На службе Империи

- Как форма? - Сидит идеально, точно по размеру, спасибо.       Повернувшись боком перед зеркалом, Игмар оценил своё отражение. Новая выданная форма почти чёрного цвета ничем не отличалась от той, что носил Центральный или Правый с Левым. И, надо признать, она была старшему лейтенанту к лицу. Что особенно радовало Игмара, так это то, что обязательную по уставу шашку он более не обязан был носить. Этот атрибут прошлого века давно уже стал чисто символическим и церемониальным и не доставлял ничего, кроме неудобств. Так же ему выдали новенький автоматический двенадцати зарядный пистолет системы Койна. Воронёный, пахнущий оружейным маслом, он сразу удобно лёг в руку, и Игмар без колебаний заменил им свой личный револьвер системы Мерца. Ну и в последнюю очередь он получил удостоверение сотрудника контрразведки, такое же, как и Центрального.       Разговор с особистом состоялся после обеда. Контрразведчик подошёл к Игмару на выходе из столовой. Получив согласие старшего лейтенанта, он довольно кивнул и приказал следовать за собой. Все бюрократические процедуры были улажены на удивление быстро. Уже через час о переводе старшего лейтенанта Цайна на новое место службы был подписан командиром гарнизона. Разумеется, командующий узлом телепатической коммуникации, узнав, что у него забирают одного из магов-телепатов, которых и так не хватало, был не в восторге. Но ограничился лишь парой отборных ругательств и приказом убираться вон с его глаз.       Уже к вечеру Игмар был полностью официально зачислен в состав оперативной группы контрразведки номер десять тридцать четыре, которую и возглавлял Центральный. Полноценное знакомство с новыми коллегами состоялось вечером этого же дня в кабинете старшего контрразведчика в том же одноэтажном сером здании, в подвалах которого Игмар недавно был вынужден провести казнь картийских мятежников. Там-то старший лейтенант наконец-то узнал имена троих особистов и их звания. Центрального звали Рейхард, он был подполковником. Левый, которому в своё время Игмар пустил кровь из носа телепатическим ударом, оказался майором, а звали его Грасом. Правый, похоже никогда не расстававшийся с толстой тетрадкой в твёрдом переплёте, куда он постоянно что-то записывал, был капитаном. Имя у него было довольно необычное для жителя Империи – Ролан.       Впрочем, как сразу объяснил Рейхард, по именам у них обращаться при посторонних не принято, вместо них используются позывные. У Рейхарда позывной был «Штрих», у Граса «Хром» а Ролана «Чайка». Самому Игмару так же предстояло выбрать себе позывной. Но про себя старший лейтенант продолжил называть всех троих Центральный, Левый и Правый.После того, как все были нормально представлены друг другу, Центральный сел за стол и произнёс: - Ну что же, дел у нас много, так что сразу введём вас в курс дела. Как вы уже знаете, старший лейтенант, «Муравейник» был потерян в результате измены. Мы провели своё расследование. Подробности вам знать не обязательно, скажу лишь, что оправдались наши худшие подозрения. Всё указывает на то, что предатель действовал не в одиночку. У нас есть основания полагать, что в Картии действует самый настоящий заговор против Империи. И в него могут быть вовлечены высшие руководители ИКА. - Это точно? – напрягся Игмар.       Поверить в то, что кто-то из высших чиновников Империи мог перейти на сторону мятежников было непросто. - Прямых улик у нас пока что нет, но всё указывает именно на это. Как иначе объяснить, что местная администрация полностью проморгала подготовку мятежа? Это не спонтанная вспышка неповиновения, это тщательно подготовленное и продуманное восстание. Такое не осуществить даже за один месяц. Всё указывает на то, что оно готовилось несколько лет. Нужно было сформировать отряды, наладить снабжение, централизованное командование. Скрыть такое практически невозможно. И тем не менее, все местные спецслужбы проморгали подготовку. - Это каким же образом?       Обычно бесстрастное лицо Центрального скривила гримаса презрения: - Начальник картийского отделения имперской тайной полиции старый пьяница. Но он из знатного и богатого рода, так что снять его с должности не позволили влиятельные родственники. Вот его и назначили сюда для того, чтобы убрать из столицы. Один из его заместителей бесследно пропал с началом мятежа, второй такой же бестолковый, как и его начальник. Он племянник одного из членов императорской семьи. На службе его почти не видели, он практически не вылезал из борделей. Разумеется, оба этих пьяницы ничего толком не знают и объяснить не могут. На все значимые вопросы отвечают одинаково: «Этим занимался Бернард». Это пропавший заместитель, - пояснил Рейхард, увидев недоумение на лице Игмара. - И пропал не только он. Исчезло ещё несколько сотрудников тайной полиции, а некоторые были убиты или погибли при каких-то мутных обстоятельствах. Оставшиеся в живых занимались внутренней административной работой. Почти все, кто был связан с агентурой, или занимался оперативной деятельностью пропали или мертвы. Очень похоже на диверсию, или что кто-то подчистил за собой следы. - А что же губернатор колонии?       Гримаса отвращения на лице Центрального стала ещё более явственной. - Губернатора Картии, как, впрочем, и почти всех губернаторов имперских колоний, заботил в первую очередь его кошелёк. Произошедшее стало для него таким же сюрпризом, как и для всех остальных… - Ещё бы, сукин сын одним махом лишился почти всех своих источников дохода. Поставки-то ценных пород дерева из джунглей сейчас невозможны, - проворчал Грас.       Центральный бросил на перебившего его подчинённого неодобрительный взгляд и продолжил: - Текущие же дела колонии он полностью переложил на своих помощников и заместителей. И тут мы наблюдаем интереснейшую картину, до боли напоминающую ту, что мы уже видели в тайной имперской полиции. - Все, кто действительно чем-то занимался, пропали или погибли, а оставшиеся ничего не знали и не слышали? – предположил Игмар. - В точку, - мрачно кивнул Рейхард и продолжил. - Было бы неплохо допросить как следует самого губернатора, но у этого гадёныша неплохой иммунитет, обеспеченный очень большими деньгами…       Задумчиво покрутив в руках перьевую ручку, Центральный решительно отбросил её в сторону и решительно произнёс: - Ну что же, поговорили и будет. Пора работать. Грас, Ролан, вы знаете, что вам делать. Жду ваших докладов к вечеру. Игмар, прошу за мной.       Встав из-за стола, Рейхард решительным шагом вышел из кабинета, старший лейтенант поспешил за ним. Выйдя в коридор, Центральный свернул налево, прошёл несколько шагов, после чего остановился у двери без каких-либо табличек или надписей. Впрочем, ни на одной двери в здании контрразведчиков не было каких-либо опознавательных знаков. Достав связку ключей, Рейхард открыл замок и пропустил Игмара внутрь.       Единственное узкое окно в комнате было закрыто плотными ставнями, и, как почти всё здании контрразведки, опечатано при помощи мощных защитных заклятий. Помещение освещала единственная лампа под потолком. Из мебели не было ничего, кроме массивного деревянного стола, занимавшего большую часть комнаты, и пары стульев. На столе были разложены различные приборы, инструменты, мотки проводов и проволоки. Опытный взгляд Игмара сразу опознал оборудование для телепатической магии. Кое-что ему было знакомо, но некоторые из разложенных на столе приборов он видел в первый раз. - Прошу, старший лейтенант. Вот, с чем вам предстоит работать. Сталкивались раньше? - Кое с чем да, что-то вижу впервые. - Ясно. Вот пособия по эксплуатации, - Центральный указал на стопку документов, лежащих на краю стола. - К утру вы должны быть готовы использовать любой из этих приборов. Туалет и душевая налево в конце коридора, крайняя дверь справа. Кухня направо по коридору, первая дверь слева. Там есть чай и кофе. Жить теперь будете тоже здесь. Ваша комната - третья дверь слева от входа. - А моя… - Вашу жену мы уже оповестили. Её проводят вечером. Вещи ваши тоже перенесут. Всё, работайте.       С этими словами Центральный вышел из помещения, закрыв за собой дверь. Вздохнув, Игмар устроился поудобнее, включил настольную лампу, взял первое попавшееся пособие по эксплуатации и углубился в чтение…       Закончил работать Игмар далеко за полночь. За всё это время он лишь дважды ненадолго покидал помещение, в туалет и выпить чаю на кухне. В целом, большая часть приборов оказалась ему в той или иной степени знакома ещё со времён ИВМА. Об остальных он слышал, так что понять принцип работы особых проблем не составило. Что особенно порадовало старшего лейтенанта, так это то, что всё оборудование было новейшего поколения, самые современные образцы. Взять хоть мыслепроектор, прибор, позволявший магу-телепату видеть то, о чём думает человек, к которому этот прибор подключён. Раньше Игмару приходилось работать с моделями, показывавшим изображения лишь в чёрно-белом варианте. В добавок, приходилось вручную настраиваться на частоты мыслей человека, чтобы наладить резкость картинки. Мыслепроектор контрразведчиков мало того, что был цветным, так ещё и сам автоматически настраивал резкость изображения.       Когда Игмар наконец добрался до выделенной ему комнаты, Саила уже была там и крепко спала. Про себя старший лейтенант отметил, что все их немногочисленные вещи были аккуратно разложены. Размером выделенное им с Саилой помещение немного уступало комнате в офицерском общежитии, а вот в плане мебели ничем практически не отличалось. Кровать, маленький столик, два стула, небольшой шкаф.       Раздеваясь, Игмар старался шуметь как можно меньше, но Саила всё-таки проснулась. Усевшись на кровати, она сонно протёрла глаза и спросила: - Игмар? Почему ты так поздно сегодня? - Меня же перевели на новое место службы, - наклонившись, старший лейтенант ласково поцеловал свою жену. - Было много работы. Пришлось задержаться. Спи, малышка.       Устроившись поудобней под боком у Игмара, Саила положила голову ему на плечо. Когда уставший старший лейтенант уже почти уснул, она тихо прошептала: - Игмар? - Ммм? - Пожалуйста, будь осторожен. - В чём дело? - Мне не нравится старший из этих чёрных офицеров. Он часто улыбается, но глаза у него всегда холодные, как могила. Я боюсь его.       От этих слов у старшего лейтенанта по спине пробежал холодок. Покрепче обняв жену, он тихо произнёс: - Я тоже… - Что скажете, старший лейтенант? - Он не врёт. Куратора их группы он не знает, с ним общался только их старший. Что с ним случилось и где он сейчас находится - не знает. Но он догадывается, где их старший может скрываться. Точного названия адреса он не знает, вот изображения зданий и примерные визуальные маршруты, - Игмар протянул Рейхарду несколько только что проявленных картинок.       Центральный бегло просмотрел запечатлённые на них изображения различных мест в Тирцхаффене, после чего передал их Грасу. - Нужно определить точные адреса и проверить эти места. Он точно не врёт? - Под сывороткой правды и подключённый к «Исповедальне»? Исключено, - покачал головой Игмар. - Хорошо. Ведите следующего.       С этими словами по команде Центрального двое рядовых сотрудников контрразведки, имена которых Игмар не знал, подошли к желтолицему картийцу, привязанному к деревянному креслу прочными кожаными ремнями. Сняв с его головы плотно прилегающий металлический обруч, от которого тянулись провода к стоящему на столе прибору, они принялись освобождать пленного. Тот никак не реагировал на проводимые с ним манипуляции. Оно и понятно, сочетание сыворотки правды и «Исповедальни», прибора, полностью подавляющего возможности мозга к творческому мышлению, било по сознанию не хуже кувалды. Картийцу повезёт, если его разум перенесёт прошедший допрос без последствий. Хотя, какая разница? Никаких сомнений в его дальнейшей судьбе у Игмара не было. Даже в мирное время за участие в диверсионной группе полагалось только одно – расстрел. А уж по законам военного времени тем более.Когда двое рядовых выволокли бессознательного мятежника в коридор, Рейхард грязно выругался: - Очередная пустышка. Все, кого нам пока что удалось отловить, это мелкая рыбёшка, простые рядовые исполнители. А мне нужен как минимум куратор одной из групп. - Что поделать, местные оперативники мастерством не блещут, - вздохнул Ролан, сидевший за отдельным столиком и что-то аккуратно записывавший в свою тетрадь. - Это мягко сказано, - процедил Рейхард. – У них дважды в руках были кураторы, вычисленные нашими стараниями. Одного они вспугнули, второго не смогли взять живьём и приволокли нам труп. - Не пробовали применять некромантию? – осторожно поинтересовался Игмар. - Специалистов, способных провести допрос трупа, можно пересчитать по пальцам одной руки во всей Империи. И что-то мне подсказывает, что вы не входите в их число, старший лейтенант. - Никак нет.       Разговор прервали двое рядовых, вернувшихся с новым пленником. Это оказалась молодая девушка, не старше Саилы, тощая, с грязными спутанными чёрными волосами, одетая в не менее грязную рубашку до колен. Контрразведчики жёстко усадили её в кресло и отточенными движениями, говорившими о немалом опыте, споро пристегнули кожаными ремнями. Закончив своё дело, они щёлкнули каблуками, козырнули Рейхарду и собрались выйти из помещения, но подполковник жестом их остановил: - Это ещё что такое? – недовольно поинтересовался Центральный, указывая пальцем на лицо пленницы. А точнее, на её разбитые в кровь губы. - Не хотела идти, господин подполковник. Пыталась кусаться. - Ясно. Ждите за дверью.       Ещё раз козырнув, оба рядовых вышли, плотно прикрыв за собой дверь. Игмар и остальные контрразведчики обратили своё внимание на пленницу. Та старалась не проявлять никаких эмоций, тёмные глаза смотрели прямо перед собой. Но старший лейтенант отчётливо ощущал эманации отчаянно сдерживаемого страха. Интересно. Прищурившись, Игмар сосредоточился и более тщательно вслушался в эманации пленницы. Так. Картийка боялась не смерти, она опасалась выдать под допросом что-то важное о своих товарищах. Очень интересно. Тем временем Рейхард повернулся к Ролану: - Что у нас здесь? - Мэй Ли. Семнадцать лет. Коренная жительница колонии, до мятежа проживала в трущобах на окраине Тирцхаффена. Официально нигде не работала. Неофициально занималась проституцией в одном из подпольных борделей, под названием «Алый лотос».       Услышав это название, Игмар присвистнул. Все трое контрразведчиков повернулись к нему. - Вам знакомо это место, старший лейтенант? - Лично не бывал, но наслышан, - криво усмехнулся Игмар. - Место это не из дешёвых, пользовалось популярностью у офицеров гарнизона из числа тех, что были побогаче. - Да кто такую примет в элитный бордель? – скривился Грас. - Ну почему же, отмыть причесать, приодеть, накрасить и вполне себе сойдёт. Особенно после парочки стаканчиков чего покрепче… - протянул Ролан, задумчиво разглядывая пленницу. - Так! Потом поговорим об этом. Теперь ты, - прервал подчинённых Рейхард и обратил своё внимание к пленнице. - Тебя взяли с поличным, при попытке укрыть нескольких раненых диверсантов. Предлагаю добровольно ответить на все наши вопросы. Этим ты сохранишь себе жизнь и смягчишь своё наказание.       Пленница бросила короткий взгляд на Рейхарда и, фыркнув, отвернулась. - Понятно. Всё как всегда. Как же вы мне надоели, почему все картийцы такие упрямые? – устало вздохнул подполковник и кивнул Игмару: - Приступайте, старший лейтенант.       Кивнув, Игмар встал из-за стола и подошёл к пленнице. Взяв в руки металлический обруч, он закрепил его на голове картийки. Обруч состоял из двух половинок, соединявшихся винтами, что позволяло регулировать размер. Пленница пыталась отвернуться, но крепкий кожаный ремень не дал ей толком пошевелить головой. Закрутив винт и убедившись, что обруч надежно держится, Игмар подошёл к стоявшей на столе «Исповедальне» и провёл несколько манипуляций. Издав тихое гудение, прибор начал накапливать заряд телепатической энергии. Через минуту гудение сменилось резким писком, и Игмар повернул рубильник. Картийка дёрнулась, взвыла и через несколько секунд обмякла, когда разряд прошёл по проводам от прибора к обручу и ударил её сознание. Всё, творческие способности её мозга полностью подавлены, и, как следствие, выдумать она ничего не сможет.       Пока девушка приходила в себя, Грас взял со стола заранее подготовленный шприц с бесцветной жидкостью и недрогнувшей рукой всадил его пленнице в шею. Та на это никак не отреагировала, всё ещё не пришла в себя после телепатического удара «Исповедальни» по своему сознанию. Игмар тем временем переключил прибор на другой режим, надел на лоб диадему телепатической коммуникации и всмотрелся в показания датчиков, после чего кивнул Центральному: - Готово, её воля подавлена сывороткой правды, лгать она не способна. Задавайте вопросы. - Кто твой координатор? Где вы встречаетесь? Какое у тебя было задание…       Сняв диадему, Игмар промокнул носовым платком взмокший лоб. Уф… Допрос картийки длился больше полутора часов. Когда её под руки уволокли, трясущуюся, с пеной у рта, Рейхард довольно перебирал проявленные изображения и распечатку показаний. - Наконец-то попался кто-то, кроме рядовых исполнителей. - Нам просто повезло, что девчонка оказалась излишне любопытной. Так-то она не должна была знать ничего про командира их группы - проворчал Грас, подготавливая новый шприц с сывороткой правды. - Это неважно, - отмахнулся Рейхард. - Значит так, Грас. Бери наших ребят и проверь этот адрес. Только осторожно! Не вспугните его и не упустите. Мне он нужен живым! Если притащите мне очередной труп, сами будете проводить спиритический сеанс. - Не учи, Штрих, мы тебе не местные раздолбаи.       С этими словами Грас демонстративно проверил свой пистолет, убрал его обратно в кобуру и вышел. Рейхард тем временем продолжил. - Игмар, Ролан, вы продолжаете допросы. У нас есть ещё пять задержанных. Скорее всего они ничего не знают, но проверить мы обязаны. А я пока навещу одного любвеобильного подполковника из штаба картийского гарнизона…       Взгляд Центрального, устремлённый в проявленное изображение одного из постоянных клиентов картийки, не предвещал запечатлённому на нём пузатому мужчине в офицерском кителе подполковника ничего хорошего. Это изображение, как и остальные картинки в руках Рейхарда, Игмар вытянул из сознания пленницы, когда они невольно возникали в ответ на задаваемые Центральным вопросам. Надо признать, список клиентов девчонки оказался очень интересным, что и объясняло похорошевшее настроение Рейхарда. Когда подполковник вышел, двое рядовых заволокли в комнату для допросов очередного арестанта. Всё началось по новому кругу. - Уф, наконец-то!       Победно сняв со лба диадему телепатической коммуникации, старший лейтенант откинулся на спинку стула. Было уже далеко за полночь, спать хотелось страшно, даже несколько кружек отличного найзирского кофе не спасали. Только что не менее уставшие рядовые вывели под руки последнего из задержанных. В отличие от остальных подпольщиков, этот картиец проявил большее благоразумие, чем его товарищи, и согласился сотрудничать в обмен на помилование. Он добровольно ответил на все вопросы, заданные ему Роланом, а также рассказал кое-что по собственной инициативе. Причём «Исповедальня» подтвердила его искренность.       Когда его допрос был окончен, Ролан распорядился, чтобы этого задержанного перевели отдельную камеру, с нормальной постелью, накормили и напоили приличной пищей, дали возможность помыться и переодели в чистое. Одним словом, всячески обиходили. В ответ на вопросительный взгляд Игмара, капитан пояснил: - Нам нужна своя агентура среди местных. Думаю, он ещё сможет быть нам полезен. Рейнхард будет доволен, когда вернётся. - Ясно. Ну что, на сегодня закончили? - Определённо.       Игмар принялся выключать оборудование для допросов, Ролан же аккуратно собирал бумаги и проявленные картинки, с изображениями мыслей пленных. Сложив вместе все детали «Исповедальни» старший лейтенант невольно поморщился про себя. Всё-таки не к такому его готовили в ИВМА. Методы допроса, которые ему пришлось сегодня применять, иначе как варварскими и не назовёшь. Слишком грубые, слишком велик риск, что после них сознание допрашиваемого окажется повреждено и у него разовьются психические расстройства. А из сумасшедшего даже при помощи телепатии достоверной информации не вытянуть. Но зато эти методы были быстрыми и относительно эффективными.       Закончив наводить порядок, Игмар кивнул всё ещё разбиравшемуся с документами Ролану и вышел в коридор. Пересилив себя, старший лейтенант всё же сходил быстро в душ и только после этого отправился спать. Саила, разумеется, уже мирно посапывала. Глядя на спящую жену, Игмар с тоской подумал о том, что в последнее время почти её не видит. Мирная жизнь на промёрзшем Хоглите теперь вспоминалась прямо-таки как райское время. Тихое, спокойное, наполненное простыми семейным уютом. Будь проклята эта чёртова Картия и вся эта война!