FUCKING PERFEKT

Смешанная
NC-17
Завершён
4
автор
Размер:
287 страниц, 10 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
4 Нравится 0 Отзывы 1 В сборник Скачать

Глава 3. Возвращение в замок. Измены.

Настройки текста
Вероника. Почти неделю мой молодой муж выносил мне своим поведением мозги у своих родителей в замке! Он почти не разговаривал со мной, но это пол беды, хуже всего было то, что он просто игнорировал меня в постели! Хотя, возможно, в этом он и прав – чувствую я себя после нашего первого раза, мягко говоря, не совсем хорошо – низ живота тянет, да и страшно мне, если честно… Но после того случая, когда он совершенно измотанный явился под утро, да ещё с напрочь ободранной какой-то чужой женщиной спиной, он регулярно являлся только ко мне! Ночевал Роберт исключительно со мной, но, приходил он строго к полуночи, молча раздевался полностью (издевается, что ли?) ложился рядом, дежурно целовал меня в лоб, после чего деловито отворачивался, и, накрывшись одеялом с головой, засыпал, чтобы рано утром всё так же молча подняться, одеться и резко уйти до следующей ночи! Я чувствую, он затеял какую-то игру со мной! В его ауре не было негатива ко мне (тут упаси меня Господь нарваться на его неодобрение!), так, любопытство и явное, ничем не прикрытое, желание разозлить! И что же я не так сделала в тот наш единственный раз? Я его обидела? Но мне действительно было очень страшно и жутко больно… Я ума не приложу – чего он ждёт-то от меня теперь? Но то, что он затаился – это однозначно! Мой муж опять спрятался в свой тёмный паучий уголок и тихонько ждёт там чего-то от меня… Знать бы – чего? …Наконец-то мы дома! Мой родной Эйдон! Я так рада видеть своих слуг и свой замок! Но у моего мужа вид замки и его обитателей вызвал только ничем не прикрытое раздражение… Вчера Роберт изволил съездить собрать арендную плату за землю у тех, кого я не смогла найти в прошлый раз сама. Вернулся злой, как тысяча чертей – наорал на всех, кто только попался под его руку – все, по его мнению, всё делают не так! Кругом, по его мнению – «уроды» и «недоделанные раздолбаи»! Особенно злобно он с вечера вызверился на служанок – этих практически девчонок он разве что не тыкал носами в каждую паутинку, каждую пылинку! Парочку даже лично отхлестал по щекам! Я была в шоке! Но, как не странно, служанки хоть и плакали, но с величайшим усердием выполняли его указания! Разгон получили все, за малым исключением – он ничего не сказал Маре, а, глянув на меня, только кривенько злобно ухмыльнулся (страшно представить, какие «добрые» слова он проглотил при этом!), глаза его при этом были какие-то странные, пустые, что ли? Прометавшись по Эйдону практически до вечера следующего дня, и наматерившись на конюхов (к ним он нарисовался сразу после того, как сунул свой нос в каждый уголок уже просто сверкающего чистотой замка) до полного удовлетворения, Роберт вскочил на своего белоснежного красавца Нортуга и ускакал. Один. Ничего не сказав мне! Ну что он за человек такой? Я ясно видела, что он зол, расстроен, его всё раздражает - его солнечные паутинки стали чернильно-тёмными, они больно хлестали меня своими кончиками по лицу и совершенно остервенело били по всем, кто встречался на его пути! Я даже грешным делом подумала, что он разругался с арендаторами, но моя новая домоправительница миссис Маршалл заверила меня, что с арендаторами всё нормально – там Роберт точно навёл порядок, к тому же у нас теперь все коттеджи сданы в аренду - узнав, что у земель Эйдона появился такой знаменитый хозяин, как барон Италский, люди с удовольствием едут на постоянное поселение сюда! И чего он тогда так обозлился? Его нет уже три дня... Мне очень плохо – скучно и холодно без его тепла… Сначала я ждала его, потом с ужасом слушала все рассказы о всяких страшных случаях (в наших местах полно разбойников-шотландцев) и переживала, а вдруг с ним что-либо случилось? Я ожидала уже самого худшего! Даже хотела отправить на его поиски мужчин… Боже, его так долго не было! Мне стало так одиноко без него! А сегодня я не сдержалась и всё же заплакала, глядя на его пусто кресло в кабинете… И тут моя Пейдж такое мне сказала, что у меня всё внутри перевернулось: - Не стоит он ваших слез, госпожа! Нашего господина видели позавчера в Честере, около дома женщин, пользующихся дурной славой… К тому же, ходят слухи, что у него есть благородная женщина, с которой он тоже регулярно встречается! Слуги из замка Алнвик поговаривали о том, что благородная леди его просто приворожила чем-то, змея такая! Я бы посоветовала Вам обратиться к хорошей знахарке! Какая знахарка, Пейдж?! Я сама вижу больше, чем все они вместе взятые! Значит, я была права – у этого негодяя есть любовница! И не одна, как вдруг выясняется! Не зря лорд Персиваль так поторопился с венчанием – он прекрасно знал, что его сынок долго не протянет, изображая из себя порядочного мужчину! Господи! Да чего винить милорда-то? Я ведь и сама всё прекрасно знала! Догадывалась! Я же чувствовала, видела, в конце-концов, сколько женщин были близко знакомы с ним… - И чего ты раньше молчала? – накинулась я на ни в чем не повинную служанку. Она залилась слезами: - Госпожа, я думала, что это все наговоры, сплетни, ведь Ваш муж такой красивый, богатый и знатный лорд, а теперь он просто уехал! Я думала, он останется в Эйдоне и приведёт замок в порядок… Служанка леди Андреа говорила мне, что мой новый господин очень богат и имеет большое влияние при дворе Его Милости герцога Ланкастера! Пейдж ревела в голос. Дура! И я тоже - дура! Обида жгла меня изнутри огнем... Я сижу тут, волнуюсь за него, а он шляется по непотребным девкам! Прошли ещё четыре долгих дня с тех пор, как мой муж самым гадким образом бросил меня одну. Я уже так зла на него, что если он посмеет явиться, я не знаю - что я с ним сделаю! У меня руки чешутся отхлестать этого самовлюблённого красавчика по щекам! А ещё лучше – выпороть его, как провинившегося школяра! В общем – сегодня я практически не спала – всё думала, что бы мне с этим моим мужем такого сделать, чтобы хоть как-то отомстить ему? Я вновь и вновь прокручивала в голове всё, что было между нами… Такое ощущение, что ему чего-то не хватает, и он этого чего-то ждёт именно от меня… А вчера, когда я сидела внизу в малой гостиной и вышивала, я слышала разговор между горничными (они меня не видели, они занимались уборкой на лестнице), так вот – они сначала обсуждали собственных мужей, хвалились друг перед дружкой, какие их мужчины горячие в постели, да как они любят друг друга, а потом перекинулись на моего Роберта! Я уже хотела выйти и разогнать этих болтушек, но тут одна из них сказала очень интересную вещь, над которой я и задумалась… Она сказала, что мужчины с его фигурой дикого кота (это про моего Роберта, и надо же – оказывается мужчин ещё и по фигурам классифицируют!), очень страстны в любви, и если их хозяйка (то есть - я), не научусь проявлять свои чувства – он так и будет шляться по бабам! А остальные её дружно поддержали, им ещё хватило наглости пожалеть меня, такую серенькую никчёмную мышку! Да ещё и предположить, что Роберт точно в скором времени выберет себе в любовницы какую-то женщину из прислуги! Такие, как он (с их слов!) никогда не угомонятся! Ну вот, даже деревенским простушкам понятно, что надо делать с моим мужем, а я… Может, действительно, попытаться не сдерживать себя, ну, хоть когда мы вдвоём? Попытаться быть такой, как его развесёлые подружки? Вдруг он именно этого и ждёт от меня? Знать бы ещё – что, да как делать… Да и тогда не перестанет он погуливать от меня, этого просто никогда не будет… Я же вижу его игривые пёстрые лучики души! Такое ощущение, что он считает своим долгом собрать как можно больше женщин вокруг себя! Но всё равно – я так на него зла! Спускаясь по лестнице в поварни, я явственно представляла, как я его наказываю! Прямо по спине! Плетью! А лучше – кнутом, как непослушного жеребца! Котяра чёртов! И как под каждым ударом на его прекрасном теле нервно подрагивают его крепкие мышцы! И опять перед глазами его нагое поджарое тело…Он у меня не то, что худой, нет, он у меня скорее хрупкий, изящный (как на фламандских картинах!), что ли, если можно так сказать о мужчине, не обидев его? А до чего красивый! Господи! … Ух, попадись он мне сейчас! И тут я глянула в окно – ну надо же! Явился – не запылился! Он влетел в центральные ворота, как угорелый, на взмыленной лошади, следом за ним мчался его Лари. Роберт бросил поводья Питеру, раздал какие-то быстрые указания мужчинам, крикнул своему верному слуге готовить ванну… Было такое ощущение, что и не отсутствовал он неделю, а всего лишь с утра куда-то съездил по делам! Ну и наглости же в этом тощем теле (Господи, но почему я смотрю на него, и опять вижу его голым?) – на дюжину крепких мужиков хватит! В общем – в замке моментально началась какая-то суета. Все куда-то побежали, у всех появилось море дел, хотя до этого тихо-мирно бродили и не сильно рьяно куда-либо равались! Ладно, явился, так явился, надо постараться успокоиться, и, как и он, сделать вид, что всё нормально, никто никуда не сбегал! Я вошла на кухню к Маре. Там я зачем-то полезла проверять всякие горшочки в маленькой кладовке, а у самой в голове одно - Господи, дай мне сил не прибить собственного мужа! Он же, как обычно, практически бесшумно, возник в поварне минут через десять, с нагловатой ухмылочкой плюхнулся за стол, подал знак кухарке подавать ему завтрак, та сразу засуетилась и выставила перед ним горшочек с кашей, яблочное повидло, коровье масло, свежий хлеб и поставила кувшин с топлёным молоком (она его что – специально для него делает? Раньше у нас в поварне отродясь таких изысков не водилось!), он молча, каким-то волшебным изящным жестом подхватил ложку и начал есть свою проклятую сладкую овсянку! Мамочки, как же он это делает? Почему я не могу оторвать взгляда от его губ? Такое ощущение, что и не было этих не понятных семи дней отсутствия! Я, как зачарованная, некоторое время внимательно наблюдала за ним – вот интересно, он хоть поздоровается?... Мой муж… У него слегка припухли веки, да и губы выглядят излишне ярко… Мало спал? Много пил? Думаю – и то, и другое! Да ещё и таскался по шлюхам! Я как представила, что какая-та рыжая шалава обхватывает своими жирными ляжками его стройные бёдра, а её грязные руки цепляются за его скульптурные плечи… Убью, мерзавца! На меня буквально накатило, во мне все закипело и я швырнула в него миску с кашей, с этой его проклятой любимой сладкой овсянкой! Мара испуганно пискнула и выбежала из кухни. Роберт ошарашено уставился на меня. Ой, неужели увидел? Какая встреча, дорогой мой! Давно не виделись! Неделю, чёрт тебя дери, не виделись!!! - Ты совсем очумела? – и это он мне? Да ещё с таким искренним удивлением и возмущением?! И на просто неприлично красивом лице тоже полное непонимание происходящего, да ещё невинно хлопает своими длинными ресницами, мол, о чём ты? А в глазах такой хищный интерес, и бесята - так и прыгают! Золотистые паутинки начали яростную атаку на моё тело – их прикосновения стали такими возбуждающе прекрасными! Ему нравится, как я сержусь? - Милый, прежде чем сесть за стол, порядочные люди здороваются - это раз! Второе - где ты шлялся? – Боже мой, что я говорю, откуда у меня такие слова? Куда делось моё воспитание? - Да как у тебя вообще совести хватило прийти сюда?! – вот, я уже ору, да что же это такое со мною? Я была вне себя от ярости, а он сидел и удивлённо-восторженно смотрел на меня своими красивыми бесстыжими глазами! А я, видя его откровенный ступор, начала кидать в него все, что попадалось под руку - чашки, ложки, полотенца... А этот нахал даже не уворачивался, но все летело мимо него! Проклятье! Правда, он поднялся из-за стола, но даже и не попытался меня останавливать или сказать что-нибудь в своё оправдание! Ну не молчи же ты, паразит! Я уже просто не могу, я сейчас сама поцелую эти припухшие губы, которые ты так аппетитно только что облизал!!! И вдруг он мне улыбнулся и протянул ко мне руку, чтобы тронуть мою щёку: - Прости, дорогая, похоже, я перед тобой очень виноват, я знаю, что я поступил не совсем правильно, но я всё исправлю! Прямо сейчас! - Как?! Как ты можешь все это исправить? - я опешила от такой наглости. «Не совсем правильно»? А что он считает «правильным»? Шляться Бог знает где по каким-то притонам? А мне тут сидеть и ждать, когда он изволит нагуляться и встречать его, как дорогого гостя?! - Как? – его глаза задорно сверкнули, на миг показав мне какого-то другого, совершенно не знакомого мне Роберта, который не пугал меня своим холодным безразличием… Того самого, которого я видела в церкви на венчании…Того, который на краткий миг явился мне утром нашей первой ночи…Его лучики-паутинки начали накаляться, и мне в моём коконе внезапно стало жарко… Причём жарко где-то внутри внизу, там, в самом центре женского естества… Что он со мной делает? Неужели он всё же колдун? А он сделал шаг ко мне, взял меня за руку, притянул к себе и начал целовать… Моя голова закружилась, как от вина, сердце бешено застучало, ноги вдруг стали ватными… Я буквально таяла в его руках и не было в мире другого места, где бы я хотела в этот момент оказаться, кроме этого... Остатками разума я понимала, что что-то не так, но моё предательское тело было совсем как и не моё - оно слушалось и принадлежало только ему! Его воле, его разуму! Странный непонятный жар растекался по всему телу и закручивался в тугой узел в низу живота, поцелуи его были так сладки, я не могла, да и не хотела, отрываться от этих божественных губ, легко дарящих такие нежные ласки... У меня просто подкосились ноги, а он просто подхватил меня на руки и понес наверх в нашу спальню… Уже в нашей комнате Роберт осторожно положил меня на кровать и сказал: - Позволь мне все исправить, - он ещё раз поцеловал мои губы, и прошептал, - Я был очень плохим мальчиком и ты можешь меня наказать любым способом, каким пожелаешь, моя королева… Я была поражена его словами, но не смогла их понять… А он, глядя на меня начал раздеваться: - Я могу снять с себя камзол, дорогая? – и застыл, ожидая моей реакции. - Да,- еле шепнула я, всё так же ничего не понимая. Зачем ему моё разрешение для того, чтобы раздеться? - Ты прекрасна, - он опять склонился ко мне, но на этот раз не поцеловал, а лизнул мои губы, - Что ты хочешь, чтобы я с тобой сейчас сделал? Боже мой! Да я понятия не имею – о чем он? Но он продолжил: - Ты позволишь мне снять рубашку? – и вновь его горячий язык на моей коже, на этот раз на шее, - Так чем мы займёмся, приказывай, моя королева! Я готов на любую игру… Что за странная «игра»? Уж не смеётся ли он надо мной – такой неумехой в постели? И я спросила: - А ты чего хочешь? Его чудесные глаза игриво сощурились: - Тебя, я хочу тебя, жена моя! Ты позволишь мне тебя взять, или я ещё не достаточно наказан и меня только ожидает моё наказание? Ох, и о чём он? Нет, в голове пусто и гулко звучат его слова «Я хочу тебя, жена моя!». Всё! Больше – ничего! Я тоже хочу! Только вот чего? - Да, я согласна на всё, - только и хватило моих сил ответить ему. Он как-то странно усмехнулся, и, как мне показалось, слегка разочарованно вздохнул, потом облизнул свою нижнюю припухлую губу, вновь склонился к моему лицу: - Я раздену тебя? - Да, - опять сорвалось с моих губ. Эти его мягкие невесомые прикосновения к моему телу прямо через платье и ворох юбок – что же будет, когда его тонкие пальцы начнут своё путешествие по моему нагому телу? В прошлый раз мне было страшно, а сегодня моя кожа уже разогрета его солнечными паутинками и буквально горит в ожидании чего-то нового, неизведанного… Роберт очень быстро, причём ничуть не хуже моей горничной, снял с меня все верхние одежды и я осталась в одной тонкой нижней сорочке. Мы стояли друг напротив друга и внимательно рассматривали – он меня, а я его… Неужели это – мой муж? Самой не верится! Такой изысканный красавец просто не может принадлежать одной женщине! Боже, что за глупые мысли в моей голове? И этого Бога Любви и Красоты я совсем недавно хотела злобно выпороть кнутом? Да на него молиться можно, прости, Господи, за крамольную мысль! - Ты разрешишь мне раздеться полностью? – он, смущённо улыбаясь, указал на свои лосины, сильно вздувшиеся в одном месте… Наверное, я, как последняя дурочка покраснела, но всё же нашла в себе силы кивнуть. Он опять странно ухмыльнулся, - Ты мне не поможешь? Я? Ой, лучше не надо! У меня всё трясётся от сама не знаю чего – ещё запутаю шнуровку… - Лучше ты сам, - Господи, только бы он не обиделся! – Прости, я не умею, - пролепетала я в оправдание. Кажется, я что-то не то ляпнула… Солнечные лучика так больно ударили меня по лицу, что я еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть – Роберт мысленно дал мне пощёчину! За что? - Это я хочу получить у тебя прощения, моя королева, - мягко выговорил он, быстро освобождаясь от лосин, - Ручки подними, - ласково попросил он и помог мне избавиться от уже душившей меня тонкой нижней сорочки. Теперь мы рядом и мы оба полностью обнажены. Удивительно, но я не чувствую совершенно никакого стыда. Я набралась наглости и прямо посмотрела в его глаза. Он чего-то ждёт от меня? И я решилась – в конце-то концов, я последние пару дней только об этом и мечтала – хочу коснуться его волос! У меня просто руки чешутся, как я этого хочу! И я с наслаждением запустила обе руки в эти чудесные густые и такие жёсткие на ощупь волосы моего дорогого мужа… - Ммм, - простонала я, осторожно потягивая его за волосы к себе, ниже и ниже. Он очень послушно склонился ко мне, продолжая внимательно наблюдать за мною своими темнеющими загадочными глазами. - Поцелуй меня, - попросила я его. Он как-то облегчённо выдохнул и его горячие мягкие губы накрыли мои… Это просто невыносимо – я сама не знаю чего, но чего-то точно не хватает! Чего он медлит? Чего ждёт от меня? - Я что-то не так делаю? – спросила я, уже практически задыхаясь от непонятных ощущений, буквально душащих меня. - Всё замечательно, моя королева, просто я… , - он немного помолчал, и нервно облизнул нижнюю губу, - Я так виноват перед тобой… Опять! Заладил – виноват он! Раньше надо было думать! - Я уже давно простила тебя, Роберт! – воскликнула я, смело вешаясь на его плечи, - Ты хотел знать, чего я хочу от тебя? Я хочу всего! И я согласна на всё! – окончательно расхрабрилась я. - Так и на всё? – его глаза озорно блеснули, - Посмотрим, справишься ли ты? – он игриво повёл бровями и заметно расслабился, - Я же тебе говорил, что мне абы что не надо? – он рассмеялся, причём смех его был каким-то странным, будто он его выдавил из себя, - Так ты готова отдаться мне, девушка? – оппаньки, как не удивительно, но вместе с настороженностью пропала и «королева», я стала для него «девушкой»! – Мы будем делать детей? Да или нет? - Да, - от его игривого тона мне стало смешно и легко на душе, он сейчас такой замечательный, я начинаю понимать, почему ни одна женщина, на которую он обратит внимание, не может отказать ему! Он легко подтолкнул меня на кровать и прилёг рядом, потом склонился надо мной, легонько коснулся губами губ, потёрся носом об нос и начал медленно, как бы обнюхивая, вести своим носом по моему телу, остановился на пупке: - Можно? – поднял голову и уставился откровенно голодным взглядом на меня. Я смогла только кивнуть головой. Боже, мой любимый! Да делай со мной что хочешь, только не останавливайся! Он продвинулся обратно вверх и уткнулся своим кривоватым носом в мою ноющую от непонятного томления грудь, я еле сдержала стон! А он начал нежно целовать мои внезапно ставшие очень чувствительными соски, и я не выдержала – застонала… - Отлично, не сдерживая себя, девочка моя, - промурлыкал он и продолжил то облизывать, то слегка посасывать мою грудь. Его рука, ласково поглаживающая мой живот, направилась ниже, он погладил волосы на лобке… - Раздвинь ножки, тебе понравится, - пообещал этот опытный искуситель и я послушно раздвинула ноги, а он опять вернулся к моим соскам, продолжая уже более грубо терзать их… А потом, когда я уже начала задыхаться от каких-то невероятных чувств, он вдруг остановился. Нет! Я ухватилась за его волосы и дёрнула обратно! - Сейчас, дорогая, - усмехнулся он. И этот гад ещё насмехается? Я чувствую, если он не продолжит – я точно что-то упущу такое, чего пропускать совершенно не хотелось бы! А он навис надо мной, ногой ещё шире раздвинул мои ноги и начал медленно опускаться на меня, его возбуждённая плоть упёрлась в мой центр… Но я не почувствовала боли! Нет! Наоборот – я безумно хочу, чтобы он продолжал! И он осторожно начал входить в меня, я почувствовала как его большой член медленно входит в меня, растягивая, потом так же медленно и осторожно выходит и снова наполняет моё горящее адским огнём желания лоно… Как же это прекрасно! Оказывается, мое тело ждало именно этого, оно хотело именно этого! Хотело его – моего Роберта! Ритм его движений стал меняться, мне уже казалось, что опять чего-то не достаёт, и я чуть приподняла бедра немного вверх, навстречу ему, Роберт застонал и жарко прошептал мне в лицо: - Да! Вот так! Умница, девочка моя! Продолжай двигаться вместе со мной… Вонзи ногти в мою спину… Я послушно вцепилась в его плечи, он при этом издал такой звук и так выгнулся, что у меня внутри всё буквально взорвалось и сжалось одновременно! - Роооб! – заорала я, как умалишённая, не в силах сдержаться! Роберт же, громко застонав в голос, всем весом упал на меня, с силой буквально вбиваясь в меня. По его телу прошла нервная судорога… - Чёрт, Вероника…, - прорычал он куда-то в подушку, куда уткнулся носом, - Это было охренительно! Он медленно, как-то даже лениво, приподнялся на локтях, скатился с меня и, совершено не стесняясь своей наготы, закинул руки под голову… Так мы и лежали – ошеломлённые тем, что только что между нами произошло. Я смотрела на него, а он задумчиво созерцал балдахин над кроватью… Какой же он красивый – я не могу налюбоваться на него! И, Бог с ним, что он так грязно выразился о том, что было между нами – похоже, я получила одну из его высших оценок! Я так думаю судя по его ауре – она ровная, а значит, он спокоен, умиротворён… Счастлив ли он в той же мере, что и я? Я с интересом начала рассматривать его тело. - Можешь меня потрогать, мне это нравится! – нагло сообщил он с ухмылочкой, и совершенно бесстыже положил мою руку к себе на грудь, - Хочешь поцеловать мой сосок? – предложил он, - Не стесняйся, дорогая, я в твоём полном распоряжении! Ты даже не представляешь, что мне только не нравится! Со мной можно делать всё и даже больше! – хмыкнул он. Мне кажется – я покраснела, а он это заметил и рассмеялся! - Я подожду, пока ты станешь чуть-чуть… опытнее! – и моей рукой провёл по мышцам своего торса, - Ты не должна бояться причинить мне боль, милая моя девочка! Я люблю и умею трахаться! - он потрогал кончиками пальцев мои ногти, - Почеши мне спинку! – и повернулся ко мне спиной, - И посильнее! С ума сойти! Мы только что с ним занимались любовью (или как он грубо выразился «трахались»), а теперь он просит просто почесать ему спину! Я с энтузиазмом принялась за это дело! Его лучики-паутинки благодарно заелозили по моему телу… Как приятно! - Достаточно, - мягким голосом остановил он меня через некоторое время и обратно улёгся на спину, - Я хочу спать! Надеюсь, ты не сбежишь? – он подмигнул мне. Я отрицательно покачала головой и, окончательно расхрабрившись, погладила его по груди, а потом даже поцеловала эти его такие притягательные, слегка припухшие сочные губы… Ммм… Какой он вкусный! А какие у него идеальные пропорции тела! Длинные стройные ноги. Крепкие бёдра. Мускулистый слегка впалый живот, через который от паха вверх поднимается пушистая дорожка, которую так и хочется поцеловать…Я еле оторвалась от созерцания его золотистых волос на груди!... Дальше… Острые скулы, к которым так и тянет прикоснуться…А его губы… Внизу живота у меня предательски защемило… Пока я разглядывала Роберта, он исхитрился уснуть… Ну вот! Хотя… Я воровато оглянулась – никто не видит? И склонилась к его небольшому тёмному соску, осторожно тронула его языком… Какой он у него упругий – совсем, как крепкое желе… Только бы не разбудить! Я аккуратно укрыла его простынею и пристроилась рядом, придвинулась поближе – как хорошо! Уютно! Я, пользуясь тем, что он крепко спит, понюхала его волосы - как от него хорошо пахнет! Пусть от тела и слегка несёт потом его Нортуга, но его собственный аромат просто сводит с ума! Наверное, я всё же уснула, пригревшись к его горячему телу. И во сне мне показалось, что Роберт меня целует – жадно покусывая мои губы. Я удивлённо открыла глаза - это оказалась правдой! … … Ближе к вечеру я уже начала понимать тех женщин, к которым он ездил – наверное, я тоже больше не смогу долго жить без его умелых ласк… Он разбудил во мне настоящую женщину, ту самую, о которой сплетничали служанки на лестнице! Теперь я гордо могу сказать, что я – настоящая женщина! И что именно мой мужчина – самый лучший! Мне было так неудобно перед слугами, когда мы спустились к ужину вниз – просто не знала, куда девать глаза! А Роберт выглядел таким холодным и отстранённым – что мне просто не верилось, что этот мужчина всего каких-то четверть часа назад такое вытворял с моим телом! Блин, я опять краснею…Но, честное слово, я больше бы уже не смогла – у меня там уже ноет! И я ему об этом сказала, а он, паразит, только рассмеялся, мол, «выносливость надо в себе воспитывать, девушка»! Хорошо хоть он помалкивал, пока Мара с девочками расставляла еду! Но как только слуги вышли из столовой, оставив нас наедине, мой красавчик-муж мне хитро подмигнул и подошёл ко мне: - Можешь краснеть сколько угодно, но нас с тобой разве что только глухой не слышал! Надо будет в нашей спальне двери сменить! Успокоил! Я теперь собственной Пейдж в глаза не смогу прямо посмотреть! Потом потёрся об меня щекой и сказал, что его брат с женой завтра приедут к нам! Я чуть не подпрыгнула от удивления, а он продолжил: - Будь умницей, определи их ночевать в противоположное крыло, а то они нас могут не правильно понять! – и рассмеялся, злыдень! – Я же говорил тебе, что мне в постели абы что не нужно! У меня большие запросы – я избалованный вами, девками! Сами виноваты! – и щёлкнул пальцем по моему носу, ну совсем, как мальчишка! Нет, на него просто нельзя сердиться! Он так забавно закатил глаза и сам прыснул со смеху! А потом он кормил меня с ложечки ягодным киселём, как маленькую – это было так забавно и так … интимно? Умеет же он быть милым – ничего не скажешь!... Мужа своего я с утра следующего дня не видела – он где-то носился по замку. Но иногда я его слышала, точнее, даже не его, а уже рыдающих слуг – и чего он так злобно до них доматывается? На мой взгляд, в Эйдоне вполне чисто и порядок есть… Я даже спросила у Пейдж – чего он такого им говорит, что все буквально бьются в истерике? Горничная сначала помялась, но потом, по секрету, сказала, что он вообще не понятно когда, но следит за всем, а потом уже через госпожу домоуправительницу он запугивает слуг, запрещая им разговаривать во время работы, а за обсуждение хозяев вообще пригрозил увольнять без рекомендаций! Даже так? Оказывается, Роберт очень чтит приватность своей личной жизни? Я всё больше убеждаюсь в своём предположении – моему мужу явно есть чего скрывать! Я заверила Пейдж, что ничего ему не скажу, но всё так странно…Он, насколько я заметила, слуг вообще не стесняется, будто и не замечает их – может при них любой фортель выкинуть! А тут… Аарон с Андреа прибыли как раз к обеду. Роберт явился вниз тоже как раз вовремя – от него пахло какой-то ароматной выпечкой и он был сильно растрёпан. Он приобнял меня и поцеловал в губы, ну как будто всё время был рядом, а не шарахался не пойми где! Мужчины сразу ушли в кабинет, а я распорядилась накрывать на стол и мы с Андреа пошли наверх, проследить за тем, как распаковываются их вещи. Пока служанки вытаскивали одежду из дорожных сундуков, мы с ней удобненько устроились у окошка – посплетничать о своём, о женском! Андреа была поражена размерами Эйдона! Ещё бы – мой замок ничуть не меньше Алнвика, разве что его надо восстановить, а так он очень даже ничего! Мы немного поболтали о хозяйстве, а потом она сказала: - Роберт вас не обижает, Вероника? Странный вопрос! Или она тоже что-то знает, но скрывает о нём? - С чего вы взяли, что он может меня чем-то обидеть? – ответила вопросом на вопрос я. - Да так, - она пожала плечами, а радуга её души с сомнением заколыхалась, - Вообще-то он очень хороший человек, но иногда на него такое накатывает, что я его боюсь, - честно призналась она. - Роберта? Вы боитесь моего мужа? – я рассмеялась, - Мне кажется, он очень милый… - Да, - кивнула головой Андреа и тронула мою руку, - Мы не могли бы немного прогуляться? - Конечно, - согласилась я, интересно, ей хватит смелости рассказать мне это что-то? Мы спустились вниз и прошли в небольшой внутренний дворик, там присели на скамеечку в увитой плющом ротонде. - Вы что-то хотите мне сказать, Андреа? – думаю, её надо немного подтолкнуть к разговору, а то так и будет мяться и меня смущать. Она покраснела. - Вероника, могу я быть с вами откровенной? – пролепетала она. - Что-то случилось? – я начинаю беспокоиться. - В общем-то нет, - смутилась она, - Просто я не знаю, как и сказать, чтобы не обидеть вас, сестра…Дело в том, что, как вы, скорее всего, уже заметили, что ваш муж… он пользуется большой популярностью среди женщин… Точнее, среди женщин определённого круга! – решительно выговорила она и твёрдо посмотрела в мои глаза, - Скажите честно, как женщина женщине, вам не показалось странным его поведение в постели? Я несколько опешила – у нас с ним и было-то всего нормально две ночи… И с чем мне сравнивать? А расхрабрившаяся Андреа продолжила: - У него странные запросы, не так ли? Извините меня, Вероника, я не знала ничего, мой муж сказал мне об этом уже когда вы обвенчались, иначе, я бы предупредила вас обязательно! Да что такое, чёрт возьми, она никак не может сказать-то? Я ничего не понимаю! - Вероника, ради Бога, ответьте, вы счастливы с ним в постели? – спросила она. - В смысле, нравится ли мне то, что он делает со мной в постели? – решила уточнить я. - Он с вами?! – искренне удивилась Андреа, - Он вас ударил?! - Меня?! – пришла моя очередь удивляться, - Роберт меня ударил?! Что вы? – воскликнула я, - Мой муж такой нежный и осторожный! – нет, я искренне всё этого говорю, мне на самом деле так кажется! И вообще, с какой стати он бы вдруг меня ударил? Не разговаривать со мной сутками или вообще сбежать – это у него как само собой разумеющееся, но, чтобы ударить? Меня? Скорее обругает самыми грязными словами с наглой ухмылкой и с наслаждением посмотрит на то, как я смутилась, а ещё лучше - расплакалась! Андреа удивлённо некоторое время смотрела на меня. - А он, - она замолчала и с трудом сглотнула, - Как он себя вёл в отношении вас? – еле выговорила она, окончательно запутав меня. Я уже совершенно ничего не понимаю – с чем мне сравнивать-то? Мой Роберт – мой первый и единственный мужчина! - Я не понимаю вас, Андреа, - пробормотала я, - Извините, но мне не с чем сравнивать…, - прозрачно намекнула я ей на то, что у меня муж-то один! Она как-то облегчённо вздохнула: - Не обращайте на меня внимания, Вероника, я такая глупая! Простите, ради Бога! – она ухватилась за мои руки, - Ради всего святого, Вероника, забудьте всё, что я, глупая, Вам сейчас наговорила! Я так счастлива, что именно Вы стали женой Роберта! Мне кажется, Вы сможете вернуть его к нормальной жизни! Простите меня, сестра! – продолжала тараторить она, - Умаляю, простите! Её аура начала посверкивать – она явно испугалась. Испугалась, что сказала что-то лишнее, из того, что никому не позволяет говорить мой Роберт? И как он «не так» ведёт себя в постели? Из разговоров служанок об их мужчинах, я пришла к выводу, что мой муж очень даже нежный и страстный любовник, а тут – какие-то странные недомолвки…Не знаю, что и думать-то! Но, если честно, то с ужасом жду, когда Роберт наиграется со мной и опять уйдёт искать острых ощущений на стороне…А он именно что играется! - Успокойтесь, Андреа! Всё сказанное останется строго между нами! И не беспокойтесь – я довольна своим мужем, он очень внимателен ко мне и вообще, - тут уж я смутилась, - Знаете, он очень хороший хозяин! Пройдёмте в дом, думаю, уже подали обед, а Вы с дороги – проголодались и устали… - Конечно, - подхватила она, - Тем более, зная Роба, ведь он у нас не силён в гостеприимстве, нам следует поспешить, а то ещё навлечём на свои головы его праведный гнев! – рассмеялась Андреа, - Вы такая милая, сестра! – она робко улыбнулась, - Я очень хочу, чтобы Вы были с ним счастливы! Последнее она сказала с таким убеждением о взгляде, что мне стало совершенно ясно – она не меня убеждала в этом, а пыталась себя уговорить! Может, ей тоже нравится мой муж? У них что-то было? Я внимательнее пригляделась к её ауре… Да, есть следы его золотистых паутинок, но они совершенно не там, где у той женщины, которая забирала простынь с нашего брачного ложа… Та красивая шатенка явно знает Роберта не только, как знакомого… Там точно что-то было… И тут меня осенило! Господи! Ну и сволочь же мой муж! Он позволил собственной любовнице не только присутствовать на нашем венчании, но и забрать эту проклятую простынь – этот символ моего потерянного девичества! Сумасшедший! Ему нравится, когда женщины из-за него ругаются? А ведь если бы я это сообразила в Алнвике, я бы точно устроила ему скандал! Может, об этом пыталась сказать Андреа? О том, что у него есть любовница? Ах, милая Андреа, я это и без тебя прекрасно знаю! Но что-то у меня такое ощущение, что это малая толика секретов моего дорогого мужа! Войдя в обеденный зал, мы действительно обнаружили, что мужчины уже там. Причём уже порядком навеселе! Правда, увидев нас, они оба поднялись поприветствовать леди. Аура лорда Аарона выглядит слегка расстроенной, а вот у Роберта в точности до наоборот – он счастлив, и при этом братья были откровенно рады видеть друг друга. Единственное, Роберта слегка перекосило, когда он глянул на невестку – какие-то у них натянутые отношения! Обед и вечер прошли вполне прилично – мой муж вёл себя просто идеально – от него никто не услышал ни одного грубого слова! Даже на служанок, которые прислуживали за столом, он ни разу не рыкнул! Ну вот может же быть милым, когда захочет! Наступившая ночь показалась мне очень короткой и сказочной – мой муж был со мной, он любил меня, хотя упорно утверждал, что «делает детей» или «трахается», но мне на самом деле нравится это мероприятие, как бы грубо он его не называл! Надеюсь, у нас всё получится, и Бог даст нам ребёнка! Я каждый день молюсь об этом! Я хочу порадовать Роберта, хочу родить ему сына – такого же, как он, красивого, умного и, чтобы его так же все любили… Единственное, что меня смутило, так это то, что закрыв за собой дверь нашей спальни, он очередной раз спросил у меня, хорошо ли он себя вёл сегодня и не намерена ли я его за что-то наказать? Шутник! Уснули мы уже далеко за полночь, а когда только взошло солнце, он вновь ласково разбудил меня, а потом крепко поцеловал и сообщил, что они с Аароном едут на охоту, мне аж плохо от такого заявления сделалось, но он со смешком щёлкнул меня по кончику носа и пообещал вернуться сегодня, в обратном случае он примет от меня любое наказание! Ну, хоть так! А то с ним любого подвоха можно ожидать! Когда он тихонько выскользнул за дверь, мне вдруг так грустно стало – я так явственно поняла, что не долго он будет рядом со мной, явно в скором времени уедет к своим подружкам в Честер, или куда там его ещё понесёт? Грустно… Но надо постараться быть такой, чтобы он вернулся как можно скорее… Какая же я дура… влюблённая! Ну, что же… Время до обеда я провела в компании Андреа. Она много рассказала мне о семье Роберта, частью которой теперь стала и я. По законам Королевства старший сын сэра Персиваля Томаса Маннерса, Аарон Персиваль, был первым наследником герцога Нортумберлендского, Роберту же, как второму сыну, переходили наследные земли его матери, с тем самым загадочным замком Итал, а так же титул барона, чего для такого честолюбивого человека, как он, по мнению Андреа, было явно мало! И, как опять же полагает Андреа, ему ничего другого не оставалось, кроме как искать невесту с титулом, или опять идти на военную службу к королю и участвовать в войнах! Услышав про военную карьеру Роберта, я чуть не рассмеялась – теперь я уверена, Андреа просто не любит моего мужа, она подозревает его в желании стать наследником герцогства, в каких-то интригах против её мужа! Но я-то вижу по его ауре – нет! Мой муж не желает зла своему брату, а даже наоборот! Моему мужу, к сожалению, очень мало Нортумберленда, он метит явно куда выше! Андреа даже рассказала официальную версию Маннерсов о том единственном походе, в котором участвовал мой тогда ещё просто барон Италский! Забавно получается – если бы я сама не видела всего этого, точно бы прониклась героизмом собственного мужа! Версия же женской половины семьи сводилась к тому, что Роберт воевал с шотландскими разбойниками где-то в районе границы с Шотландией (точно она не знает, ей муж никогда не говорит, где они воюют!), в первом же крупном сражении (я хотела спросить – а мелкие-то были? Но сдержалась – буду верить сестре!) он был сильно ранен (тут, конечно можно поспорить, но, так как стрела-то была отравленная – скорее всего – да, ранение было серьёзным! И я сама видела, как ему было плохо не только там, на этом поле, но и уже в шатре) и его дядя, герцог Ланкастер, решил прекратить это, как Андреа выразилась, «издевательство», потому что у Роберта совершенно нет способностей биться в бою (верно замечено!) – он может руководить войском со стороны, но участвовать в битве – увольте, ведь мой муж просто панически боится крови! А это уже новость – не знала, что Роберт боится крови…Может, потому тогда, в Алнвике, он так и повёл себя утром, в смысле, отвернулся, когда пришли поменять простынь? Ему не я была противна, а кровавые пятна? Хотя, чего это я его хамское поведение оправдываю? Поступил он тогда со мной очень даже не по джентельменски! А с другой стороны – каково такому красивому и самолюбивому мужчине признаваться в слабости? Да ещё такой далеко не мужской? Но вернёмся к нашему воинскому рыцарскому долгу Королевству! Два герцога, Корнуоллский и Нортумберлендский, посоветовались между собой и порешили, раз уж воевать отпрыск ну никак не может, пора приступать к поиску подходящей партии для Роберта, а тут как раз и подвернулось письмо от моего отца! Здесь точно какая-то неувязочка кроется – чего-то Андреа либо не договаривает, либо просто не знает! В общем - всё решилось в один вечер, хотя Роберт никогда и не проявлял большого рвения к женитьбе и его вполне устраивало его положение - вот это уже больше похоже на правду, но только в первой части! Мой красавчик-муж и сейчас ещё до конца не осознал, что теперь он человек женатый, и, боюсь, никогда не смирится с этим! Кстати, идея искать невесту для Роберта именно с титулом в приданном, была не его отца, а дяди – герцога Ланкастера! Вот так (по версии Андреа и леди Элизабет), оказывается, мне и достался мой муж! Но я очень сильно сомневаюсь, что всё было именно так – дядюшка Генри и мой Роберт далеко не так просты, как вы, леди, полагаете, тут точно был не сиюминутный порыв, они оба не те люди! Уж у кого-кого, а у моего Роберта точно всё расписано на пять поколений Маннерсов вперёд! Лорд Аарон и леди Андреа со старшими девочками пробыли у нас ровно семь дней, и мне на самом деле было хорошо с ними, мы смеялись, много разговаривали, я окончательно убедилась, что моя новая родня доброжелательно относится ко мне. А вот мой муж… Уже практически на пятый день нашего так называемого «примирения», с ним начало происходить не ладное – с каждым днём он становился всё ехидней и злее! Правда, его брат с женой восприняли эту его смену настроения вполне буднично, из чего я сделала вывод – подобное поведение для Роберта типично, и нет причин волноваться! Он вновь начал доматываться до прислуги, опять его всё начало раздражать и бесить… А в постели, когда мы оставались наедине, почти перестал подшучивать надо мной, и только каждый раз, плотно закрывая за собою дверь нашей спальни, задавал свой странный вопрос о своём поведении, а потом молча раздевал меня, затем быстро сбрасывал одежду с себя и начинал свою неспешную игру с моим телом! Господи, я уже как не знаю кто ожидаю этих его ласк! Такое ощущение, что он намеренно разжигает во мне в течении дня эту неконтролируемую страсть, а потом заставляет меня агрессивно выплёскивать её на него! Ему очень нравится, когда я даю ему указания в постели, хотя сам обладает куда более богатой фантазией, а мои робкие невнятные предложения воплощает в таких формах, что просто нет слов! А когда уехали гости у нас начались какие-то серые будни. Днём Роберт ходил по замку хмурый, делал какие-то распоряжения, постоянно что-то записывал и отправлял Лари на конюшни, чтобы эти его странные записки куда-то отправить, но я видела, что ему что-то сильно не нравится. И опять же эти бесконечные загадочные гонцы, вручающие ему лично какие-то странные послания от непонятно кого… День ото дня он становился все мрачнее и мрачнее… Одним ранним утром, Роберт проснулся в очень игривом настроении и, естественно, начал осторожно будить меня. Но мне что-то прямо ну так хотелось спать, было так лень даже открывать глаза! И низ тянет… Но ведь он всегда такой настойчивый, когда ему чего-то хочется! Он стащил с меня одеяло: - Ну же, лентяйка! – смешливо проурчал он, по-хозяйски похлопывая по моим бёдрам. Я потянулась, выгнулась дугой навстречу ему (Роберту это очень нравится, я это уже знаю!) и он самодовольно рассмеялся, тыкаясь носом в мою грудь. Чёрт! Как приятно-то! И я смело ухватилась за его волосы, притягивая его к своему лицу: - Роберт, у меня тянет внизу, - смущаясь, прошептала я. Он моментально напрягся – золотистые паутинки на миг больно сжали моё тело, потом отпустили, но, как бы в отместку, очень больно хлестнули по моему лицу (это уже высшая степень раздражения от моего мужа!). Красивое лицо Роберта презрительно перекосилось, он склонился вниз, как бы обнюхивая меня, спустился по моему телу вниз, шумно втянул воздух через нос… - Блядь! – выругался он, и я увидела, до какой степени он побледнел. Роберт буквально отпрянул от меня, как от прокажённой! Не думала я, что до такой степени он боится крови! Да и что тут за кровь – так, мелочь, но с такой реакцией я столкнулась впервые! Я быстро завернулась в простынь: - Извини, - пролепетала я. Эти слова всё равно, что освободили его тугую внутреннюю пружину – он буквально взвился: - Заткнись! – выкрикнул мой муж, отворачиваясь от меня, - Блядь! – опять злобно прошипел он, а потом сказал уже более ровным тоном, - Я сегодня уезжаю в Алнвик! – он повернулся ко мне, вымученно улыбнулся, - Вернусь через пару недель. Надеюсь, ты не будешь скучать, девочка моя? – последнее он уже выговорил сквозь зубы, явно с трудом сдерживая поток брани, готовый обрушиться на мою ни в чем не повинную голову. А потом он оделся и ушёл… Через час я проводила его к воротам Эйдона, там он вскочил в седло своего чудесного белоснежного коня, как-то странно небрежно тронул мою щеку (даже поцеловать не соизволил на прощание) и умчался со своим драгоценным Лари! Боже, как я сейчас завидую его лакею, ведь он рядом с ним – моим богом красоты и мужественности, моим Робертом! Дни тянулись безобразно долго и скучно. Без Роберта в замке опять стало тоскливо и одиноко. И не только мне – слуги тоже как-то поникли в его отсутствие, и лишь миссис Маршалл была как обычно бодра – благослови Господь эту женщину – на ней и держится сейчас весь замок! Что бы я без неё делала? Ума не приложу. Прошло две с лишним недели с тех пор, как мой муж очередной раз сбежал от меня. Я не льщу себе – нет, возможно, он и был у отца, но с его характером, явно разругался с ним на следующий же день, а сейчас его прекрасные глаза ласково смотрят на какую-нибудь непотребную девку, а его красивые грешные губы говорят ей какие-то сомнительные комплименты (из его уст, даже банальное «вы прекрасны» звучит, как «я хочу вас!» и никак не по другому)… Мне очень скучно и одиноко! Съездить, что ли в город – накупить ткани, лент и всякого швейного барахла, да заняться своим гардеробом? И я, не долго думая, велела готовить возок, чтобы ехать в Честер. Проезжая по центральной улице городишки, я неожиданно заметила Лари, который входил в двери одной таверны, по виду которой можно было точно сказать – тут собираются только мужчины, чтобы провести время с женщинами определённого поведения! Так. Ладно. На обратном пути я изображу из себя дурочку – и суну туда нос! И я отправилась, куда собиралась! …Накупив шёлку и всякой всячины, я отправилась в обратный путь. У той самой таверны я попросила остановиться, мол, мне говорили, что тут можно купить хороший эль, надо бы узнать поточнее! Пейдж было дёрнулась следовать за мной, но я её остановила – уж очень у меня не хорошие предчувствия… Я уже тут явственно ощущаю следы золотистых паутинок, разбросанных в этом притоне Робертом! Войдя в таверну, я, пользуясь тем, что там оказалось весьма людно, тихонько прошла туда, в самый конец, откуда слышался громкий визгливый хохот пьяных девиц. Я не ошиблась. Их, богато одетых, красивых молодых мужчин, было трое. И мой муж был одним из них. Он сидел за большим круглым столом боком ко мне, на его коленках елозила полуголая сисястая девка, он одной рукой беспардонно шарился у неё в лифе, а в другой держал кубок, из которого большими глотками что-то пил. Судя по его заторможенным движением, Роберт был пьян и в таком состоянии он находился уже порядочное время! Его спутники, скорее всего, шотландцы (удивительно – одни его хотят убить, другие вот так пьют с ним в сомнительном заведении!), уж больно мягкий у них говор, но те двое вообще невменяемы! Если Роберт к своей «даме» хоть проявляет какой-то интерес, то те вообще не обращают внимания на девиц, сидящих на их коленях! Нет, я, конечно, догадывалась, что его где-то носит, но увидеть самой? У меня непроизвольно сжались руки в кулаки… И тут я почувствовала, как его тёплые лучики-паутинки ловко опутали меня и начала интенсивно ласкать и поглаживать моё тело! Он заметил меня? Но я же стою за портьерой! Нет, он просто не мог меня увидеть! И тут Роберт скинул девицу со своих колен: - Поднимайся! – грубо-презрительно приказал он ей и указал пальцем наверх, и, подталкивая хихикающую девку впереди себя под зад, лёгкой походкой направился к лестнице, ведущей наверх. Блин! Да он тут живёт! Нет, вот явится – точно выдеру его кнутом, паразита! Или лучше сделать наоборот? Самой сбежать? Тем более, я сегодня получила письмо от тёти Эшли из Лондона, они с дядей приглашают меня к ним в гости погостить – воспользоваться их гостеприимством? Но они же не знают, что я вышла замуж… Решено! Посмотрим, как тебе, дорогой мой, понравится, когда ты обнаружишь, что от тебя, такого невероятно прекрасного и великого, сбежала собственная жена? Я выскочила из проклятого притона: - Сейчас мы возвращаемся в Эйдон, а завтра уезжаем в Лондон в Чипсайд к тетушке Эшли. Так что собирай вещи, Пейдж, мы выезжаем завтра рано утром! Роберт. Всё-таки надо было поговорить с Вероникой насчёт моего сегодняшнего триумфального явления… Эта дурашка так перепугалась, что побежала к мачехе выяснять, что со мной приключилось! Заступница, блин! Той хоть хватило ума не вдаваться в подробности, а пояснить моей жене, что будет лучше, если я сам расскажу ей всё, правда, естественно, сразу побежала докладывать папашке, а тот уже, само собою – Ланкастеру! Сборище маразматиков! Смыслу-то лезть в мою личную жизнь? Я в ней сам как-нибудь разберусь – что мне можно, что нужно и вообще – не лезьте, куда не просят! Сейчас родственники объединёнными усилиями начнут «вправлять» мне мозги! Ну что ж – я готов, не в первой, как-никак! Я подошёл к конюшням, из которых Лари выводил моего Нортуга, мои мучители уже сидели верхом и ожидали меня – мы вроде как на прогулку собрались. Дядя Генри хитро улыбнулся мне и подмигнул, папаня же, хоть и пытался скрыть своё раздражение, но выглядел, мягко говоря, взъерепененым. Хрен с тобой. Если ты думаешь, что я посчитаю себя виноватым – наивный! Мы выехали через центральные ворота и направились в сторону ближайшего леса, подъехав к первой попавшейся опушке, мой родитель резко стопорнул коня и спрыгнул с него: - Приехали! – грубо гаркнул он, злобно сверля меня глазами. Пришлось спешиваться. Вот сволочь! Он выше меня и крупнее, хочет, чтобы я смотрел на него снизу вверх! Хорошо. Корнуолл тоже не такой лось – будем на драгоценного Нортумберленда смотреть так, как ему хочется! Я быстро глянул на дядю – он вновь едва заметно подмигнул мне, из чего я сделал вывод, что он тут так, для массовой психологической атаки, задуманной папашей. И правда – чего он мне теперь может сделать? Все бумаги подписаны, свой долг перед девицей я честно выполнил. Чего ещё-то? Других пунктов в договоре не было! Теперь остаётся ждать – когда она залетит? Может, она уже того? Откуда мне знать? - Я тебя предупреждал? – прорычал мой милорд, и с ходу ввалил мне пощёчину, - Щенок! Не можешь жить без своих диких девок, так хоть не делай этого так открыто! Я задумчиво потёр саднящую щеку. Ну, предупреждал, и чего дальше? Я пожал плечами, мол, какие проблемы? Быстро сообразив, что каяться в содеянном я не собираюсь, он переключился на Ланкастера: - Это всё ты! – прошипел он, - Ты постоянно ему потакаешь! Он уже совершенно отбился от рук! Подобное поведение для женатого мужчины недопустимо! - И к чему ты устроил это представление, Перси? Роб давно уже не маленький мальчик! И не тебе рассуждать о том, что допустимо, а что – нет! – огрызнулся Монмут, - Граф Эйдон знает что, когда и зачем делать! Не будем доводить до поединка… Ой, бля!!! Ни накуй мне никакие поединки! И я поспешил обратно к Нортугу. - Куда? – папаня подхватил под уздцы моего коня, - Нашкодил, сучий сын, так отвечай! Когда это прекратится? – ревел он, краснея всё больше и больше. - Чего я сделал-то? – воскликнул я, - Или ты предлагаешь мне этой дурашке сунуть в руку плеть прямо сегодня? Ты думаешь, она сообразит – зачем? Она, спешу освежить твою память, девственницей была и вообще воспитывалась в монастыре, а не в этом гадюшнике, именуемом замком Алнвик! - Я никогда не учил тебя этим гадостям! – гаркнул родитель, - Подобное вообще может появиться только в сумасшедшей голове Монмута! Это всё твой любимый дядюшка, мой драгоценный деверь, Генри! – ух, как понеслось-то, я тут, похоже, вообще лишний, моим родственничкам, видимо, очень хочется пособачиться между собой, - Я вообще хотел запретить тебе общаться с родственниками твоей матери! Сейчас вступит Ланкстер! Что-то они не поделили уже… Я что-то пропустил из-за этих всех мероприятий… Хотя, я всё же успел совершить некоторые весьма выгодные сделки, но что же эти двое обсуждали за моей спиной? Какие ещё гадости должны сверзнуться на мою голову? - Вы о чем? – встрял я, в тот счастливый момент, когда Корнуолл не хило вдарил по плечу папане, своим вопросом я, собственно, прекратил начинающуюся драку между родственниками. Они должны мне быть длагодарны! Но они оба с одинаково остервенелым выражением на лицах уставились на меня. Я усмехнулся: - Делите моего ещё не рождённого сына? Да хрен вам, обоим! – я выдрал у опешившего отца вожжи Нортуга, - Молитесь за то, что я исхитрюсь родить троих сыновей, что из-за дурости моей супруги под огромным вопросом, но мой старший сын будет только мой! – я запрыгнул в седло, но Ланкастер не дал мне тронуться, преградив коню дорогу, Нортуг зафырчал и яростно забрыкался задними копытами, - Чего ещё? Ну, женили вы меня! И что теперь? Да, я доволен тем, что теперь я граф, но ты, дядюшка, прекрасно знаешь, что это далеко не придел моих мечтаний! Надеюсь, что подсунутая мне девица будет благоразумной! Я не дам ей возможности повторить судьбу моей несчастной матери! Я видел, до какого отчаяния ты, папенька, довёл её той ночью! Поверь мне, я уже тогда не плохо знал всё, что происходит в стенах этого твоего проклятого замка! - Роберт, прекрати! – щёки Ланкастера покраснели, он попытался стащить меня с седла, - Сейчас же заткнись! Я тебе приказываю! - Все мне приказывают! Всем чего-то от меня надо! – уже заорал я, глядя на опешившего отца, который ни разу в жизни не видел, как я умею орать, - Чего уставился?! Думал, ты один умеешь устраивать скандалы?! - Роберт! – опять дядя встревает, зачем? - Чего – Роберт? – окрысился я, - Мне просто была нужна женщина! Мне нужно было расслабиться – и всё! - У тебя есть для этого жена! – продолжал напирать папаша. Ой, бляяяя… Ну какая, к чёрту, она жена?! Знали бы вы, какая у неё тоскливая мордашка, когда я захожу в спальню…Но вслух я всё же сказал: - Есть, но она сейчас больна и не может исполнять свои обязанности жены должным образом! Так что я не вижу – с чего вы вдруг все так разнервничались? – я даже невинно похлопал ресницами, но тебе, папенька, я эту пощёчину никогда не прощу, можешь быть уверенным! Я подожду… - Мог бы и потерпеть, пока в Алнвике полно гостей! – вот старая язва, нет, не мог я больше терпеть! Меня вообще начала напрягать вся эта фигня вокруг моей постели! Каждый, кому не лень, суёт туда свой нос! Все как с ума посходили! - Между прочим, я ничего незаконного не делаю! Я не большой любитель французской любви! – сообщил я ему в ответ, - И отойдите, наконец, от Нортуга, вы его нервируете! Они отступили – знают, гады, что мой конь может взбрыкнуть так, что я с него однозначно слечу! Ебать. Теперь я чувствую себя, как ценный племенной бык! Одно дело мотаться с Ланкастером по всяким сомнительным местам и тихо-мирно плести интриги, от которых чертям тошно, а другое – вот так! Аарон – сука! Ты когда сына родишь?! И с чего они так уверены, что у нас с Вероникой точно будет ребёнок мужского пола? И будет ли он вообще с таким-то подходом к этому делу с её стороны? Я даже не уверен, что мы с ней не находимся в какой-то степени родства… Да и вообще – чего они так уцепились именно за эту девку? Других, что ли нет? Свет на ней клином сошёлся? Но спрашивать их даже не подумаю – сами, если что пусть рассказывают, мне лишняя информация ни к чему – и так голова пухнет от знаний, чёрт их дери! Я пришпорил коня, тот, естественно, взбрыкнул и чуть не выбил меня из седла. Мать твою, Норгут! Стоять! Я ещё разок с силой воткнул ему в бока пятки: - Спокойно! – он повёл ушами и более-менее успокоился, я перевёл взгляд на отца, - Я искренне не понимаю причину вашего, милорд, хамского поведения в отношении моей персоны! – высокопарно-то как получилось! Ничего, пусть привыкает, моё воспитание куда приличней твоего, если уж задуматься. - Роберт, мы искренне волнуемся за тебя, - промурлыкал за папаню дядя Генри, - Ты волен в своих делах, но для начала, будь любезен – порадуй нас, нам всем очень нужен младенец мужского полу. Вероника Стоун – единственная из возможных претенденток нужного статуса, в чьих жилах нет крови ни Маннерсов, ни Монмутов! Извини, мы не хотели тебе говорить об этом… Перси очень опрометчиво высказался, когда расставался с Шарлоттой и тебе из-за его слов пришлось многое пережить, но мы очень долго вели переговоры с Джоном Стоуном! Старый упрямец не желал отдавать свою единственную дочь Маннерсу, он ещё помнил ту старую историю! Но эта девочка, Роберт – она просто создана для тебя! Она так смотрит на тебя! – вот знал бы ты, как конкретно она сморит на меня, не говори, дядя, того, о чем понятия не имеешь! Моя жена смотрит на меня, как на средство восстановления своего поганого замка! Но Ланкастер всё равно продолжил гнуть своё, - Хоть попытайся сделать её счастливой! Есть женщины, которые никогда в жизни не узнают, что их мужья им не верны, будь хитрее! - Да уж куда хитрее-то! – с сарказмом громыхнул Нортумберленд, - Припёрся под утро, с ободранной спиной, подлец! Тут даже святая и наивная заподозрит неладное! Прекрати шляться по бабам! Хоть на время! Дай ей спокойно забеременеть! Папаша! Вы себя-то хоть слышите? Как она без меня забеременеет? Я ж тебе сказал – не можем мы с ней сейчас трахаться! Болеет она! Правда, благодаря мне, но – это же правда! Хватит мне мозги полоскать. Я сегодня ночью на долго попрощался с Нэн… Месяца на три, не меньше! Буду любить свою жену, если смогу. Если будет невмоготу – сам говорил, для меня любая жена, что ноги раздвинет! Боюсь, наша аудиенция ни к чему не приведёт, дорогие мои родственнички! Они, похоже, тоже сообразили, что я их внимательно выслушал, но сделаю всё равно по-своему, отец махнул рукой, мол, о чём с ним говорить? Ланкастер опять мило подмигнул – чего надо? И тут меня осенило! - Милорд, - я вежливо приклонил голову перед родителем, - Я всё понял, клянусь честью, что буду вести себя в Алнвике, как примерный семьянин, но я бы хотел получить половину обещанной мне суммы до нашего отбытия. Я не могу допустить рождения наследника в полуразрушенном Эйдоне, а моя жена очень серьёзно настроена жить исключительно там! – собственно, и делать-то ей в Итале нечего! Моя спальня в моём замке, мягко говоря, будет для неё очень большим сюрпризом! Ха! Мой старина опешил от такой сыновней наглости, но дядя Генри моментально подхватил эту идею и заявил, что лично он готов выдать на восстановление Эйдона половину назначенной суммы в качестве аванса, в результате чего моему папаше ничего и не оставалось – кроме как согласиться, и сразу по возвращению в замок я получил от него расписку на тысячу фунтов. Вот это уже ближе к телу, так сказать! Можно начинать кое-какие дела на развалинах! И я, как честный – сразу наваял пространное письмо миссис Маршалл, которая уже приступила к обязанностям домоправительницы Эйдона, в котором дал ей массу дополнительных заданий относительно порушенного дижона и разрушенного мортирами крыла, и сразу отправил батянькиного посыльного с ним в свой новый дом. Да, с женой я с тех пор спал регулярно и всю ночь, как и обещал! В нашу комнату я приходил поздно, там всё была как обычно – перепуганная бледная девица, натянувшая до подбородка одеяло. Чтобы ещё больше не пугать её, я быстро раздевался, умывался, дежурно целовал её в лоб, и – под одеяло с головой! Должна же она хоть иногда спать?! В остальном – я старался не травмировать её своим присутствием. Меня уже начинает напрягать вся эта канитель – ну сколько можно напоминать мне, что я скотина и мужлан неотёсанный? Накануне нашего отбытия в Эйдон, я получил, наконец, ответ на своё письмо – миссис Маршалл отписалась, что приглашённый мной архитектор побывал у них, осмотрел замок, пришёл в полный восторг от его конструкций (интересно, чего он в этих развалинах увидел, кроме возможности не плохо заработать?), составил подробный план всех сооружений, и, кроме того, к своему приезду я получу примерную смету предстоящих расходов по ремонту и строительству. Относительно денег моя домоправительница скромно отписалась, что, видимо, не всё так плохо – сумма, запрошенная архитектором сэром Свифтом оказалась значительно меньше той, на которую я ей указывал в своём письме. Уже легче. Думаю, что и остальные расходы тоже окажутся вполне приемлемыми. Надеюсь на это, ибо что-то мне не хочется угрохать на этот замок все полученные за продажу себя любимого фунты! Нет, ну я не скряга – я просто умею считать деньги! Пусть они и зло, как говорят монахи, стремясь спасти мою давно заблудшую грешную душу, но без них (денег) крайне скучно жить! И не только мне. Эйдон встретил нас с Вероникой тем же диким скрипом ворот и тем же жутким видом снаружи. Правда, внутри, за стенами, уже появился некоторый прогресс – вся трава между каменными плитами двора была изничтожена, рухлядь, об которую я в прошлый раз чуть не поломал ногу – куда-то утащена, на её месте установлены нормальные деревянные лавки, сделаны приличные навесы, починены деревянные ворота конюшен и псарни. В общем – я остался доволен, правда моя молодая жена, похоже, этого даже и не заметила. Обидно, но что ж поделать? Для неё, видимо, такие мелочи не имеют особого значения. Да и фиг с ней! Сейчас мне не до её моральных страданий, со своими бы проблемами справиться! Надо ещё проехаться по арендаторам. Что-то меня поля их смущают - надо бы и им вставить по самые гланды, чтобы не ленились! А то я могу и других арендаторов нанять, благо с таковыми у меня никогда проблем нет! В общем – сегодня отдохну, а завтра – на осмотр собственных владений, пока италские рыцари, что сопровождали нас, не разъехались. После того, как я перекусил и тщательно вымылся, миссис Маршалл подала мне бумаги, оставленные архитектором. Я их долго изучал. Всё вроде нормально – фундамент и основание дижона, а так же стены в отличном состоянии – можно не сносить их полностью, требуется убрать только указанные им части, а это не так много, как мне думается. Одно расстройство – камень, из которого выложена стена, надо полностью заменить на другой и, желательно, привезти его из южных районов Британии, а это займёт некоторое время. Ладно, будем считать, что я согласен со Свифтом. И я сразу написал ему, чтоб он начинал работы, согласно им же расписанного плана, а за деньгами зашёл к моему поверенному в Лондоне. Так. Теперь, собственно, чего тут у нас новенького, кроме того, что слуги изволили навести порядок на дворовой территории замка? Вместе с экономкой-домоправительницей я спустился в подвалы – кое-какие запасы тут есть. В общем и в целом – жить можно, тем более, что фермы совсем рядом. Винный погреб мне не понравился совсем – очень малый выбор вин, надо бы его пополнить… Интересно, в Эйдоне есть потайные ходы между стен и сооружений, такие, как в Итале или у отца? Не плохо бы было спросить об этом у так называемой жены, но она всё так же молчит и только иногда странно смотрит на меня. Думаю, у неё уже должно всё зажить, или нет? Может, пригласить повитуху, чтобы она её осмотрела? А с другой стороны – какой смысл мне метаться? Она женщина, должна сама знать, что и когда делать! Так, что-то мне становится скучновато – друзья разъехались, арендаторов я всех привёл в чувство, местные тунеядцы тоже начали выполнять свою работу на совесть… Чем заняться? Я ещё раз облазил весь замок – велел чистить чердаки, подвалы, подклети и расчищать от обломков порушенные стены. Местные начали было кочевряжится, пришлось им напомнить, кто из нас тут хозяин, а кому не нравится хозяин, то есть я, могут быть совершенно свободны! Я никого не держу. У меня есть свои люди, которые с удовольствием переберутся в Эйдон, тут куда лучшие земли, чем в районе Итала! Супружница моя всё ещё в своём коматозном состоянии – ходит, раздаёт распоряжения прислуге, сама ковыряется на кухне и даже пару раз забиралась на крышу проследить, как там прибивают доски. Когда я увидел впервые, что она туда лезет по этим шатким досочкам, честно, прости Господи, подумал, что б ты, дура, оттуда навернулась! Но она ловко туда залезла, и я даже с любопытством попытался заглянуть ей под юбку, когда она оттуда спускалась, но под юбку она напялила мужские лосины… Облом. В нашей общей спальне ничего не менялось. Только теперь я уходил по утрам в комнату, что подальше, я её сам себе выбрал, мало ли? Всякое может иметь место в моей жизни с такой загадочной женой! Не импотент же я! Сегодня утром, получив в поварне от Мары полную чашку щедро сдобренной мёдом овсянки, я решился немного «прощупать почву» и легонько хлопнул эту аппетитную толстушку по её мягкой попке – вроде ничего, она мило покраснела и потупила глазки. Чудненько, она, похоже, меня правильно поняла. Потому на прощание я подошёл к ней вплотную, прижался к её пышному заду и слегка тронул просто офигенного размера грудь! Блядь! Я хочу эту женщину! Или я вообще – просто хочу женщину? Нет, с моей женой мне навряд ли чего светит – она так смотрит на меня, что мне хочется только одного – сбежать куда подальше! Нет, она мне не противна, она относительно красивая, опрятная, и, наверное, умная женщина, но мне кажется, что она меня как минимум, презирает, и считает грязным и корыстным животным! Согласен только по пункту – животное! В конце концов каждый мужчина им должен быть, в обратном случае – человеческий род-то прекратится! И тут припёрлась эта унылая служанка моей жены Пейдж! Пришлось быстро ретироваться, пока эта шпионка ничего не заметила. За то встретил в зале жену! Думал к ней попробовать подкатить – куда там! Сердитая, как мышь! Интересно – чего это она с утра пораньше? Потом уже услышал, как она Маре на кухне выговаривает, за то, что та не сказала ей, что мясо закончилось в кладовых! Во, бля – ну какое тебе дело до кладовых? У тебя есть домоуправительница – это её головная боль! Зла не хватает! В этом гребучем замке все занимаются хрен пойми чем, но только не своими прямыми обязанностями! Ты, мать твою, жена – твоя обязанность ноги передо мной раздвигать, а не шарахаться по кладовкам и крышам! Убил бы тут всех! Идиот на идиоте сидит и идиотом погоняет! Ближе к вечеру, наобъяснявшись с конюхами по одурения, я внезапно осознал, что мне явно пора немного погулять с благородной целью расслабиться. А не отправиться ли мне в ближайший городок отдохнуть от семейных прелестей под видом охоты? А какого, собственно, причину придумывать – для кого? Для этой, что ли, которая шарахается от меня, как от прокаженного? Решено – сваливаю в Честер или куда доеду – если честно – похрену уже куда, лишь бы отсюда! Я велел Лари в случае чего найти меня, весьма быстро собрался и со спокойной совестью ускакал куда глаза глядят. А глядели они на ближайший городишко, в котором есть таверна, а соответственно – платные бляди, съёмные комнаты и относительно приличное вино! …Лари предстал передо мной после полудня кажется шестого дня моего так называемого «отдыха». Моя очередная шлюха всё ещё спала рядом со мной, но его это не смутило, он прекрасно знает, что может являться ко мне в любое время, если того требуют обстоятельства. - Сэр, - он осторожно похлопал меня по щеке, чем, собственно и разбудил, - Утром прибыли сразу двое посыльных с бумагами, один от лорда Аарона, второй от герцога Ланкастера, я взял на себя смелость в обход Вашей супруги получить их и сразу направился к Вам, - прошептал он, стараясь не разбудить какую-то девицу, что мёртвой хваткой уцепилась за меня даже во сне. Вот чёрт, я даже не знаю её имени! А и хрен с ней! Я резко сел и отпихнул её от себя: - Пошла вон! – фыркнул я, сбрасывая с себя изрядно помятое одеяло, и обратился к своему камердинеру, - Горячую ванну, бриться, одеваться и к завтрашнему утру мы должны быть дома! – Лари испарился выполнять поставленные задачи. Шалава не обиделась, начала быстренько напяливать свои шмотки, пока она одевалась, я сунул ей целый золотой фунт: - Береги себя, и мы ещё встретимся, - я позволил себе чуть покривить губы в подобии вежливой улыбки и хлопнул её по упругой попке, блядь, да она совсем девчонка! Интересно, сколько ей лет-то? – Тебе лет-то сколько? – ёпт, нахрена мне это знать? Но слова сами по себе сорвались с языка. - Четырнадцать, милорд, - улыбнулась она в ответ, глядя на меня совершенно счастливыми глазами. Вспомнил! Это же очередная «дочка» хозяина таверны! Только вот хоть убейте, не помню, как её зовут? И – четырнадцать? Совсем ребёнок, хотя, грудь весьма зрелая… Или врёт? У этих блядей один чёрт поймёт, когда она говорит правду, а когда то, что хочет слышать клиент! Но тут ты, милая, не угадала! Слишком молоденьких я как-то не очень… С тех пор, как я связался с Нэн, я открыл одну замечательную истину – с умной женщиной трахаться куда интереснее! У неё фантазия куда шире, а соответственно и удовольствия от неё получаешь значительно больше! А малолетние потаскушки по определению не могут быть интеллектуалками! Наконец, она собралась и вымелась. Я вытащил два свитка из сумки Лари и плюхнулся обратно на кровать, сломал печать с письма брата… Так, хреново – его жена не беременна… Папаша продолжает изводить их с женой, требуя наследника, грозит отправить Андреа в монастырь (дался ему это монастырь! Сам бы там пожил хоть немного!), если та не даст ему внука! И кое что явно безотлагательное. Аарон и Андреа через неделю приедут нас навестить в Эйдон (по всему видно, на этом настаивает мой дорогой родитель, так просто Аарона хрен выпрешь из его гнезда, он ужасный домосед и крайне тяжел на подъём, если дело не касается войны). Я посмотрел на дату – чёрт! Где шлялся посыльный? Заблудился, что ли? Они должны приехать максимум послезавтра! … О! Про Бетти! Эта проказница ежевечернее требует рассказывать ей сказку про заколдованного рыцаря и его волшебного белоснежного коня! А по утрам начала самостоятельно ходить на поварни, нянька еле успевает за ней. Братец просит написать ей личное письмо и убедить девочку вести себя, как подобает юной леди благородного происхождения. Ладно, отпишусь и отправлю ей письмо на самой красивой бумаге, которую только найду! Теперь от дяди Генри… Что-то мне не нравится это его послание – уж слишком внезапное… Так… Я быстро пробежал глазами по мелким, сливающимся в единое целое, строчкам. Вот оно! Это то, ради чего Ланкастер разродился таким пространным пустым письмом! Ну, я об этом, конечно, догадывался, но чтобы вот так нагло и открыто… Что же ты творишь, отец? Ты просто вынуждаешь меня пойти против тебя… Я поднялся, бросил дядино послание в камин, проследил, как оно догорело, после чего кочергой тщательно растёр пепел… Я должен его остановить… Генри даёт Маннерсам шанс сохранить честь рода, я не могу не воспользоваться им! Где этот чёртов Лари?! Где моя ванна? Я пнул стул, на котором валялась моя одежда. Папаша, мать твою, правильный ты наш поборник морали и чести рода! Если мы выпутаемся из этого дерьма – нам очень повезёт! Шашни с кланом МакДугласов – это вам не фунт изюму! Нет, надо срочно начинать переговоры с Шоном об Алисии! Иначе – полный пиздец Маннерсам! На рассвете я уже был в Эйдоне. Отдал поводья порядком взмыленного Нортуга Питеру и сразу направился на кухни – война, как говорится, войной, а я жрать хочу по утрам! Мара там была одна, она очень обрадовалась, увидев меня на пороге, сразу поставила передо мной чашку с овсянкой, щедро полила её слегка подогретым мёдом, вытащила из печи горшочек с топлёным молоком и быстро нарезала свежий, мягкий хлеб. Хорошая ты баба, Мара! Твои бы задатки, да моей жене! Вот подумаешь о нечисти, она – тут как тут! Принесло ненаглядную! Опять трётся вокруг кладовых – чего ей там надо? Чего не спится, солнце моё ясное? Бля, чего-то она сегодня вообще никакущая – вся прямо ядом истекает! Глаза красные, заплаканные, увидела меня и вся прям затряслась! Она что ещё и припадочная?! Вау! Тарелка с моим завтраком полетела в стену, я еле увернулся! - Ты совсем очумела? – грубовато конечно, но я честно был поражён таким всплеском эмоций у этой груды льда. - Милый, прежде чем сесть за стол, порядочные люди здороваются - это раз! Второе - где ты шлялся? Да как у тебя вообще совести хватило прийти сюда?! – зашибись, какая речь! Мне откровенно стало смешно. «Милый», значит, говоришь… Ну, насчёт того, что тебе какая-то сука что-то напела, я ещё сам разберусь, и этот кто-то сильно огребёт вне зависимости от пола и положения! Хочешь со мной поздороваться? Да без проблем! Она так яростно начала швырять в меня всё, что только попадало под руку! Чёрт, а это заводит! И мне кажется, я знаю, чего ей не хватает… - Прости, дорогая, похоже, я перед тобой очень виноват, я знаю, что я поступил не совсем правильно, но я всё исправлю! Прямо сейчас! – главное звучать и выглядеть как можно натуральнее, а уж вешать лапшу на уши женщинам я умею. - Как?! Как ты можешь это все исправить? – от праведного возмущения она даже забыла швырнуть в меня какой-то деревянной фигнёй, что была в этот момент в её руке. - Как? – вот сейчас я тебе и покажу как! Иди-ка сюда, дебоширка! Сейчас я поясню тебе, отчего ты такая злющая ходишь! Будем лечиться, хм, милая моя! …Чёрт, от меня, наверное, несёт потом Нортуга! А барышня, похоже, конкретно поплыла, как, впрочем, и я…И она страшно зла на меня! А – вдруг?... … Весь мир взорвался разноцветными огнями, я зарычал что-то и излился прямо в неё…Ох, блядь, а не плохо их там, в монастырях, воспитывают! Или наоборот так пугают близостью с мужчиной, что они буквально плавятся от нерастраченного желания! Когда она подо мной шевельнулась, я чуть позорно не кончил… А как она замечательно уцепилась ногтями в мою спину… У моей жены не плохой потенциал – она вполне обучаема! Я очень доволен, думаю, следует закрепить наши новые умения… …Я проснулся от самого банального голода – уже утро! А не плохо мы с Вероникой потрахались! Я посмотрел чуть в сторону – она лежала рядом, свернувшись клубочком – волосы разбросаны по подушке, лицо даже во сне счастливое. Вот я тебя и подлечил, моя малышка! И себя тоже. В теле такая приятная усталость. Я повёл плечами. Не хватает только лёгкого жжения кожи на спине. Она не поняла меня – она ещё слишком невинна, но это поправимо! Я протянул руку и погладил спящую женщину по волосам. А она всё же красивая, моя леди Вероника, чёртова графиня Эйдон! Я приподнялся на локтях и склонился к ней, поцеловал эти соблазнительные припухшие губы. Это не простой утренний стояк - я опять хочу её! Я провёл языком по её беззащитной шейке – она повернулась на спину и сонно улыбнулась мне. Блядь! У меня буквально крышу сорвало! Секс в такую рань, да ещё после всего того, что между нами уже было – это нечто! Главное, чтобы она выдержала. И партнёрша не подкачала! Надеюсь – она не забудет вчерашний день и эту ночь. Вообще-то на меня никогда женщины не жаловались, но я очень хочу, чтобы именно она боготворила меня! Очень хочу! И сделаю, или я - не я! Пока она нежилась в порядком разворошенной постели, я сходил к себе, облился тёплой водой, чтобы смыть все виды пота, какие только на меня успели налипнуть за последние сутки и велел Лари разыскать горничную жены, чтобы быстро приготовила ей горячую ванну и принесла завтрак прямо в постель. Вроде – всё. Супружеский долг и долг благородного рыцаря – выполнены по полной программе. Что будет дальше – не известно. Спустившись в поварню и получив там от Мары свой классический завтрак, я почувствовал себя просто великолепно. Я – дома! Да, надо бы сказать ещё разок Веронике, что у нас сегодня будут гости. Я усмехнулся – вот интересно, как быстро она сообразит, что я примчался сюда, как угорелый, именно из-за письма брата? Но я уже не жалею об этом – спасибо брат, что заранее предупредил, в обратном случае не было бы у меня такого чудесного дня, как вчерашний! Мара хлопотала около дальней печи. Интересно, во сколько эта женщина встаёт? То, что спать она отправляется сразу, как только подаётся обед, это понятно, но утром, в семь часов, а то и раньше (бывает всякое!) – овсянка уже готова, свежий хлеб выпечен, парное молоко – в кувшине! Я просто восхищаюсь ей! Кухарка в Итале не так проворна. Ладно, доматываться до пышных прелестей Мары я сегодня уже не в состоянии – спасибо собственной жене. Собственно, надо бы ей всё же напомнить, что сегодня прибудет брат (не уверен я, что она меня услышала утречком!)…Я поблагодарил кухарку, подмигнул ей на прощание и убыл обратно наверх. Ввалившись (естественно, без стука!) в нашу спальню я обнаружил там эту курицу-горничную, которая старательно расчёсывала волосы Вероники. Черт, не будь эта овца женщиной, с удовольствием бы пересчитал ей зубы за дурость и болтливость! Моим слугам запрещено кому-либо, кроме меня, естественно, рассказывать то, что они видят и знают о своих хозяевах и что происходит в замке и за его приделами! Терпеть болтунов я не намерен – они у меня замолкают, и, как правило, навсегда! Надо велеть Лари поговорить с этой дурашкой… Видимо, ничего доброго на моём лице написано не было, потому, едва заметив меня, служанка уронила щётку, и буквально бегом вылетела из комнаты, оставив меня с моей женой наедине. Крыса облезлая. Думаю, она догадывается, что нажила себе, мягко говоря, недоброжелателя в моём лице. Так. Для чего, собственно, я припёрся! - Дорогая, - я ласково потёрся сто лет не бритой колючей щекой о нежную щёчку собственно жены, - У меня для тебя сюрприз! – мать твою! Она напряглась! Не бойся, деточка, сегодняшний сюрприз вполне невинный, - Сегодня к нам приезжают гости, - я слегка прикусил мочку её ушка и шепнул, - Аарон с Андреа делегированы моим отцом проведать нас… Блядь! Она подскочила, как ужаленная в одно место! Кажется, сейчас я огребу! Приятно видеть эмоции этой холодной задумчивой девицы! Как же она подо мной выгибалась…У меня даже дружок от таких воспоминаний шевельнулся… Могу и продолжить, если что… Ну не надо так, дорогая… Со мной иногда можно и построже, а не так – типо, милый, чего же ты молчал столько времени и бла-бла-бла… Звучит по-домашнему, но… Скучно. В общем, убежала моя благоверная готовить комнаты для гостей и распоряжаться насчёт праздничного обеда. Я посмотрел на себя в зеркало – во, блин, красавец! Потрогал колючую щетину – и когда она, сука, успевает отрастать?! Губы и веки припухли… Брат подумает, что пил беспробудно… Хрен с ним! Я отправился в свою комнату. Надо побриться, а потом отправить миссис Маршалл инструктировать слуг, чтобы не пиздели налево и направо и между собой тоже не особо рассуждали о том, что происходит в Эйдоне. Гонец от брата прибыл уже далеко после полудня за час до их появления. К тому времени я успел ещё раз облазить замок вместе с оставленным Свифтом тут не в меру пронырливым помощником, который с таким самодовольным видом откликался на мистера Симпсона, что меня просто распирало лишний раз его так назвать! Смешно, сил нет, как он надувается и пытается передо мной показать, какой он знающий и дельный! Это хорошо – люблю таких, честолюбивых, надо к нему присмотреться получше, тем более мой Лари отозвался о нём, как о понятливом и не болтливом человеке. За время моей охоты на шлюх, на развалинах дижона было сделано прилично - практически расчищено основание и всё же найден выглядящий совершенно заваленным и обрушенным потайной тоннель! Я знал, что он должен быть! Взяв с собой по паре факелов, здоровый моток тонкой верёвки и оставив у входа на всякий случай Лари, я с помощником архитектора спустился вглубь подземелья… Охренеть! Думаю, мой мистер Симпсон тоже немного озадачен увиденным! Что, дружек, ещё не видел ни разу таких хитрых завихлений? Это ты ещё подвалы Алнвика не видел! В общем и в целом своды вполне приличные и выглядят крепкими, единственное, тут надо порядком почистить, что я и сообщил мальчишке (хотя, какой он, нахрен, мальчишка? Я ещё раз, уже пристально посмотрел на него. Думаю, он лет на десять старше меня, это я считаю себя слишком уж старым, а в его глазах мальчишка – именно я!), чтобы он тут тщательно убрал, но так, чтобы каждый работник понятия не имел о том, что делал другой и тайна подземелья осталась тайной, известной только мне и тем, кому я пожелаю её доверить. Он удивлённо посмотрел на меня, чего пялишься-то? Думаешь, я – сумасшедший маразматик? Есть немного, но мне так спокойнее, знаешь ли. Это простолюдины растут, как в стране непуганых идиотов, заботясь лишь о собственном чреве, а тут с младых когтей приходится выцарапывать у «доброжелателей» и собственную жизнь, ибо выживет не только сильнейший, но и хитрейший! В конце концов, парень, я плачу тебе не только за работу, но и за молчание! И не хило, заметь, плачу! Так что не сомневайся - если что я тебя достану откуда угодно! Я усмехнулся, глядя на его мучительные соображения – как бы это всё утроить? Молодец, вслух ничего, кроме «Да, мой лорд!» я не услышал. Сработаемся. Мы прошли в полужидкой грязи, перемешанной с обломками камня и шарахающими по ним крысам, по одному из тоннелей и упёрлись в закрытую тяжёлым засовом дверь. Я забрал у него моток, оставшиеся два факела и велел открывать. Он испуганно глянул на меня, но – ничего, повиновался. Чёрт, да это же был проход в дижон из винного погреба! Зачёт! Можно сделать пометку, что каждый, из огромного количества ответвлений просто обязан выйти в помещение жилой части замка. По всем признакам, система примерно та же, что у меня в Итале, а, следовательно – есть и ловушки для всяких непрошенных ублюдков. Всё. Бля, мы чудом прошли и не во что не вляпались! Фиг я пойду обратно даже тем же путём, пока там всё в точности не проверят и не очистят! Пусть сам топает, благо верёвка в руках и есть факелы. Думаю, моя личность куда важнее какого-то мистера Симпсона! И я без зазрения совести отправил его назад – к Лари, предупредив, что ему следует быть осторожным, и не хвататься за всё подряд, а то может и не выйти вообще (какой я сегодня добрый, сам себя не узнаю!) и, естественно, велев не запирать засов с обратной стороны. Он побледнел, сообразив, что конкретно я имею ввиду, но не стал перечить. Я запер потайную дверь, больше похожую на старую дубовую винную бочку, вделанную в стену с этой стороны. Так, мой винный погреб, собственно… Из Итала доставили некоторое количество бочонков и бутылок с дорогим аквитанским вином, привезённым специально для меня через пролив от франков. Сюда я тоже сделал заказ – в общем, есть чем поразвлечься, на случай, если супруга начнёт «брыкаться» или уж совсем тоскливо станет, ну, и когда, естественно гости! Блядь! Аарон!!! Я быстро понёсся наверх из подвала, выскочил в поварню, напугал своим явлением огромное количество нагнанных туда в помощь Маре девок. Да уж, было чего испугаться – морда не бритая, лохматый, к тому же я на ходу счищал с себя паутину, какие-то мерзкие ошмётки хрен пойми чего, а мои сапоги уделаны грязищей почти до колена! Срочно привести себя в порядок, и плевать, чего эти куры подумают! Где эта чёртова миссис Маршал? Я громко крикнул в огромной пустом зале, чтобы её срочно мне нашли. Умница миссис появилась быстро – она со спокойным видом выслушала мои пожелания насчет срочно ополоснуться, о чистой одежде и о наглухо захлопнутых ртах всех, кто находился на кухне, когда я туда ввалился и быстро обо всём распорядилась и сообщила, что ванну из комнаты Вероники ещё не убрали – можно воспользоваться. Как же я люблю женщин, особенно – умных! И не только за ум. Влетев в спальню жены, я обнаружил, что она там – стоит, прихорашивается перед зеркалом. Какие же у неё мерзкие платья – надо не забыть, когда буду в следующий раз в городе – нанять для неё нормальную портниху! Её дурища-горничная сразу засуетилась. Я же очень оперативно заскочил в соседнюю комнатку, закрыл за собой дверь, точно - там до сих пор стояла полная воды ванна. Она-то мне и нужна! Я на ходу скинул с себя грязное платье и плюхнулся в воду. Блядь, уже совершенно всё остыло, но ждать, пока нагреют новую нет времени. Я понюхал воду – пахнет розовым маслом. Ой, блин… Ну, да ладно! Сойдёт! В дверь осторожно поскреблись. Это был Лари с чистой одеждой, он там, на ходу пояснял моей супруге, что ничего страшного со мной не произошло, просто я поскользнулся на конюшне и грохнулся в грязь. Со всеми бывает! Она, вроде, успокоилась. Но всё равно зашла с ним, увидела меня совершенно голым, покраснела, как целка нецелованная, и, что-то промямлив, убежала. Трусиха! Я быстренько ополоснулся, Лари побрил меня, растёр моё тело грубым полотенцем, помог одеться, потом собрал перепачканную одежду, повздыхал, типо всё напрочь испорчено! И хрен с ним, за то я теперь знаю, что Эйдон не такое дерьмо, каким показался мне изначально! Просто надо его привести в порядок! Денег, которых я уже получил от папаши и дяди, хватит на полное восстановление порушенных стен, а вторую часть, которую я надеюсь получить сразу, как только моя жена изволит хоть кем-нибудь разродиться, я использую на ремонт и замену мебели в жилой части замка. В результате, я велел Лари принести мне бутылку вина и кусок кекса, запах которого я почувствовал ещё в поварне. Я с удобством устроился в большом мягком кресле с бутылкой в одной руке и здоровенным (не поднимается у Мары рука отрезать мне чуть-чуть! Видимо, мой вечно тощий и явно недокормленный вид очень смущает мою толстушку!) куском сладкого кекса с корицей и кусочками засахаренных фруктов. Хорошо-то как… Чудесное сладковатое вино слегка ударило мне в голову… Я откинул пустую бутылку в сторону, догрыз ароматный кекс и сам откинулся на спинку кресла. Если честно, мне так хорошо сейчас, что даже страшно – что будет дальше? Эта ночь меня вполне удовлетворила, но всё равно не хватало ласковых похлопываний по спине… Я внимательно посмотрел на круглый свод спальни. Вон в том месте весьма мило было бы вбить крюк, на котором можно подвешивать мягкие кожаные оковы… Стоп. У меня опять начал вставать мой боевой неугомонный товарищ! Друг мой, ты начинаешь меня сильно напрягать! А если я ей расскажу о том, что мне нравится, а она посчитает это не приемлемым и будет меня презирать за это? … Ну и что? Ей всё равно придётся ложиться со мной до тех пор, пока она не нарожает мне столько детей, сколько будет нужно мне и Господу Нашему Богу! А я смогу даже не скрываясь, жить с кем мне нравится! Я усмехнулся своим мыслям. Роберт, ты вообще в курсе того, что хоть миром и правит секс, но и кроме него есть кое-что? Это уже подленькие попискивания знаменитой совести Маннерсов! Нет, ничего больше нет! Даже войны начинаются не из-за того, о чем потом говорят, а, как правило, из-за того, что кто-то кому-то не дал, или дал, но не так! Тут я уже громко рассмеялся. Нет, вино всё же ударило сильнее, чем я думал. И всего-то одна бутылка! Теряешь квалификацию, мой милый! За то перед братом буду уже полупьяный, оправдаю опухшие губы! Шучу. А вообще - я жрать хочу! Пора бы уже и запомнить, что прежде, чем пить, надо бы поесть! Где эти чертовы гости? Если не явятся в ближайшие полчаса – велю накрывать обед и без них! Брат с женой, как всё равно услышали мои мысли - ворота Эйдона мерзко заскрипели. Вот и мой обед приехал. Всё. Лари! Ты где? И где моя жена? Я поднялся из кресла и направился встречать гостей. Аарон приехал с женой и слугами. Это хорошо и плохо – без Бетти мне будет не так весело, как я рассчитывал. Но то, что брат прибыл без свиты – отлично! Чем меньше знают его рыцари, тем лучше. Мы обнялись, я самым культурнейшим образом поприветствовал его жену и старших племяшек. Что-то не нравится мне то, как смотрит эта зеленоглазая красотка на мою Веронику, правда при этом весьма успешно изображает полный восторг, а моя, похоже, и не замечает этой фальши! Так, ещё и бабские разборки… Видимо, братец опять что-то ляпнул Андреа, не касающееся её нежных розовеньких ушек! Леди отправились своим путём, а мы с Аароном – своим, а именно к столику с винами и фруктами. Я лично щедро налил и ему и себе. И почему мне хочется тупо нажраться? А потому, что тебе не хочется начинать этот мерзкий разговор, из-за которого даже аппетит пропадает! - Твоя жена выглядит вполне довольной, - улыбнулся брат, отхлёбывая чудесное аквитанское вино и подмигивая мне. - Ну, так! – усмехнулся я, - Ты же самый лучший брат на свете! Спасибо, что направил гонца с вестью о своём прибытии, думаю, его светлость ничего о нём не знает? Пришла очередь смутиться Аарону. Естественно, папаша велел приехать неожиданно, но мой старший мудрый братец не мог допустить такого прокола с моей стороны! Я просто обязан был быть в Эйдоне, а моя жена обязана была выглядеть счастливой замужней женщиной! Иногда я чувствую, что Аарон всё же мой брат, пусть даже и не по крови, но в душе - точно! И я отсалютовал ему своим кубком в знак моего глубочайшего уважения. Мы допили вино, и я предложил ему проследовать в большой зал, где накрыли праздничный обед в честь их прибытия. Аарон, зная, что вопросы приличия, когда кругом все свои, для меня мало волнительны, воспринял это вполне нормально и мы, не дожидаясь наших леди, устроились обедать. Я заметил, что ему тоже очень понравилась моя кухарка не только, как кухарка, но и как весьма выдающаяся женщина. Когда мы с ним остались одни, я рассмеялся и слегка пихнул его в бок, мол, не зарься на то, что принадлежит мне! Я не люблю делиться! Он тоже вроде как беззаботно рассмеялся в ответ, что, мол, кто-то ещё и два месяца не женат, а кто-то второй десяток лет страдает, но в его глазах я прочитал буквально крик о помощи! Он уже всё знает. Или догадывается. Или у него для меня что-то есть? - Что слышно от наших друзей? – лукаво поинтересовался я, а он побледнел. Вот! Вот оно! Я внимательно посмотрел в лицо Аарона, он ещё больше смутился. Да, никакой из тебя, братец, всё же шпион…, - Давай сюда, - сжалился я над ним, - Пока мы вдвоём, - добавил я едва слышно. - Это мне лично принёс посыльный графа Оксфорда, и на словах передал, чтобы я срочно отвёз это тебе, ты поймёшь, - Аарон быстро отстегнул свой кинжал и вытащил из потайного отверстия на поясе небольшой, уже порядком помятый, листок. Я со спокойным видом взял его у него, развернул… «Лев устал. Гепард готов к решающему прыжку, но ему в спину дышит Снежный барс, собравший вокруг себя диких кошек.» - Как мило, - улыбнулся я, поднялся и бросил бумагу в огонь, подождал, пока она обуглится и тщательно растёр её кочергой, - Ты читал это? Я внимательно посмотрел на него – читал, естественно, но не совсем понял, потому и волнуется. Правильно волнуется. Наш Снежный барс совсем обнаглел и это может сильно ударить по его котятам и котятам его котят! Ибо Гепард, окончательно добив Льва, с удовольствием сделает меня Снежным барсом в обход более старшего котёнка! Неужели Аарону хватило дурости показать ЭТО Андреа? А до неё-то уж доходит куда быстрее, чем до него… Трудно быть умным младшим братом при физически сильном, но не слишком далеком старшем… - Обсудим это чуть позже, - я уселся обратно и налил ему и себе ещё по полному кубку, - За Маннерсов! – провозгласил я, - И за дальнейшее процветание этого чудесного рода, к которому принадлежу, в том числе, и я! – надеюсь, он понял, что я имею ввиду, и расслабится? Для верности я подмигнул ему, и он, вроде бы, немного успокоился. Я залпом опрокинул в себя вино, следом кинул в рот какую-то кисленькую ягодку и положил свой кубок на бок, - Извини, брат, но мне на сегодня хватит, у меня есть планы на эту ночь и они предполагают, что я могу чётко контролировать не только свой разум, но и своё тело! – Мы оба рассмеялись. - Неужели ты научил эту монашку своим штучкам? – хмыкнул он, ну посмейся-посмейся, я и твою жену чему-нибудь научить в состоянии между прочим, если захочу! - Я подумаю над этим, - надо хоть попытаться изобразить скромный вид, тем более, леди вошли в зал. Интересно – о чём они разговаривали? Вероника выглядит очень смущённой, а Андреа опять бросила на меня крайне странный взгляд. Мы с Аароном поднялись, приветствуя их. Леди уселись на свои места. За время обеда я больше ничего интересного не заметил, кроме этих не совсем мне понятных и мало приятных взглядов со стороны невестки… Что задумала эта красивая породистая сучка? Ясно одно, Вероника по простоте душевной рассказывает ей всё, не задумываясь ни о чём. Надо бы поговорить с женой, чтобы она меньше доверяла всем подряд… Бля, ну как ей объяснишь-то, что не все белое, что кажется белым и не всё то чёрное, что видишь чёрным?! Опять это монастырское воспитание! А эта святая вера в лучшие качества людей! Иногда мне просто жаль мою наивную дурашку… Никак она не поймёт, что живём мы среди подлости и предательства… Что-то меня на лирику потянуло – больше сегодня ну вообще ни капли! Даже эля! Сегодня мы с братом точно не поговорим. Пожалуй, завтра отправимся с ним на самую настоящую охоту – он любит это дело, а я рядом потопчусь или где-нибудь подожду его… Удивительно, но и в эту ночь моя молодая жена не строила из себя девственницу! Я начинаю получать удовольствия от неё всё больше и больше, причём я прихожу в восторг даже от того, что ей хорошо! Странно, конечно, но факт… Утром, проснувшись, я не ушёл сразу к себе, а ещё разок трахнул её, и только после этого оставил мою практически окончательно деморализованную девочку. На сегодня – достаточно, думаю, не стоит её сильно напрягать – вдруг она уже беременна? Побоку законы гостеприимства – у меня не король со свитой гостит, а брат с женой! И я отправился в поварню завтракать и по ходу направил Лари за Аароном – пригласить его на охоту. Брат явился в рекордно быстрый срок – буквально через тридцать минут, и плюхнулся на лавку рядом, мол, я на такое всегда готовый! Он, правда, вежливо поинтересовался, сам-то я буду стрелять? Я немного подумал, и решил попытаться – в крайнем случае, главное, не показывать мне результат моей стрельбы! Мы немного посмеялись, но, думаю, он понял, что не только ради его охоты и свежего мяса мы с ним отправимся в ближайший лес. Нам надо поговорить наедине. Вот и всё. На охоту мы взяли с собой пару кожаных мешков, арбалеты и огромного ушастого пса – страстного любителя утиной охоты. Мы уехали, причём Аарон перед уходом клятвенно пообещал моей жене (вот ведь трепло Вероника!), что уже сегодня часам к двум после полудня он вернёт меня в Эйдон лично и сдаст ей на руки. Сволочь! Вот какого чёрта всё подряд обсуждать с женой? Вам что – ночью делать нечего – только трепаться? Молчал бы лучше больше и сына делал, пока не поздно! Въехав в лес, мы первым делом выполнили поставленную задачу – Аарон завалил кабана, за ним оленя, после чего отправились ближе к болотцу - там и я немного пострелял по птичкам. Брат сам сложил добычу по мешкам, и только после этого мы привязали коней и уселись под развесистым старым дубом, пустив пса порезвиться самостоятельно. С чего бы начать разговор, чтобы он на меня не обиделся? Он многого не знает. И не нужно ему это многое знать! Начну с простого. - Аарон, - я скромно потупился, - Откуда ты узнал, что меня нет в Эйдоне? - Да так, - он неопределённо пожал плечами, - Мне Андреа посоветовала написать тебе… - Блядь! Так ты с женой обсуждаешь мои проблемы?! – воскликнул я, искренне удивившись, - Ты показывал ей письмо Тома? По смущённому лицу брата я понял - показывал! И она, как теперь уже я понял её странные взгляды, всё поняла! Умная баба, интересно – что она сказала ему? - И что она по этому поводу… думает? – осторожно спросил я. Он вздохнул: - Она считает, что отец ввязался в какую-то дрянную историю, а ты спишь и видишь, как бы это дело раздуть и возложишь на себя его титул в обход меня! Но, Роб, я же прекрасно знаю, что ты этого никогда не сделаешь! Ты куда больше Маннерс, чем многие думают! – он внимательно посмотрел мне в глаза, - Если у нас так и не получится родить наследника, обещаешь мне не оставить род без главы? И этот туда же – сына моего захотел! Ха! Знал бы ты, дорогой мой, что во мне вообще нет ни капли крови Маннерсов, интересно, как бы ты запел? Ну, да ладно. И я пообещал. Чего для брата не сделаешь? Тем более, что и обещать-то нечего! Вероника ещё неизвестно в залёте или нет, да и кого нам с ней Бог даст первым – тоже тайна, между прочим! Но, вернёмся к нашему грустному делу. - Она права, Аарон, его светлость ввязался в очень скверную историю. Думаю, тебе лучше не знать подробностей, чтобы в случае, если не удастся её замять, ты на самом деле мог присягнуть о своём полном неведении. Просто передавай мне записки Оксфорда – и всё. Но умаляю тебя – заткни свою жену! И попроси её не лезть в душу Веронике. Мне не нравится, когда моя личная жизнь становится достоянием гласности, пусть даже в очень узком кругу. А моя жена ещё не в состоянии отличить искреннее участие от тупого любопытства, которое так и прёт из твоей жены! И не надо так сердито на меня смотреть – ты прекрасно знаешь, что я говорю правду! Твоя жена не должна совать свой нос в дела мужчин! И тем более – сейчас! Прекрати ей потакать! Женщина должна знать своё место! Аарон покраснел – он прекрасно осведомлён о моих похождениях, и, видимо, не один раз возмущённо высказывался о них в присутствии Андреа! А уж невестка точно, изнывая от любопытства, естественно, изливалась в мою сторону своим ядом! Её поганый язык – это тоже одна из причин, почему я с ней не переспал. Была бы она поскромнее – я бы ей на деле показал некоторые очень интересные штучки, а теперь она вот пытается у моей жены выпытывать – почему ко мне, эдакому извращенцу со стажем, бабы не только липнут, но и норовят вернуться с завидной регулярностью? Веронику надо тоже приструнить. Или сделать с ней такое, что она просто не сможет описать словами! Из задумчивости меня вывел брат: - И всё же, что сделал отец? Пойми, я должен знать. - Скажем так, он сильно сдружился с соседями земель Эйдон. С не дружелюбными соседями, Аарон, которые, суки, на половину разрушили мой замок! - Но он же в качестве свадебного подарка дал тебе денег на его восстановление? – недоумевал он. - А куда бы он делся? – хмыкнул я и вытянул ноги. Нет, я просто обязан прекратить этот разговор. Зря я его затеял. Хотя, нет, не зря! Я же попросил его заткнуть Андреа? Будем считать, что за ради этого я тут в лесу и прохлаждался с арбалетом наперевес. Во всяком случае, пусть он так считает. А я могу теперь быть уверенным, что Аарон на самом деле ничего не знает о «подвигах» Нортумберленда! Надо срочно об этом отписать дяде Генри и оправить к нему посыльного. Или лучше отправить письмо Тому? Нет. Лучше напрямую, это не должно вызвать подозрений - просто любящий племянник сообщает дорогому дядюшке о том, как идут дела по восстановлению одного милого приграничного замка… Нет, надо его всё-таки предупредить в отношении наших так называемых матримониальных планов, а то мало ли? Отец всё же! - Ты только не сердись, - я скромно улыбнулся, - Но, чтобы свести к нулю папенькины «выверты» мы с Генри начинаем переговоры с Шоном МакКуиноном, это насчёт Алисии… Он старше её на восемь лет, но ведь это не критично? Год он вполне может подождать, он – лэрд приграничного клана, он достаточно богат, имеет сильных воинов и он очень влиятелен среди своих! - Хватит! – оборвал меня брат, - В общем, ты хочешь отдать мою малышку за своего дружка Шона? И Ланкастера, как я понимаю, на это надоумил именно ты? Знаешь, меня не смущает разница в возрасте, меня смущает то, что он – твой закадычный дружок, Роб! У тебя весьма специфические друзья, а я бы хотел для своих дочерей простого женского счастья. Пойми меня правильно, я не хочу обидеть тебя, но я не уверен, что Вероника когда-нибудь будет просто счастлива рядом с тобой, не оглядываясь, просто счастлива. Ты же никогда не нагуляешься, хоть и будешь регулярно к ней возвращаться, а она будет вынуждена без конца прощать тебя… Понимаешь? Возможно, у мужа иногда и может случиться связь на стороне, но это крайне редко, братец, и то, когда он в походе или ещё где, но очень долго нет женщины! А ты же измудрился на второй день после свадьбы спутаться с какой-то девкой… Роб, - он вздохнул, - Чёрт, Роб! Неужели ничего другого сделать нельзя? Ты же умный! Придумай что-нибудь ещё?! - Я думал, Аарон! Много думал! У меня чуть мозг не вскипел, когда я получил последнее письмо от дяди! И будь так добр – не суй свой нос в нашу с Вероникой постель! Нашёлся, блядь, моралист! Я резко поднялся, и чуть ли не бегом побежал к Нортугу. - Роб, я действительно не хотел тебя обидеть! – хотел он или не хотел! Какая теперь разница? Да и не обиделся я, сам знаю, что по-скотски поступаю с женой! Но ничего с собой я поделать не могу! Ничего! Когда же вы все это поймёте-то? - В общем, выбирай – или папаша теряет титул, и твоя многоумная Андреа никогда не становится герцогиней, или ты отдаешь дочь за МакКуинона! – резко бросил я, - Эдуард, как ты, думаю, прочитал, слишком слаб, а Генри на него слишком зол! Нортумберленд может просто стать разменной монетой в их решающей схватке, и я бы на твоём месте, поставил на Ланкасетра, а не рассуждал об эфемерном женском счастье! Что ты в нём понимаешь? Все они по своей сути – кошки! Кто погладит – тот для них и хороший! Всё, проехали! Ты обещал моей жене вернуть меня к первому обеду! Блядь, вывел меня, тупень габаритный! Я закинул один из мешков (естественно, тот, что поменьше!) поперек седла, свистнул псу и запрыгнул в седло. - Роб, ты жесток, - тихо сказал мне Аарон, забираясь на своего здоровенного боевого коня. - Поживёшь, как я – вообще озвереешь! – пообещал я самое приличное, что в этот момент пришло в мою голову, - Поехали. И передай отцу, что я вполне счастлив, и что работы по восстановлению замка уже начались. Смету и чертежи я уже получил, к осени ближе начнут поставлять камень для стен, а сейчас делаем небольшой ремонт деревянных частей крыши. И перестань меня учить, пожалуйста. И ещё о женском счастье Алисии – Шон ей его обеспечит, можешь не волноваться! Мои, как ты изволил выразиться, закадычные дружки, умеют обращаться с женщинами! – я легонько пришпорил Нортуга и медленно выдвинулся обратно к замку. Аарон нагнал меня сразу, он протянул ко мне руку и тронул мою перчатку: - Просто ты меня пока что не понимаешь, братик, вот когда твоя жена подарит тебе дочь, тогда ты поймёшь меня… Я ведь ничего против МакКуинона не имею… Он доблестный воин и достойный лэрд, но Алисия - моя дочь! Это так странно, что твой друг будет иметь интимные отношения с моей дочерью… Мне надо свыкнуться с этим… И Андреа, она же мать… Свыкайся, сколько влезет! Но вслух я сказал, естественно, другое: - Я понимаю тебя… А вот Андреа лучше пока что ничего не говорить! – я немного помолчал и добавил, - Я не хочу быть герцогом Нортумберлендским, надеюсь, ты меня понял! Всё. Я это сказал. Теперь всё зависит от твоего, Аарон, умения промолчать и сделать умный вид при паршивой игре! - А почему Генри так зол на сводного брата? Твою мать… Этот вопрос ввел меня в некоторый ступор. Я не уверен, что тебе это будет приятно узнать! Тем более, это касается не только Эдуарда и Генри…И я беззаботно соврал: - Понятия не имею! – по его взгляду я чётко понял, что он мне точно не поверил, правда, и настаивать на честном ответе не стал, всё же не совсем тупой, что-то понимает. Я чуть пришпорил Нортуга, давая понять Аарону, что больше я ни слова ему не скажу на эту тему. Теперь – думай, дорогой мой, сам! Аудиенция у свежеиспечённого графа Эйдона окончена! Все свободны. Кроме графа – ему, скотине, никуда от себя не деться! Прибыв в замок, я первым делом отправился посмотреть, как идут дела по расчистке подземелий дижона – вроде всё нормально. Работают двое, а мистер Симпсон за ними приглядывает. Пока я отсутствовал, никаких происшествий не было – это хорошо, а то я, если честно, побаиваюсь – вдруг рабочие попадут в какую-нибудь совсем уж гадкую ловушку? У меня в Итале есть глубокая яма с кольями на дне, но мой замок несколько старше Эйдона, может, тут нет таких «прелестей»? Тогда, возможно, их надо устроить для непрошенных гостей? Замок-то приграничный… Мне из-за этого неуютно как-то… Не исключено, что я натуральный параноик, но свою шкуру я люблю самозабвенно! Прибежал запыхавшийся Лари – его прислала моя жена, согласно её повеления я срочно должен предстать пред её светлые очи! Хрен с тобой, иду, дорогая! Вероника, когда я вошёл в большой зал, выглядела несколько испуганной, но увидев меня, заметно успокоилась и даже как-то робко улыбнулась. Она что, думала, что я уеду от неё в то время, как у нас гостят брат с невесткой? Я, конечно, мало дружу с головой, но инстинкт самосохранения у меня развит, можешь не волноваться, милая моя! Я подошёл к ней и, как мог, вежливо поклонился своей леди. Вот дурашка-то! И опять этот мерзкий взгляд Андреа! На этот раз его заметил даже Аарон и немного покраснел от смущения – что, думал, будто у меня слишком живое воображение? Да у меня вообще нет воображения! Я тупо сопоставляю имеющуюся информацию! Пока брат с женой гостили у нас – Аарон ещё два раза ездил охотиться, но уже без меня, я упорно продолжал приглядывать за всё больше напрягающим меня подземельем дижона. Андреа после моего памятного разговора с Аароном начала смотреть на меня другими глазами – чувствовалось, что она меня начинает бояться по-настоящему. Отлично, глядишь, перестанешь совать свой длинный породистый нос в мужские дела! Наконец, они уехали. Я вздохнул с облегчением, Аарон тоже выглядел, как будто час рубился на мечах и, наконец, получил отдых! Андреа, как обычно, светилась великим счастьем, но по глазам читалось – ей страшно, ой, как страшно! Лучше всех во время этого родственного фарса чувствовала себя Вероника – эта наивная продолжает всё принимать за чистую монету! Я попытался ей намекнуть, что родственнички не просто так нарисовались, нет, она меня не поняла. Она прибывает в полном восторге от Андреа! Ещё бы! Эта сучка умеет расположить к себе! Молодец, конечно, но я не хочу, чтобы моя жена оказалась в невыгодном положении из-за излишне шустрой жены моего брата! Вероника так и не заметила, что Андреа ей просто завидует, а в бабской среде зависть – страшное оружие, можно ожидать любой гадости, а моя наивная супружница этого даже не понимает! Дай мне Бог терпения с этой святой! Интересно, что она скажет, если узнает, кто я есть на самом деле? Только они уехали – и понеслось! Ланкастер слал письма одно за другим! Информация, которую передавали посыльные на бумаге, была туфтовой, а то, что они передавали на словах, меня приводило в бешенство всё больше и больше! Лорд Персиваль, убедившись, что я прочно сижу в Эйдоне и сторожу эти развалины, совершенно обнаглел, считая земли моего графства практически своими вассальными землями, и давая разрешения на проход через них всем, кому только не вздумается, вглубь Британии! Короче – Ланкастер занял выжидательную позицию, правда, согласился с тем, что Аарон вообще ничего не знает об отцовских интригах, а вчера даже милостиво передал мне кокетливое стихотворное послание, суть которого сводилась к тому, что некий граф может спать спокойно – уж его-то шкуре точно ничего не угрожает! Успокоил, блин. А под дижоном вчера всё же нашли эту грёбаную «яму смерти»! И не одну! В общем – одним грехом на моей душе будет меньше. Ещё бы жена забеременела – совсем бы жизнь удалась, но сегодня утром она, невинно хлопая ресницами, сообщила, что у неё кровь! Фу! Меня чуть не стошнило! Хорошо, что хоть вовремя сказала, а то, если бы увидел кровь на своих руках – ну, не знаю, что бы со мной была? Помню, у Нэн приключились эти дела, и я увидел кровь на её ляжках! И смех и грех – в обморок упал! Нет, до своего знаменитого похода с армией Его Величества, я крови не боялся до такой степени! Но после того боя… Что-то с моей и без того хрупкой психикой произошло, и меня как обрубило – вижу кровь и всё – выносите или несите тазик – тут как повезёт, но других вариантов нет. Чёрт, ну не могу я тут находиться, зная, что у неё это дело! И я быстренько раздал указания, потом велел седлать Нортуга и собираться Лари – пережду эту неприятность где-нибудь в более приятном месте! Короче, Роберт, друг мой, что-то ты засиделся в своём замке! Надо бы навестить Нэн с её необузданными желаниями и умениями, а там – как карта ляжет, так и поступлю! И вообще – зверски хочется нажраться до полной отключки! Папаша, между прочим, виноват! В общем – после дикого известия о женских днях, произошедших прямо в постели с утра, я сообщил Веронике, что уезжаю к отцу. Один. Она, естественно, не сильно поверила, но согласилась со мной, что ей не следует покидать Эйдон, тем более, что я вернусь через пару недель! Ну, вернуться мне через указанное время было явно не судьба! Через неделю я нашёл в себе силы выехать от Нэн, потом на пару дней заглянул к себе в Итал, а откуда со своими друзьями направился в один миленький городок – навестить наших общих знакомых и расслабиться в таверне. Это был просто один пьяный угар. Мне даже показалось, что я видел в каком-то притоне собственную жену! После этой галлюцинации я решил прекращать это безобразие и проваливать в Эйдон, пока совсем крышу не снесло! Прибыв ровно через две с половиной недели в замок, я обнаружил, что моей жены дома нет, миссис Маршалл довела до меня, что у меня позавчера не было галлюцинаций, моя супружница действительно была в городе, и что она получила письмо от какой-то своей дальней родственницы, после чего резко собралась и уехала к ней в Лондон в Чипсайд. Дура ревнивая! Ну и сиди там, пока я не решу – нужна ты мне вообще или нет! Я зол! Страшно зол! Ни одна женщина не поступала так со мной! Никогда! Я изловил мистера Симпсона – выслушал его внимательнейшим образом, никакого криминала не обнаружил (жаль, а так хотелось наорать на кого-нибудь!). Хрен с ним! Велел продолжать работы. Понёсся искать, где хоть что-нибудь не так?! Суки! Всё, как я велел!!! К утру я уже не мог найти себе места в этом проклятом замке! Нет, мне тут больше нечего делать! - Лари! – заорал я, ввалившись с первыми солнечными лучами в его каморку - Собирайся, мы уезжаем в Лондон! На Мэйфер! Бегом! – и для придания скорости наподдал ему под зад, чего со мной вообще ни разу в жизни не бывало. Что со мной происходит? Неужели, как фигурально выражается дядя Генри, «перенедопил»? Следовательно – надо продолжить начатое и так резко брошенное, а эта дура ревнивая пусть пока подумает над своим поведением!
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.