Красавица для чудовища

Утром следующего дня Летиция подкатила к месту встречи, имея в багажнике своего старенького «пежо» бутылку пти шабли и легкую закуску к нему – багет, кусочек бри и небольшую коробочку клубники. Все вроде бы бюджетно, с легким намеком на праздничное настроение. Шотландец вновь, едва сев в авто, приветствовал девушку, ненавязчиво взял ее ладонь и поднес к губам. Как же старомодно… но отчего-то у Летиции мурашки бежали по коже от его прикосновений. Может, он этого и добивается? Показывает, что ему интересен физический контакт? Но тогда почему дальше и не пытается ничего сделать? Так старомоден? Или дело в чем-то другом… - Знаешь, Живерни – это просто подарок, - говорил тем временем Колум. – Я давно мечтал прокатиться по местам импрессионистов. - Этрета! Побережье! – мечтательно протянула Летиция. - Да, но увы, бизнес требует моего внимания, а на отдых я стараюсь уехать на теплое море, оно мне больше подходит для здоровья, чем холодный океан Нормандии, - Маккензи вновь внимательно глянул на девушку. Она же вновь пропустила мимо ушей его намек на возраст и плохое здоровье, хотя дорогой не была занята – вела машину легко и уверенно. Да и не на что тут было отвлекаться, ехали они по прямому почти пустому шоссе, просматриваемому на километры вперед, неожиданностей тут быть не могло. - Тогда будем получать все постепенно, - предложила альтернативу она. – Сегодня будет только Живерни. А в другой раз поедем на выходные в Этрета и Руан. Ты не был в Руане? Это город… - Жанны д’Арк, - подхватил Колум. – Знаю. - А еще сыра! Ох, какой там шикарный сырный рынок! Я даже у нас, пока пройду по рынку, наедаюсь на день. А там – можно не есть потом несколько дней, только попробовав понемногу всего. - Ты преувеличиваешь. Как все французы, желаешь убедить меня в том, что во Франции все самое-самое. - Ну если только немного, - рассмеялась Летиция. – Но сыр у нас самый-самый. И еще вино. - Пожалуй, хотя я люблю рислинг. Девушка мысленно ругнулась, но решила, что хотя бы угадала с выбором цвета вина. Ну и с натяжкой, наверное, их можно все же сравнить между собой хотя бы в отношении кислотности. Внешне же она только улыбнулась: - А рислинг у нас прекрасный! В Эльзасе… - Наследство немцев, - подколол ее Колум, от которого не укрылось, что на миг девушка чему-то вроде бы огорчилась. Вот только чему? Стоит ли пытаться выяснить, дело просто в обиде за родину или это ее личные проблемы? - Да, - спокойно согласилась Летиция. – Они до сих пор говорят и по-французски, и по-немецки, представляешь? - Конечно, - на провокацию она не повелась, и шотландец решил, что может вернуться к прежней теме. – Но мы едем не в Эльзас. Хотя, разумеется, я не отказался бы побывать и там, особенно в такой компании. - Туда лучше ближе к Рождеству, - мечтательно сообщила девушка. – У них в это время продаются такие вкуснейшие соленые булки-крендели… - Брендзели. - Да! И еще можно последить за поздним сбором винограда. Ты любишь поздний сбор? Или только рислинг? Колум отметил, что на этот раз Летиция слегка напряглась, поэтому решил, что дело было, видимо, в выборе вина. - Ледяное вино? Да, это редкий случай, когда сладкое вино очень вкусное, - вновь внимательно следя за ее реакцией, отозвался он. – Хотя я более всего ценю именно кислотность, как легко угадать. - Нет-нет! – наигранно возмутилась она. – «Ледяное вино» - это придумка американцев! Поздний сбор – это правильное название и самая верная технология. - Ты истинная француженка! Это меня так огорчает! - Почему? – растерялась Летиция. - Потому что я не могу пригласить тебя в Шотландию. Наши сыры тебе покажутся невкусными, напитки обычным горячительным пойлом, а местность слишком однообразной, глаза устают смотреть. Девушка вновь рассмеялась, все больше приходя в прекрасное расположение духа. Кажется, день сегодня все же удастся! - Это неправда! Я с удовольствием взглянула бы на шотландские горы и ваших пушистых овечек! Конечно, это пока более мечты, но почему бы и не помечтать немного? Да, когда-нибудь я с удовольствием ими полюбуюсь! - Когда-нибудь? - О, ты забыл? Несмотря на то кто мои родители, я лишь бедная студентка, подрабатывающая в сети отцовских аптек. А Шотландия очень дорогая страна. Ну, во всяком случае для студента. - Мой замок в твоем распоряжении. - Это невозможно! - Возможно, - Колум поторопился развить успех. – Лейтис, ты наверняка знаешь от ваших владельцев замков, что поддерживать хозяйство в них и сам замок в исправном состоянии – это дорогое удовольствие. А кроме того, эти замки весьма некомфортабельны для проживания. Поэтому приехать ко мне пожить недельку, помогая с замком, это скорее приглашение на работу, а не на отдых. - О, ты зовешь меня поработать на овечьей ферме? - Если тебе так нравятся овечки, то да. Но у нас хватает и других работ, если фермерство тебе по вкусу. - Как студент, я готова на многое! - Виноградники предложить, увы, не могу. Но в остальном я даже готов оставить выбор за тобой. *** Так они и добрались до усадьбы за этим легким разговором, когда Летиция фактически пообещала приехать к нему в гости. Девушка не особенно отнекивалась от приглашения, считая, что оно скорее служит подтверждением его интереса к ней, от которого она и не собиралась отказываться. Тем более, что отказаться можно когда угодно потом, если между ними ничего не сложится. Пока же все шло неплохо: Колум проявлял к ней интерес и не упускал случая отпустить комплимент, погода радовала солнышком, хотя тут, на севере, часто было пасмурно и дождливо, а Летиции нравилось, как все проходит, самой себе она казалась настоящим стратегом. Прогулка по парку вышла не очень романтичной, как и любование озером – все же туристы добрались и сюда. Так что атмосфера Моне тут никак было не ощутить, куда бы они не пошли – в музей, в сад или к озеру – оказывались в толпе народа, все всюду фотографировались. Тут мало кто был похож на горячего поклонника импрессионистов, что сильно портило это место, до того разрекламированное девушкой, как тихое и идеальное для тех, кто не хочет ездить по «попсовым» музеям и паркам. Все это несколько задевало, конечно. Зато дало повод Летиции приступить к реализации иного «плана»: сначала увести кавалера из парка, попутно несколько раз извинившись и словно бы придумывая, чем искупить вину. - Мне так жаль, что кувшинок почти не было, - говорила она в который раз, выводя машину на местную дорогу. – И эти назойливые туристы… - Пустяки! - Нет! Я так хотела, чтобы ты увидел это место, как на картине! А вышло все как-то скомкано… Она досадливо покачала головой – пожалуй, даже не притворяясь… - Ой, нет, я знаю, что делать! – схватилась она. – Мы сейчас же исправим этот замечательный день! Колум с интересом глянул на нее. - Тут неподалеку есть еще одно небольшое озеро, на нем тоже бывают кувшинки! Их, конечно, не писал Моне, но зато мы с друзьями пару раз устраивали там чудесные посиделки. Принимается? - Все, что ты захочешь. Девушка уже съехала с шоссе и несколько минут спустя сбавила скорость, а затем остановила машину. - Voila! – объявила она, доставая из багажника свой запас. – У нас будут кувшинки одновременно с завтраком на траве. Как тебе такое совмещение картин? Не очень безумно? Что скажешь? - Что ты – самое лучшее, что я видел в своей жизни. Летиция скрыла смущение, утыкаясь в свою сумку в поисках широкого платка для скатерти. Она же точно его брала! Не могла же она что-то забыть для такого замечательного пикника! Платок наконец нашелся, завалился за сумку – а она успела из-за этого так перенервничать! Вскоре они уже и вправду с удобством разместились на берегу небольшого озера. Колум лишь улыбнулся, отметив, что девушка не забыла ни бокалы под вино, ни нож, ни штопор – готовилась старательно. Значит, ее интерес к нему и вправду серьезный. Насколько это вообще возможно в их ситуации. - Шабли! – шотландец цокнул языком, оценивая этикетку. – Милая Лейтис, это подарок? И ты решила его разделить со мной? Я польщен! Или стипендия студента Франции не так и мала? Летиция ничуть не смутилась. - Ты хочешь отказать мне в приюте в замке? – хитро прищурилась она. – Однако это лишь пти шабли, я могу себе это позволить. К тому же, я ведь француженка, я не могу угощать плохим! - О, я это ценю. Но мне стыдно, что я, возможно, оставляю тебя без еды на ближайшие несколько дней. - М, диета – это то, что мне надо! - Неправда, нельзя портить такую фигуру! – Колум галантно подал ей бокал с вином. – Твое здоровье? - Твое! – уверенно объявила она. *** Шабли было выпито под вроде бы шутливый разговор о ее фигуре, но шотландец за все время разве что притрагивался к ее руке, не позволяя себе большее. Даже выше не поднимался, к плечу. И Летиция размышляла, не прогадала ли она, взяв с собой лишь одну бутылку – кажется, благородство этим не убрать, доза маловата. Колум мельком пошутил, что обратно им придется вызывать такси, но сюда могут отказаться ехать, и тогда у них один выход – добираться пешком, поскольку его очаровательный водитель сегодня выпил. Летиция всерьез напомнила ему, что они во Франции, а тут полбутылки – это не выпитое! Ну, во всяком случае, бокал-другой ей простят. Девушка и сама не поняла, в какой момент оказалась так близком к шотландцу. Его дыхание колыхнуло ее золотые локоны… От вина кружилась голова, а может быть, шабли тут было вовсе не при чем? Колум осторожно тронул поцелуем шею своей обольстительницы. Немедленно же отстраняясь. - Лейтис, прости! Я совершенно потерял голову, всему виной шабли, должно быть… - однако при этом следил он за ней слишком внимательно для нетрезвого. – Или аромат твоих духов? Летиция вместо ответа сама прижалась к его губам поцелуем. Углублять или тоже отстраниться?.. Мысль толком сформироваться не успела. Все решил Колум, крепко обняв девушку и прижимая ближе к себе. Удивительно сильно – какие же у него руки! Будто сталью сжимают ее! Летиция буквально потерялась в этих объятиях, таких негалантных, собственнических и властных, таких непохожих на его робкое обходительное отношение с ней до сих пор… Таких по-настоящему мужских! *** Целовались они долго. Прерывались, чтобы вдохнуть воздуха, перевести дух, и вновь тянулись друг к другу… Но дальше поцелуев дело не зашло. Летиция ожидала, что Колум полезет в блузку – специально выбранную с кнопками вместо пуговиц – или к коленям – умышленно сегодня юбку надевала ведь! Но нет, он лишь оглаживал ее поверх одежды, ничего не пытаясь получить сверх этого, не делая попыток ощутить ее больше. А уж тем более… - Нам пора возвращаться, Лейтис, - вдруг объявил он, размыкая объятия. – Уже скоро стемнеет и вести машину даже такому профессионалу, как ты, будет непросто. Нам пора, Лейтис. Девушка подскочила с места, словно ужаленная. И все?! Такие объятия, такие поцелуи – и только?! Надо возвращаться?! Это единственное, что он чувствует?! Девушке казалось, что ее словно бы окунули в это озеро перед ними. Притом не теплое, как этим днем, а ледяное, зимнее! Ей показали… что она ни капли ему неинтересна?! Как иначе это понимать?! К «пежо» они вернулись в полном молчании. И в таком же молчании француженка убрала остатки еды и мусор. Только когда Летиция выбралась на шоссе, Колум заговорил: - Не сердись. Может быть, ты считаешь, что все и так понятно. Но на самом деле все лишь запуталось. Девушка молчала. Она не представляла, что тут такого запутанного?! Они нравятся друг другу – что в этом непонятного?! - Лейтис, я не мальчик, мне не нужна женщина, чтобы… справить нужду, - с нажимом продолжал мистер Маккензи. – А ты… ты понимаешь, что серьезные отношения со мной – это брак, при котором тебе придется все бросить и перебраться в Шотландию? Бросить карьеру, бросить свои интересы и заняться домом, замком, делами фермеров? Неужели ты думаешь, я поверю, что тебе это нужно? Летиция не отвечала, только гнала машину, не сводя взгляда с дороги. Благо, что уже и в самом деле поздно, а потому шоссе требовало к себе внимания. Хотя и не могла не прислушиваться к тому, что говорил Колум. Да, возможно, он прав. Даже в чем-то точно прав – себя она в роли домохозяйки не видела никак! Она все это понимала. Но по-женски провоцировала мужчину, который ей нравился. Просто на роман без продолжения. Потому что продолжения тут быть не может. А так хочется… Она полагала, что и ему хочется. Ну при чем тут вообще брак? Какой сейчас век? Эпоха рококо, что ли?! Чтобы если поцелуи – то сразу и венчание! Он ищет серьезных отношений – конечно. Он понимает, что с ней это невозможно – отлично! Но раз они друг другу нравятся, почему бы им просто не закрутить короткий роман к общему удовольствию? Откуда это странное представление… - Лейтис, прости, - глухо закончил он. – Ты не та девушка, которая все это бросит. А я не тот мужчина, который может завести отношения, заранее зная, что ничего не будет. Вернее не так. Я мужчина, который позволил бы себе что-то подобное на пляже с некоей другой женщиной. Но не с тобой. Понимаешь? - Понимаю, - горько усмехнулась она. – Ты делаешь мне комплимент, говоря, что не хочешь меня унижать положением девицы «для нужды». Только от этого комплимента мне тошно. Я, знаешь ли, не девушка эпохи рококо, чтобы трястись за свою невинность и репутацию. В данный момент я не могу это рассматривать иначе, чем желание показать мне, что я тебе безынтересна. Как женщина. Колум не ответил. Наверное, считал себя все равно правым, слишком увлеченный своими старомодными правилами. Девушке тоже больше поддерживать беседу не хотелось. И больше оба не сказали ни слова до самого отеля. И только расставаясь с шотландцем, Летиция на миг не выдержала: - Если захочешь извиниться, можешь это сделать у меня на квартире через два дня, моей соседки не будет. Вечером, после семи я буду одна и готова буду тебя выслушать. Подробно и основательно. - Ты не отступишь? – с интересом глянул на нее Колум. Летиция только передернула плечами. Мужчина кивнул и вышел. Девушка отвернулась и вновь уставилась на дорогу. Что ж, она сказала даже больше, чем следовало бы. Дальше пусть он решает уже сам. Если не придет… то больше она не станет с ним и разговаривать.