Без боя

День медленно клонится к закату, алые отблески появляются на небе, словно его окрасили в кровь. Он отрывается от стола, на котором лежит какой-то документ, и с улыбкой смотрит на заходящее солнце. В последнее время, а то есть вчера, ничего необычного не происходило, и он мог со спокойной душой заняться своими делами, которых накопилось уже прилично. Блеск солнца причудливо играет на тенями на стене, и это заставляет его ещё раз улыбнуться. Но что-то всё-таки не то и не так. Он хмурится, пытаясь вспомнить о чём-то важном, о чём-то, что он забыл, но нужные сведения всё никак не хотят появляться в его голове. Вроде бы он забыл о чём-то важном, очень важном, но из-за частых нападений он совсем замотался, а сегодня такой хороший день, свободный... Он должен был делать что-то сегодня, какой-то план, но он никак не может вспомнить. Он ерошит волосы и бьёт себя рукой по лбу, однако это мало чем помогает. Что же он должен был сделать? Навестить своих товарищей? Да вроде нет. Отправиться на работу? Но нападений же нет, а значит, он совершенно свободен. Доделать кое-какие мелкие дела? Он уже всё сделал. Неужели он забыл прибраться в своём жилище? Но тут и так чисто. Тогда что же он забыл? Какая-то назойливая мысль крутится у него в голове, он хватается за неё, но не может поймать, она ускользает всё вновь и вновь. И тут его осеняет. Он должен был встретиться с ней. Ну конечно! Они договорились обсудить кое-какие детали работы, а заодно и пройтись по городу, отдохнуть от нелёгкой работы и просто расслабиться хотя бы на час, но из-за того, что он такой забывчивый и совсем замотался, встреча вылетела у него из головы. А она, наверное, прождала его там неизвестно сколько времени! Взглянув на часы, он чуть не упал со стула, он опаздывает уже на три часа. Скорее всего она уже ушла, за три-то часа, и нет смысла мчаться на место встречи. А он ведь так хотел... С огорчением вздыхает. Такой шанс упустил. Она была вечно занятая и не могла выкроить для него и часика из своего плотного графика, а он не мог набраться смелости и просто пригласить её сходить куда-нибудь. Он не мог пригласить её на обычную прогулку, нерабочую, прогулку наподобие свидания. Он так долго беседовал с ней на эту тему, договаривался о месте встречи только для того, чтобы об этом забыть. Вот ведь незадача. Она, вероятно, ужасно расстроилась и разозлилась на него и теперь вряд ли согласиться повторить их провалившиеся планы. Он корит себя за глупость. Она ему нравилась, ужасно нравилась, но он не мог сказать ей об этом прямо, у него элементарно не хватало смелости. Они хорошо общались, у них были приятельские отношения, основанные на взаимном уважении, но этого ему было недостаточно. Он не думал о ней, как о хорошей коллеге. Он думал о ней, как о девушке, но, похоже, что она его мнения не разделяла полностью. Её вечно официальный тон нередко вгонял его в уныние, ему еле удалось уговорить её обращаться друг к другу на «ты». Если бы он не сделал этого, они бы до сих пор выкали , как какие-то чинные графы. Ничего более ужасного придумать было нельзя. Он сидит на стуле, уронив голову на руки, и думает о том, какой же он идиот. Забыть об этом мог только полный кретин, ну как так-то? Он же помнил об этом всю неделю, а вот именно сегодня забыл. Конечно, можно списать всё на усталость, но вряд ли такие объяснения её удовлетворят. Она примет это на свой счёт и решит, что он специально не пришёл на встречу, причём его извинения не помогут никоим образом. Стук в дверь прерывает его самобичевание. Он молчит в ответ и уже строит преждевременный план, как ему загладить свою вину за отсутствие на встрече, которую сам же и просил. Назойливые некто опять стучит в дверь, ему ничего не остаётся, как со вздохом обречения разрешить этому неизвестному войти. В комнату входит она. Без лишних слов, без недовольств, без истерик, она аккуратно открывает дверь и так же аккуратно закрывает её за собой. Он подпрыгивает на стуле, когда видит, кто к нему пришёл. Его глаза немного расширяются, и он устремляет взгляд ровно в пол, потому что не знает, что можно сказать, и он настолько ошеломлён её приходом, что у него вылетели все адекватные мысли. - Здравствуй, - медленно говорит она и проходит в комнату, садится на кровать. - Я могу всё объяснить, - его голос звучит приглушённо, и он готовится всё рассказать честно, как было, но она прерывает его жестом руки. - Всё нормально. - Правда? - он не верит своим ушам, хотя, может быть, он просто себя накрутил. - Да, я сама немного опоздала. Не на три часа, конечно, - в её голосе звучит упрёк. - Но тоже опоздала. Не волнуйся, я не слишком долго ждала. Опять вызов, работа. - Да, работа... - ему немного жаль, что она так несерьёзно отнеслась к их встречи. Ну и ладно, главное, их отношения после его провала не испорчены в конец. Между ним повисает напряжённое молчание. Он смотрит на неё, наблюдает, как она откидывает волосы назад и сдувает непослушные пряди с лица. Смотрит, как равномерно вздымается её грудь, когда она дышит, и чувствует напряжение во всём своём теле. Всякий раз, когда он смотрит на неё, во всём его существе словно проходит какая-то необъяснимая вибрация. И это его пугает. Странные телесные ощущения. - Ладно, я, пожалуй, пойду, - говорит она после продолжительного молчания. - Просто хотела повидаться и сказать, что всё хорошо. В ответ он только кивает. Она встаёт с места, но потом, запнувшись обо что-то, начинает падать обратно. Он автоматически подскакивает к ней, пытаясь её удержать, но в итоге побеждают силы гравитации, и они оба падают на кровать, неловко плюхнувшись. Опираясь руками, он смотрит на неё сверху, его совсем рядом с её. Она лежит под ним, рубашка расстегнулась на одну лишнюю пуговицу, что ужасно его отвлекает. Кажется, что в этот момент воздух между ними начинает искриться. Он никогда ещё не был к ней так близко. Их тела соприкасаются, он чувствует тепло, исходящее из её груди, чувствует её дыхание на своём лице, чувствует, как она упирается рукой ему в грудь, туда, где бешено бьётся сердце в попытке проломить рёбра. В его голове возникают неправильные и грешные мысли, и он пытается их отогнать, но как можно не думать ни о чём таком плохом, когда она лежит под ним, такая маленькая и совершенно беззащитная? Вот и он не может не поддаться этому сокрушительному соблазну. Он понимает, что, возможно, совершает ошибку. Но его как будто ниткой тянут к её лицу, всё ближе и ближе, пока из губы не соприкоснулись. Её уста на вкус, как клубника, или ему это просто кажется, но ничего приятнее в жизни он не испытывал ещё никогда. Робко целует её, а когда не чувствует сопротивления, так же несмело проникает языком ей в рот, целует, как взрослый, хотя он сам ещё не такой уж и большой. Она зарывается рукой в его волосы, притягивает его ближе, отчего он шумно выдыхает. Руки его уже не держат. Его уже ничего не держит, ему даже чудится, что все законы земли вдруг почему-то исчезают. Их больше ничего не держит на земле, на этой кровати. При желании он мог бы взлететь вместе с ней. Мозг у него в тумане. Он осторожно, отстранившись от неё, припадает губами к её груди, целует прямо в то место, где расстегнулась злосчастная пуговица. Рукой он касается её бедра, раздвигает ей ноги шире, и сам не понимает, что вообще делает. Мысли вылетели из разума, осталось только странное и очень непонятное желание. А желание чего? Всего. Он хотел всего, что могла дать и даже того, что не могла. Он расстёгивает оставшиеся пуговицы, оголяет грудь в лифчике белого цвета. Касается губами живота, заставив её выгнуться, нежно проводит пальцами по внутренней стороне бедра, почти заходя в запретную зону. Она зарывается в его волосы, протестующе сдвигает ноги обратно. - Аллен, - её томный шёпот заставляет его возбудиться даже больше, чем это вообще возможно. - Что? - он кусает кожу на животе, притрагивается к лифчику и проникает рукой под чашечку, чувствует затвердевшую вершинку. - Я думаю, нам не стоит... делать этого, - она подкрепляет свои слова действиями. Мягко отстраняется от него и застёгивает блузку. Из его рта вырывается обречённый стон, но он понимает, что она права. Всё происходило слишком быстро. - Да, прости, - он отодвигается от неё, наваждение медленно исчезает, и ему становится неловко. Она в ответ улыбается и обнимает его, прижимается к его груди. - Наверное, стоит начать с простого свидания, - задумчиво произносит она, заговорщически ему подмигнув. Он смеётся, качает головой, но соглашается с ней. Они сидят в обнимку на кровати и просто смотрят друг на друга. - Да, пожалуй, стоит, - кивает он и прижимается губами к её чудесным устам...