Школа ЙА и Мэри Сью

Проснувшись утром, я заметила нечто действительно достойное внимания. Первый снег… Я вообще люблю зиму, особенно январь с Новым годом и Дедом Морозом, а снег, особенно самый первый, падающий белыми хлопьями и скрывающий осеннюю грязь, был моим самым любимым аспектом зимы. На завтрак подавали не лобстеров и омаров, которые за несколько месяцев просто приелись, а фруктовый салат со взбитыми сливками «кошкин язык» и молочный коктейль с бананом и двумя ложками сахара, который даже Сэйн, обычно не высказывающий никаких эмоций за завтраком и просто, простите за такое грубое слово, жрущий все подряд, оценил и попросил добавки. Рэйхам, не присутствовавший ни на завтраке ни на уроке, нашелся в уже заснеженном саду. Он сидел на камне фонтана-водопада, который сейчас не работал, а просто застыл, на подстилке, сделанной из своего, похоже, старого свитера, и с детским выражениям лица пускал мыльные пузыри и улыбался, когда они рассыпались на тысячи мелких осколков покрывшего их льда. — Лучше погуляйте — день сегодня прекрасный, — сказал он нам, когда мы целым классом пришли напомнить ему про урок. Некоторые разошлись по укромным уголкам сада доучивать создание Мэри Сью и недавно введенный в программу урок написания постельных сцен. Вела его Виарот Алелльнис, девушка-полуэльф с длинными черными волосами, заплетенными в косу, и ясными голубыми глазами. Остальные же, кто сделал уроки, занимались, кто чем хочет. Рэйхам, сидящий там же, читал «Джен Эйр», Мы с Мари пытались играть в снежки совершенно не лепящимся снегом, Вальтер Бек рисовала Фионорру, положившую руку на плечо мраморному ангелочку, Марти Стю замерзшими пальцами играл на рояле Лунную сонату Бетховена, которую слушала половина класса. Звонарь Петрович прозвонил в Колокол Звонка два раза и мы, немного замерзшие, но довольные, пошли в здание на урок создания Мэри Сью. Мадам Вейнер запустила нас в свой класс с фиолетовым оформлением и на время перемены ушла болтать с Рэйхамом. Мы с Мари сели на столь любимый нами да и другими учащимися школы подоконник и смотрели на снег, запорошивший уже весь сад. «Вот этот снег — он — много маленьких снежинок. Маленьких, но вместе они складываются в то, что покрывает огромные пространства.» — подумала я. Через двадцать минут снова прозвонил звонарь Петрович и мы стали у своих парт, ожидая мадам Вейнер, пришедшую минут через пять. — Здравствуйте, первый уровень! Сегодня мы будем изучать способности Мэри Сью. — по классу пробежалась волна возгласов «Ура!». — Кто скажет первое слово о них? Сью, давайте Вы. — Они безграничны, мадам, — ответила я. Мэри Сью — моя самая любимая тема, ведь что может быть проще, чем говорить о себе подобных. — Правильно, Сью. Мы слушали долгую лекцию мадам о способностях, суперспособностях и супер-мега-гипер-архиспособностях. Неожиданно опять повалил кончившийся на время урока снег и все взгляды устремились в окно. «Смотрите, снег!» — крикнул Марти Стю.«Настоящая метель…» — в восхищении прошептала я. — Класс, не отвлекайтесь, — прикрикнула мадам Вейнер и мы опять посмотрели на нее, — Снега вы еще много увидите! — Но этот — самый первый, мадам, — подала голос Фионорра, — Его нельзя пропустить. В нем есть своя завораживающая красота. Мадам потребовала у неё дневник и я своим мега-зрением увидела, что она написала Фионорре: «Отвлекалась на снег на уроке. 2». Тут мое сердце не смогло стерпеть несправедливости. — Мадам, отвлекались все, а поставили только ей! Нечестно! Я требую справедливости. В итоге дневники забрали у меня и у Марти, хотя я не это имела в виду, а имела то, что все посмотрели на снег и «отвлекались». Но так было гораздо лучше. Я достала перо павлина и стала записывать лекцию.