Черно-белое

«Солист группы Честер Беннингтон был найден мертвым…» — прозвучало по радио серьезным женским голосом. Утро было пасмурным. Я встала с кровати раньше будильника и по традиции посмотрела в зеркало. Все те же покраснения на лице в придачу к новым акне. Надеясь, а чудо, я нанесла на лицо крем, предварительно умывшись водой. Даллее я накинула на себя халат и спустилась на кухню, чтобы приготовить себе завтрак. Омлет или овсянка? Думаете, я за традиционые завтраки? Нет. Просто кроме яиц и пачки овсянки ничего сносного у нас нет. Моя мама предпочитает для завтрака компанию своих коллег. По ее рассказам в их офисе находится прекрасная столовая, поэтому смысла готовить что-то по утрам смысла нет. Папа же человек не преведливый, поэтому предпочитают чашку кофе с двумя ложками сахара. А что же я? По их словам, я могу купить завтрак в школе или по пути в школу. Хорошо, но есть одно, но — я не люблю ни своих одноклассников, ни своих одногруппников. Поэтому перекусить в школе и универе мне не удается впринципе только по этой причине. Сегодня я выбрала на завтрак ничего. Ничего в последнее время лучшая еда. Ничего это очень экономно и доступно. Ничего я решила запить водой, по пути включив радио. До этого момента я, действительно, думала, что это обычное утро. Но фраза радиоведущей кольнула меня за живое. В голове крутились мысли о том, что это вранье и девушка просто ошиблась в имени, но нет, это было правдой. Я убедилась в этом, когда в ленте новостей начали появляться записи с соболезнованиями и фотографиями музыканта. На официальном сайте не было никакого подтверждения. «Значит неправда» — подумала я, но разум ответил «еще слишком рано». Настроение на сегодняшний день было испорчено, а может не только на сегодняший. Слишком неприятные ощущения. Подавленность и отсутствие всякого желания жить. Я вышла из дома и решив, что день и так испорчен можно опоздать в универ. Я сидела в заброшенной аллее в метрах 300 от школы и наблюдала как с каждой секундой все больше листьев опускается на эту чертову землю. В этом году осень наступила слишком рано. Столько красок падало прямо к моим ногам. Охра, алый, умбра, сиена, кадмий. Я могла перечислять еще много оттенков этих листьев, но у природы более совершенный вкус, потому как она расписывает осень в такие невероятные тона. Это было так волшебно. Будто слезы с моих глаз, падали и эти листья. Жаль, что они падают на эту гнилую землю. «Честер, как ты погиб?». Ты тоже решил оставить вершины и сгнить в сырой земле? Это невозможно. Я ощущала себя слишком маленькой для этого мира. И дело не в моем росте. Просто я не привыкла жить по законам взрослых и спокойно воспринимать смерть людей. На свою жизнь мне все равно, а вот за жизнь родных я могу бороться. Честер был мне родным по моральным ценностям. Тексты его песен, действительно несли для меня определенный смысл. И вот шагаю по дороге. По той дороге, где я слушала композиции Linkin park и понимала, как хорош, и одновременно ужасен этот мир. Все хорошо, Бэтти. Все хорошо…

***

Я села за парту и даже не соизволила снять наушники, хотя и прозвенел уже второй по счету звонок. В аудитории еще не было преподавателя. Но в отличии от школы, в такой ситуации не было шума или каких-либо криков. Здесь учатся взрослые (почти) люди, которые умеют вести себя адекватно. Знаете, иногда хочется создать образ некой сучки, которую все ненавидят, но при этом уважают. Такие люди выражают свое мнение с которым соглашается большинство. Я никогда не имела возможности высказаться и поднять важность какой-либо проблемы. Меня просто не слышат. Сейчас же я попытаюсь привлечь внимание не к себе, а к своим мыслям. Философия вполне подходящий предмет для этого. — Привет! Не отвлекаю? Мой взгляд упал на черные пряди волос, которые, кажется были в геле и выглядели такими острыми, что я пялилась на них около пяти секунд. Далее я подняла голову и поняла, что предо мной тот самый Джагхед Джонс. — Нет смысла это спрашивать если ты уже выдернул наушник из моего уха, — ответила я с долей сарказма, думая, что так выгляжу круче, чем в действительности. — Но смысл ответить на мой вопрос остался, правда? — Ты меня не отвлекаешь. — Прекрасно, Бетти Купер. Не отводя от меня взгляда, Джонс отодвинул стул и сел около меня. Какого черта он выбрал это место? Вокруг было так много его новых знакомых, но почему-то он сел тут. «Странно» — прозвучало у меня в голове и у подумала, что не стоит зацикливаться на этой ерунде, и делать так, чтобы этот день быстрее закончился.

***

В течении пары Джагхед задал пару глупых вопрос и в одиночестве посмеялся над моими ответами. Я не думаю, что сильно обидела его своим эгоизмом, потому-что сразу же после звонка он заковылял за какой-то рыжей красоткой. «Вот и отлично», — подумала я. Лишнее внимание мне не нужно, тем более от кумира девочек из средней школы. Утренняя новость не оставляла меня в покое. Настроение было поганым, а мысли такими угнетающими, что хотелось задушить себя собственным шарфом. Из жизни ушел дорогой мне человек и это больно. Я не знаю что делать. У меня нету ни мыслей, ни желаний. Желание что-то делать отсутствует. Еще и Джонс ведет себя как-то странно по отношению ко мне. Зачем он подсел ко мне и начал разговор? Это больше похоже на розыгрыш, когда к какой-нибудь лохушке вроде меня подкатывает местный красавчик и добивается ее расположения. Финал таких историй в частности трагичен именно для этой лохушке, так как ею просто воспользовались от скуки или для поднятия авторитета. Мне не хотелось причинять себе очередную боль, поэтому продолжать игнорировать Джагхеда Джонса было самым верным вариантом. — О, это же Бетти! Познакомься! Я не успела повернуть голову в сторону Джонса, как он уже стоял предо мной в компании идеальной брюнетки. — Вероника, это Бэтти — мой новый друг. Бэтти, это Вероника — моя девушка. Девушка протянула мне руку в знак приветствия, после чего мы обменялись рукопожатием. Внутри крутилась сотня вопросов и я не понимала, что было более странно. То, что Джагхед считает меня другом или то, что у него есть девушка к которой я начинала испытывать ненависть.