just

— Ты не умеешь правильно сосать, — говорит как-то Тэхен и вынимает чупа-чупс прямо у него изо рта. Хосок чуть слюной не давится от такой наглости, потому что, кажется, мелкому давно пора вломить, а еще кажется, что сейчас этот вечно в одно место ужаленный будет показывать мастер класс. Обучение начинается с хитрого взгляда и чуть приоткрытых губ. Тэхен облизывается и смачно засовывает конфету в рот, Хосоку даже на мгновение кажется, что тот ненароком свернет себе челюсть. — Да ты ебнулся, — вежливо сообщает Хосок, слушая, как Тэхен издает громкие чавкающие звуки. И это звучит почти неприлично. — Да что ты, — саркастично замечает тот, вытаскивает конфету и причмокивает губами, — то-то ты взгляда оторвать не можешь. Хосоку становится жуть как неловко, потому что Ким-гребанный-Тэхен старательно вылизывает конфету, водит по ней губами, языком и смотрит с вызовом. И усмехается абсолютно по-блядски. И да, Хосок смотрит. А еще думает: то ли Тэхен прирожденная порно-звезда, то ли действительно ебнулся. — То, что ты просто засовываешь его за щеку и делаешь вид, что его там нет, что он ничего не значит, — произносит Тэхен низко, вытягивает руку с чупа-чупсом перед собой и смотрит на Хосока одним глазом, будто примериваясь, — так нельзя. И это выглядит некрасиво. Хосок только хмыкает как-то глухо и ничего не может с собой поделать. Он смотрит на тэхеновы запястья, длинные пальцы, поднимает взгляд выше и залипает на конфету, которую тот вертит в губах и посасывает слишком усердно. Ему кажется, что в груди что-то срывается и стремительно падает куда-то туда, к низу живота.  — А еще, — тихо добавляет Тэхен, прижимает чупс к губам и дергает бровями, — если сосать как ты, то конфета быстро растает. А я умею сосать долго. Блять. — Единственное, что ты умеешь — выносить мозг. — Ты хочешь проверить, что ли? Хосок скептически усмехается и затыкается, хотя самому ржать хочется в голос: Тэхен в роль вошел с концами и, кажется, заигрался. Ситуация складывается абсолютно по-идиотски. Хосок переводит взгляд на чужие губы и неожиданно становится серьезным. Потому что, блять, у Тэхена губы блестят, а еще он всё время водит по ним конфетой и, чтоб его, издевательски ухмыляется. Или призывно, хрен его разберет. Тэхен облизывается, а Хосоку кажется, что это выглядит плотоядно. Хотя, если честно, Хосок почти шарахается от своих мыслей, которые вдруг подкидывают идею о том, что губы у Тэхена выглядят очень сладко. И на вкус, наверное, сладкие тоже. И, да, Хосок вдруг очень хочет проверить. Тэхен подходит вплотную и смотрит тяжело, и от его взгляда становится неуютно. У него всё еще конфета во рту, и Хосок судорожно сглатывает, когда тот звучно вытаскивает ее перед его носом. У Тэхена по-прежнему блестят губы, и для Хосока это выглядит слишком заманчиво. Тэхен кривляется, делает лицо умудренного жизненным опытом старца и произносит: — Кажется, я научил тебя всему, что знал. Тэхен с громким чмоком целует сначала конфету, а потом Хосока. Хосок чувствует руку на своей шее, чужой язык во рту, а еще карамельный вкус поцелуя. Ему мокро, горячо и немного стыдно. И приторно сладко. Но прежде чем Хосок смог бы почувствовать что-либо еще, Тэхен резко отстраняется, улыбается невинно и чересчур обманчиво для всего того, что было только что, вытирает рот тыльной стороной ладони и пожимает плечами. — Ну тогда держи. Он отдает Хосоку чупа-чупс, от которого мало что осталось, ерошит ему волосы и выходит из кухни, напевая себе под нос. А Хосоку вдруг кажется, что ебнулся тут он. Но конфету в рот он все же засовывает.