Не вмешиваться

Профессор Рид и не подозревал, что над его головой сгущаются тучи. Единственное, что его тревожило, — это замкнутость Северуса. Снейп никогда не был общительным, но в последние несколько недель он стал более открытым и улыбчивым, по крайней мере с Гарри. В прошлые выходные что-то изменилось. Северус постоянно молчал, на вопросы отвечал односложно. Гарри никак не мог понять, что уже успел сделать не так, и ему было больно. Времени и так осталось немного. Даже он понимал, что со Снейпом вторых шансов не бывает, даже если они снова пересекутся в одном времени и пространстве. В среду вечером он остался один впервые за долгое время. Мародеры и Лили, кажется, были заняты домашними заданиями, а Северус просто куда-то исчез. Зато совершенно неожиданно пришла Минерва МакГоннагал. — Вы не видели Поттера, Эванс, Блэка и Люпина? — спросила декан Гриффиндора, которая, кажется, уже была готова начать ругаться так, как не подобает леди. За ее спиной маячил бледный Питер. Судя по всему, друзей он профессору не сдал, но уже был близок к этому. — Разве они не должны быть сейчас в башне Гриффиндора? Скоро отбой. Я допускаю мысль, что Эванс могла засидеться в библиотеке, возможно, остальные с ней, — ответил Гарри, мысленно ругая ребят на чем свет стоит. Он был практически уверен, что они не в библиотеке — хорошо, если вообще в Хогвартсе. — Их никто не видел после конца занятий, на ужине не показывались, — встревоженно сказала МакГоннагал, скрестив руки на груди. — Я думала, они на дополнительных занятиях у вас. — К сожалению, нет, — профессор Рид вздохнул. — Так, вот что мы сделаем. Я пойду, спрошу у учеников других факультетов, видели ли они наших пропавших. Директор знает? Нет? Хорошо… подключите его, если до десяти вечера они не объявятся. Неплохо бы проверить Астрономическую башню и квиддичное поле, а еще озеро. Минерва ушла, забыв о Петтигрю, зато Гарри о нем ни на минуту не забывал. — Итак. Где они? — спросил профессор, нависая над Питером. Хвосту стало страшно, он уже однажды видел этого человека в гневе и повторения не хотел. — Я не знаю, меня с собой не позвали, — тихо ответил он. На миг Петтигрю показалось, что Рид знает о слежке и обо всем на свете, но это была лишь иллюзия. — Обидно, да, — Гарри задумчиво закусил губу. — Вероятнее всего, Хогсмид, так? Чудно! Идите к себе в спальню, Питер, и не высовывайтесь. Будьте благоразумны, пожалуйста. Хвост облегчённо выдохнул и поспешил убраться. Профессор отправился к кратчайшему пути в Хогсмид, который помнил, к Статуе Одноглазой Ведьмы. И меньше всего он ожидал столкнуться в коридоре с Северусом, который шел в направлении, противоположном слизеринской гостиной. Снейп в очередной раз посмотрел на него этим тяжелым, пронизывающим взглядом, словно хотел увидеть насквозь. Если бы Гарри в свое время тесно не познакомился с легиллименцией, он и сейчас считал бы, что Северус может читать мысли. Он не знал, что Снейп уже и об этом успел подумать, но отмел эту идею, хотя дико хотел залезть в мысли своего друга каждый раз, как его видел. Соблазн был велик, вот только ему противостоял разум и осторожность. Северус начал учиться ментальных наукам всего полгода назад и не был мастером в этом, хотя природные способности давали о себе знать. К тому же он не знал, владеет ли Рид окклюменцией. Вполне мог, если учесть его подкованность в Защите. — Привет, — сказал профессор. Он запыхался и был слегка растрепан. — Что-то случилось? — спросил Северус нахмурившись. — Ты сегодня после уроков видел Поттера, Блэка, Люпина или Эванс? Не знаешь, где они могут быть? — прямо спросил Гарри, не особо надеясь на ответ. Впрочем, Мародеры всегда были особо неравнодушны к одному конкретному слизеринцу, почему бы и в этот раз им не «отметиться» у Снейпа? — Не знаю, но могу предположить, — парень пожал плечами. Гарри внимательно окинул его взглядом. — Так, а почему ты в уличных ботинках? — грозно спросил он. Северус отреагировал вполне спокойно. — Я собирался после отбоя пойти в Хогсмид и встретиться со своими друзьями, — сказал он. — Прошу, не выдавай меня. — Пожиратели? В Хогсмиде? — профессор Рид охнул, представив себе масштаб возможной проблемы. — Так, Северус, ты остаешься здесь. Я иду в Хогсмид и очень надеюсь успеть вернуться до того, как об исчезновении этой компании узнает директор. Даже близко не суйся, ясно? — А там… Мерлин, ты сказал Лили с ними? — беспомощно спросил Снейп, тоже сообразивший, что может случиться, если Поттер и Блэк полезут на рожон. Профессор Рид вздохнул. Вот так всегда с ними, сначала все такие уверенные в себе и дерзкие, а потом уже начинают думать головой и превращаются в растерянных детей. — Я очень надеюсь, что она в Хогвартсе. Тем не менее, мне необходимо самому все проверить. Посмеешь пойти за мной — устрою долгосрочные отработки с Филчем и минус пятьдесят баллов. Ясно? — резко спросил Гарри. Северус медленно кивнул и развернулся, его плечи сразу поникли. Профессор Рид только покачал головой и продолжил свой путь быстрым шагом. Он чуял неладное и очень надеялся успеть до того, как произойдет что-то непоправимое. И мантия развевалась за его спиной черными крыльями. *** Четверка гриффиндорцев вышла из «Трех метел». Розмерта уже устала удивляться внеурочному появлению некоторых студентов в своем заведении, и привечала их как ни в чем ни бывало. Они хорошо посидели и поболтали. Суть мероприятия, в общем-то, состояла в том, чтобы вытащить Лили Эванс из замка, и гриффиндорка, уставшая от учебы, довольно-таки легко согласилась. Нарушать правила с Джеймсом было опьяняюще весело. Ровно до тех пор, пока на них коршуном не налетел профессор Рид, невесть что забывший в Хогсмиде в этот день и час. — Мистер Блэк, мистер Поттер, — сухо сказал он, схватив парней за капюшоны мантий и чуть приподняв, словно котят, так что они вынуждены были стоять на цыпочках. — Форменное безобразие! А вы, мисс Эванс и мистер Люпин, наши великолепные старосты, вы должны стыдиться. Минерва бегает по всему Хогвартсу в поисках вас! Нервничает человек! А ну быстро обратно пошли. — Мы просто… — начал было Джеймс, но умолк, встретившись взглядом с профессором. Это был тот самый взгляд, каким он смотрел на них в Хэллоуин. Этот взгляд означал, что они переступили черту. — Вам нужно быть в замке до десяти часов. Завтра я вам еще выскажу все, что я о вас думаю. Вы у меня с отработок не вылезете до конца года, — прошипел Гарри и хорошенько встряхнул Сириуса и Джеймса. За Минерву, вынужденную вечером вместо отдыха искать своих подопечных, было и правда обидно. И за свои нервы тоже. — О, ты посмотри, драка намечается, — весело сказал кто-то. Профессор Рид отпустил своих нерадивых студентов и выпрямился, его взгляд наткнулся на четверых молодых людей в черных мантиях. Лица были смутно узнаваемые, стоило начать вспоминать, как по коже прошел холодок. Пожиратели. Не самые близкие Темному Лорду, но все же его слуги. И среди них стоял тот, кто отправил Гарри сюда. — Макнейр, — одними губами сказал профессор Рид. — Господа, нам пора идти. — Ну почему сразу идти? А может, девушка не хочет, — сказал кто-то из товарищей Макнейра и подмигнул Лили. Порывистый Джеймс выхватил палочку и сделал шаг вперед — на его запястье тут же легла твердая рука профессора. — Нам пора, — уверенно сказал Гарри, мысленно умоляя этих идиотов не поддаваться на провокацию. Ага, как же! — Да у него метка на руке! — воскликнул глазастый Сириус и тоже сделал шаг вперед. Профессору Риду стало страшно. Он внезапно осознал, что не сумеет остановить Мародеров, если те полезут в драку, а Пожиратели наверняка с охотой вступят в бой, для них это будет еще одним развлечением. Гарри сообразил, что они, скорее всего, не поняли, что перед ними стоит профессор, он ведь слишком молодо выглядел. С профессором, может, связываться и не стали бы. — Господа, эти малолетки нам угрожают, — сказал Макнейр. Двое Пожирателей тоже шагнули вперед, а будущий палач заглянул куда-то за угол дома и, к ужасу Рида, еще кого-то позвал. — Ремус, отведите Лили в Хогвартс, — ровным тоном сказал профессор. — И доложите о своем прибытии Минерве. Джеймс, Сириус, шаг назад. Вот только в этот раз его не послушались. Гарри и сам не заметил, кто послал первое заклинание, он лишь внезапно понял, что они впятером стоят кругом спиной к спине и обороняются от десятка Пожирателей смерти, которые были неплохими бойцами, явно более опытными, чем кучка школьников. Заклятия летели за заклятиями, профессор сражался сосредоточенно и бесстрашно — война уже давно въелась ему под кожу, они не могли застать его врасплох. Зато вполне могли подловить на слабости ребят. Боковым зрением Гарри увидел, как Люпин лишился палочки. Ремус прикрывал Лили своим телом, Джеймс, заметив это, конечно, потерял голову и стал делать слишком резкие взмахи рукой. Профессор Рид был великолепным бойцом, но он не мог разорваться. Он увидел, как Макнейр направляет палочку на Лунатика, и успел закрыть их с Лили щитом, и в то же время двое Пожирателей разом послали проклятия в Джеймса. Никто просто не мог успеть защитить его. Сохатый вскрикнул и упал на снег, а бой по инерции продолжался еще несколько секунд. — Парни, нам пора, — сказал Макнейр, поняв, что забава зашла слишком далеко и кому-то придется за это отвечать. Он взял за руку одного из своих друзей, потерявших сознание, и трансгрессировал, а остальные последовали его примеру. Лили бросилась к Джеймсу и склонилась над ним. Она плакала. Гарри даже не задумался о том, что это может его выдать, когда вызывал патронуса — оленя — и посылал его к директору, сообщая о произошедшем. — Все. Доигрались, — мертвенно бледными губами прошептал профессор, глядя, как Бродяга, на котором лица не было, застывает над телом, лежащим на снегу, как Люпин обнимает Лили и пытается успокоить — точно также, как в тот раз в Отделе Тайн, когда Гарри потерял Сириуса. Джеймс Поттер в сознание так и не пришел. *** В Больничном крыле собралась целая толпа народу. Там, конечно, была мадам Помфри и медик из Мунго, прибывший через камин. Гораций Слизнорт, Минерва, директор и сам профессор Рид, да еще виновники произошедшего — то есть Сириус, Лили и Ремус. И Джеймс, бьющийся в лихорадке на постели. — Что произошло? — спросил директор. В голубых глазах был холод и гнев, и Гарри прекрасно его понимал. Он и сам злился — на Мародеров, на себя, на все. Ему было так больно, он даже не задумался, что под угрозой не только жизнь Джеймса Поттера, но и существование его сына. — У меня возник вопрос к мистеру Поттеру. Я отправилась в гостиную Гриффиндора, но его там не оказалось, а вместе с ним исчезли мисс Эванс, мистер Блэк и мистер Люпин, — сказала Минерва. Глаза у нее покраснели, но она хорошо держалась. — Я отправилась их искать, потому что заподозрила неладное. Профессор Рид сказал, что у него вышеназванные студенты не появлялись, он тоже отправился на их поиски. — Я решил, что эта компания могла улизнуть в Хогсмид. Появления Пожирателей смерти никто из нас не ожидал. Я всеми силами пытался пресечь конфликт, но одна сторона была, кажется, пьяна, а вторая слишком жаждала справедливости. В итоге началась драка, я принимал в ней участие, пытаясь защитить своих студентов, и мне почти удалось обойтись без жертв, но Поттер попал под проклятие. Пожиратели трусливо сбежали с места преступления, — изложил свою версию событий Гарри. О Снейпе он умолчал. — Мы подтверждаем, что так все и было, — сказал Сириус, глядя в пол. — Мы отправились в Хогсмид, чтобы развлечься, мы не думали, что встретим там Пожирателей. Мы с Джеймсом хотели вступить в бой, мы не знали, что их больше. — Это сейчас неважно, — тихо сказала мадам Помфри. — Мистер Поттер серьезно ранен. Заклятие вытягивает из него силы. Гораций, вы могли бы что-нибудь приготовить? — Здесь может помочь разве что Укрепляющее, — с сомнением протянул медик из Мунго. — Буду честен: проклятие, по моему мнению, все равно окажется сильнее. Вам лучше вызвать родителей мальчика, пока он ещё жив. Гарри побледнел ещё сильнее. Его покоробили эти страшные слова — «пока ещё жив». — Да, ни один метод, одобренный официальной медициной, не поможет… — протянул Слизнорт. У Гарри сдавило горло от гнева. Трусливый слизняк боялся брать на себя ответственность за жизнь Джеймса и боялся при постороннем человеке сказать о возможном применении метода, официальной медициной и законами неодобренного. И медик молчал, опустив голову. — Что?! — яростно взвился профессор Рид и опасно приблизился к декану Слизерина. — Джеймс на грани смерти. Хватит ходить вокруг да около и тратить время, говорите, попытаетесь вы его спасти или нет. Я найду другого, если вам это не под силу, — прорычал он. — Да, вам лучше обратиться к более квалифицированному медику и зельевару, — Слизнорт явно воодушевился идеей переложить свои обязанности на другого, хотя руки у него преступно дрожали, как в те разы, когда Гарри просил у него воспоминания о Томе. Ему было стыдно. Минерва поджала губы и отвернулась. Сириус возмущенно открыл рот. Профессор Рид кивнул и направился к выходу. У него не было времени злиться, нужно было срочно спасать Джеймса. И даже Дамблдор, кажется, поверил, что это в его силах, потому что никто не стал возражать.