between us gray areas and expectations

Луи действительно не видел ничего особенного в том, чтобы остаться в школе вместе с Натаном до приезда Гарри. Это было так естественно. Как он мог оставить Нати? Он бы нервничал не меньше Стайлса за маленького мальчика в пустых коридорах школы. Томмо даже не рассматривал мысль о том, чтобы уехать домой пока не вернется Гарри. Странно было узнать, что сам Стайлс ожидал именно того исхода событий. Томлинсон мог бы отвести Натана домой, но у него не было ключей от дома Стайлсов, а оставлять ребенка на крыльце он не собирался. Телефон Гарри был отключен, так что Луи сразу понял, что случилась какая-то непредвиденная ситуация, раз Стайлс, тот, кто так заботится о своем сыне, опаздывает на тренировку. В общем-то, Луи не против был поиграть с детьми и вспомнить свое детство. Томмо успел привязаться к Гарри и Натану. Да и Алекс, которая обожала заплетать Гарри косички и воевать с Нати за попкорн в кино, тоже быстро впустила в свое пространство этих двух парней. Все четверо отлично поладили, каждый раз веселясь в обществе друг друга и при расставании уже ожидая новой прогулки. Сегодня отличный день для блинов и горячего шоколада, как думает Луи, натягивая теплый носок, пытаясь устоять на одной ноге. Алекса уже собралась и ждет внизу, изредка крича имя отца, чтобы поторопить его. - Все, все, я готов! - Томлинсон спускается по лестнице, замечая каким оценивающим взглядом дочь осмотрела его. - Может, наденешь тот свитер с оленями, что подарила тетя Шарлотта? - Мне кажется, что и этот нормальный, - Томмо посмотрел на свой темно-синий свитер с сомнением. - Но в том ты выглядишь милее, - девочка подошла к отцу, чтобы еще раз оценить его внешний вид. - Значит, я милый только в том свитере? – наиграно возмутился Луи. - Нет, но я думаю, что Гарри понравится свитер с оленями, - просто ответила девочка, как будто это само собой разумеющееся. – Олени – это мило. Так по-новогоднему. - Значит, теперь я должен одеваться так, чтобы понравилось Гарри? – брови Луи поползли вверх. – Можно узнать зачем? - Чтобы он влюбился в тебя, - пожала плечами Алекса. – Это же очевидно, пап. Луи, который потянулся за обувью, замер, не зная, как реагировать на слова дочери. Он выпрямился, стараясь подавить волнение и шок, скрывая свои эмоции, как и все серьезные вещи в своей жизни, за весельем. - Милая, что ты такое говоришь? - Ну, мы с Натаном решили, что было бы не плохо, если Гарри влюбился в тебя, а ты в него, - смущенно ответила дочь, перебирая маленькими пальчиками шнурки на пальто. - Мы с Гарри просто друзья. Думаю, этого вполне достаточно. - Но… - Алекс, - строго прервал дочь Томмо. Всю дорогу до кафе, где Луи с дочерью должны были встретиться с Гарри и Натаном, Алекса молчала. Она была угрюма и задумчива, но Луи решил, что лучше не трогать ее, ведь она сама оттает, как только они прибудут в кафе. На самом деле, Томмо сам был погружен в мысли о словах дочери. Он переодел свитер, убеждая себя в том, что надел его только из-за того, что он теплее, а не потому что олени должны понравиться Гарри. В голову Луи лезут разные мысли о том, что Гарри похож на красивого благородного оленя в человеческом обличии, но они быстро выветриваются из головы парня, когда загорается зеленый и он едет дальше по дороге. Пробки никогда не радовали Луи, особенно сейчас, когда в голове абсолютный бардак. Почему Алекса хочет свести его с Гарри? Что подтолкнуло ее к этому? И Натан, как оказалось, с ней заодно. Черт, Луи просто не хочет, чтобы их со Стайлсом дружба превратилась в нелепую мелодраму или в фильм «Ловушка для родителей». Это реальная жизнь, где Гарри Стайлс всего лишь парень, который стал ему хорошим другом, с которым он сблизился благодаря их общему одиночеству и детям. Ничего больше, ведь так? Луи припарковал машину в центре, приняв решение прогуляться до кафе, чтобы проветрить голову и выкинуть из нее весь бред. Алекса медленно шла рядом, опустив голову вниз, пока Луи смотрел по сторонам, читая вывески, чтобы не пройти мимо того самого кафе, о котором говорил Гарри. Гарри. Снова он в голове Томлинсона. Это нормально, да, ведь они друзья и могут думать друг о друге. Но почему-то Луи боялся того, насколько сильно Стайлс въелся в его мысли, в каждую извилину и каждый импульс. Томмо казалось, что так не должно быть, что он нарушает какие-то только ему известные правила и границы. Поэтому Луи мысленно сжигает все, что связано с забавными кудрями, ямочками на щеках, щедростью, добротой и с зеленым, как листья мяты, глазами. - Привееет! – Гарри и Натан дуэтом кричат приветствие Луи и Алекс, как только те заходят в теплое кафе и оглядываются по сторонам в поисках друзей. - Простите, что опоздали, - Томлинсон помогает дочери снять пальто, мимоходом целуя Нати в макушку. – Мы немного прогулялись. - Погода действительно замечательная для зимы, - соглашается Гарри, подзывая официанта. – Может, сходим вечером на каток? - Там разноцветные фонарики и рождественские песни будут играть из динамиков, - помогает отцу Натан. - Папа? – Алекса, наконец-то, становится самой собой и смотрит на отца самым жалобным взглядом. Луи уже готов вручить ей Оскар. Томлинсон переводит взгляд с Алексы на Натана, что слишком выпятил слегка подрагивающую губу, а потом на Гарри, который в точности повторил действие сына. Да, Луи знает, что он сжег все глупые мысли, но на их месте появились новые. И теперь они о пухлых губах, цвета красной магнолии, о том, что этот парень, сидящий напротив Томмо, зависит от его мнения, словно если Луи не согласится, он тоже откажет себе в веселье и пойдет домой. Стайлс сам провоцирует Томлинсон на подобные мысли! - Только если ты купишь всем горячий шоколад, Хаз, - смеется Луи, открывая меню, чтобы хоть куда-то отвести взгляд. Стайлс радуется вместе с детьми, чуть ли не прыгая на своем месте, а в это время к столику подходит официант. - Добрый день, - молодой парень достает из кармана блокнот, осматривая гостей. – Вы уже определились с заказом? Так как Луи первым открыл меню, он же первым и определяется с заказом, отвечая сразу, как официант задал вопрос. - Мне блинчик с клубничным джемом и мятный чай, - Томлинсон закрывает меню. Официант принимает из рук Луи меню и, записывая заказ в свой блокнот, спрашивает: - А ваш супруг и дети? В этот самый момент в голове Томмо стало пусто. Белый шум перекрыл все звуки вокруг. Он не слышал разговаривающих детей, звук кофе-машины, шумных официантов и мамочек, что успокаивали своих избалованных детей, которым не купили лишнее мороженое. Этот официант только что назвал Гарри его мужем? Он решил, что они пара? Черт, Луи не должен думать об этом с благоговением, в которое добавили каплю испуга! - Что? – кашлянув, переспросил Луи. - Ваш супруг и дети определились с заказом? – повторил официант совершенно спокойно, не обращая внимания на реакцию Томлинсона. Если честно, то Луи боялся повернуться в сторону Гарри и встретиться с ним взглядом. Он не знал, как тот может отреагировать на подобную ситуацию и не хотел видеть отвращения или хотя бы нотки неприязни к тому, что кто-то подумал, словно они пара. Но когда Томлинсон решается посмотреть на Гарри, тот улыбается своей самой веселой улыбкой, как когда Луи рассказывает смешную шутку. Стайлс подмигивает ему, как бы говоря: «Давай поддержим легенду». По нему видно, как ему понравилось такое неправильно истолкование их положения, но Луи не разделяет радости. Он смущен и странное тепло разливается внутри, но он предпочитает думать, что это яд, который затуманит рано или поздно его разум. Томлинсон поворачивается к официанту, что все еще стоит и ждет его ответа. В нем бушует необъяснимое желание все разъяснить, потому что он все еще не хочет нарушать правила. - Мы просто друзья, - четко и сухо говорит Луи. Улыбка Гарри тускнеет, но Томлинсон думает, что это только потому, что он хотел повеселиться, но Томмо не подыграл ему. Официант обескуражен и смущен своим промахом, он мнется на месте и ему явно неуютно под холодным взглядом Луи, но Гарри спасает его. - Нам всем чай с мятой, пожалуйста, - озвучивает он заказ за себя и детей. – И три блинчика с зефиром и шоколадом. - Одну минуточку, - официант, даже не дописав до конца заказ, уходит от столика, чтобы больше не ощущать на себе взгляд Луи. Нет, Томлинсон не зол на парня. Но Луи и Гарри просто друзья. Это странно, что кто-то мог подумать, словно они пара, ведь это далеко не так. Совсем. И никогда не будет. Никогда. До вечера парни с детьми сидят в кафе, разговаривая о футболе, планах на будущее, мечтах, успехах детей в школе, о работе Луи и потопе в магазине Гарри. Они говорят о жизни. О том, что происходит в их жизнях здесь и сейчас. Томмо и Хаз редко разговаривают о прошлом, закрывая каждый в себе годы до встречи. Те годы, которые приносят больше всего боли. Луи нравится, что Гарри все так же искренне улыбается и смеется, не обижаясь на Томмо из-за того, что тот не поддержал легенду. Кажется, словно Стайлс уже и забыл этот инцидент, который произошел всего пару часов назад. Хотя сам Луи не может не думать об этом. Томлинсон рад, что Гарри не выражает никакой неприязни к той ситуации и неверному предположению официанта. Луи нравится думать, что Гарри совсем не против, но эта мысль только зарождается в недрах его сознания. *** - Я заплачу, Хаз, - Луи опережает Гарри, который занят тем, что заплетает косичку Алекс, поэтому не может остановить его. – Ты заплатишь за прокат коньков. Луи подходит к кассе и ждет, когда хоть кто-нибудь освободится, но в кафе огромное количество народу, так что Стайлс уже успевает собрать детей и выйти с ними на улицу, а Томмо все еще стоит и ждет, когда сможет оплатить заказ. Луи смотрит в окно, наблюдая за тем, как Алекса что-то объясняет Гарри, указывая куда-то пальцем, а тот внимательно слушает, словно от этой информации зависит его жизнь. Стайлс всегда такой внимательный. Все мелочи он превращает в грандиозные события и Томмо восхищается его способностью делать из обыденных вещей что-то особенное. Гарри сам особенный. Особенный для Луи. Спустя десять минут размышлений Томмо все еще стоит в очереди, и он даже начинает раздумывать над тем, чтобы уйти, не заплатив, но тут освобождается именно тот официант, который обслуживал их столик сегодня, поэтому Луи подходит к нему. - Простите за…, - начинает парень, пока компьютер считывает с карточки Луи нужную сумму. – Ну, вы поняли. - Ничего, - отмахивается Луи. Он, если честно, старался не думать об этом, но, естественно, он провалился. – Не понимаю, с чего ты взял, что мы пара. - Не знаю. Между вами, вроде как, видна связь, - парень говорит медленно, подбирая слова. – Я не говорю о влюбленных взглядах или чем-то подобном! – официант поднимает руки в защитном жесте, словно Луи уже готов его ударить, когда на самом деле он просто стоит и внимательно слушает, делая вид, что ему не интересно. – Просто гармония между вами наводит на подобные мысли. - Что ж, думаю, гармония может быть и у друзей, так? – парень быстро кивает, отдавая Луи его карту. - Хорошего вечера. И, правда, когда Гарри и Луи с детьми покидают кафе, на улице уже вечер, но Томлинсон думает о времени в последнюю очередь. Всю прогулку по аллее до катка Луи не может выкинуть из головы слова официанта. Ну, а когда они приходят на каток и длинные ноги Гарри разъезжаются на льду, не способные удержать хозяина в вертикальном положении, Томлинсон забывает обо всем, кроме красных от мороза щек и носа, выдыхаемого из приоткрытых губ белого пара, замерзших пальцев и неуклюжих движений, забавных падений и смеха. Томмо забывает обо всем, кроме Гарри и о том, что они только друзья.