***
Рангику видела странный сон. Красивая женщина с каким-то смазанным лицом, заплетала ей косы и тихонько напевала. Это было приятно. Затем картинка изменилась и перед ней какой-то парень танцует с бубном, просто до слез смешно и одновременно горько. Почему? Картинка сменилась на какое-то мельтешение, пространство словно свернутое в спираль, с яркой звездой в вышине. Красивая, вот бы достать? Она хотела полететь к ней. Как кто-то вдруг с силой схватил ее за руки. - Туда нельзя! Удивленная Мацумото посмотрела на помеху."Ух, меня понимают!" Какая-то деваха, похожая на нее же, только ростом не вышла и грудью тоже. - Не смей туда соваться! Еще рано!-"Ну, пожалуйста, послушай,что тебе говорят!" Да кто спрашивает-то тебя, дурочка! Хочу и достану. - Рычи, Хайнеко! - Дура! - уворачиваясь от удара выкрикнула противница. Вопль еще стоял в ушах, но какое это имело значение? Она всегда получает желаемое! Рангику улыбнулась и целеустремленно направилась к звезде. "Боже, ну за что, ты меня так не любишь? Эта, курица, себе сейчас стойкую шизу заработает! Как я только что. Долбанные, мыслеобразы." Настя отчаянно пыталась догнать синигами. Но безнадежно отстала. Поэтому когда она ворвалась в храм своей памяти (да-да, звездная болезнь на лицо), она увидела сначала Мацумото, замершую перед огромной стеной, а уже потом, то, что эта стена транслировала. Аниме, мать его за ногу, а точнее "Энциклопедии" где персонажи выступали как актеры. - Эй... что это? - обратилась синигами к замершей Насте. - Эм, как бы сказать... Ты видишь то, что тебе желанно. Это ведь твой сон. - "Господи, как пафосно-то звучит" - И только тебе решать, что ты увидишь... - "так, побольше замогильщины, и может мне поверят". - В мире живых подобного нет, и уж тем более, никто не стал бы делиться своими воспоминаниями ради какого-то мультика. Еще раз, что это? - кончик меча мазнул по стенке, синигами была напряжена. Странный сон, возможно она не спроста провела сутки в бараках 4-го отряда... Настя застыла соляным столбом. Меч оставил мелкую царапину. Тогда, когда он осыпался пеплом, она как-то увернулась, скорее всего лейтенант просто хотела напугать, а не причинить урон. А сейчас лезвие прошлось по кусочку ее души. Энергия занпакто разрывала духовные связи."Стенка" беззвучно осыпалась. И Мацумото пока этого не видела. Настя запаниковала. Навредить кому-то она не хотела. Но это не значит, что ей причинить вред никто не сможет. Пространство вокруг трещало по швам. Человек предпринял отчаянную попытку это остановить. Вот значит как, малейшая царапина и ты можешь умереть. Девушка напротив синигами вдруг засеребрилась, в светло-голубых глазах была паника. А вокруг раздался шорох. Рангику огляделась и замерла. Пространство вокруг рассыпалось. Мелкие песчинки закручивались в странное торнадо. Девушка что-то кричала. Но ее голос не был слышен. Песок обрушился на них... Тяжести песка не было. Звуки исчезли. Было лишь ощущение легкости. Мацумото огляделась. Она была в своем внутреннем мире. Место, похожее на то, где она впервые встретила Гина. Поля до горизонта, деревья возле дороги. И небольшая хижина из тростника. Хайнеко мрачно смотрела на неё. А в руках держала маленький сине-серебристый камешек, скорее бусину. - Ну что, доигралась, старушка? - Ты о чем? - растерянно спросила Мацумото, и только потом взвилась - Старушка? Да ты на себя в зеркало смотрела! Дитё не разумное! - А зачем надо было мною махать в чужом храме? - Хайнеко злилась - А она еще и спасла одну склеротичку! - Да о чем ты говоришь?! - вышла из себя лейтенант - На вот... - кинула ей шарик напарница - ...полюбуйся. Маленький гладкий стеклянный шарик, слегка светящийся изнутри серебром, синеватого цвета. Теплый. Он слегка задрожал, а перед синигами вдруг появилась девчонка из сна. Полупрозрачная. И тут же исчезла. - И что это значит? - Для тебя похоже что ничего. - со вздохом забрав шарик, сказала Хайнеко и растворилась в воздухе. - Хайнеко, а ну вернись, мерзавка! - От бабули слышу. - донеслось из далека едкое словцо.***
Мацумото резко проснулась. Голова раскалывалась, тело было тяжелым. Собутыльнички все так же не подавали признаков жизни, храпели в два голоса. Ну и как понимать разговор со своим мечом? Она тряхнула головой. Ай, не важно. Она зевнула. Что только с пьяных глаз не привидится. Главное чтобы капитан не вернулся слишком рано в кабинет. Чтобы успеть уйти и ликвидировать гору бутылок из под саке. Повернулась на другой бок. Но сон не шел. Гора бумаг с немым укором взирала на нерадивого лейтенанта. Да сколько же можно? Она раздраженно поднялась. Саке нет, голова болит, а эта гора ее словно в чем-то обвиняет! Нет уж, так не пойдет. Тоширо Хицугая, самый молодой капитан в Готей-13, спешил в свой кабинет. Новый день начался. А работы уже невпроворот. Если бы лейтенант не была столь ленивой, возможно бумажной работы было бы меньше. Он слегка нахмурился. Он был прав на половину. Мацумото не брезговала ни чем для достижения цели. Но как же раздражал этот пьяный вид и запах саке по утрам. Кстати о запахе. Он раздвинул двери и зашел в кабинет, уже привычно хмурясь и готовясь сделать выговор одной ленивой... Мысли сбились, Тоширо потерял дар речи. Кира Идзуру и Хисаги Сюхей смотрели на него ошарашенными глазами, в руках у обоих были стопки бумаг. Аккуратно оформленные и со всеми причитающимися печатями. А за столом, среди пачек рассортированных дел мелькала рыжая макушка лейтенанта. А возле стола валялись бутылки из под саке, которые забыли убрать. - Что здесь происходит? - почему-то шепотом спросил капитан. - Лейтенант сказала,что "не может спать когда на неё так смотрят" - как-то нервно пробормотал Кира. - Кто смотрит? - еще больше недоумевая спросил Хицугая. - Они. - показал глазами Хисаги. - Бумаги. - Что? - Доброе утро, капитан!