Притворщик

Джен
R
Завершён
233
автор
Размер:
133 страницы, 13 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
233 Нравится 59 Отзывы 113 В сборник Скачать

3. Равновесие

Настройки текста
Густая синяя жидкость качнулась в бокале, едва не выплеснувшись через край, но равновесие было легко восстановлено ловкой рукой, а единственная сбежавшая капля — украдкой уничтожена кончиком языка. Сверкнув браслетом полированного металла, девушка поставила коктейль на стол и одним плавным движением скользнула на свое место возле скучающего над картами игрока. Томно вздохнула и прижалась щекой к плотному сукну мундира, прикрывая глаза. И тут же почувствовала волну чужого раздражения. Похоже, ее «подопечному» отодвинуть локтем настырную красотку мешала только необходимость соблюдать приличия. И сидящее по ту сторону стола непосредственное начальство, устроившее этот фарс. «Как интересно», — Ила покосилась на сестру, примостившуюся на дальнем подлокотнике низкого дивана, отметив, что та держит максимально возможную дистанцию от порученного ее вниманию объекта. Иза безмятежно улыбалась, машинально наматывая выпущенную из прически длинную прядь на палец, и делала вид, что следит за игрой. Рабочая маска, никакого реального участия. Но, как ни странно, именно такое отношение не вызывало никакой отрицательной реакции. «Проверим свежую теорию», — Ила кончиками пальцев пробежалась по складкам рукава, к которому все еще прижималась щекой, невзначай коснулась кожи у самого края манжеты и едва не отдернула руку — чужая эмоция ударила, словно током. Грубо говоря, ее просто стряхивали, как настырное насекомое. Едва слышно фыркнув, девушка отстранилась, успев поймать смазанное «одобрение», смешанное с легкой насмешкой. «Он догадался, но как?» — скрыть растерянность помог позабытый владельцем коктейль, оказавшийся на пробу убийственно сладким. Черноволосая красавица едва заметно поморщилась и впервые соизволила обратить внимание на окружающую действительность. Раз уж не удалось решить обычную задачу изнутри, стоит поискать ответ снаружи. Или обнаружить очередную загадку. Бросив выразительный взгляд на Изу, девушка мило улыбнулась нанимателю и замерла неподвижно, приготовившись наблюдать за финальным действием сегодняшнего спектакля. — Игра, молодой человек, весьма полезная вещь, — вице-адмирал аккуратно выложил на стол карты, откинулся на спинку кресла и с интересом естествоиспытателя уставился на сидящего напротив офицера. Дам, разместившихся по обе стороны от его сегодняшнего партнера по игре, он привычно проигнорировал. Яркие, но холодные в своей изысканной красоте, они были лишь удачным дополнением к мебели, призванным создать доверительную обстановку и помочь жертве эксперимента расслабиться. — Я слышал, — уклончиво ответил тот, — что сабакк неплохо развивает математические способности, уменьшает время принятия решений и учит осмысленному риску. Все верно? Старр благосклонно кивнул, подтверждая правильность сказанного. Еще бы — ведь это были его собственные слова. «А еще здорово облегчает карман», — мысленно дополнил Фирмус, разглядывая свои карты. Число набранных очков недвусмысленно намекало на то, что с деньгами ему придется расстаться. И сумма проигрыша примерно втрое превысит ожидаемую. «Шеф никогда не играет больше, чем на месячный оклад оппонента», — вспомнил Пиетт слова адъютанта вице-адмирала, вводившего его в курс дела перед игрой. Но то ли он был действительно безнадежен в сабакке, то ли Старр увлекся. Причина проигрыша была не слишком важна, сейчас Фирмуса больше интересовали последствия. Как рассказал ему все тот же вездесущий каплей, проигравшие, а проигрывали Ричарду в первый раз практически все, погашали долг в течение пары месяцев. Для вице-адмирала финансовая сторона вопроса имела скорее воспитательное значение, пускать по миру офицеров своего управления Старр не собирался. Как и взваливать на них непосильные денежные обязательства. Подобное отношение давало интересный эффект. С одной стороны, подчиненные начинали относиться к шефу лучше, ведь выигрывал Ричард исключительно благодаря опыту и выдающемуся таланту, с другой — стремились Старра превзойти. А это требовало совершенствования умений и тем самым позволяло адмиралу получить то, что он хотел — специалиста, который умеет быстро и хорошо соображать и не боится принимать решения. Для аналитического управления, один из отделов которого специализировался на проблеме мятежников, качества не только полезные, но и просто необходимые. «Ненавижу долги. И глупые обязательства». Пиетт молча выложил на столешницу дюжину пятисотенных кредиток. — Благодарю за интересную партию, сэр. Было очень... познавательно, — Фирмус вежливо кивнул адмиралу. — А теперь прошу прощения, я вынужден вас покинуть. Надеюсь, следующий ваш противник будет играть лучше. «И не продемонстрирует такого вопиющего незнания основных правил самой распространенной в галактике игры». — И сможет оценить столь изысканное общество, — с вымученной улыбкой Пиетт вручил оставшиеся две кредитки сидевшим по обе стороны от него дамам и поспешил откланяться. *** Мысленно проклиная все азартные игры на свете, Фирмус автоматически считал ступеньки парадной лестницы, пытаясь придумать, как бы ему отказаться от неизбежной следующей партии, не оскорбив начальство и не прослыв трусом. Впрочем, оставалась слабая надежда на то, что Старр примет во внимание сумму проигрыша и на некоторое время оставит его в покое. Вопрос в том, оставят ли сослуживцы и хватит ли этой «паузы» на то, чтобы выучить, наконец, правила. «Лучше бы адмирал практиковался в стрельбе по тарелочкам, там хоть можно организовать несчастный случай», — занятый своими мыслями аналитик едва не налетел на внезапно появившуюся перед ним девушку. Но та изящно избежала столкновения, одним длинным шагом оказавшись на две ступеньки ниже. И по-прежнему преграждая ему путь. Вторая барышня, как две капли похожая на первую, появилась из-за колонны за спиной кавторанга. — Что еще? — раздраженно спросил Пиетт, мгновенно передумавший извиняться. Слишком уж это было похоже на заранее подготовленную ловушку. Попадаться в которую у него не было ни малейшего желания. — Деньги вы уже получили. Теперь хотите голову на блюде? Стоящая перед ним девушка недоуменно моргнула, но быстро пришла в себя и рассмеялась. — Нет, мы не из этих, не анзати, — она смешно сморщила нос, прижав кончик указательным пальцем. — И мозги предпочитаем видеть в комплекте с владельцем. Так намного интереснее. — Анзати? — переспросил сбитый с толку Фирмус. — Легендарные вампиры, питающиеся эмоциями своих жертв. Ну и содержимым черепной коробки, — девушка насмешливо выгнула бровь, заметив, как вздрогнул стоящий перед ней человек. — Бросьте, капитан, мы даже не кусаемся. — Позвольте усомниться, — парировал Пиетт, уязвленный этим замечанием. — Не хотите проверить? Невинный на первый взгляд вопрос в сочетании с тенью улыбки, застывшей в уголках карминно-красных губ, приобретал совсем другой подтекст. — Нет. — Это неправильно, — девушка медленно покачала головой. И, словно приняв какое-то решение, резким движением руки разрушила прическу, выдернув единственную удерживающую ее шпильку. Превратив некогда аккуратный узел в хаос перепутанных локонов. Перебросила рассыпавшиеся волосы за спину и взъерошила, пытаясь придать им нарочитую растрепанность. Но тяжелые иссиня-черные пряди стекли по лазурной ткани платья шуршащей волной и застыли в пугающей неподвижности. Зрелище завораживало, но Пиетт прекрасно понимал, что на это и рассчитано, а движение тщательно выверено и отрепетировано. — Что именно? — поинтересовался Фирмус, не двигаясь с места и наблюдая за сменой выражений лица собеседницы. Актрисой она была превосходной, но милое личико и длинные ресницы — еще не повод потакать даме во всех ее прихотях. Как и пронзительно светлые голубые глаза с ироничной искрой в глубине зрачка. — Все. Не дождавшись реакции на это спорное утверждение, девушка едва заметно пожала плечами и пояснила, машинально похлопав себя вынутой из прически шпилькой по подбородку: — Например то, что вы от нас шарахаетесь. Хотя за столь щедрые «чаевые» смело могли бы претендовать на толику нашего внимания… «Все интереснее и интереснее. Зачем, спрашивается, навязываться, получив недвусмысленный отказ? Из врожденного любопытства? Или… или это всего лишь очередная проверка?» — Его я уже получил сполна, спасибо, — после минутного молчания отозвался кавторанг. — И оплатил. Вам осталось лишь отчитаться своему начальству о том, пригоден ли очередной подопытный пшуун для своего лабиринта или задачка оказалась для него слишком сложной. «И уйдите, наконец, с дороги! Спускать даму с лестницы не в моих правилах, но их, похоже, пора основательно пересмотреть». — Ошибаетесь, господин аналитик, — взгляд голубых глаз стал жестким. — Мы не работаем ни на Старра, ни на СИБ, или что вы там еще подумали. «А на кого же? И кем?» — Вот как? Тогда что же забыли в стенах этого заведения две столь разнообразно одаренные… — Фирмус выделил опасное слово маленькой паузой, — дамы? — Не льстите нам, у вас плохо получается, хуже сабакка, — девушка шагнула вперед и взяла его под руку, ощутимо впившись ногтями в локоть. Пиетт не сомневался, что со стороны эта сценка выглядела как успешно завершившийся торг. Но чем она была на самом деле, он пока не понял. Хваленая интуиция молчала, а придумать разумное обоснование происходящему почему-то не получалось. — Как и ожидалось, я безнадежен, — притворно вздохнул Фирмус, машинально отметив, что его собеседница, несмотря на кажущуюся хрупкость, во-первых, выше его ростом, а во-вторых, находится в отличной физической форме. Разумеется, ее можно было бы принять за танцовщицу или ночную бабочку особого толка, но что-то подсказывало — подобный вывод не только ошибочен, но и опасен. — Увы, нет. Поэтому позвольте все же навязать вам свою компанию. Раз уж вы за нее заплатили. Едва слышный двойной смешок растаял в воздухе. *** Пристроившись на краешке указанного ему полукруглого диванчика, заваленного расшитыми подушками, Фирмус наблюдал за тем, как девушки зажигают разноцветные лампы, наполняющие полумрак небольшой комнаты причудливыми тенями. Нельзя сказать, что обстановка производила успокаивающий эффект, но интерьер создавался явно в расчете на менее нервных посетителей. Пиетт вспомнил шутку про вампиров и скривился. Существуй подобные твари на самом деле — маскироваться под таких искательниц приключений было бы для них оптимальным вариантом. «И почему мне в такой ситуации лезет в голову всякая ерунда?» Казалось бы, две обеспеченные барышни — а даже на его неискушенный взгляд стоимость нарядов и украшений сестричек тянула минимум на несколько тысяч — зачем-то решили развлечься и выбрали для этого вполне подходящую жертву. Достаточно воспитанную, чтобы не послать нахальных девиц подальше или попытаться использовать их по прямому назначению без лишних церемоний, и достаточно безответную, чтобы не превращать все это в скандал вне зависимости от итогов визита. «Интересно, что будет большей глупостью — попытаться уйти или все же остаться?» Нервозность гостя, похоже, стала уже слишком явной, поэтому «хозяйки дома» прекратили свой спектакль и снизошли до объяснений. — Пожалуй, вы хотите знать — зачем вы здесь? — старшая из девушек оставила в покое лампу и повернулась к своему невольному собеседнику лицом. Фирмус медленно кивнул. — Что ж, причина проста — вы нас заинтересовали. — Нас — это кого? — осторожно уточнил Пиетт. Воображение мгновенно нарисовало ему на выбор несколько вариантов — от вербовки мафией до продажи государственных секретов очередным мятежникам. Хотя последний вариант он по некотором размышлении счел абсурдным. Зачем платить деньгами за то, что покупается за жизни молодых и наивных последователей? — Нас, это Илу и Изу Каар. Проще говоря, меня и мою сестру, — усмехнулась девушка. — Мы, нагаи, умеем чувствовать чужие эмоции. А у вас… — Нагаи? — нахмурился Фирмус, пытаясь понять, что может обозначаться этим словом, упорно ассоциирующимся у него с рептилиями. Каар недоверчиво покачала головой, словно порицая недогадливость гостя. — Наша раса. Не люди, но… почти. — И этого «почти» достаточно, чтобы не задумываться о возможных последствиях избранной… профессии? — с нехорошей усмешкой поинтересовался Пиетт, внимательно разглядывая лицо стоящей перед ним девушки. Но та удивительно хорошо владела собой и на откровенное оскорбление даже не поморщилась. «А должна была…» — Нет, но возможность ошибки придает жизни особый, пряный привкус. Особенно когда дни скучны и серы, — Ила опустилась на диван и привычно поджала ноги, продемонстрировав их во всю длину в высоком разрезе платья. — Так что же не так с моими эмоциями? — Фирмус попытался вернуть разговор в прежнее русло, пока это было возможно. — Их слишком много для такой серой посредственности? — Не наговаривайте на себя, — Ила дернула точеным плечом. — Вы удивительно хорошо держитесь для человека, который проиграл так много. Сегодня старина Дик был удивительно бесцеремонен. До Пиетта не сразу дошло, что речь идет о вице-адмирале Старре. «Однако… И как это, интересно, стыкуется с предыдущим утверждением? Или работа и «покровительство» проходят по разным спискам? Или… сарлачий хвост, слишком много вариантов». — Ровно столько, сколько мог себе позволить, — Фирмус остро пожалел, что ему некуда отодвинуться. Ила сидела настолько близко, что он ощущал тепло ее острых коленей. А неподдельный интерес в широко раскрытых глазах нагаи неприятно отдавал зверинцем. — Неплохо платят штабным офицерам, как я погляжу, — гортанно рассмеялась Каар. — Или все прочие всего-навсего скряги? — Возможно, они просто лучше играют, — произнес Пиетт и тут же разозлился сам на себя — сожаление в его словах прозвучало слишком уж явно. — О, это легко исправить, — прошелестел голос второй нагаи прямо над ухом. Девушка подошла абсолютно неслышно и теперь стояла, небрежно облокотившись на спинку дивана. — Мы можем научить вас Игре. Настоящей, а не этому скучному перекладыванию карт, которое мы все сегодня имели сомнительную честь наблюдать битых два часа. Фирмус недоверчиво нахмурился. Барышни были похожи на кого угодно, но не на профессиональных игроков. — Мы не так хороши, как некоторые, — Ила положила голову на согнутую руку и теперь наблюдала за собеседником через вуаль растрепавшихся прядей. — Тут мы лишь украшение интерьера и в некотором смысле специалисты по кризисным ситуациям. Казино платит нам за то, что мы определяем нечестных игроков. И не даем им выигрывать. «О способах даже не буду спрашивать», — мысленно фыркнул Пиетт. Какими бы скрытыми талантами ни обладали эти двое, в их присутствии попросту начинала кружиться голова. Не говоря уже о частящем пульсе и прочих радостях. — Я похож на шулера? — попытался пошутить аналитик. — Нет, — рассмеялась Иза, — так проигрывать научиться невозможно. — В этом вы были совершенно искренни, — Ила тоже улыбнулась, но формально, без эмоций. — Вы терпеть не можете играть, с размахом проигрываете, но умудряетесь при этом замечать, что вас «читают». Хотя во время партии у вас такая каша в голове, что непонятно, как вы вообще умудряетесь различать карты, господин капитан. Несколько неожиданный набор для человека, который пришел развлекаться. Пиетт вздохнул. — Боюсь, вы ошибаетесь, о развлечениях речь не шла. Для меня все это не более чем неприятная обязанность. А стрессовая ситуация любого заставит встряхнуться. В спокойном состоянии… — А оно вообще у вас бывает? — старшая нагаи сдула с лица мешающую прядь и уставилась на кавторанга немигающим взглядом льдисто-голубых глаз. — Вы все время ожидаете какого-то подвоха, сидите как на иголках. Игнорируете даму, в конце концов. — Вы всегда так настойчивы? — бледно улыбнулся Фирмус. — Только когда заинтересованы, — Ила прикрыла веки, разрывая зрительный контакт, и непринужденно сменила тему: — Кстати, раз уж мы заговорили о сабакке, капитан, позвольте пару замечаний. Первое — настоящая Игра требует или досконального знания нескольких наборов правил, исключений и допущений, или блестящей импровизации, — старшая нагаи помолчала секунду, обдумывая какую-то мысль, и негромко фыркнула. — Впрочем, вам это не грозит. Вряд ли вы способны как на первое, так и на второе. Поэтому придется комбинировать. Пиетт героическим усилием воли удержался от озвучивания вертящегося на кончике языка комментария относительно педагогических способностей двух много о себе мнящих девчонок. Слишком уж он был ядовитым. — И с чего же вы предлагаете начать? — как ни странно, нейтральный тон удался кавторангу с первой попытки. — С простого, — почти пропела младшая Каар. — Бессмысленно учить правила, не зная, как их можно применить. И как обойти. «А вы, надо полагать, большие в этом специалисты», — мысленно парировал Фирмус. — Второе замечание — хорошему игроку нужно иметь ловкие пальцы и уметь читать по глазам, — Ила усмехнулась, разглядывая сосредоточенное лицо сидящего рядом человека. Тот определенно думал о чем угодно, кроме сабакка. А скептически вздернутая бровь указывала на то, что верить ее словам он даже не планирует. — Попробуйте угадать, о чем я сейчас думаю, — девушка улыбнулась и кокетливо повела плечом, вложив в этот простой жест точно рассчитанную дозу насмешки. Но ответный взгляд темно-карих (она наконец-то обратила внимание на цвет!) глаз выбил у нее из головы все мысли. «Что?..» — Вы улыбаетесь, потому что ваша младшая сестра корчит вам рожи за моей спиной, не зная, что вся ее пантомима прекрасно отражается вот здесь, — Фирмус подцепил указательным пальцем крупную ромбовидную сережку и осторожно потянул ее на себя, заставляя девушку наклониться ближе. — Мы так не договаривались, — едва слышно выдохнула Ила, понимая, что еще чуть-чуть — и у нее будет отличный шанс проверить то, о чем она на самом деле думала. — Мы вообще еще не договаривались, — мягко поправил ее Пиетт, — вы просто предлагали мне принять участие в вашем сомнительном развлечении. Но я не слишком люблю неизвестность и игры с теми, кто ради шутки заставляет людей потакать их прихотям. Освобожденная сережка качнулась, как маятник. Но Ила не отодвинулась, продолжая все так же смотреть ему в глаза. И после небольшой паузы произнесла с отчетливо слышимой иронией: — Право, капитан, если вы скажете, что боитесь двух девушек, вся противозаконная деятельность которых заключается в посещении подпольных казино на нижних уровнях Корусканта, мы вам не поверим. Не настолько же вас запугала СБ на вашем секретном объекте. — С чего вы взяли, что я… — слова больно царапнули перехваченное внезапным спазмом горло. — Все просто, — обе Каар откровенно развлекались, перебрасывая реплики, словно мячик, — простите за сравнение, капитан, но цветом лица вы недалеко ушли от собственного мундира. Разве что светлее немного. А значит, долгое время провели при искусственном освещении. Вы штабной офицер, но в столице служите совсем недавно. А для любого другого цивилизованного места у вас слишком строгие личные правила. Не любите людей. Все вместе это дает нам орбитальную станцию или очередную сверхсекретную базу Империи. — Вас это не касается, — отрезал Пиетт. — Отнюдь, — холодное лезвие, возникшее из ниоткуда, уперлось Фирмусу в шею, предупреждающе кольнув кожу точно над бьющейся жилкой. — Вы похожи на СИБовца, — ровно произнесла Ила. — И нам это не нравится. — Я?! — от изумления Пиетт на секунду забыл о приставленном к горлу ноже. — Именно, — кивнула старшая нагаи. — Знаете, за два года в Центре Империи мы видели много разных людей. И все они, так или иначе, подходили под определенный стандарт поведения. Богатенькие наследники, старательные бездельники, прожигатели жизни и так далее. Вы же не вписываетесь в схему. Ваш легкий проигрыш, ваше неверие, презрение и пренебрежение к людям. Ваша самоуверенность, в конце концов… Очень характерные признаки. Весь ваш мир, капитан, крутится вокруг вас. Других вы воспринимаете как помеху, не больше. — Для справки, барышня, это называется эгоцентризм, — зло проговорил Фирмус, осознав, что все это время он подозревал этих двоих в том же, в чем они подозревали его самого. — И к Службе не имеет никакого отношения. А вашу глупость извиняет лишь ваша молодость. Или вы привыкли убивать так же легко, как строить предположения? Резкая отповедь явно не понравилась Изе — нож скользнул выше, заставляя запрокинуть голову и застыть неподвижно. Фирмус мысленно выругался и закрыл глаза, чтобы не видеть уродующую красивое лицо младшей нагаи безжизненную улыбку. — Нет. Хотя надо признать, раньше мы были не столь разборчивы, — Ила помолчала, с холодным интересом разглядывая несостоявшуюся жертву. — Кстати, когда вы догадались, что мы не те, за кого себя выдаем? — На лестнице. Шпилька… и манера двигаться. — Вы видели так много охотников за наградой? — театрально удивилась старшая Каар. «Нет, но я в состоянии отличить нексу от фелинкса!» — Я так и думала. Но сейчас мы убиваем лишь по необходимости, когда угрожают нашей безопасности. И только. Ила жестом велела сестре убрать оружие. — Или когда надоедает очередной покровитель? — не удержался от язвительного замечания Пиетт. — Кому нужны две авантюристки с сомнительным прошлым и туманным будущим? — Мало ли кому понадобится умение читать чужие эмоции? Мафия, военная разведка… — мурлыкнула Иза, в качестве последнего предупреждения мазнув лезвием по коже точно над воротом кителя. И тут же ойкнула, когда поверх ее запястья сомкнулись чужие пальцы, сжав кисть до отчетливого хруста. Шпилька выпала из ослабевшей руки и со звоном покатилась по полу. — Боюсь, у них достаточно своих специалистов, более адекватных, — мрачно сообщил Фирмус, осторожно касаясь царапины и морщась от боли. Младшая нагаи в ответ лишь пожала плечами с деланным безразличием. Пострадавшая рука занимала ее сейчас куда больше, чем любые философские сентенции. — Как бы то ни было, капитан, мы все еще хотим знать, что вас сюда привело: уязвленная гордость, желание самоутвердиться за чужой счет или просто… — Ила на секунду умолкла, подбирая подходящее слово. — Любопытство, — сухо сообщил Пиетт. Сестры негромко рассмеялись. Одна недоверчиво, другая — нервно. — И как, вы его удовлетворили? — насмешливо уточнила старшая нагаи, испытующе заглянув ему в лицо. — Свое — да, а вот ваше… — Фирмус протянул руку и убрал падающую на лицо девушки прядь, проведя кончиками пальцев по высокой скуле. Ощутив прикосновение к щеке, Ила привычно прикрыла веки, пряча за тенью ресниц выражение глаз и отчаянно пытаясь не читать чужие эмоции. Не желая признавать, что в этот раз ей хочется не выиграть, а проиграть партию. — Вы ведь этого хотели? — на грани слышимости, на грани понимания. — Да… — Но почему? — все та же вечная тень, веселая ирония, легко становящаяся злой насмешкой. Звенящая струна, звук которой слышен лишь тем, кто умеет слушать. — Вы ни разу нас не перепутали, капитан, а это такая редкость… — шепнула нагаи, подаваясь вперед. Вдохнуть Фирмус смог минуты через две.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.