Маленькие девушки созданы для любви, большие — для работы

      Карла проявила удивительное для такой саркастичной и нелюдимой девушки тактичность и участие. Она успокаивающе гладила дрожащие от рыдания плечи Котовари и молчала.       Истерика вечность продолжаться не могла, так что Рёко постепенно начала затихать. Она опустила опухшие от слёз веки и прижалась горячим лбом к шершавой прохладной коре дерева. Шмыгнув в последний раз, она окончательно затихла и утёрла влагу с лица рукавом.       — С-спасибо, Карла… — тихо проговорила Рёко.       Браун лишь кивнула. Она достала из кармана спортивных шорт телефон и набрала кому-то сообщение. Почти мгновенно пришёл ответ, она прочитала его и попыталась поднять Котовари. Но она без сил развалилась под деревом с твёрдым намерением остаться тут навечно, оградившись зелёными насаждениями от реального мира.       — Ну, чего ты! — подбадривала её Карла. Она ухватилась за руку девушки и начала тянуть её в сторону.       — Я хочу остаться тут… — Рёко почувствовала, как Браун медленно, но уверенно увлекала её за собой, и обхватила свободной рукой ствол.       — Чтобы мхом покрыться? — Карла закатила глаза. — Ну что ты как маленькая, а? Подбери сопли, Котовари! Не могу поверить, что наша Железная леди нюни тут распустила. Было бы из-за кого расстраиваться.       — Она была моя подругой! — Рёко медленно встала на ноги и сжала кулаки. — И она предала меня!       — Давай посмотрим правде в глаза, хорошо? — Карла уперла руки в боки. — Ты сама не хотела замечать того, что Ивасаки двуличная сволочь.       — Она была моей первой и единственной подругой с самого детства! — вспылила Рёко.       — Надо понимать, что дружба с детства не гарантирует того, что человек хороший. Вы выросли из той дружбы уже давно, — Карла упрямо скрестила руки на груди. — Уж поверь мне, я в этом разбираюсь.       Котовари насупилась. Сейчас она не хотела слушать Карлу, она тонула в горечи и обиде… Или же топила сама себя, упиваясь собственными плохими эмоциями, как это было на весенних каникулах? Котовари нахмурилась и закусила губу. Возможно, Карла права. Рёко вздохнула — не хотелось признаваться самой себе, но Браун всегда была права!       — Ладно… — Рёко шумно выдохнула и подобралась. — Думаю, нашими с Ивасаки и Мурасакибарой совместными усилиями последняя тренировка сорвана. Надо извиниться…       — Нет уж! — Карла опять схватила Котовари за руку и потянула сквозь кусты на выход из парка. — Тебе совершенно необязательно появляться перед своими баскетболистами в таком виде. Я уже попросила притащить твои вещи. Ты идешь домой.       Котовари замолчала и позволила Карле править бал. Недалеко у сквера их уже ждал… Веи. Он выглядел растерянным и немного смущённым, сжимая в руках сумку Котовари. Баскетболист смотрел то на Рёко, чьё лицо пошло красными пятнами, то на Карлу.       — Благодарю покорно! — произнесла Карла и забрала из рук парня вещи Котовари.       — Ты в норме? — Веи обратился к Котовари.       — Не совсем… — Рёко раскрыла сумку и начала копаться в ней в поисках салфеток. — Но спасибо. Жалко, что тренировка сорвана…       — Мы беспокоимся…       — Не стоит. — Котовари посмотрела на Веи и чуть улыбнулась. — Готовьтесь к лагерю.       — Ты поедешь? — напряженно спросил Веи.       — Я же менеджер!       Карла не смогла уйти со своей тренировки, и Котовари пошла домой одна. Но Браун взяла с неё обещание встретиться завтра в местном торговом центре и провести шопинг-терапию.

***

      Путь до дома в одиночестве дал возможность Рёко устроить ещё один акт самокопания. Эмоции немного улеглись, и к Котовари вернулась способность мыслить критически. Карла предупреждала её на счёт Ивасаки ещё в прошлом году, а она, дура, не стала её слушать. В голове вертелись слова Браун о том, что из детской дружбы можно вырасти как из вещей. Грубовато, но опять же в цель.       Когда Рёко остановилась перед входной дверью своего дома, то уже окончательно успокоилась. Скорей всего, она перегорела, как это было с Мурасакибарой на весенних каникулах. Котовари нахмурилась, вытаскивая ключи из кармашка. Да, она перегорела к Атсуши, надо почаще себе напоминать об этом.       Оказавшись в прихожей, девушка сразу же поняла, что что-то не так. К стене был прислонён объёмный дорожный чемодан, а из гостиной слышалась громкая музыка и шум сборов. Котовари скинула туфли и прошла внутрь дома. Заглянув за дверь, она удивилась. Очень удивилась.       Мама, пританцовывая, крутилась перед зеркалом в красивом купальнике. Завидев удивленную физиономию дочери в отражении, она ойкнула как школьница и резко обернулась.       — Рёко! — Мать выглядела донельзя смущённой. Она схватила пульт и сделала музыку потише. — Я не слышала, как ты пришла!       — Не удивительно! — Котовари прислонилась плечом о дверной косяк и скрестила руки на груди.       — А ты разве не должна быть на тренировке? — Мама бросила взгляд на часы.       — Её отменили… Точнее…       — Что-то случилось. — Она не спрашивала, а утверждала.       Котовари поджала губы и кивнула. Фумико выключила телевизор, накинула на плечи цветастый домашний халат и подошла к дочери. Глаза Рёко опять наполнились слезами. Мама распахнула свои объятия, и дочь бросилась в них. Котовари спрятала лицо на шее у матери и опять начала хныкать. Фумико поглаживала дочь по рыжей макушке и шептала слова утешения.       — Давай, пройдём на кухню, и ты мне всё-всё расскажешь…       В обнимку они прошли на кухню. Фумико усадила дочь на стул и сама начала крутиться у плиты. Котовари рассказала всё, что узнала сегодня от Ивасаки. Мама, как благородный слушатель, внимала не перебивая, вставляя охи и комментарии лишь тогда, когда это было необходимо. Было видно, что такой поворот в дружбе её дочери и Анаги её очень расстроил. А ещё она очень разозлилась из-за того, что именно Ивасаки так легкомысленно подвергла жизнь Рёко опасности. Узнав об этом, она яростно хлопнула по столу ладонью, что опрокинула свою кружку с недопитым чаем и позволила выразиться такими грубыми словами, будто она всю жизнь была портовым рабочим.       Когда Рёко закончила, то почувствовала такое облегчение, которое до этого ни разу не испытывала. Она откинулась на спинку стула и закрыла лицо ладонями. С души словно сняли огромный груз. Девушка так долго не замечала, как отношения с Ивасаки давят на неё, она тянула эту непомерную и бесполезную ношу так долго…       — Рёко… — Мама потянулась к дочери. — Всё хорошо?       — Да… — Рёко отняла руки от лица и улыбнулась. — Теперь всё хорошо…       Фумико улыбнулась.       — А у тебя? — Рёко внимательно посмотрела на маму. — Что вообще происходило, когда я зашла?       — А, это… — Фумико вновь покраснела, словно школьница. — Собираюсь на отдых летний, ты же не против?       Котовари покачала головой. Мама в последнее время пропадала на работе целыми сутками, отдых ей необходим. Фумико облегчённо выдохнула, но затем сделалась очень серьёзной.       — Так, мне надо ещё успеть на маникюр! — Женщина вернулась в гостинную, чтобы переодеться в нормальную одежду.       — А ты вообще куда едешь? — поинтересовалась Рёко из кухни.       — Мммм, — замаялась мама и так ничего не ответила.       Видимо, у матери Рёко появились секреты от родной дочери. Но она не выглядела подавленной, наоборот — Фумико словно расцвела. Котовари решила для себя, что за мамой начал ухаживать какой-то мужчина. Эта тема была очень деликатной, и Рёко решила не лезть в чужую личную жизнь. Она вообще едва со своей справляется.       Вымыв чашки и поставив их на сушилку, Котовари крикнула маме, что пойдёт полежит в комнате и отдохнёт. Открыв пошире окно, девушка рухнула в свою кровать и задремала. Мама разбудила её уже вечером. Фумико уже была одета в лёгкий дорожный сарафан и накрашена как на подиум. Рёко опять промолчала. Она спустилась вниз проводить маму до такси, что уже ожидал у их входной двери.       — Надолго? — только и спросила Рёко, обнимая на прощание маму.       — Недели две, — туманно ответила она.       — Через неделю я уезжаю в летний лагерь.       — Ну, с домом за это время ничего не случится, я так думаю… — Фумико улыбнулась и чмокнула дочь в щеку. — Хорошо там отдохни!       — Это же спортивный лагерь, мама! — тяжело вздохнула Рёко. — Там не отдыхают.       — Ну ты уж постарайся! — Фумико игриво подмигнула. Рёко усадила маму в такси и на прощание помахала рукой. Машина скрылась за поворотом, и Котовари вздохнула. Она не думала, что на целую неделю останется одна. Девушка зашла в дом, который встретил её давящей тишиной. Обычно, когда мама уезжала на пару дней по работе или на отдых, к ней приезжала Анаги и они веселились и занимались девчачьими делами с утра до ночи. Рёко вздохнула и потерла припухшие костяшки пальцев. Голова у Мурасакибары всё-таки очень твердая.

***

      Котовари не стала рассказывать Небуе об этой своей проблеме. Рёко даже не была уверена в том, что он помнил о её подруге, так что это даже нельзя было назвать обманом. В последнее время у них даже не было времени на долгие телефонные разговоры как раньше — Эикичи усердно готовился к семестровым тестам, потом команда Ракузан сразу же ехала в летний лагерь, а после уже сам Небуя улетал до конца лета в Америку на стажировку при колледже, в который он планировал поступать.       Рёко всё же боялась одиночества на этой неделе, но все её страхи были беспочвенны. Карла оказалась очень активной девушкой, любительницей погулять и поболтать. Чем больше они общались, тем больше Рёко проникалась симпатией к этой девушке. Хоть они были разные, им было интересно обсуждать разные взгляды на жизнь. Котовари называла это про себя культурным обменом. Ведь именно эту цель преследовала их школа, обучая так много подростков с Запада.       Единственной темы, которой они не касались — это были мальчики. Точнее, отношения с ними. Но так получилось, что после просмотра лирической драмы в кинотеатре Рёко и Карла пошли в кафе полакомиться пирожными и каждая словила нужный настрой.       — Всё-таки этого я никогда не пойму… — вздохнула Карла, помешивая трубочкой клубничное фраппе. — Любовные отношения у азиатов.       Рёко удивленно подняла брови и уставилась на Карлу.       — Уточни.       — Ну вот это всё… — Карла замахала руками. — Весь фильм мы смотрели на то, как героиня страдала из-за парня, у них были какие-то непонятные отношения на расстоянии… А рядом с ней был классный парень! Но она так в конце с ним и не осталась!       — Мне кажется, ты не совсем поняла посыл… — начала Рёко.       — Отношения на расстоянии — херня! — заключила Карла и откусила изрядный кусок пончика, испачкав в шоколадной глазури щеку.       — Ну нет! — Для Рёко это тема была родной, так что она в момент поднялась на защиту.       — А то ты бы сказала другое, — ухмыльнулась Карла, вытираясь салфеткой. — Побаловаться — да. Но планировать что-то серьёзное, зная, что так или иначе будет очень трудно быть вместе хотя бы денёк раз в неделю, это как по мне полная глупость!       — Значит, моряки дальнего плаванья не заслуживают семьи, по твоему?       — Это немного другое, — парировала Карла. — Я к тому, что над отношениями так или иначе надо работать. Узнавать партнера, чтобы точно понимать, что тебя ожидает… На протяжении всей жизни. А как ты сможешь узнать человека в быту, если вы живете на разных концах страны, или вообще в другой!       — У человека может быть такая судьба, — философски начала рассуждать Рёко, основываясь на ранее просмотренной картине, где эта идея шла красной нитью через весь сюжет. — Не всем везёт найти свою половинку у себя под боком.       — Ох, Рёко, две половинки есть только у таблетки и у попы! — Карла закатила глаза, а Рёко смутилась от такого сравнения. Карла частенько использовала такие выражения. — Ты есть цельная личность, а любовь — просто один из аспектов комфортного существования. И вполне можно выбрать подходящего тебе человека не за тысячу километров, а где поближе.       — Но судьба!..       — Японцы все такие фаталисты? — Карла поморщилась. — Ни за что не поверю, что каждому из огромной массы людей кто-то что-то там предопределил. И ты идёшь как барашек на ниточке по своему тоскливому жизненному пути к могиле…       Карла опять вздохнула и шумно втянула через трубочку фраппе. Девушки замолчали, каждая погрузившись в свои мысли. Первая молчание нарушила Рёко:       — А вот если ты полюбил человека всем сердцем? Что тогда делать?       — Если реально полюби-и-л, — протянула Карла, сделав акцент на последее слово. — Тогда бы взял и сделал бы все возможное, чтобы жить вместе. Сменил бы школу, город, страну!.. Но нет, все сидят и не чешутся, лишь упиваются грустью от разлуки… — Карла нахмурилась. — Все говорят о сильнейшей любви, но на деле все думают лишь о себе.       — Что ты подразумеваешь вообще под «любовью?»       — Отсутствие эгоизма. Когда плюёшь на свой комфорт и хотелки ради другого человека. — Карла подперла голову рукой и начала постукивать ногтём по столу. — Вот когда чувствуешь, что готов изменить свою жизнь, подстраиваясь под другого, тогда и поймешь что любишь. А не это вот всё!       — Мы что, уже обсуждаем какой-то частный случай, а не фильм? — хитро прищурилась Рёко.       Карла внимательно, не мигая, начала смотреть Рёко в глаза. Котовари выдержала этот долгий пронизывающий взгляд. Браун скривилась.       — Сама уже, наверное, догадалась, — проворчала Карла.       — Веи? — только и спросила Рёко.       — Он мне не даёт покоя с самого бала. Но, чёрт возьми, я не хочу жить в Китае! А он наотрез отказывается покидать родных и жить со мной в Калифорнии. Так что…       — А как же «побаловаться»? — давила свое Рёко.       Карла замолчала, а потом серьёзно выдала:       — Он слишком хороший человек, чтобы с ним «баловаться». — Карла откинулась на спинку стула и свесила голову назад. — Уже через полгода он вернётся к себе на родину. С глаз долой — из сердца вон. Так будет лучше для всех.       Остаток дня девушки пребывали в странном мелонхоличном настроении, а затем разошлись по домам. Рёко ещё предстояло собраться в лагерь, а Карле в поездку во Владивосток. Её родители оплатили очередную дорогостоящую экскурсию, и теперь Карле предстоит все летние каникулы окунаться в диковинную русскую культуру.       Мысли Котовари в тот вечер то и дело возвращались к разговору о любви и отношениях на расстоянии. Сможет ли она или Эйкичи отказаться от личного комфорта в пользу другого?