summertime boy

На сутки сидения в номере Чонгука хватает. Он пользуется услугами персонала отеля, заказывает продукты и еду по телефону и без особого интереса смотрит телевизор. В конце дня парень делает вывод, что поваляться на кровати с едой он может и дома, а прямо сейчас хочется как-то взаимодействовать с внешним миром. Под покровом ночи парень, озираясь, будто за ним кто-то следит, крадется к бассейну во внутреннем дворе отеля. Если купаться под палящими лучами солнца нельзя, то в бассейне под звездным небом — можно. По крайней мере, Чонгук дает себе на это полное право. Помня свою удачливость, юноша соблюдает все возможные меры предосторожности. На территории бассейна тихо и спокойно. Никого лишнего, даже персонал отсутствует, и парень расслабленно выдыхает. Он так устал валяться без дела, что провести час-два в воде — лучшее, что может быть. Бросив полотенце и вещи на шезлонг, Чонгук подходит к лестнице. Вода в свете ламп отдает лазурью. Вовремя остановив себя от прыжка, юноша цокает и спускается в бассейн по ступенькам. Теплая вода окутывает тело Чонгука, делая почти невесомым. Красота и тишина ночи не прерываются даже долетающими из центра звуками и музыкой. Райское наслаждение, как говорят в рекламе, которую парень за сегодняшний день стал тихо ненавидеть. Однако отбросив все плохие мысли, Чонгук наслаждается моментом. А утром направляется на набережную, чтобы успеть подышать воздухом до того, как солнце начнет палить во всю мощь. Стройные стволы пальм тянутся к небу, отбрасывая слабые тени на дорожку. Чонгук гуляет и фотографирует, чтобы после наслаждаться воспоминаниями. Сейчас парень чувствует, что живет так, как хочет, и ничто не способно мешать этому. На пляже не так много народу, поэтому юноша направляется к воде. Мелкие волны бьются о берег, набегая друг на друга. Чонгуку нравится наблюдать. Линия горизонта почти неразличима на рассветном небе. Слушая плеск волн, парень садится на песок и любуется. Морской воздух помогает легким дышать. Чонгук сидит так, пока не начинает чувствовать сонливость. На пляж постепенно приходят люди. Кто-то играет до наступления жары, кто-то купается в теплом море. Многие приходят парочками. Чонгук поднимается и начинает разминаться, достает из кармана наушники и включает музыку. Чтобы немного развлечься, парень вспоминает занятия в танцевальной школе и начинает двигаться под знакомый трек. Это кажется забавным — танцевать на песчаном берегу. Отдыхающие с удивлением наблюдают за танцующим парнишкой и заряжаются его хорошим настроением. Натанцевавшись вдоволь, Чонгук зарабатывает искренние аплодисменты от случайных зрителей. Он благодарит всех, собираясь уходить, но после наталкивается взглядом на Чимина, что оказывается для парня полной неожиданностью. Убрав телефон в карман, юноша спешит к улыбающемуся спасателю. — Привет, Чонгук. Вижу, ты в форме. — Привет. Вроде как. Правда, плохо помню, что случилось. — Рад, что с тобой все в порядке, — Чимин хлопает парня по плечу и предлагает прогуляться по пляжу. Чонгук охотно соглашается, съедаемый любопытством. — А все-таки, что случилось? — Тебе в голову мяч прилетел. Да и упал ты неудачно. Сотрясение, верно? — Да, верно. — Чонгук чувствует в словах спасателя недосказанность, но никак не может вытянуть тот ответ, который хочет. — Наверное, ты тогда за помощью побежал? — Помощь сама пришла. — В смысле? — К счастью, Намджун был рядом. Он-то тебя и реанимировал. Даже подойти не дал. Рявкнул на меня, а потом отнес тебя в тень. Ты не помнишь? Да куда тебе помнить. О ступеньку хорошо приложился. Хорошо еще, что череп целый. Рукой спасатель дотронулся до места, где у Чонгука находился приличный синяк. Парень сразу отскочил, морщась от боли. — Прости. Не каждый день на пляже случается подобное. Я очень испугался за тебя, Чонгук. — Представляю. — Будь осторожнее в будущем. Трогательная забота вместе с виноватой улыбкой очень импонируют Чонгуку. Слышать подобное от спасателя оказалось приятно. Юноша сам невольно улыбается в ответ. — Ты извини меня, не успел среагировать. — Ничего. Я бы на твоем месте тоже растерялся. — Да нет же, Чонгук, я не первый год работаю, чтобы пугаться. Я многих из глубины вытаскивал, почти синих, и едва успевал до берега доплывать. Говорю же, Намджун не позволил оказать тебе помощь. Брови парня удивленно ползут вверх. — Это еще почему? — Не знаю, — пожимая плечами, спасатель бредет рядом, смотря себе под ноги. — Капитан не особо любит объяснять свои поступки. — Странный он у вас. — Намджун? Ну, если малость. Он ответственный человек, да и к тому же старше всех нас. Ему положено быть таким. Парень негодует. Да кем себя возомнил этот Намджун, чтобы вести себя так? — Ты его защищаешь? — Не то чтобы защищаю, Чонгук. Просто… понимаю. — Чимин легко улыбается, глядя на парнишку рядом, и мягко треплет по волосам. — Не сердись, что не помог тебе. — Тебе не за что извиняться. Они бредут не спеша, смотря на светлые блики, расцветающие на воде. Чонгук ощущает себя достаточно раскованно. Впервые им с Чимином никто не мешает разговаривать, что само по себе удивительно. Парню хочется проводить с этим человеком больше времени. И при каждом взгляде на него Чонгук недоумевает, отчего все вокруг так плохо отзываются о Чимине. Они обмениваются телефонами, прежде чем разойтись. — Мне пора. — Заходи как-нибудь, Чонгук, если будет скучно. — Спасатель быстро пишет сообщение с адресом и отправляет юноше. — Спасибо за приглашение, — роняет парень, после чего повисает неловкая тишина. Всего на несколько секунд, за которые Чонгук вновь чувствует, как желает прикоснуться к Чимину не под предлогом дружбы. Он повисает, смотря на выразительные пухлые губы, чуть приоткрывшиеся, а после едва ли не подпрыгивает на месте, слыша шутливое: — Ты собрался уходить. — А, да, — неловко хохотнув, Чонгук прощается и удаляется прочь от спасателя. Щекотливое чувство неловкости быстро проходит, стоит юноше вернуться в номер отеля. Он проводит там часы жары, молча повинуясь указаниям Намджуна, но сам будто не замечая этого. На столе у дивана стоит открытая пачка гранатового сока, из которой Чонгук то и дело доливает в стакан. По телевизору очередное развлекательное шоу, которое парень смотрит с позиции «лучше, чем новости». Вечером Чонгук сидит в баре и цедит коктейль. Прохладный вкус мяты обволакивает, чуть кружа голову. Разведенное малой порцией алкоголя чувство дежавю не просачивается в мозг парня, когда рядом с ним оказывается незнакомый человек. — Скучаешь? — Отдыхаю, — быстро отвечает юноша, мельком посмотрев на подсевшего рядом человека. Чуть выше ростом, темноволосый и загорелый мужчина в светлой одежде, со сдержанной улыбкой. Ничего особенного, Чонгук не обращает внимания. — Угостить коктейлем? — Не пью с незнакомцами. — Можем познакомиться. — Спасибо, не стоит. — Подняв руки вверх, парень подзывает бармена и оплачивает сделанный ранее заказ. Уходя от неприятной компании, юноша идет в бар по соседству, где на сценах танцуют девушки и затерянные меж них леди-бои. На слегка поведенную голову парень не замечает разницу и просто наслаждается шоу, заказывая еще один прохладительный напиток. На этот раз безалкогольный. Бодрая музыка веселит всех посетителей заведения. Чонгук усаживается ближе с сцене настолько, насколько это возможно, и смотрит на танцовщиц в коротких юбках, вспоминая удачный поход в стриптиз-клуб. Прямо перед юношей появляется девушка в ярко-розовой юбке и белоснежном топе. Откуда она взялась — Чонгук не успевает уследить. Он обращает внимание на высоченные шпильки и длинные ноги, по которым скользит взглядом. Девушка приседает перед его лицом, а после в такт движениям разводит колени, демонстрируя нижнее белье. Публика восхищенно улюлюкает, а Чонгук удивленно распахивает глаза, смотря на танцующую девушку с темными кудрями. В том, что перед ним девушка, он успел убедиться. Та улыбается и, как ни в чем не бывало, продолжает развлекать посетителей бара. Чонгук залпом осушает стакан, чтобы охладиться. В ходе передвижения из бара в бар парень не замечает, как оказывается абсолютно в другом районе центра. Громкая музыка, танцующие люди и выпивший Чонгук. Он рядом с каким-то парнем, улыбается ему и демонстрирует свои умения владеть телом на танцполе. В глазах напротив неприкрытый интерес, а юноша слишком пьян, чтобы чему-то противостоять. Его гладят по бокам, притягивают к себе слишком близко, обдавая алкогольным дыханием. Чонгук лишь смеется, поднимая руки вверх, пытаясь поймать искристый свет прожекторов. В какой-то момент становится слишком жарко. Не контролируя разум, юноша жмется к партнеру по танцам, и тот затягивает его в долгий мокрый поцелуй. Становится безразлично все. Чонгуку хорошо здесь, с этим человеком, хотя, скорее всего, наутро он и не вспомнит ничего из вчерашнего. Парня грубо припечатывают к стене и жадно исследуют горячими ладонями тело. Чонгук в бреду и поддается, чувствуя, как плавится под настойчивыми прикосновениями. Его партнер по танцам пьян и нетерпелив. Он оставляет влажные следы на шее, отчего Чонгук перестает держать равновесие. Ноги ватные, а чужие руки уже под майкой. Царапины на животе заставляют мышцы сокращаться. Больно, но приятно. Чонгук притягивает к себе парня, позволяя делать с собой все что угодно. Мысль, что его могут взять прямо у стены бара, вытесняется из сознания. Вот-вот скопившееся напряжение получит выход. Одна секунда, и ладонь любовника подденет край брюк. Чонгук желает этого, прижимаясь как можно ближе к бедру парня, поскуливая ему в ухо. Тот сам еле держится, и в какой-то момент юноша теряет равновесие. — Опять ты? — до боли знакомый голос обрушивается, как водопад холодной воды. Чонгук узнает его, но слишком пьян, чтобы реагировать. — Боже, почему ты вечно вляпываешься в какое-то дерьмо?! Вставай. — Сильная рука больно сжимает предплечье. — Еще и пьяный. Полный набор. Превосходишь все ожидания. Чонгуку хочется ответить, а предательский язык не слушается. — Устроили тут оргию. Меньше всего я ожидал тебя здесь увидеть. Его куда-то ведут, потом заталкивают в машину, где парень начинает приходить в себя. Он узнает затылок, узнает салон автомобиля и едва ли не выскакивает на ходу, понимая, за чем был пойман. — Без шуток. Еще не хватало тебя по частям собирать, — басит водитель, щелкая кнопкой автоматической блокировки дверей. — Да пошел ты, — изрекает юноша, пока окончательно не отключается. Коктейлей он в этот вечер перебрал. Просыпается юноша от ощущения пустыни в собственном горле. Едва проснувшись, начинает кашлять. Рядом слышит копошение, а после ко рту подносят стакан. Чонгук пьет залпом, морщась от головной боли и похмельного синдрома. Когда жажду удалось победить, парень поднимает глаза и видит перед собой Намджуна. Почему-то это не кажется ему удивительным. — С возвращением, — язвит спасатель, убирая стакан от лица юноши. — Благодарю, — протяжно произносит Чонгук, чувствуя, что голова начинает раскалываться на две части. — Что, хорошо? — Заткнись. Лучше бы помог. — Слишком часто я тебе помогаю, — вздыхает Намджун, после поднимается, чтобы принести горе-алкоголику таблетку и наполненный водой стакан. — На вот, выпей. Парень выполняет указания молча, желая как можно быстрее снять неприятные симптомы. Погодя некоторое время, чувствует явное облегчение и осматривает место, в котором оказался. Офис спасателей, в котором совсем недавно общался с Чиллаком. — На этот раз больницы были закрыты? — Туда не берут малолеток, которые не умеют пить. — А ты остряк, — язвит Чонгук, смотря в спину капитана. Намджун устроил ему на полу спальное место, что юношу очень удивляет. Спасатель игнорирует укол в свою сторону, продолжая работать. За окном уже ближе к полудню, даже в помещении ощущается жара. Чонгук пытается собрать кусочки пазла, как и в прошлый раз, но не выходит ничего путного. — Где ты нашел меня? — Ты точно хочешь это знать? — Намджун оборачивается, встречаясь взглядом с проблемой, выпавшей как снег на голову. — Следишь за мной? — Ты уже спрашивал. — Ничего себе, ты помнишь? А я не помню. — Сочувствую. Меньше пей, больше будешь помнить, — в голосе присутствует раздражение, однако Чонгук пропускает его мимо. — Не твое дело. — Вообще-то мое. Ты нарушил правила, поэтому должен сказать спасибо, что я закрываю глаза на твои шалости. Давно бы сидел в вытрезвителе с мощными дядечками, которые бы с удовольствием скрасили твой досуг. Ты здесь только потому, что я нашел тебя первым. — Премного благодарен. — Он даже не осознает, — изрекает сам себе капитан, а потом буднично пожимает плечами. — Хватит строить из себя героя. Я не просил меня искать. — Я тебя не искал. Больно нужен мне какой-то малолетний придурок, решивший позабавиться со своим дружком на глазах у толпы. — Что? Да как ты смеешь?! — Я — смею. Хоть понимаешь, что тебя могли осудить по многим статьям? Чему вас сейчас в школе учат? Никогда не пробовал, прежде чем податься в другую страну, хотя бы выучить элементарные правила поведения? Или головой думать не умеешь, а только тем, что в штанах, — усмешка и злость в голосе заставляют Чонгука сжаться, подобно пружине. — Такое впечатление, что ты специально хочешь довести меня до могилы. От тебя больше проблем, чем от больных на голову туристов, прыгающих со скал на мелководье! И почему я должен все это терпеть? За какие заслуги работаю нянькой? Думаешь, мне очень хочется таскаться по городу, отлавливать тебя, вытаскивать из очередной задницы, в которую ты с таким удовольствием ныряешь? На моем месте нужно людей спасать, а не наставлять малолеток на путь истинный. От каждого слова юноша все больше хочет заткнуть уши. Слишком отвратительны чужие слова. — Возомнил себя центром Вселенной и думаешь, что тебе все можно? Может, ты и турист, но этот город — зона моей ответственности. И поэтому я имею полное право отправить тебя обратно в Пусан. Вырасти сначала, а потом уже прыгай с кем-то в койку, — Намджун качает головой. — Малолетка, пьяный, устраивающий черти что посреди толпы… Да ты молиться должен, что я нашел тебя. — Думаешь, ты тут один такой благородный?! Какое тебе дело, упекут меня куда-то или нет? Это тебя не касается! — Подорвавшись с пола, Чонгук сжимает кулаки и смотрит убийственно на Намджуна. — У тебя мозгов-то нет, какое там понятие жизни. — Закрой свой рот! — почти рычит парень. — А то что? Что ты сделаешь? — Спасатель выдерживает прямой взгляд, не меняясь в лице. — Решил, что у тебя хватит смелости? — Не смей оскорблять меня. — Ты еще слишком мал, чтобы понять мои слова. Поэтому выбери для себя отдых спокойнее и не мешай людям работать. — Да что ты возомнил о себе?! Думаешь, если спас мне жизнь, так теперь командовать можешь? Ты мне никто! И не смей лезть в мою жизнь! — Ты слишком много на себя берешь, Чонгук. — Взгляд капитана почти не меняет тяжести, а внутри юноши разливается обида. — Я ненавижу тебя! — выплевывает он, сдерживая предательские слезы. — Твое право, — вздохнув, Намджун опускает взгляд на бумаги, игнорируя чужое присутствие. — Я был бы очень счастлив больше не видеться с тобой. Будь добр, в следующий раз спасай кого-нибудь другого. Оставь меня в покое! — Стиснув зубы, парень быстро покидает кабинет, громко хлопая дверью на прощание. Чонгук надеется, что их с Намджуном дороги навсегда разошлись.