Запах крови

      Я не выходила в свет уже более века. С тех самых пор, как был убит мерзкими, обезумевшими от ярости людьми, мой покровитель и его клан, в котором меня считали членом семьи. Мой родной клан был жадно вырезан одним из первых в той резне, которую ни один вампир, переживший её, не забудет никогда. Нет ни одного, кто не понёс потери в горниле войны. И я, одна из многих, постаралась скрыться от людских глаз, насколько это было возможно. Меня приняла французская семья полувейл Делакур, предоставившие мне скромную виллу на одном из крошечных островов в Средиземном море. С тех пор, я вела тихую отшельническую жизнь, спокойствие которой нарушалось лишь редкими приездами главы семьи с вестями с континента. Он не задерживался надолго, но был единственным, чью кровь я могла пить тогда. И моя благодарность была безмерна.       Покой окончательно рухнул, когда главенство в семье перешло к его сыну. Тот видимо решил, что моя отрешённость от мира непозволительна и заставил переехать в главный дом - поместье Делакур. Представлял он всем меня как свою младшую дочь, что выводило меня из себя до крайности. Но абсолютным чемпионом в области "достань ближнего своего" была моя, так называемая, старшая сестра. Флёр. С неё и началось моё приобщение к миру. Сначала.       Скандал с поступлением в Шармбатон, к счастью, остался в пределах семьи, однако больше в течение пары лет ни мои "родители", ни "сестра" не рисковали хоть в чём то настаивать относительно меня. Хотя надо признаться, в этой школе было не так уж плохо, без учёта этой мерзкой директрисы-великанши, которая завела моду утреннего приветствия её персоны книксеном. Надо просто знать, насколько тяжело мне дался первый поклон. Но привыкла же. Тяжело, со скрипом, но привыкла. И заодно завела себе дневник, где составила список дел, которыми займусь после того, как освобожусь из этого омерзительного места под управлением великанши.       Турнир трёх волшебников всё изменил. Там я встретила того, кого и не надеялась увидеть при жизни. Перворожденный. Из-за слабой ауры я сначала думала, что ошибаюсь, примерещилось, но нет. Не так. Истинный Перворожденный под покровами. Такой же, как и мой прежний господин, но ещё незрелый и какой-то зашуганный. И одинокий. Его привычки и действия выдавали в нём одинокого ребёнка, привыкшего полагаться лишь на себя. Не похожий на будущего лидера вампиров, он вызвал лишь жалость и сочувствие. И с сочувствия началась моя глупая одержимость им. Бал и настойчивое навязывание своего общества сделали своё тёмное дело. Он стал мне другом. Первым другом за много лет.       К сожалению, мне потребовалось достаточно много времени, чтобы он вылез из своей скорлупы, и мой отъезд во Францию был неожидан и неприятен для нас обоих. Он не обещался писать, но вдруг объявился на первой полосе "Вестника". Глава рода Блэк. Перворожденный. И Валентин из клана Дайон на заднем плане колдографии. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что они замыслили. И для чего затеяли этот бал тоже предельно ясно. Там будут все, кто желает возвышения и мести. За столько лет, едва ли не впервые такое количество влиятельных вампиров соберётся в одном месте. И им, всем этим важным персонам представят их нового лидера. Я сочувствую Гарри, но как же забавно это звучит. Я просто обязана была появиться на этом балу, хотя бы ради того, чтобы глянуть, как эти гордецы и манипуляторы отреагируют на Перворожденного.

***

      Когда Гарри увидел Габриэль, так спокойно сидящую в кресле у камина гостиной, то замер соляным столбом. Не важно было и то, что о её приезде он знал заранее. Это знание не помогло. Она в его доме. Эта мысль согрела его душу, и он, наконец, смог спокойно двигаться. И поприветствовал её как полагается. С минуту он изображал этакого светского гостеприимца, а потом решил, что с него хватит этой манерности и вне дома, и крепко обнял свою подругу. И заслужил в награду тот самый восхитительный смех Габриэль, о котором так часто вспоминал.       Вечером того же дня, двое сидели перед камином и делились историями жизни. За парочкой внимательно наблюдал Дамиан, сидящий за письменным столом, заваленным очередной порцией документации различной важности, и слегка улыбался своим мыслям. Ему, как сыну клана Фуэга, надлежало уже быть в семейном замке и помогать с приготовлениями к балу, но он чувствовал, что здесь он нужнее. Вторым наблюдателем был телохранитель Гарри, который не отрывал глаз от подопечного, оставаясь в неосвещённой части комнаты. Собеседница Гарри не интересовала его: она не была угрозой, а большего Тит не желал знать о девушке.       Гарри же с некоторым смущением рассказывал Габриэль о своём знакомстве с Валентином и прочими вампирами, с постоянными оговорками, стараясь сам скрыть тот факт, что он и сам вампир. Получалось не очень. Габриэль, давно знающая о его истинной природе, с неподдельным интересом слушала сбивчивый рассказ, вылавливая куски неоспоримой правды из него. Их было немного. Зато рассказ о становлении главой рода Блэк был хоть и кратким, но достаточно ровным и казался истинным весь.       - ... Вот так я оказался на полосе твоего "Вестника". А потом встречался со всякими, важно выглядящими людьми, вместе с Валентином и Дамианом. Август закончился, и я уехал в Хогвартс вместе с Титом, хотя Валентин был очень-очень против моего отъезда туда. Надо было слышать, как он возмущался по этому поводу,- Гарри замолк и перевёл взгляд на горящие поленья. Столь долгие рассказы не были привычны для него. И Габриэль, знающая его больше многих других, понимала это. Поэтому не настояла на продолжении, а придвинулась ближе и слегка коснулась его руки. Заворожённый всполохами пламени Гарри, казалось, не заметил этого. Он пристально всматривался в огонь, как будто искал в нем что-то. Он замер, поглощённый пламенем.       Говорят, что если долго всматриваться в бездну, то и она начинает глядеть в тебя. С огнем та же история. Он поглощает сердца неосторожных, позволивших потревожить самые его глубины. Короткие языки пламени устремились к Гарри, который даже не заметил, как его одежда начала гореть. Габриэль отскочила от него с криком. Тит и Дамиан вскочили со своих мест. Как один из повелителей огня, Дамиан устремил свою силу на объявшее всё тело Перворожденного пламя и постарался потушить его. Постарался, но не смог. Сидящий в центре огненного вихря Гарри, замерший как статуя, продолжал смотреть в сердце пламени, позволяя огню прикасаться к своему. Когда свет пламени смог заполнить глаза вампира, огонь начал стихать. Наполовину сожжённая гостиная стала единственным напоминанием о вихре. Золотой свет в глазах сменился привычным зелёным. Гарри неуверенно поднял правую руку и слегка напряг пальцы. На ладони сиял небольшой огненный шар, освещающий теперь комнату вместо погасшего камина. Гарри слабо улыбнулся.       - Способ не лучший,- после этих слов он обмяк и завалился на бок. Тит подхватил его на руки и отнёс в спальню. Шок не сходил с лиц троих наблюдателей. Дамиан ещё и был подавлен. И только в отведённой ей комнате Габриэль позволила себе торжественно улыбнуться. Эта подавляющая сила вдохнула в неё необыкновенное чувство, какого она не испытывала уже очень давно. Выскользнув из спальни, она добежала до покоя Гарри. У постели стояли Дамиан и Валентин, а в кресле сидела Зоэ. Все трое негромко переговаривались.       - ...Слишком рано.       - Это твоя вина, Валентин. Он слишком молод и силён. Его тело не выдерживает даже силы Блэков, а он подчиняет себе стихию. Это неправильно.       - Нам должно исполнится хотя бы пятьдесят, чтобы овладевать умениями клана, а ему пятнадцать. Даже то, что он Перворожденный не оправдывает этого. Я предлагаю запечатать его силу на время. Хотя бы ещё на пару лет.       - Зачем?       - Чтобы хоть сила волшебника в нем созрела до конца, дурья твоя башка. Я сам овладевал стихией огня и знаю, какой удар она наносит на тело и душу, когда ты подчиняешь её. Я тоже за то, чтобы запечатать вампира в Гарри. Если он сейчас продолжит развивать в себе силы, то я боюсь, тело может не выдержать.       - Вы забыли, для чего я вас всех собрал? О нашей общей цели? И как на балу я представлю главам кланов простого мальчишку-волшебника? Нам крайне необходимо, чтобы его признали как настоящего лидера, а не...       - Он ребёнок, Валентин!       - Вы слишком зациклены на общей цели, Валентин фон Гаспард, или лучше Гелиа... - вошла в комнату Габриэль.       - Заткнись! Что ты вообще обо мне знаешь,- обернулся на насмешливый голос Валентин.- Ещё хоть слово, и я не посмотрю на то, что ты подружка Гарри, и вышвырну тебя отсюда, человечишка!       - А-а, тебя, значит, не заботит то, что я знаю о тебе практически всё, Валентин? Твоё скандальное имя, например? - тон Габриэль стал высокомерным. Она подошла к постели Гарри и всмотрелась в его лицо. Тень усталости свидетельствовала об истощении сил организма. Возможно, запечатать его на время было бы верным решением?       - Моё имя Валентин, а всё, что ты можешь знать, скорее всего нелепые слухи, выдуманные мной самим. И если уж на то пошло, как ты связана с вампирами? Ты пахнешь как человек!       - Я вампир. Габиэль Виатер. Это всё, что тебе нужно знать обо мне. Я подруга Гарри. Я хочу остаться с ним наедине. Свои планы, цели и притязания вы могли бы обсудить и не у его постели. Прошу покиньте спальню, - это было сказано таким внушительным тоном, что даже Валентин сник и позволил Дамиану увлечь его за собой. Зоэ вышла последней, метнув обеспокоенный взгляд в сторону Гарри. Габриэль подошла к постели и уселась на её край, взяв его руку в свои. Она была холоднее, чем её. Габриэль улеглась поверх одеяла и приобняла Гарри. Маленькая морщинка на его лбу исчезла, а лицо стало более расслабленным. Перворожденный стал спать спокойно, возможно осознавая, что есть та, кому дорог Гарри... TBC