Маленькие девушки созданы для любви, большие — для работы

Рёко никогда не думала, что будет прятаться от людей в школе. Но именно сейчас она этим и занималась. Конечно, Котовари не заметить с её ростом было невозможно, но если скрыть лицо учебником и развести вокруг себя бурную деятельность, никто лезть не будет. Если только совершенно невоспитанный или же просто непонимающий намеков человек. И к большому сожалению Рёко, у неё в окружении был один такой типчик. — Менеджер! К ним в класс залетел Рендал и обвел опешивших старшеклассников внимательным взглядом. Завидев высокую девушку, которая в тщетной попытке пыталась спрятаться под партой, он смело шагнул в класс. Доставучий первогодка вывел её из себя еще перед первым уроком. Он поджидал её у самых ворот в школу и начал упрашивать пересмотреть свое вчерашнее решение и как можно скорее принять его в команду. Упорности Каэдэ было не занимать, но и Рёко была непреклонна. Их спор мог перерасти в открытый скандал, но вовремя подоспели другие участники баскетбольного клуба и смогли остудить страсти. Как назло единственный, кто по мнению Рёко мог совладать с чересчур строптивым первогодкой, заболел и не появился в школе. Мурасакибара позвонил ей с утра пораньше и отвратительно гнусавым голосом начал ныть в трубку, что накануне переел мороженого и сильно заболел. Котовари сказала, что так ему и надо — если бы не прогулял первую тренировку, он бы не заболел. Атсуши пропустил этот выпад мимо ушей и начал упрашивать Рёко заехать к нему после школы и отвести домашнюю работу. На резонный вопрос — почему она, а не его девушка, Атсуши отмахнулся и сказал что Рёко намного лучше объясняет материал. Но Мурасакибаре было отказано, и Котовари не без удовольствия слышала обиженные сопения в трубку. Котовари медленно подняла глаза и уставилась на Рендала холодным непроницаемым взглядом. — Менеджер! — повторно гаркнул парень. Одноклассники Рёко неодобрительно косились на шумного парня, но поскольку он был всех выше чуть ли не на голову, они робели делать ему замечание. — Чего тебе? Не видишь, я занята. — Рёко опять скрылась за учебником, будто вчитываясь в химические формулы. — Мне кажется, с утра мы все решили. Честно говоря, — Рёко бросила взгляд поверх книги, — я рассчитываю не видеть тебя до следующего вторника. — У меня идея! — Рендал говорил словно и не слышал Котовари. — Давай я прямо сегодня сыграю с этим твоим Чудесным центровым, а? Я смогу и один! — Ты уже говорил об этом вчера. — Рёко закатила глаза. — Нет, нельзя. Неужели ты не понял, почему я поставила тебе и Фукуро это условие? — Ну командная работа, бла-бла-бла… — Рендал из пальцев сделал рот и передразнил собственную фразу. — Но когда играешь против одного человека, разве это так важно? Тем более — честно ли это? Двое на одного? — Я считаю что вы двое едва справитесь с ним, это раз. — Котовари захлопнула учебник и положила на край стола. — И то, потому что ближайшую неделю Мурасакибары не будет, он заболел. В любом случае я не смогу выполнить твою просьбу, Каэдэ-кун. — А можно все равно тренироваться со всеми в зале? — Нет. Рендал насупился. Прозвенел звонок и ему пришлось утопать обратно в свой класс. Наблюдавшая за этой сценой Карла хихикнула и назвала Котовари «Железной леди».

***

Школьная жизнь Рёко наконец стала спокойной. Дом, уроки, баскетбол — без нервов от капризов Мурасакибары — домашнее задание и сон. Переписки с Небуей были все так же полны теплотой и нежностью, а ночные разговоры под одеялом и вовсе стали их некой традицией. Котовари наконец чувствовала себя счастливой. Обычная японская школьница. Счастливая. Рёко ловила себя на мысли о том, что из этой идеальной картины постепенно начала ускользать Анаги. Нет, Котовари не смотря ни на что, до сих пор считала её единственной подругой. Есть вещи, о которых стоит помнить. И Рёко помнила. Котовари успокаивала себя тем, что такая разлука их отношениям даже на пользу — какие бы отношения не были близкими, человек может наскучить другому человеку. Зато их встречи на обеденной перемене стали намного свежее — столько новостей, которыми можно обменяться! Но не сказать, что Рёко была обделена женским общением. Карла с каждым днем становилась для Котовари все симпатичнее и симпатичнее. Это не подруга, но надежный школьный товарищ, который и ластик одолжит, и объяснит заковыристое исключение из правил в английском языке. Эта безмятежность была похожа на затишье перед серьезной бурей. Котовари гнала от себя эти мысли прочь — ну не век же ей крутиться, как белка в колесе, и каждый день испытывать калейдоскоп эмоций. Вспоминая прошлый год, Рёко всё больше убеждалась, что она провела его на эдаких американских горках. Её бросало из стороны в сторону, были и ошеломляющие радости, и горькие поражения. Все закончилось во вторник. Котовари заметила фиолетовую шевелюру Мурасакибары еще тогда, когда автобус подходил к остановке. Сердце гулко забилось в груди, а кровь в ушах зашумела. В голове вспыхнула мысль «Беги!». Бежать подальше от остановки, нестись обходными путями до школы, ибо до звонка оставалось двадцать минут. Но не ехать вместе с ним. А вот почему? Котовари шагнула в автобус и почти сразу же нос к носу встретилась с Атсуши. Он расплылся в улыбке и кивнул девушке. Рёко сухо поприветствовала его и вцепилась в поручень. — Как неделя школьная? — Неужели Мурасакибара первый попытался завязать разговор?.. — Ничего. — Котовари неопределенно пожала плечами. Затем бросила на Мурасакибару быстрый взгляд. — А у тебя как самочувствие? — Хорошо. — И шмыгнул носом. Котовари попыталась спрятать улыбку, но у неё явно не получилось. Они молча ехали до нужной остановки. Не то что бы молчание тяготило, но и необременяющим его тоже было не назвать. — Тебе Химуро говорил о новеньких? — Рёко первая не выдержала этой тишины. — Ну, он звонил в начале года, что-то такое упоминал. — Атсуши пожал плечами и опять начал выбирать из конфетных фантиков монеты для оплаты проезда. — Уже сегодня. Надо будет сыграть с двумя новенькими. — Рёко зашагала по салону к первой двери. Они вместе с парочкой других учеников из Йосен вышли на нужной остановке и не спеша двинулись к школе. Мурасакибара, казалось, в полуха слушал то, что пыталась донести до него Рёко. Но если раньше Котовари начала бы злиться и неприятными щипками привлекала внимание летающего в облаках Атсуши, то сейчас ей было до безобразия всё равно. Вместе они дошли до школьных ворот. Там их уже поджидала Анаги и, как только увидела их, ураганом сорвалась с места. Сначала она словно и не заметила Рёко — напрыгнула на шею Атсуши и обхватила ногами его талию. Мурасакибара похлопал свою девушку по спине. Анаги начала целовать щеки Атсуши и причитать, что ужасно соскучилась за эти дни и как рада его видеть. Рёко захотелось самой снять подругу с Атсуши — мимо шли другие школьники, хихикали и чуть ли пальцем не тыкали в неё. — Анаги… — простонала Рёко, краснея за свою подругу.  — Рёко! Ивасаки наконец отцепилась от Мурасакибары и помахала Котовари. Анаги взяла Атсуши за руку и буквально повисла на ней, подобострастным взглядом уставившись на своего парня. А Мурасакибара с тоской смотрел на упаковку умайбо, которую ему было не открыть одной рукой. Котовари решила смыться от этой парочки и ускорила шаг. На крыльце она поравнялась с Карлой и пожелала ей доброго утра. — Что Анаги устроила на входе у школы? — хохотнула Браун. Рёко лишь страдальчески прикрыла глаза и покачала головой. — Такого даже в американских школах нет, — продолжила Карла. — Разве ей не сделает выговор школьная администрация? — Может ей повезло, и этого никто не видел. — Ну, полшколы учеников уж точно, — парировала Карла, натягивая сменку. Котовари выразила надежду что среди них не оказалось ханжей и представителей дисциплинарного комитета. Протяжный звонок оповестил о начале большой перемены. Котовари сладко потянулась и не без удовольствия закрыла тетрадь по физике. Карла откинулась на спинку стула и, запрокинув голову назад, посмотрела на Рёко. — Составишь мне компанию за обедом? — Я не знаю… — Рёко стало немного неловко. С Карлой она обедала лишь в прошлом году, и то потому, что её тянула за собой Ивасаки. — Обычно я с Анаги. — Да ладно, один раз. И думаешь, ей будет до тебя дело? Туше. Котовари нечего было ответить. Карла, как всегда, говорила неприятную правду. Рёко согласно кивнула, и Браун словно бы обрадовалась. Девушки прихватили бенто и вышли из кабинета. Карла предложила не идти в шумную столовую, а выйти на крышу. Браун заметила, что она частенько там зависает — никто не пристает. Мысль отдохнуть от многочисленного школьного общества была очень соблазнительна, и Котовари сразу же согласилась. Дойдя до последнего этажа, Карла носком ноги открыла дверь и первой вышла на крышу. Сейчас она была залита теплым солнцем. Рёко вышла следом за ней и расслабленно зажмурилась, подставляя лицо под ласковые лучи. Карла прошла дальше и уселась рядом с вентиляцией, облокотившись спиной в неё. Рёко примостилась рядом. — Я когда приехала в Японию, думала что школьники только на крышах и тусуются, — нарушила молчание Карла. — Очень удивилась, когда узнала что никто особо в Йосен на крышу и не заглядывает. — Мне кажется, это от самой школы зависит. — Рёко пожала плечами и откусила кусок омлета. — У нас на территории много других живописных мест. Слышала, что на крышу вообще заходить не желательно. — Прямого запрета я в правилах школы не вычитала… — Карла пожала плечами. — Значит, от Абэ не прилетит. Рёко улыбнулась. Они продолжили непринужденное общение разговорами об уроках, затем начали обсуждать преподавателей. Карла колко, но метко подшутила над молодой «англичанкой», Рёко залилась смехом. За спинами внезапно хлопнула дверь на крышу. Карла удивленно приподняла брови и наклонилась в сторону, выглядывая со своего места. Её глаза сузились. — Вот ты где. Над Карлой и Рёко нависли несколько девушек. Трех девушек она видела раньше — именно они препирались с ней в первый школьный день. А предводительницей этой банды была явно невысокая, но жилистая третьекурсница с короткой стрижкой. Её глаза буквально горели злобой и яростью. Котовари напряглась, а Карла, на удивление, не высказала и капли беспокойства. Она как ни в чем не бывало потянулась за банкой газировки, которую не успела открыть за обедом. — Котовари Рёко, видимо, бессменный менеджер баскетбольной команды… — Медленно проговорила третьекурсница. — Извини, я не знаю твоего имени, — парировала Котовари. — Не важно. Взгляд девушки перебегал с Карлы на Рёко и обратно. Котовари заметила что она крутит что-то в кармане форменного блейзера и обеспокилась еще сильнее. Чтобы скрыть беспокойство, она глянула на часы и начала собирать бенто. — Если у тебя нет ко мне никаких дел, то зачем пришла? — бросила Рёко, педантично складывая в крышку контейнера пластмассовые палочки. Карла начала болтать напиток. — Забей на неё, Рёко. Она тугодум. Идем. Карла встала на ноги. Третьекурсница взбешенно обернулась на неё и достала из кармана канцелярский нож. Глаза Котовари расширились от ужаса. Механический треск выдвигаемого лезвия прозвучал как гром в этой оглушающей тишине. — Как ты меня назвала? — Третьекурсница дернула головой. К Карле шагнула самая высокая девушка из её подпевал. Браун сверкнула глазами. Её уже хотели словить, когда она направила банку с газировкой прямо в лицо обидчика и открыла её. С громким шипением напиток ударил девушке в лицо, попав прямо в глаза. Она закричала и отшатнулась в сторону, закрывая лицо руками. Карла сорвалась с места и только её видели. Котовари плюнула на свое бенто и, мгновенно вскочив на ноги, унеслась следом. Но далеко бежать она не смогла — её толкнули в спину и она упала на четвереньки, больно ободрав колени. Рёко вскочила на ноги и увидела как на неё надвигается третьекурсница с высоко занесенным канцелярским ножом. По спине пробежал холод. Третьекурсница резко подскочила к ней, целясь прямо в глаза. Рёко в последний момент увернулась. Щеку словно обожгло. На белый ворот рубашки начала капать яркая красная кровь из очень глубокого пореза на скуле. Котовари попятилась назад. Ноги стали словно ватными, сердце гулко билось в груди. Было страшно как никогда раньше. Пятеро девчонок начали окружать её. — Думаешь, ты самая умная, да? — рычала третьекурсница, размахивая канцелярским ножом. — Осталась менеджером, и считаешь что все парни твои? Как бы не так! — Ты с ума сошла? — закричала Рёко, голос у неё дрожал. — Вертишь своей костлявой жопой перед Химуро-куном, встречаешься с врагом! Считаешь, что ты всем нравишься? — Одна из неудавшихся менеджеров баскетбольной команды подошла к Рёко почти вплотную. — Ты никому не нужна, гигантская женщина! В ушах у Рёко зашумело. Она чувствовала себя затравленным зверем. Виски начали пульсировать от паники — кольцо агрессивных девушек смыкалось, и спасенья не было. — Тебя даже Браун кинула! — злобно зашипела школьница. Со всех сторон на неё налетели девушки и повалили на землю. Прежде чем удариться головой о бетон и потерять сознание, она ощутила невыносимую боль от множества ударов кулаков. Тошнотворная тьма постепенно рассеялась и Котовари медленно заморгала. Мягкий оранжевый свет заливал все пространство вокруг, но Рёко он казался слишком ярким. Горло свело судорогой и Котовари почувствовала идущую изнутри рвоту. Она резко вдохнула и свесилась набок. Медный звон таза подсказал девушке, что она попала точно в цель. Сплюнув горькую слюну Котовари почувствовала некоторое облегчение и откинулась обратно на подушки. Из оранжевого света постепенно начали вырисовываться очертания медкабинета. На звук прибежала медсестра. Она сунула Котовари стакан воды и проследила что бы она выпила все до последней капли. Проведя беглый осмотр, она заменила тазик у кровати и уточнила самочувствие Котовари. — Я… Я почти в норме… — хрипло произнесла Рёко, осторожно дотрагиваясь до саднящей скулы. — Пришлось наложить швы, — грустно вздохнула медсестра. — Но шрама быть не должно. Котовари грустно ухмыльнулась и прикрыла глаза. Голова все еще болела, поэтому соображать не хотелось. Перед внутренним взором встали перекошенные от ярости лица школьниц и душу вновь захлестнул страх. Что это вообще было? Чем она так насолила им? — Интересно, кому ты так насолила? — Карла озвучила мысли Рёко мысли вслух. В палату с разрешения школьного врача зашли Карла и Анаги. Ивасаки была бледна как мел, а её глаза блестели от слез и были широко распахнуты. Она не стала кидаться на шею подруги, лишь медленно опустилась рядом с ней. Она смотрела на неё, словно на призрака. Карла встала у изножья кровати и положила руку на металлическую перекладину. — Я не знаю, — пожала плечами Рёко. — Они избили тебя? — тихо произнесла Анаги, дрожащими пальцами дотрагиваясь до бинта на лице. — Видимо. Я не помню. Они повалили меня, я ударилась головой и отключилась. — Все же кто это был? — Карла перевела взгляд на Анаги. — А может это ты? — Ивасаки внезапно посуровела. Она резко обернулась и посмотрела на свою бывшую одноклассницу с такой ненавистью, которая никак не вязалась с образом воздушной няши. Браун криво ухмыльнулась. — Мне-то зачем? — Между прочим, та больная с ножом из клуба легкой атлетики, в котором ты занимаешься! А еще ты убежала! Рёко подняла глаза и посмотрела на Карлу. Девушка нервно сжала пальцы, а затем провела рукой по волосам, убирая длинную неровную светлую челку со лба. — Да, я убежала, — сухо ответила Карла. — А что мне было еще делать? Кидаться грудью на канцелярский нож? При всем уважении, Рёко, мы не такие близкие люди, чтобы я жертвовала своим здоровьем из-за тебя. Тем более, — Карла склонила голову и посмотрела в окно. — Травма ученика по обмену кидает на школу куда большую тень и проблем в несколько раз больше. Я рассудила так и свела ущерб к минимуму. Умом Котовари понимала здравое зерно в словах американки. Но было обидно и горько. Она нахмурилась и с открытой неприязнью уставилась на Браун. — Ты могла мне помочь. — Я и так тебе помогла. — Карла посмотрела на Рёко и подняла бровь. — Чем же? — Анаги вновь вмешалась и продолжила испепелять Браун взглядом. — Рёко избили! — Избили, но несомненно она ни в чем не виновата, а родители тех куриц уже получают на руки документы из школы с такой характеристикой, что доучиваться они смогут лишь в коррекционных школах. Не очень так перспективы на всю оставшуюся жизнь, не так ли? — Карла вновь посмотрела на Котовари. — Я сбежала, но не просто так. Я привела Абэ и несколько учеников из дисциплинарки. Дверь в медпункт опять открылась. За ширму к Котовари зашли завуч Абэ и Котовари-сан. Лицо матери было очень мрачным и душа у Рёко ушла в пятки. — Это она во всем виновата! — мгновенно вскричала Ивасаки и указала пальцем на Браун. — Она подговорила их напасть на Котовари-чан! Абэ поднял бровь и уставился на американку поверх очков. Котовари Фумико бросила тяжелый взгляд на Браун и поджала губы. — Анаги, слыхала про презумпцию невиновности? — хмыкнула Карла. — Я не виновата, пока не доказано обратное. У тебя есть хоть что-то против меня? — девушка подняла бровь. Ивасаки затряслась и плотно сжала губы. Карие глаза метали молнии. Котовари удивленно смотрела на свою подругу — она никогда такой её не видела. — Стоял ли кто-то за этим или нет в дальнейшем будет решать дисциплинарный комитет вместе с родительским советом, — прервал перепалку завуч. — Ивасаки-кун, Браун-кун права — ты не имеешь права сыпать обвинениями в её сторону. Ивасаки нахмурилась и бухнулась обратно к Рёко на кровать. Абэ смерил девушек холодным взглядом и приказал выйти из кабинета. Карла сразу же кивнула и поспешила уйти, а Анаги, прежде чем скрыться за ширмой, сжала пальцы Котовари, чмокнула в кончик носа. Абэ пожелал Рёко выздоровления и тоже ушел. Фумико тяжело вздохнула и села рядом с дочерью. Она погладила её по рыжим волосам и от этого жеста у Рёко все внутри задрожало. Глаза наполнились слезами и они сразу же потекли по щекам и начали капать с подбородка. Мама начала её успокаивать. — Все хорошо, теперь ты в безопасности, — тихо и ласково произнесла Котовари-сан. — Я связалась с отцом, он уже договариваться о твоем переводе. — П-переводе? — Рёко резко перестала плакать и икнула от удивления. — Каком переводе? — В другую школу. — Фумико с непониманием посмотрела на дочь. — Он уже поехал в Ракузан. — Нет… Нет… — Котовари даже мотнула головой. — Только не Ракузан. Не хочу в Ракузан! — Почему же? — Фумико продолжала удивляться, а её брови ползли все выше и выше. — Там же учится Небуя-кун! Тем более эта школа одна из лучших в стране. — Я хочу дальше учится в Йосен! Глаза Фумико сверкнули. — И ты это говоришь, лежа в постели с сотрясением мозга?! — мгновенно вскипела мать. Котовари закрыла глаза и склонила голову. От громкого голоса матери виски начали пульсировать и еще одна волна тошноты прошлась по телу, заставив судорожно сжать одеяло в пальцах. — Я хочу остаться в этой школе, — тихо повторила Рёко. — Тут мои друзья и моя баскетбольная команда. — Опять этот спорт! — зло прошипела Фумико. — Смотри, что из-за него вышло! — Но их исключили! — Котовари с надеждой посмотрела на маму. — Теперь все будет хорошо! — Я не стану рисковать здоровьем единственной дочери из-за этой ерунды! — Фумико встала. Её голос не терпел пререканий. — Или ты уезжаешь в Киото к отцу и учишься в Ракузане, либо мы находим другую школу в Аките. В Йосен ты учиться больше не будешь. Фумико ушла за ширму и попросила медсестру помочь дочери собраться и дойти до машины. Три недели Рёко будет лежать в стационаре, восстанавливаться после травм. А дальше — лишь пугающая неизвестность.