понятно, что это был демон, и он явно не был в подчинении у Натаниэля. Это значило, что где-то неподалеку есть еще один волшебник, который наверняка не желал добра ни ей, ни ее другу. Внутренне Кэтлин подобралась. Она знала, что сможет отразить несколько атак, но, если демон займется ею всерьез, без помощи ей не выжить. Оставалось надеяться, что это не какой-нибудь марид, который в клочья разнесет ее одним лишь взмахом пальца, несмотря на всю устойчивость к магии. — Возвращайся туда, откуда пришла. Здесь тебе делать нечего.       А демон-то не самый разговорчивый попался. Китти закусила губу, просчитывая варианты, и одновременно стараясь выглядеть неуверенно.       Мужская фигура, даже будучи для нее простым силуэтом, выглядела весьма грозно. В какой-то момент Кэтлин заметила в руках верзилы какой-то предмет и этот «предмет» весьма сильно смахивал на здоровенный кухонный нож. Хоть она и не была уверена в том, что разглядела все правильно, оптимизма ей это не внушало. — Я… эм, знаете, мне, скорее всего, нужно пройти туда, — Китти кивнула головой на темное здание, похожее на какой-то склад. — Меня пригласили… Вот, даже записка есть…       Китти создала бурную деятельность, принявшись рыться в сумочке, хотя прекрасно знала, что клочок с помятым посланием лежит в кармане. Ей нужно было, чтобы демон подошел поближе, и тогда, возможно, у нее будет шанс проскользнуть.       Пока девушка разыгрывала представление, в голове упорно крутилась мысль, что открученной головой для Натаниэля все не закончится. Если она сегодня выживет, то мало ему не покажется. — Да где же она… Была где-то здесь… — бормотала Китти, чувствуя, как волосы заслонили лицо. Она слышала тихие шаги демона в ее сторону и мысленно подталкивала его подойти еще чуть ближе. Когда нужное расстояние было достигнуто, она издала восклицательный звук и подняла на демона глаза.       Перед ней стоял повар. Дородный краснолицый дядька в соответствующей униформе и большим (а также явно острым) кухонным ножом.       Вот же черт, ей действительно не показалось. А как бы хотелось верить, что вся эта ночь один сплошной дурацкий сон… — А я ээ… — протянула Китти, чувствуя, как дрогнул ее голос. Так, спокойно. «Этот демон не сможет тебя убить, будь уверенней, Кэтлин».       Повар буквально повис над хрупкой фигуркой девушки. Китти сглотнула, краем глаза отмечая, что к ним быстро приближался еще один очень крупный, на этот раз, рогатый силуэт.

***

      Висеть под потолком прикованным цепями без возможности пошевелиться — не самое лучшее времяпровождение для демона. Но в данный конкретный момент Себастьян ничего не мог поделать со своим незавидным положением. Пожалуй, только теперь он начал понимать, как чувствовал себя его господин, будучи не в состоянии вырваться из какой-нибудь ловушки. Но, в отличие от графа Фантомхайва, дворецкий не ожидал, что его кто-то явится спасать: Мэндрейк пять минут назад отправился на поиски своего собственного слуги и ждать от него помощи не приходилось.       Себастьян видел, что он говорил правду. И на его лице можно было разглядеть намек на досаду, когда он сказал, что не сможет освободить его. Чем была вызвана такая эмоция? Демон слишком мало знал о мальчишке, чтобы строить предположения.       Себастьян перевел взгляд со своих запястий на валявшегося на полу волшебника. Эх, если бы он только мог, то открутил бы этому незадавшемуся кукловоду голову и дело с концом. Перспектива оказаться один на один с тьмой выходцев из Иного Места была весьма неприятной, учитывая, кто собирался ими командовать. Такое событие нужно было остановить любой ценой, а значит — помочь Мэндрейку.       Печать за спиной Себастьяна была досадной помехой, но каким бы он был дворецким семьи Фантомхайв, если бы не сумел справиться с подобной мелочью? Он накапливал свои силы все это время, что провисел связанным. Через печать контракта он чувствовал, что господин в относительном порядке – зол, больше чем обычно, но в физическом плане никаких ухудшений не наблюдалось. Не хотелось, конечно, оставлять графа один на один с кем бы то ни было, но пока он не мог освободиться. Ему требовалось еще немного времени.       Волшебник, лежащий на полу, тихо застонал, а потом поднялся, ощупывая руками голову. Себастьян с вежливым интересом наблюдал за ним. Он вынужден был признать, что и это нелепое похищение, и Мэндрейк, с которым он провел некоторое время один на один, дали ему много пищи для размышлений. Он обязательно поделится с господином всем, что узнал, будучи безвольным свидетелем происходящего, как только разберется с этим жалким человеком за то, что посмел лишить его свободы. — Проклятье! .. — громко выругался волшебник и повернулся лицом к демону. Он пригладил свои растрепанные Мэндрейком волосы, а затем поправил очки, которые слегка перекосились в драке.       В этот момент откуда-то снаружи раздался громкий грохот. Себастьян вскинул бровь, отмечая, как побледнел молодой человек.       Не сказав ни слова, тот пулей вылетел за дверь, громко лязгнув ею напоследок. Демон остался висеть в одиночестве. — Какая досада, — негромко сказал Себастьян, обращаясь в пустоту. — Снова все расписание коту под хвост…       Опять раздался какой-то грохот, но на этот раз он был гораздо ближе, а в следующее мгновение кто-то громко врезался в дверь.       Этот день не мог быть еще более интересным на события.       Себастьян терпеливо ожидал, когда потасовка, образовавшаяся за дверью его временной тюрьмы, не закончится. Он перебрал несколько вариантов того, что сейчас может твориться за пределами помещения, в котором он находился и пришел к крайне любопытному выводу, который его немало позабавил. Складывалось такое впечатление, что к демону кто-то пытался прорваться.       Себастьян поймал себя на том, что фактически испытывает нетерпение. И это ощущение было весьма… необычным.       Кто бы там не спешил к нему пробраться, дела у него шли плохо. До острого слуха демона доносились чьи-то отдельные восклицания, но он не мог их разобрать, сколько ни пытался. Насколько дворецкий мог судить, за дверью сражались двое, но победитель все еще никак не мог определиться. Тем временем силы Себастьяна нарастали, хотя печать за спиной все еще хорошо удерживала всю его мощь, а цепи не оставляли шанса сдвинуться хоть на миллиметр за границы пентакля. Ему оставалось только ждать — роскошь, которую он не мог себе позволить при данных обстоятельствах.       В этот момент кто-то особо сильно налетел на стену. Судя по выпуклости на стене — что-то ростом не менее двух метров и явно очень габаритных размеров.       Наступила звенящая тишина. Она продолжалась неуловимо короткое мгновение, а затем кто-то силой рванул на себя металлическую дверь, и та со скрипом повиновалась, впуская внутрь еще одного посетителя.       Себастьян удивленно вскинул бровь. Признаться, такого поворота он не ждал.       Нежданным гостем оказалась молодая темноволосая девушка, которая выглядела бледной и невероятной уставшей. Она дышала так, словно только что пробежала марафон. Или — демон перевел взгляд на отпечаток в стене — победила в схватке с великаном. — Ты еще кто такой? — грубо поинтересовалась она и принялась оглядываться по сторонам, словно искала кого-то. — Где Натаниэль?       Себастьян хотел было вежливо ответить, что понятия не имеет, о ком говорит юная леди, но яростный рык за стеной не дал ему ни единого шанса.       Девушка изо всех сил закрыла тяжелую дверь и навалилась на нее всем телом. Демон скептически наблюдал за ее попытками удержать кого-то, кто отчаянно хотел свернуть ей шею (почему-то дворецкий ни секунды не сомневался, что все было именно так) и, после секундного раздумья, негромко посоветовал: — Вам стоит подпереть чем-нибудь дверь.       Взгляд девушки заметался по комнате и наткнулся на один уцелевший стул. Она быстро отскочила от двери и приставила его к металлу. Конечно, это не могло удержать того, кто хотел прорваться внутрь, но теперь она могла хотя бы отдышаться. — Я его прибью, — едва слышно пробормотала девушка, убирая со лба налипшие темные волосы. Она снова пошарила глазами по помещению, чтобы найти хоть какое-то оружие и ее взгляд вновь зацепился за висящего демона. Она нахмурилась, а затем перевела взгляд на пентакль.       Следующий вопрос девчонки обескуражил Себастьяна настолько, что это почти превысило лимит его допустимых удивлений на целый год. — Ты демон, что ли?       Дворецкий приподнял бровь. Что ж, раз прямо спрашивают, стоит прямо ответить. — Да.       Существо за дверью пошло на таран. Металл не сможет долго удерживать натиск — Себастьян видел, как девушка закусила губу, словно взвешивала свои шансы справиться с противником в одиночку. Она снова перевела взгляд на пентакль и спросила: — Он не дает тебе освободиться? — К сожалению, — вздохнул демон. Увы, но даже при всем своем желании (если бы оно имело место быть, конечно), он не смог бы ей помочь. — Ладно, — девушка немного оживилась. — Если я смогу освободить тебя, поможешь мне избавиться от того увальня?       Как любопытно. Значит, Мэндрейк не смог, а эта девчонка думала, что справится? — Если вы будете столь добры, — отозвался Себастьян, усмехнувшись. Если она сможет это сделать, то так уж и быть. Он поможет ей. За последние несколько часов заточенья невыносимо хотелось поразмяться. А если в процессе удастся особо изощренно убить какого-нибудь выходца из Иного Места, то можно будет считать, что день еще не окончательно пошел насмарку.       Незнакомка кивнула и подбежала к пентаклю. Демон не видел, что она делала, но буквально через мгновение он ощутил, что его оковы исчезли.       Легкая улыбка отразилась на красивом лице. В следующую секунду он с изяществом взмыл воздух, освобождаясь от ненавистных цепей, а после бесшумно приземлился возле оторопевшей девушки. — Что, без театральности никак? — громко фыркнула она, но Себастьян не ответил.       В этот момент с грохотом отлетела металлическая дверь, прихватив с собой небольшой кусок стены.       На девушку и демона с ненавистью в глазах уставился минотавр.

***

      Натаниэль бежал так быстро, как только мог, не обращая внимания на саднящую на лбу рану и думая лишь об одном — чтобы Бартимеус не вздумал совершить самую ужасную ошибку в своей жизни. Если бы граф только успел… Если бы сумел объяснить, извиниться… Только бы успел…       Коридоры были пусты и безмолвны — лишь где-то вдалеке слышались какие-то громкие удары. У Натаниэля не было времени задумываться над этим. Его сейчас волновал только его собственный слуга.       Доверившись интуиции, подросток свернул направо и не ошибся, увидев слегка проржавевшую металлическую дверь, похожую на ту, которая была в той комнате, где их держали с дворецким Фантомхайва. Если Натаниэль был прав, то Бартимеусу позарез нужен малолетний граф, а значит, спасать придется и Сиэля… Что ж, если они оба выживут, Цепной Пес будет у него в неоплатном долгу, а это было уже кое-что. Осталось лишь дожить до того момента, когда он сможет от Фантомхайва что-то потребовать. И лучше, разумеется, от живого.       Изо всех сил толкнув дверь, Натаниэль влетел в хорошо освещенное помещение. У него не было и пары секунд на раздумья — лишь увидев, как Бартимеус склоняется над Фантомхайвом, граф громко закричал: — Стой! ..       Ему показалось, что одно-единственное слово летело до ушей Бартимеуса целую вечность. Даже после его оклика он продолжал наклоняться и Натаниэль подумал, что стоило, наверное, силой оттащить его Фантомхайва, даже если это будет последнее, что он сделает.       Но едва эта мысль успела до конца оформиться, как Бартимеус остановился. Со своего места граф видел, что голова Сиэля медленно свесилась на левое плечо. Тот, очевидно, уже был без сознания.       Где-то вдалеке что-то снова загрохотало, но Натаниэль не мог позволить себе отвлечься. Он просто стоял и смотрел на спину Бартимеуса, ожидая, что тот вот-вот повернется и скажет ему очередную язвительную колкость или какое-нибудь нелестное остроумное замечание в свой адрес. Графу почти до отчаяния хотелось поверить, что так все и будет. Что его сейчас обзовут идиотом и что есть всему этому ужасу разумное объяснение, до которого Натаниэль не додумался из-за своей вселенской глупости.       Секунды тянулись невыносимо долго. Наконец, Бартимеус повернулся. Глаза цвета молочного шоколада неприязненно сузились. — Лучше бы ты немедленно ушел отсюда, господин.       Натаниэль растерянно заморгал. Что это только что было? .. — Бартимеус, я… — Если жизнь дорога — уходи не медля! — сквозь стиснутые зубы сказал джинн и подросток недоуменно попятился, широко распахнутыми глазами глядя на своего дворецкого. Что-то тут было не так.       Несмотря на угрозы джинна, Натаниэль пообещал себе, что больше не сдвинется с места. Он собрал в кулак всю решимость. Больше никаких недомолвок, никакой лжи. Он так устал… притворяться, прятаться и бояться. Пора было положить этому конец. — Я знаю, что ты собираешься сделать, но я не могу этого допустить! — крикнул Натаниэль и краем глаза отметил какое-то движение. Резко повернувшись, он заметил ту самую скукоженную «тень», которая едва не убила мисс Билл днем ранее. Человек (или то, что осталось от человека от долгого использования Уджат) не обращал на них никакого внимания, продолжая методично что-то рисовать на огромном холсте, который Натаниэль едва ли удосужился заметить ранее, поскольку все его внимание было приковано к слуге.       Подросток сглотнул и вновь перевел взгляд на Бартимеуса. В руке у духа был Уджат. — Энтони собирается запереть Иное Место только для того, чтобы быть единственным волшебником, который сможет использовать духов, — выпалил Натаниэль, уставившись на джинна во все глаза. Тот какое-то мгновение пристально вглядывался в хозяина, а затем равнодушно пожал плечами. — Не вижу в этом ничего плохого, — неожиданно ровно ответил он. У Натаниэля едва челюсть не отвисла от такого ответа, и он принялся лихорадочно соображать, что же происходит на самом деле. Что он упускает? — Как… Как ты можешь говорить такое? .. — негромко сказал граф и удивился тому, насколько звучно прозвучал его голос в помещении. — Раз уж, очевидно, ты хочешь пожертвовать жизнью, чтобы услышать ответ, то так уж и быть. По старой памяти просвещу тебя, мой непутевый хозяин, — знакомо проворчал Бартимеус, положил Уджат в карман пиджака и скрестил руки на груди. Если бы он еще покачал головой или закатил глаза, то Натаниэль бы подумал, что это очередное беззлобное подтрунивание, коих подросток за два года наслушался немереное количество.       Но на этот раз все было не так. — Уджат даст ему возможность призывать очень могущественные сущности, которых обычные волшебники избегают из-за большой нагрузки, что испытывают во время вызова. Уж лучше какой-нибудь Ноуда, чем я, — холодно отозвался Бартимеус. — Видишь ли, когда он возьмет под контроль Иное Место, то вряд ли будет призывать мелких сошек… А если сравнивать с действительно сильными духами, то, как это для меня не прискорбно, я тоже вхожу в эту категорию «мелких»... Это удовлетворило твое любопытство?       Натаниэль не мог поверить своим ушам. — Каждый вертится в этом мире как может. Тебе ли этого не знать, Мэндрейк, — добавил Бартимеус, после того как подросток не ответил. Граф чуть нахмурился и пристально вгляделся в джинна. С каких это пор он называет его фальшивым именем? Обычно духу, сколько ни напоминай, тот все равно с упорным постоянством называл его Натаниэлем. Подросток перевел взгляд на Фантомхайва — тот явно был без сознания, хотя упавшая челка и закрывала оба глаза, граф был уверен, что Сиэль не подслушивал. Может, это представление было для ополоумевшего художника? Натаниэлю вдруг вспомнились слова Энтони о том, что время поджимало… Так чего же Бартимеус тянет? Если для завершения ритуала нужна была его кровь (или смерть? ..), то можно было бы и обойтись без всех этих объяснений…       Граф опустил взгляд на свою левую руку. Белый бинт уже давно потемнел и порвался в нескольких местах. Им нужна была его кровь…       «Для завершения ритуала мне нужна ваша кровь, Джон. Увы, того, что принес Бартимеус, оказалось недостаточно…».       Натаниэль поднял взгляд на джинна. Тот смотрел на своего хозяина с какой-то плохо скрываемой досадой. Словно ждал, когда же подросток до чего-то додумается, а он все никак не мог этого сделать. Что-то похожее он наблюдал несколько часов назад в поместье у Фантомхайва.       Граф снова взглянул на порезанную ладонь. Это же случилось только сегодня утром… Бартимеус что, был у Китти? Неужели и она тоже впутана во всю эту историю? Как-то с трудом верилось. Ее удивление было отнюдь неподдельным, когда он возник на пороге мастерской…       Картины! Натаниэль перевел взгляд на сгорбленного художника, лица которого все еще не мог разглядеть. Бартимеус мог с самого начала знать, где искать его кровь, но мог не знать когда… Может… Может и сейчас все это — часть какого-то плана? Может, Бартимеус тянет время, ожидая чего-то? ..       Джинн громко прищелкнул языком. — Ну и долго же до тебя доходит, парень! Ложись!       Натаниэль без колебаний послушался и вовремя — часть стены со стороны Фантомхайва вышибло нехилым Взрывом. На графа посыпались металлические обломки, а по голове приложило чем-то тяжелым. Громко кашляя, он кое-как поднялся на четвереньки. Из легких вышибло дух, дышать было сложно, а на голове, скорее всего, появилась еще одна шишка. Неимоверным усилием, сфокусировав взгляд, подросток взглянул вперед. В дыре, которая образовалась от Взрыва, стоял крупный мужчина в костюме повара. — Так и знал, что ты предашь нас, Бартимеус, — «повар» прошел сквозь дыру и встал напротив дворецкого. — Твоя песенка спета. — Не спеши хоронить меня раньше времени, — хмыкнул джинн, вытащил из кармана Уджат и картинно помахал им в воздухе. — Для тебя это уже что-то вроде дурной приметы.       Натаниэль кое-как поднялся и неловко попятился к проделанному выходу на улицу. Духи, казалось, не обращали на него никакого внимания, решив поиграть в «гляделки». Подростка это более чем устраивало.       Кто швырнул первый Взрыв — Натаниэль не видел, но ему было абсолютно некогда в этом разбираться. Не обращая внимания на вспышки, которые то и дело мелькали где-то на периферии, подросток едва ли не ползком добрался до Фантомхайва, который все еще пребывал в благополучном беспамятстве, и принялся тащить его подальше от развернувшейся баталии.       Холодный, колючий ветер пробрался в помещение с улицы, заставляя трепетать огоньки свеч. Дождь уже кончился, но холодные капли, срывавшиеся с деревьев, то и дело залетали в проделанную духом дыру. — Простите, граф, — пробормотал Натаниэль, когда голова Сиэля немного проехалась по металлическому полу. Подросток не хотел себе в этом признаваться, но сейчас он очень завидовал беспамятству Фантомхайва. Граф огляделся по сторонам, пытаясь понять, куда лучше затащить мальчишку, чтобы тот не пострадал от случайного взрыва. Взгляд Натаниэля зацепился за край огромного холста. Лучше припрятать мальчишку за ним — все лучше, чем ничего.       Хоть Фантомхайв и весил немного, тащить его было чрезвычайно неблагодарным делом. Сделав последнее, едва ли не титаническое усилие, подросток кое-как занес его за холст и прислонил к стене, не особо заботясь об удобстве Цепного Пса. — Полежите пока здесь, Фантомхайв, — пробормотал Натаниэль, и его внимание привлекла стопка каких-то коробок, на которые сверху было наброшено покрывало. Они стояли в нескольких метрах от них, но графу некогда было думать о том, чтобы взглянуть, что там. Он ослабил узлы на руках и ногах Фантомхайва как сумел, а затем осторожно выглянул наружу. В помещении происходило целое светопреставление и единственный человек, которого отнюдь не волновал тот факт, что он в любой момент может испепелиться — бедный ополоумевший художник. Натаниэлю его даже было немного жалко. Он был обречен с того момента, как только прикоснулся к Уджат. — Нужно выбираться отсюда, — пробормотал подросток. Единственный для него выход был через противоположную стену, уже пробитую «поваром», а чтобы добраться до нее, нужно было пробежать очень приличное расстояние.       Другого выбора не было. Нужно было остановить Энтони, пока он не начал чертов ритуал.

***

— Оставьте его мне, мисс, — сказал демон, на губах которого играла лукавая улыбка. — Поверьте, ему не уйти отсюда живым.       Китти смерила его сомнительным взглядом, но спорить не стала. В конце концов, кто она такая, чтобы вмешиваться в разборки сверхъестественных существ? Она и так уже очень много сделала, как для одного дня.       Кивнув, девушка даже не стала оглядываться, а просто стремглав побежала к ближайшей дыре в стене. Пусть те двое развлекаются, как хотят — ее это абсолютно не колышет.       Китти бежала. Позади все еще слышались звуки борьбы, но теперь они слышались и где-то впереди. Девушка остановилась, злясь на Натаниэля, что впутал его во все это дело. Мало того, что теперь она не знала где его искать, так еще и погибнуть могла из-за огромного количества разъяренных духов, которые норовили прикончить друг друга.       В этот момент буквально в нескольких метрах от нее через стену пролетел ее старый знакомый повар. Следом за ним явился невысокий молодой человек, похож на того, которого она только что оставила сражаться с минотавром. Тоже дворецкий, что ли?       Китти поспешно попятилась, стараясь оставаться незамеченной. Демоны не обращали на нее никакого внимания и занимались исключительно тем, что колошматили друг друга. Она перевела взгляд на помещение, из которого они вылетели, и увидела языки пламени, которые объяли часть огромной комнаты.       Сделав еще несколько неуверенных шагов назад, Китти вдруг краем глаза отметила какое-то движение справа от себя. Она резко обернулась — как раз вовремя, чтобы заметить темноволосую макушку, мелькнувшую в темноте. — Подожди! — громко крикнула она и бросилась вслед за Натаниэлем.