Энервейт

      Когда я вернулась в Хогвартс, мне назначили самое противное наказание. Нет, это не чистка туалетов, а отмывание котлов. Целую неделю! Хорошо хоть Мародёры составили мне компанию, ведь их тоже наказали. Как всегда. Кто бы сомневался?       Я сидела с кислым лицом и драила котёл, лицо было кислым от ужасной жижи на дне ёмкости, которая воняла, как протухшие носки Питера Петтигрю. Откуда я это знаю? Нет, не подумайте, я не нюхаю ничьи носки. Я что, маньяк-извращенец? Просто в прошлом году Сириус бросил в меня одним такием «боеприпасом», мне так сплохело, что я в обморок свалилась и, попутно поскользнувшись на выроненной из собственного кармана палочке, упала прямо на МакГонагалл, которая каким-то Мордредом оказалась в гостиной. Я сразу же пришла в чувство и побежала прочь, но вдруг наткнулась на Джима, который, услышав крики МакГонагалл, сказал мне выпить какое-то зелье. Оно оказалось оборотным. Я превратилась в Ремуса Люпина, но только почему-то с хвостом. Но, хвала Моргане, декан не увидела пушистого хвостика и, не найдя меня, ушла. Зелье, которое приготовил Джеймс, оказалось неправильным, и я ещё месяц лежала в обличье Лунатика в больничном крыле. — Так что сказала твоя бабушка, Марли? — вырвал меня из воспоминаний Джеймс. — Откуда ты знаешь, что я была у бабушки? — насторожилась я. А может, это вовсе не Джеймс? А, к примеру, переодетый Дамблдор? М-да, кажется, я совсем чокнулась. — Успокойся, нам МакГонагалл сказала, когда мы за чаем «случайно» капнули в её чашку сыворотку правды, — ответил Джеймс. — Марлин, а ты знала, что МакГонагалл любит розовых пушистых зайчиков? — Пресвятые печенюшки, Блэк! Что это ты там у неё выспрашивал, зайчик ты мой розовый? — я начала давиться воздухом от неожиданно нахлынувшего приступа смеха. — Что Блэк? — с невинным лицо младенца-мандрагоры сказал Сириус. — Да-да, именно из-за этих зайцев нас и наказали, — поучительно отозвался Ремус.

***

      Ночь. И вроде бы всё было хорошо, но… Я снова начала сходить с ума. Точнее не я, а моё сознание. Тш-ш-с-с…       Укутан Хогвартс мёртвой тьмой, теперь идти черёд уж мой.       Странный голос, похожий на шипение, пронёсся будто мимо меня. Я не поняла, что это было, я даже не уверена, где прозвучали эти слова. Во сне? Наяву? В моей голове? Я сошла с ума. «Всё, Марлин, совсем с катушек съехала!» — сказала я себе. Пора в психушку! Хорошо хоть Акромантулы в костюмах тыкв не сняться.       «Тш-ш-ш…»       Шипение? Снова? Знаете, а это вполне похоже на змею. Вот только на огромную, слишком огромную. Ну нет, это слишком! А может, нет? Но ведь… Сказки про Василиска просто истории, которыми первокурсников пугают. Да?       Тело пробрала мелкая дрожь…       Василиск. Ужас, оставленный Салазаром Слизерином. По преданию, он… убивал грязнокровок. Но ведь я такая! Чёрт! И что теперь делать? Куда бежать? Стоп! Остановись, Марлин! Твоя мать сквиб, дети от таких браков считаются грязнокровками? Да! Или нет?       Я посмотрела на спокойно спящую на соседней кровати Мэри МакДональд. Эх, жаль прерывать её сладкий сон, но по-другому нельзя. А может, не будить? Всё это ведь бред? Ничего это не бред! Споры с самой собой ни к чему не привели, и я решила разбудить Мэри. На пол наступать было страшно, поэтому я достала волшебную палочку и сдёрнула с неё одеяло. Она снова натянула его до ушей, тогда я снова сдёрнула одеяльце, но МакДональд снова укрылась, и в третий раз я скинула её одеяло на пол. — Какого чёрта! — Мэри вскочила с кровати так неожиданно, что я даже вскрикнула и случайно перебудила всех в комнате.       Лили, проснувшись, включила свет в комнате, а Алиса, всё это время мирно посапывавшая, сощурившись, встала и, запутавшись в одеяле, упала. — Что происходит? — спросила злая Эванс. — Это вы у мисс полуночницы спросите, она с меня одеяло срывала, — Мэри подошла ко мне и села рядом. — За что мне это, я ведь видела такой прекрасный сон! — взмолилась Алиса. — Простите… — с умоляющим лицом сказала я. — Ну так в чём дело? — Лили всё ещё сверлила меня сонным взглядом. — А вы не будете смеяться? — наивно спросила я. — За что мне это! — повторилась Алиса и вновь упала, споткнувшись о тапок. — Я услышала нечто страшное, — на абсолютном серьёзе произнесла я. — Пожиратели? — Эванс оживилась, а в её зелёных глазах промелькнули страх и воинственность. — Министерство? — подхватила Стоун. — Нападение Акромантулов? — неуверенно произнесла МакДональд. — Нет. — А что же? — хором спросили они. — Страшное шипение. — Тьфу, разве это серьёзно? Дайте мне зелье сна, я спать, — сказала Алиса. — Ты издеваешься, МакКиннон? — Лили выгнула бровь. — Ты в своём уме? — Мэри пошла к своей кровати. — Постойте, я серьёзно. Я слышала шипение и голос. Голос змеи, и, кажется, он движется. — Боже, — Лили присела на кровать, не зная, верить или нет, но единственное было понятно — я напугала её. — Постой, ты слышала голос? — Да, в этом и дело, — откликнулась я.       Мэри и Алиса переглянулись. — Василиск? — Мэри, кажется, уже было не до шуток. — Это сказка, которую рассказывают старшие ученики младшим, чтобы те ночью по школе не бродили. О чём вы? Совсем рехнулись? — Алиса тоже больше не хотела спать. — Я слышала! Мне страшно, девочки, он говорил со мной. — Что же тебе сказала ящерица-переросток? — «Теперь идти черёд уж мой». — Бред, Тайную комнату может открыть только наследник Слизерина, — Лили, кажется, лишь успокаивала себя. — Слизеринских потомков в школе нет уже очень давно, он мог там давно рассыпаться в прах. — Василиски могут жить очень долго, тысячи лет, Мэри! Тысячи! — Но тогда с чего бы именно Марлин должна слышать его? — Она змееуст. — Возможно. — Змее… кто? — возмутилась я. — Змееуст, глупенькая, — хихикнула Лили. — Так называют людей, что разговаривают со змеями.

***

      Мои опасения не покидали меня и после этого разговора. Девочки боялись ступить на пол ночью, но не подавали вида, что им страшно.       Позднее начали происходить странные случаи, а потом и вовсе ужасные.       Кэти Маклаген положили в больничное крыло. Никто не знал, что с ней, но ходили слухи, что она обездвижена, а причины так и не нашли.       Я чувствовала в этом свою вину.       Ситуация накалялась.       Мэри постоянно хотела сказать мне что-то, но в последний момент забывала. Или делала вид.       Мне становилось не по себе.       И вот, одной ночью, МакДональд собрала нас в Выручай-комнате. Мы знали, что она скажет.       Нужно спускаться в Тайную комнату…