Запах крови

      Я думал об этом много раз. Столько, что уже со счёта сбился. Чего я теперь боюсь? Сколько не размышляю, ответ ускользает. За такой незначительный временной период, моя жизнь круто изменилась. Резкий скачок социального положения, боязливое подобострастие множества людей, лиц которых я почти не помню. А если помню, то вряд ли назову имена. Они все далеко не последние пешки волшебного мира, но всё же... не могу больше об этом думать. Чего же я боюсь?       Меня признали как правителя вампирской расы мои древние предшественники. Сегодня, я так хочу в это верить, день, когда меня признают мои... мой народ. Бал высших вампиров где меня признают главы всех кланов! Ааа, сколько бы не думал, всё равно как-то мысль сбежать куда подальше часто проскальзывает. Хотя сомневаюсь, что из этого замка, где охраны, так кажется, больше, чем приглашённых, у меня так просто получится улизнуть. И хотя сейчас мне предоставили, так называемое, свободное время, не думаю, что Валентин не позаботился о наблюдении за мной. Тот же Тит может преспокойно находиться прямо за дверью, а я лишь могу предполагать. А ещё, мне кажется, что больше всех (даже меня переплюнул) о бале переживает Валентин.       В это фамильное поместье мы прибыли всей компанией ещё до рассвета. Нам, как почётным гостям, выделили целый этаж в западном крыле замка. Активно мандражирующий, Валентин собрал нас в гостиной и самолично запер все окна и двери, задёрнул плотные шторы и наконец уселся в глубокое кресло, крепко сцепив подрагивающие ладони. Опасаясь его гневных замечаний, которые, когда он был особенно на взводе, были весьма грубыми, мы заняли места вокруг него. Он не смотрел ни на кого, кроме меня. Пристальным взглядом он буквально впился мне в лицо. Молчал он недолго. Но когда начал, мне тут же захотелось, чтобы он снова заткнулся. В сотый, тысячный раз он, как одержимый, в самом деле, начал перечислять обстоятельства, обязанности, жесты и парадные прикиды. Уточнять у Дамиана детали торжества, которые могут быть ему известны, как посвящённому. Не единожды и не дважды он переспрашивал и проговаривал, но такое складывалось впечатление, что своими истинными мыслями он не в этом замке и даже не в этом времени. Блуждающий взгляд он устремлял на стены и, казалось, совсем не мог сосредоточится.       Первой сбежала Зоэ, решив, что с неё хватит этого бездумно повторяющегося бреда. За ней ушёл Дамиан, отговорившись тем, что вдруг его помощь нужна в завершающейся подготовке. Смылся! Мы остались вчетвером. Но почему-то Валентин резко замолк, помрачнел, а потом и вовсе пересел в кресло у камина. Тяжёлое безмолвие затянулось, а посему, Габриэль вытащила меня из комнаты и отправила к себе, наказав, что я должен быть прекраснее всех. И это при том, что в костюме она меня уже видела!       Оставшись один, Гарри решил вздремнуть. До торжества было ещё часов десять, поэтому он рассчитывал, что всё успеет сделать. Растянувшись на слишком широкой кровати, он с головой ушёл в свои полупризрачные сны.       Много раз вампиры показывали ему торжества и битвы. Правила поведения буквально втравливались в подлинные воспоминания этими яркими, подчас кровавыми снами. А уроки Зоэ закрепили результат. Тит помог отработать все правильные жесты почти до автоматизма. Но всё же, своим невротическим мандражом, Валентин вселил тень страха в мысли Гарри. И эта тень пустила корни, постепенно вытесняя всю уверенность, что пребывала там доныне.       Ему показалось, что он как будто очнулся. Его била сильная дрожь, и это несмотря на то, что в комнате было почти жарко из-за растопленного кем-то, пока он спал, камина. Мысли перепутались. Дышать. Хотелось дышать.       Трясущийся он сел прямо на пол перед огнём. И призвал его сердце, в надежде согреться и прогнать прилипчивую дрожь. Послушный теперь, огонь укутал повелителя вампиров тёплым объятием языков пламени.       Купаясь в тепле каминного огня, Гарри потерял счёт времени. Когда в его дверь постучали, он вздрогнул и нехотя отогнал от себя огненное одеяло. Поднялся на ноги и оправил помявшуюся одежду. - Войдите.       Дверь открыла Габриэль. Уже в парадном облачении, похожая на ожившую картину императрицы. Роскошно и по-настоящему восхитительно. Похоже, сегодня она хотела очаровать не только своего давно поражённого дорогого друга, но и всех, кто посмеет к ней приблизиться. - Гарри! Почему ты ещё не готов? Времени осталось меньше часа, а твои волосы выглядят так, как будто ты встал с постели минуту назад, - Гарри пригладил торчащие прядки и взял с трюмо расчёску. - Извини. Сильно задумался, - эти слова дались ему нелегко, ведь который раз за сегодня его мысли вновь спутались. А взгляд всецело прикован к ней. - Ты... потрясающе выглядишь. - Спасибо. А теперь отдай расчёску и переоденься. Будем делать из тебя симпатягу, - сказала Габриэль с заразительной искрой веселья. Гарри засмеялся и отошёл к шкафу. Дышать стало вновь легко. Страх пропал.       Всё. Пути назад нет. Дверь в новый мир уже передо мной. За спиной Валентин с Габриэль о чём-то яростно перешёптываются, а за ними, в молчании стоят Зоэ и Тит. Дамиан решил встретить нас в зале. Это известие принёс слуга минут за десять до выхода. Валентин и Габриэль нахмурились, а вот теперь спорят. На французском. Сильно жалею, что так и не выучил его хорошо. Всё то, что я смог разобрать было так же непонятно, как если бы я не знал его совсем. Но кажется, их мнения совпали, а это не к добру. Их горячие споры по любому поводу всегда заканчивались тем, что каждый оставался при своём мнении. А тут вдруг согласилась. Габриэль с мнением Валентина? Время. Массивная дверь медленно открывается, а свет из залы заливает коридор. Пора Перворожденному явить себя вампирам.       Гарри смотрел на собрание с высоты и не мог заставить себя сделать шаг вперёд. Все эти вампиры, собравшиеся на торжество, смотрели только на него. Их было больше, чем ожидал Гарри после всех этих рассказов об упадке, но меньше, чем предполагал Валентин. Главы кланов пришли все, но помимо этого, что не исключалось, привели своих наследников и дочерей. Впереди всех собравшихся стоял хозяин замка, в шаге от него старшие сыновья, дочери и Дамиан. А уже позади Фуэга стояли остальные гости с весьма мрачными лицами. Помпезное приветствие главы клана-хозяина стало началом празднования.       Где-то в середине бала, когда большинство присутствующих уже поприветствовали Перворожденного, Гарри вдруг осознал, что его опять использовали. Большая часть гостей вскользь или достаточно явно выразили надежду, что повелитель вампиров не свяжет свою судьбу с кланом Фуэга, а сначала как следует познакомится с миром вампиров. В голову полезли совершенно не нужные сейчас мысли: он достаточно знает о числе кланов, их способностях и силе, но никогда особо не задумывался о репутации и взаимосвязях.       Гарри думал об этом, пока знакомился с оставшимися главами, и по мере приближения к концу "официальной части" бала он мрачнел на глазах. Делать поспешных выводов, основанных на догадках, чувствах и чужих ожиданиях не стоит. Бал закончится, он посоветуется с Габриэль и решит, что делать дальше новому Повелителю вампиров. А пока, стоит натянуть доброжелательное выражение лица на мрачную мину и пригласить Габриэль на танец. - Вальс, пожалуйста! - Перворожденный положил конец скучному представлению. Душа требует радости. Душа её получит. А все те, кто пытается претендовать на близость с новым лидером вампирской расы, пусть подождут. Утро уже скоро. А там... будь, что будет... ТВС