Мой колобок

Чимин медленно разлепляет глаза и резко щурится. Противный белый свет заливает пространство и слепит глаза, будто искры сварки. Омега потихоньку приходит в себя, но понять, где именно находится, не может. Благоговейный светящийся белый потолок палаты напоминает свет в конце туннеля или последний путь перед встречей с самим Господом богом. Чимин на секунду теряется и крепко жмурится, стараясь не дать горьким слезам скатиться из глаз. Его жизнь не могла вот так просто закончиться одним несчастным случаем. Такие мысли роем крутились в голове, отчего та стала словно разрозненное поле боя с огромным количеством очагов поражения. По вискам сильно стучали отбойные молотки, всё внутри сжималось от жалости к самому себе и происходящему в принципе. Противное и липкое чувство засело где-то в груди и не хотело отпускать. Даже помыслы о смерти казались правильными и верными в данный момент. Иначе как объяснить такую естественную тишину, спокойствие и умиротворение? Чимин так бы и продолжал терзать себя всевозможными глупыми идеями, что рождались сами по себе, если бы не тихий незнакомый голос где-то за головой. Омеге показалось, что это всего лишь глупые игры сознания. Но голос не заставил себя долго ждать и повторился вновь. Чимину вновь казалось, что он в ловушке собственного мозга. — Вы уже очнулись? — настойчивее прозвучал голос за дверью. Пак продолжал сжимать кулаками ткань простыни и морщиться от света. Неужели всё неправда? Это только дурацкое подсознание, играющее с огнём над и так травмированном душевном состоянии омеги. — С Вами всё хорошо, ничего не болит? — перед взором Чимина показался привлекательной наружности альфа с яркой квадратной улыбкой и белоснежными зубами. Чимин молчал, рот отказывался слушаться, в горле пересохло, как в пустыне, отчего язык плотно пристал к нёбу. — Вы, наверное, очень измучены, оно и понятно, столько всего перенести за один день, Вы очень сильный, раз смогли переступить через это, — доктор ещё раз лучезарно улыбнулся. — Хотите пить? Пак не ответил, лишь слабо качнул головой в знак согласия. — Вот, держите, — альфа налил в стакан воды и поднёс его к пересохшим губам Чимина, приподнимая его голову над подушкой, чтобы тот не поперхнулся. — Вот так, — как с ребёнком, говорил доктор, — ещё чуть-чуть, молодец. Врач напоил Чимина и поставил пустой стакан обратно на тумбу, где в вазе стоял красивый букет алых роз. Альфа, проследив за движением глаз омеги, забавно хмыкнул и поспешил объяснить: — Ваш альфа был здесь, чуть всё отделение на уши не поставил, грозился убить, если мы не спасём вас. Очень уж взбудоражен он был из-за случившегося. — Юнги здесь? — хриплым от долгого родового процесса голосом поинтересовался Чимин. — Ваш муж ждёт за дверьми, еле его успокоил, двери все переломал нам. — А Вы? — вдруг опомнился омега, вопросительно глядя на альфу. — Ох, дурак я, — пожурил себя врач, — я делал Вам операцию, я Ваш лечащий врач на ближайшее время в больнице, Ким Тэхен, — мужчина низко поклонился и принял прежнее положение, всё так же тепло улыбаясь омеге. — А мой ребёнок? С ним всё хорошо? — Чимин пытался вскочить с кровати, но был остановлен крепкой рукой доктора. — Хочу Вас обрадовать. Должно быть, из-за помутившегося сознания Вы не помните, но у Вас родилось два малыша: омега и альфа. Сердечно поздравляю, — Тэхен взял омегу за руку и крепко пожал. На этих слова в палату ввалился Юнги, вопросительно вскидывая бровь. На лице блондина так и красовалось: «Какого хрена здесь происходит?» — Извините, что помешал, — едко проговорил Мин, — но не могли бы Вы отпустить руку моего омеги? — Простите, я, пожалуй, пойду. Чимин, я зайду позже, проверить капельницу, отдыхайте, — закончив, Тэхен ещё раз поклонился, тепло улыбнулся Чимину, странно кинул взгляд в сторону Мина и поспешил удалиться от греха подальше. Слишком свирепый и красноречивый взгляд был у блондина. — Ну и что это такое было? — ревности Юнги было не занимать. — Доктор сказал, что у нас двойняшки, — Чимин ярко улыбался, не обращая внимание на настрой мужа. — Ну да, а ты тему-то не переводи. Чего это этот докторишка тут тебя хватал?! — У тебя муж после серьезной операции, а ты ревностные сцены закатываешь! Не стыдно? — Прости, — Юнги пристыжено опустил голову. — Как ты себя чувствуешь? — Если бы не ноющий живот, то всё отлично. Кстати, а что произошло? — Чимин хотел узнать, что случилось после того, как он отключился. — Ты потерял много крови, в результате я чуть тебя не потерял, но, благо, врачи оказались профессионалами, не дали тебе покинуть меня, — Юнги опустился на колени, тепло нежась носом в ворохе одеяла, вдыхая естественный запах омеги. — Ещё мне стыдно, я расклеился, посмел усомниться в том, что всё будет хорошо, — альфа пристыжено наклонил голову. — Ты такой дурак, не думай о ерунде, если бы не твоя вера в меня и любовь, не знаю, справился бы я или нет. — Обязательно бы справился, зря я думал о другом. — Кстати, спасибо за букет, очень красиво, — Чимин сменил тему, дабы развеять напряжённую атмосферу в палате. — Цветы под стать моему омеге. — Опять эти слащавые фразочки, не люблю их, — рассмеялся омега, хватая шершавую ладонь мужа. — Давай посмотрим малышей, ты уже был у них? — Да, я видел, но тебе пока нельзя вставать, я попрошу медсестру, чтобы она принесла их. А ты пока отдыхай. Юнги поцеловал мужа в щеку и вышел за двери. Теперь всё хорошо. Самое страшное позади, а значит, впереди ждёт только самое светлое.