Кроме любви

      — Невероятно, — раздражённо швырнув очередной свитер через всю комнату, я в который раз бросила взгляд в окно. Тонкий белый слой снега покрывал землю и деревья. Это даже снегом-то назвать нельзя было. Так изморозь которая растает через несколько часов. Но именно из-за этого тонкого слоя снега я теперь металась по комнате в поисках платья, тёплых колготок и какого-нибудь свитера. На улице было холодно, но Пол был непреклонен и во время утреннего звонка заявил, что хочет видеть меня именно в платье. Проклятья на свою голову он слушать не стал, бросил трубку, сказав, что заедет через несколько часов.       — Это просто, мать твою, невероятно! Грёбаный мужлан. Чтоб его, — в порыве ярости содрала с себя майку, чтобы наконец напялить вязаное тёплое платье. Когда его только принесла Идит было стойкое желание взять ножницы и разрезать на мелкие кусочки, но тётка так выразительно глянула в мою сторону, что пришлось сунуть руки в карманы домашних штанишек. Во избежание, так сказать.       — Платье, мать твою, — в который раз зашипела как змея. Умом понимала, что никто меня за язык не тянул тогда спорить с Полом, но уязвлённое самолюбие дало знать, потому я прибывала в крайне раздражённом состоянии. Никогда не любила проигрывать, особенно тем, с кем вела принципиальную вражду. С Полом мы хоть сблизились за последнее время, но это не мешало мне время от времени считать его мудаком. Впрочем, и он весьма красноречиво напоминал мне, что я далеко не нежная принцесса, а скорее дракон, стерегущий ту самую принцессу. Это не было обидно, но не помешало шарахнуть Лэйхота тапком.       — Ну, прекрати уже брюзжать как старая бабка, — не без раздражения хмыкнула Идит, которая наблюдала за моими метаниями. — Это всего лишь свидание с Полом, — хотя в её голосе прозвучала неуверенность, внешне женщина осталась спокойной. Даже после того как мужчина буквально вытащил меня с того света, заботился и починил всё в нашем доме, особой теплотой к нему Идит не прониклась. Так и считала бабником. Впрочем, в этом я с ней была солидарна.       — Всего лишь, — заворчала в ответ, яростно поправляя подол платья. Тётка проигнорировала моё брюзжание. Она спокойно собрала раскиданные свитера, свалила их на кровати в одну кучу.       — В конечном итоге ты в любой момент можешь отказаться, — я хмуро сложила руки на груди.       — Не могу. Это дело чести!       — Тогда не ной. Ещё никто не помирал от одного свидания. А если полезет с приставаниями сразу бей и кричи.       Я хмуро покачала головой, но решила взять себя в руки. Сама не понимала почему так остро реагирую на предложение Пола. Даже когда Йен пригласил на свидание я испытывала меньшую бурю чувств и ощущений. А здесь словно подменили. И дело было даже не в уязвлённой гордости за проигрыш. Всё было так сумбурно, что хотелось всё бросить и с головой зарыться в ворох одеял, заявив всему миру — Меня нет. Забудьте. Нет такого человека на свете. Отвалите.       — Херня какая-то, — пробормотала себе под нос и распахнув дверцу, вышла на балкон, где закурила. Идит уже не пыталась отнять у меня пачку или орать, лишь тяжело вздохнула и замерла рядом, наблюдая за тем, как я нервно чиркала колёсиком в попытке поджечь сигарету. У меня тряслись руки, пальцы соскальзывали, а внутри всё переворачивалось. Видя в каком подвешенном состоянии я пребывала, Идит отобрала зажигалку, чиркнула колёсиком, тем самым помогла подкурить сигарету. Дым наполнил лёгкие, в голову ударила эйфория и на пару мгновений я потеряла связь с реальностью. Сигареты всегда имели на меня странное воздействие.       — Что с тобой сегодня творится? Ты с самого утра ядом плюёшься. Тебе настолько не нравится Пол? — искоса взглянула на тётку. Та рассматривала меня прищурив тёмные глаза и в целом выглядела, как доктор из психиатрической лечебницы. Давно я не замечала за ней такого, а может быть просто отвыкла, ведь Идит только вернулась из Франции.       — Нормально, — отмахнулась от беспокойства женщины. Делиться с ней чувствами, которых сама не понимала, совершенно не хотелось. То, что творилось между мной и Полом невозможно было выразить каким-то одним словом. Хождение по лезвию ножа, робкие взгляды в бездонную пропасть, страхи, тянущиеся следом из детства, неуверенность, жажда чего-то большего — всё это было между нами.       — Михаль, ты же знаешь, — тётка тронула меня за плечо, привлекая вновь уплывающее внимание, — что можешь рассказать мне всё, что творится в твоей жизни. Я всегда помогу тебе.       — Знаю, — сжимая зубами фильтр, выдохнула в морозный воздух. Правда рассказывать было нечего. Всё было настолько неопределённо, что лишний раз соваться в омут собственных чувств не хотелось, а ворошить их тем более. К тому же для себя я открыла, что скучаю по Йену. Одно его имя приводило меня в странное оцепенение и ужас, но я скучала по его ласковому, понимающему взгляду, спокойному голосу и терпеливому отношению. Наверное, это была одна из тех стадий «разрыва отношений» про которые столько пишется в псевдо-психологических книжках. А может быть просто один из моих тараканов решил заняться самоедством, попутно доводя меня до очередной истерики. Нужно будет позвонить доктору Милтону и съездить на приём. Со всеми событиями в жизни я совершенно забросила лечение, а это явно пагубно сказывалось на психике.       — Ладно, — вздохнула тётя. Я вздрогнула. Снова погрузившись в себя забыла о том, что женщина по-прежнему рядом, буравит взглядом и ждёт, когда меня прорвёт на разговоры. Но видимо поняв, что сегодня из меня собеседник нулевой, решила заняться своими делами. — Я хотел встретиться с Морин. Ну ты помнишь её.       Я не задумываясь кивнула, докуривая сигарету. Женщину по имени Морин я не помнила и вспоминать не хотела.       — Мы учились вместе на курсах фотографии, — с улыбкой произнесла Идит. — Так вот сегодня у нас встреча. Выпьем, поболтаем. Поэтому рано не жди, но учти, — тётя окатила меня прищуренным взглядом, — устроишь вечеринку заставлю зубной щёткой дом отмывать.       Я вскинув брови уставилась на женщину. Это я-то вечеринки устраиваю?       — Смешно. Обхохочешься просто, — негодующе вслух высказала собственные мысли. Идит коротко хохотнула и вышла с балкона, тихо прикрыв за собой дверь. А я осталась. Потянулась за второй сигаретой. Понимала, что станет плохо, будет кружиться голова и подташнивать, но только так могла хотя бы на время привести мысли в порядок. Впереди ждало свидание с Полом, а ощущение надвигающейся угрозы никак не желало отступать.

POW Пол

      Гладко выбритый, в одежде более ли менее презентабельного вида без пятен моторного масла, клочков шерсти или заплат, без запаха костра, я стоял перед зеркалом и думал, что свихнусь от волнения. Так мои руки не тряслись с тех пор, как в третьем классе я решил чмокнуть Рози в щёку. Это было так давно, что казалось неправдой.       Сердце гулко колотилось в груди и от одной мысли, что сегодня будет первое настоящее свидание с Михаль, улыбка расползалась на моём лице. Совершенно дебильная, нужно сказать, улыбка. А ещё сегодня ведьма должна была быть в платье. Я много раз представлял её в коротком платье, обтягивающем округлые формы, выставляющем напоказ светлые ноги. Михаль не была худышкой, за прошедшие дни я успел оценить мягкость её бёдер, и был очарован каждым изгибом. После худосочных девиц, стремящихся к модным стандартам, она была приятным разнообразием. От одной мысли об обнажённом теле Михаль мне становилось жарко. Я солгал бы, если бы сказал, что не фантазировал о ней.       Нервно одёрнув куртку, я поспешил к дому Джейкоба. Брат нашёлся на заднем дворе. Он бездумно пялился в старый сотовый и я совершенно точно знал, что он думал о Белле. Он всегда думал о ней, раздражая. Я не понимал, как можно любить девушку, которая предпочла выбрать хладного, мертвеца. Сама мысль о том, что она спала с трупом вызывала отвращение. Но Джейкоб был в неё влюблён чуть ли не с детства, и я старался молчать, уважая чувства друга. Хотя и считал его придурком.       — Мне нужен твой байк, — без приветствий обратился к Блэку. Тот растерянно оглянулся, тут же спрятав телефон в карман потёртых джинс. Тёмные брови нахмурились, а взгляд внимательно пробежался по мне оценивая внешний вид.       — Зачем тебе? — отвечать не было никакого желания. Всё равно потом все узнают. Волчий эфир лишал секретов.       — Нужно, — пожал плечами. Джейк сощурился, но поняв, что ответа не дождётся, пошёл в дом за ключами. Я нетерпеливо зашагал следом, представляя, как буду катать Михаль, петляя по дорогам, увозя всё дальше от цивилизации, а там высокого в горах, где со смотровой площадки вся резервация как на ладони, предложу встречаться. Отказа не будет. Для себя решил, что даже шантажом заставлю принять меня. Мы прошли вместе слишком много, чтобы быть просто друзьями.       — На свидание с Михаль вырядился? — с затаённой грустью произнёс Джейкоб, швырнув ключи от байка. Ловко поймав их, я хмыкнул. В глазах брата застыла тоска. Он хотел быть с Беллой, ходить с ней на свидания, целовать её, быть её защитником. Он хотел импринтинга с ней. Но у него были лишь человеческие чувства к ней, а Свон лишь использовала его, как якорь, когда её дражайший труп не мог быть рядом. Отвратительная ситуация, и я слишком хорошо понимал, что никакие слова её не разрешат. Только если у Джейкоба появится пара, но Блэк отказывался смотреть на других девушек, храня верность Мисс Глобальные Проблемы Года.       — Я занесу их на днях, — махнул другу рукой и вышел из дома. Мне не терпелось встретиться с Михаль, забыть обо всё на свете за разговором с ней. Мне хотелось впечатлить её поездкой, почувствовать тепло нежного женского тела. Я не без умысла хотел, чтобы она надела платье. При такой погоде ей будет холодно, а единственным источником тепла буду я.       Заведя мотор, усмехаясь собственным коварным планам, я выехал в сторону дома девушки. Предчувствие подсказывало мне, что встретят меня с битой или сковородкой. Но от этого хотелось лишь смеяться как подростку. Михаль была совершенна в своей непредсказуемости и безбашенности. Я обожал эту её черту, хотя за неё же не раз хотел придушить.       Остановившись у домика, ставшим почти родным за прошедшие недели, я поднялся на крыльцо. Ступени больше не скрипели, жутких борозд от когтей не осталось. Я всё починил и каждый раз довольно скалился глядя на свою работу. Это было лишним напоминанием для Михаль обо мне и каждой проведённой вместе секунде. Такие мелочи, как заменённые доски, не позволяли ей забыть.       Сердце сделало кульбит прежде чем я взял себя в руки и постучал. Даже на первом свидании с Рози я не нервничал так сильно, хотя она была моей первой детской любовью. Чуткий волчий слух уловил топот босых ножек и спустя мгновение передо мной распахнулась дверь. Аромат Михаль ударил в лицо, заставляя вскипеть кровь. Тёмные кудри окружали бледное миловидное личико, светлая шапка с помпоном как нимб украшала её голову. На ней было чёрное вязаное платье, обтягивающее высокую грудь, талию и пышные бёдра. Его так легко было задрать, что у меня задрожали руки от желания. Ноги обтягивали тёмные лосины. У этой бледной ведьмы были самые умопомрачительные ноги, которые я только видел. Будь я в шкуре волка, наверное, вывалил бы язык наружу и заляпал слюной крыльцо. Михаль была похожа на невинного ангелочка, но потом я заглянул в её зелёные глаза и меня словно обожгло. Раздражение и нервозность заставили сиять их ярко, как весеннюю траву. Она смотрела на меня нахмурив брови, хлопая длинными ресницами.       — Чё застыл? — голос чуть с хрипотцой омыл меня, будоража кровь. — Заходи давай, на улице холод собачий.       Я усмехнулся. В раздражении она была прелестна, как котёнок который пытался казаться страшным, но был способен лишь вздыбить хвост и выпустить коготочки, которыми и мог только за шторку зацепиться. Закрыв за собой дверь, я растерялся, не зная, что ей сказать. Избитые комплименты казались лишними, да и девушка больше не смотря на меня побежала в зал, а через минуту вернулась замотанная в шарф, тёплых носках и с тёплым пальто.       — Ты похожа на капусту, — это было первое что я ляпнул и чуть не хлопнул себя по лицу. Михаль закатила глаза.       — Да-да. Именно это желает услышать каждая девушка. Ты просто Мастер Комплиментов. Теперь неудивительно почему дамочки перед тобой штабелями складываются, — убийственный сарказм звучал в её голосе, но мне хотелось рассмеяться, глядя на то как прыгая на одной ноге она натягивала угги при этом пытаясь язвить.       — Но именно поэтому ты меня обожаешь, — хмыкнул в ответ, сложив руки на груди. Михаль стрельнула в меня скептичным взглядом, но тут же ухмыльнулась.       — О, да. Я просто жить не могу без самоуверенного, плохого волка, — ехидно протянула она, застёгивая пальто. А ведь Михаль даже не подозревала насколько близка была в своих предположения. Большой плохой волк — стучало в моей голове. Это был я, целиком и полностью. И я хотел свою Красную Шапочку, похожу на ангелочка с бензопилой за спиной.       — Ведьма, — усмехнулся в ответ. Михаль передёрнула плечами. Я протянул ей руку, и она тут же приняла её, обхватив ладонь холодными пальцами. Она всегда была такой холодной, но быстро согревалась от моих прикосновений, словно зажигалась, как костерок, теша моё самолюбие.       — Пошли уже, — хмыкнула Михаль, буквально выпихнув меня за дверь. Заперев дом, она подняла на меня взгляд и застыла, широко распахнув глаза. Я уже сидел на байке, ожидая, когда девушка спустится. — Ты блять серьёзно? — несдержанно выпалила Михаль. Вскинув бровь, я ожидал следующего гневного вопля.       — Серьёзнее не бывает, красотка. Шевели своим прелестным задом у нас будет долгая экскурсия, — я ухмылялся, глядя на то как в раздражении темнеют глаза девушки, как она нервно всплеснула руками не в силах выразить своих эмоций без мата.       — Ты смерти моей хочешь? — скривилась девушка, но тем не менее осторожно примостилась за спиной. Маленькие ручки вцепились в куртку, Михаль прижалась к моей спине своим тёплым восхитительным телом, и я едва не выругался, слыша в голове довольное рычание волка. Это была самая приятная мука — чувствовать её так близко не имея возможности заклеймить, сделать своей. Но я был близок к этому, слишком близок, чтобы сделать очередную ошибку.       — Если я превращусь в сосульку сам будешь перед Идит отдуваться, — произнесла на ухо Михаль, пуская по спине мурашки. Я на мгновение прикрыл глаза, ощущая, как возбуждение затапливает разум, как сердце стучит слишком быстро, заставляя задыхаться от эмоций. Пристрелите меня.       — Не волнуйся, ведьма, — заводя мотор ответил ей. — Я буду рядом чтобы согреть тебя в любой момент.       — Засунь себе в задницу, — в раздражении начала говорить девушка, но мотоцикл резко сорвался с места, заставив её пронзительно завизжать и вцепиться в меня ещё крепче. Я расхохотался. Азарт, веселье, желание переполняли меня. А Михаль прижималась ко мне так тесно, так доверчиво. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. С этой ведьмой никогда не было легко, и я слишком хорошо понимал, что при первом же удобно случае она сделает какую-нибудь подлянку в отместку за платье и поездку с ветерком. Но я был даже рад этому. По крайней мере я буду хотеть её придушить, а не сорвать узкое платье и заняться сексом у ближайшего дерева, как какой-то подросток.

POW Михаль

      Холодный ветер бил в лицо, мороз щипал щёки и даже шапка не спасала уши от холода. Я жалась к Полу, ища тепла и защиты за его широкой спиной. Ощущение его тёплого тела в моих объятиях пугало, но в тоже время пленило. Всего лишь на мгновение я позволила себе вспомнить, как почти точно также обнимала Йена, но тут же отогнала эту мысль. Пол не был Йеном. Между ними было слишком много различий, чтобы хотя бы в чём-то их сравнивать. К тому же я считала Пола особенным, а таких людей нельзя сравнивать.       Деревья мелькали с поразительной скоростью, дорога петляла уходя вверх. Я не знала куда меня везёт Лэйхот, не успела спросить, а перекрикивать свистящий ветер не было никакого желания. Холод облизывал ноги, но Пол был таким тёплым, что вскоре меня перестало волновать то, что я в платье, а не болоньевых штанах, которые хотела надеть изначально. Выбирая между красотой и здоровьем, я предпочитала здоровье. Но условием спора было платье, потому теперь я тихонько материлась под нос.       — Мы почти приехали, — чуть обернувшись произнёс мужчина, блеснув белозубой улыбкой больше похожей на оскал зверя. Вспоминая легенду, что услышала от Амелии, я сравнивала Пола с волком. В нём было слишком много от этих животных.       — Отлично. А то я уже совсем околела, — это было неправдой. Лэйхот отлично грел меня, но я была слишком вредной чтобы упустить возможность поиздеваться и помотать нервы. К тому же я не была уверена, что он меня услышал. Но Пол довольно громко хмыкнул. Удивительно, но он меня услышал. Опять волчьи штучки? Я бы посмеялась, если бы меня так не напрягал этот факт.       Несколько поворотов по извилистой дороге и Пол остановил байк. Мотор стих. Нас поглотила тишина. Тучи клубились над головой. Ветер мягко покачивал верхушки елей, покрытых тонким слоем снега. Мороз покалывал щёки и глаза немного слезились, что я порадовалась отсутствием косметики, а то сидела бы рыдала чёрными слезами.       — Вот мы и на месте.       Я осторожно слезла с байка. Ноги слегка затекли с непривычки, а без защиты Пола стало холодно. Ветер задувал под платье, но в остальном я позаботилась чтобы укутаться как можно лучше. Мужчина, наблюдая за моими неловкими подпрыгиваниями, слез с байка и крепко обнял со спины, делясь теплом. Жар опалил спину, окутал коконом, отрезая от всего мира, и я расслабленно откинулась на широкую грудь, мгновенно забывая обо всех язвительных фразах, что крутились на языке. От Пола пахло древесиной, гелем для бритья, моторным маслом и им самим. Мускусный аромат бронзовой кожи наполнил лёгкие, дурманя рассудок, даруя странное ощущение покоя. Я почти забылась в крепких объятиях, когда почувствовала раздражающий тяжёлый запах мокрой шерсти. Он был почти неуловим в смешении ароматов, но всё равно дразнил обоняние. Тело мгновенно напряглось, понимание ещё не коснулось разума, но я уже была готова рвануть прочь.       — Что случилось? — Пол склонился через плечо, заглядывая в глаза. — Ты напряжена.       Я шумно сглотнула, мысленно уговаривая себя не заострять внимание на запахе, но паника уже дёрнула за звоночек. Лэйхот встал передо мной, внимательно вгляделся в глаза. Широкие ладони легли на замёрзшие щёки.       — Михаль? — голос с хрипотцой ударил по напряжённым нервам. Пол забавно коверкал моё имя, произнося его с мягким рычанием. — Что с тобой?       — Всё хорошо, — подавив в голосе дрожь попыталась отстраниться, но мужчина не отпустил. Он нахмурился, склонился почти вплотную отчего тёплое дыхание опалило губы.       — Поговори со мной. Что происходит? — судорожно вздохнув, я прикрыла глаза. Он был так близко, что всё внутри переворачивалось. Это не была любовь, скорее симпатия и влечение. — Михаль, — с нажимом произнёс мужчина.       — Запах. От тебя пахнет собакой, — дрожь пробежала по спине. Пол напрягся, резко отпрянул, как если бы получил пощёчину. Он осторожно убрал руки с лица, но вместо этого обнял за талию, привлекая к груди.       — Это всего лишь я. Рядом со мной тебе нечего бояться. Запомни это, хорошо? — я вздрогнула. Дежавю. Нечто подобное уже говорили мне, только на месте Пола был Йен. И закончилось всё не лучшим образом.       — Поживём — увидим, — неловко повела плечами. — Мы приехали сюда прогуляться? Или ты таки решил претворить в жизнь одну из своих угроз по моему убийству? Труп под ёлочкой прикопаешь?       — Вижу ты уже пришла в себя, — раздражённо выдохнул Пол отстраняясь. — Что за странные мысли бродят в твоей больной голове?       Я пожала плечами. Стоило мужчине отстраниться как стало легче. Холодный воздух рассеял запах шерсти, да и близость натренированного тела больше не тревожила разум.       — Тебе давно стоило привыкнуть. Так как? Гуляем или сразу придушишь?       — Когда-нибудь точно придушу, — хмыкнул мужчина и потянул меня следом за собой. Узкая тропинка, петляя среди деревьев уводила нас вглубь еловых зарослей. Хвойный аромат наполнял лёгкие, дышалось здесь легко. Несмотря на то, что в резервации воздух был чист из-за отсутствия машин, здесь он словно хрустел.       — Краси-иво, — заворожённая блеском инея на лапах елей, протянула я. Идти на буксире за Полом было удобно. Крути себе головой, не заботясь, что можешь свалиться в яму.       — Панорама Ла-Пуш куда красивее, — довольно усмехнулся Пол. Я устремила взгляд в широкую спину.       — Панорама? — шустро нагнав мужчину, я зашагала сбоку, слегка скользя по земле. Лэйхот искоса взглянул на меня с высоты своего роста. Кривоватая усмешка изгибала губы, обнажив белые клыки. Сексуальный, опасный, мужественный — мечта любой девушки и не самый лучший вариант. Хотя бы потому что обычно рядом с такими мужчинами жизнь априори спокойной быть не может. А мне как раз было нужно спокойствие и уверенность.       — Уже пришли.       Пол подвёл меня к скалистому краю, придерживая за талию. Вид открывшийся перед взором потрясал красотой. Бушующий океан серо-чёрных тонов с белоснежными гребнями волн омывал галечный берег и разбивался об острые скалы. Лес несмотря на сезон зеленел верхушками елей, кое-где были вкрапления золотого и алого. А над всем этим великолепием клубились серые тучи, грозя разразиться снежным вихрем.       — Сюда бы скетч, — с лёгким расстройством протянула глядя на пляж, лес и океан. Лишь присмотревшись можно было различить маленькие домики. Почти у самого пляжа виднелась крыша ближайших наших соседей Сэма и Эмили. Чуть дальше на холме дом Идит. Тут и там торчали разномастные крыши домов. Один из них принадлежал Полу.       — В следующий раз возьмёшь, — мягко произнёс мужчина над ухом, отодвигая от края подальше. — Я привезу тебя в любое время, если захочешь порисовать. Только без меня сюда не суйся. Это опасно для маленьких городских девочек.       Я раздражённо закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.       — Очень трогательно с твоей стороны. Не волнуйся я не настолько тронутая головой, чтобы соваться в дикую зону без сопровождения, — Лэйхот заломил бровь, явно сомневаясь в правдивости слов. — Что? Я может быть сумасшедшая, но жить хочу. А здесь волки водятся, пумы, как говорила Идит. Мне не хочется быть съеденной.       — Да кто ж тебя знает.       — Волчара, — мрачно хмыкнула в ответ.       — Ведьма, — усмехнулся Пол. Ветер швырнул кудрявые пряди в лицо, и мужчина вытянув руку осторожно заправил их за ухо под вязаной шапкой. Тёмно-карие, почти чёрные, глаза смотрели мягко, с нежностью которую я замечала не в первый раз. От этого взгляда по коже побежали мурашки и спёрло дыхание. Мужчина склонился ко мне, согревая дыханием губы. От ожидания чего-то большего засосало под языком и сердце ухнуло вниз. Я жаждала и боялась поцелуя.       Пол почти коснулся губ, как резко вскинул голову, глядя мне за спину. Растерянно моргнув, я оглянулась. Возле дерева высокий и бледный, как статуя, стоял парень не старше шестнадцати лет. На нём была грязная одежда, пшеничного цвета волосы всклочены, а глаза имели неестественный алый цвет. Но не глаза привлекли внимание, а кожа, что мерцала, словно усыпанная кристаллами. Он был похож на диско шар с этой сияющей под солнцем кожей. Можно было бы подумать, что парень сбежал с какой-то вечеринки предварительно обсыпавшись блёстками, но в горах Ла-Пуш не проводили вечеринок для обдолбанных подростков.       А потом парнишка зашипел, как разъярённый кот, обнажив острые клыки как минимум в полтора раза больше человеческих. Блондин сделал неуловимое движение в сторону, а потом бросился на нас. Визг застрял в горле. Движение было настолько быстрым, что я даже осознать ничего не успела. Пол толкнул меня в сторону, а сам с разворота швырнул парня в дерево. Завалившись набок, я больно ударилась о камни и уже скрючившись на земле с шоком таращилась на то как парень проломил собой дерево и то с грохотом упало на землю всего в метре от меня.       Вздрогнув я метнула перепуганный взгляд в сторону Пола. Он напряжённо застыл, вцепившись взглядом в тело парнишки, замершее на земле. Глухое рычание вырвалось сквозь сцепленные зубы. Этот звук, словно трель из прошлого, прошиб моё тело, пригвоздив к камням. Я застыла, в страхе глядя на мужчину.       Парнишка шевельнулся, поднял оскаленное лицо и тело Пола забугрилось под одеждой. Всего мгновение и ткань с треском разлетелась на мелкие кусочки. Мне показалось что вместе с одеждой разорвалась и кожа, а в следующее мгновение вместо мужчины стоял серо-чёрный волк размером с быка.       Кажется, у меня совсем сдали нервы потому что мир вокруг померк.

POW Пол

      Я смотрел в зелёные глаза и понимал, что нет на свете глаз красивее чем у Михаль. Вокруг чёрного зрачка сиял жёлтый ободок, мягко переходящий в зелень. Её глаза мерцали завораживая меня. Никогда раньше я не чувствовал такого притяжения, глядя лишь в глаза девушки. В то мгновение больше всего на свете мне хотелось поцеловать её, сжать в своих объятиях, вдыхать аромат бледной кожи. Мне хотелось перешагнуть последнюю преграду.       Я почти ощутил касание её губ, как в нос ударил запах гнили. Ярость мгновенно затопила сознание. Вся моя жизнь катилась под откос из-за кровососов. Ночные патрули, битвы из разряда какого-то грёбанного малобюджетного боевика, а теперь я не смог поцеловать Михаль. Может быть это был единственный шанс на наше сближение, а пиявка его разрушил.       Остальное происходило слишком быстро, чтобы раздумывать. Я действовал на инстинктах. Моим единственным желанием было защитить Михаль, а каким образом и возненавидит ли она меня после этого было неважно. Всё что было для меня важно сохранить ей жизнь. Моей хрупкой, перепуганной до чёртиков суженой.       Волк вырвался наружу за секунду, гораздо быстрее чем раньше, и стоило вампиру поднять голову, как я вцепился в него, утягивая вглубь зарослей, подальше от перепуганной девушки. Мальчишка попытался обхватить меня за шею, но я был куда быстрее. Один щелчок челюстей и откушенная голова покатилась по земле моргая красными вытаращенными глазами. Яростно разорвав вампира на части, застыл на месте, переминаясь над трупом. Я должен был вернуться к Михаль, но боялся появиться перед ней в таком виде. То, что будет истерика, я даже не сомневался и боялся что в ту же секунду наречённая побежит собирать вещи, чтобы сбежать от меня на другой конец земли.       Приблизившись к кустам, я остановился, собираясь с силами. У меня был выбор выйти к ней полностью обнажённым или на четырёх лапах. Припав к земле, я выглянул в щель между листьями. Михаль лежала на боку совершенно белая с закрытыми глазами. Страх и волнение за девушку заставили выскочить из кустов и за один прыжок сократить расстояние.       Шапка слетела с головы и чёрные кудри разметались по земле, на бледной щеке был грязный развод. Михаль была такой маленькой и хрупкой, что сердце сжалось. Моя наречённая была куда меньше, чем женщины из племени. Они все были высокими, жилистыми, приспособленными к суровым условиям жизни. Моя бледная ведьма была низкорослой, нежной и пугливой несмотря на гонор. Защитный инстинкт изводил меня всякий раз как я видел её. Хотелось поднять её на руки и закрыть собой от всего мира.       Теперь же я не был уверен, что она подпустит меня к себе. В её глазах я буду монстром и всё, что я сделал, чтобы сблизиться вновь грозило рухнуть. Я зарычал от страха и раздражения. На колу мочало — начинай сначала, чёрт подери.       Осторожно поднырнув под девушку, я взвалил её к себе на спину и потрусил кратчайшим путём через лес к собственному дому. Идит с утра не было, но я не рискнул нарваться на тётку наречённой. К тому же мне нужна была одежда и хотела того Михаль или нет, но нам придётся поговорить.       Всю дорогу я нервно оглядывался на безмятежно лежавшую на моей спине девушку, остро ощущая каждое движение. Я боялся уронить её, навредить ещё больше чем есть. Почему с этой ведьмой никогда не бывает легко?!       «Пол?» — раздался в голове оторопелый голос Джейкоба. Он только перекинулся и мчался через лес, пытаясь заглушить тоску по Белле. Она снова дала ему отворот-поворот, заперлась в доме Каленов и не отвечала на звонки. «Ты же должен быть на свидании с Михаль… Ты перекинулся перед ней?!» — заорал Джейкоб. Его голос болью ударил по разуму, что я чуть не встряхнулся. Но воздержался в страхе навредить девушке.       «Там был пиявка» — раздражённо рыкнул в ответ. «Что мне ещё оставалось делать? Голыми руками его брать, а потом на мотоцикле везти до ближайшего дома, чтобы кто-нибудь из вас его на куски покромсал? Ты так это представляешь?»       Блэк смущённо заворчал, но комментировать мои действия не стал. Перемахнув через ручей, я остановился чтобы носом подтолкнуть голову девушки обратно в ложбинку меж лопатками. Слегка встряхнулся, устраивая её удобнее.       «И как она восприняла всё?» — осторожно поинтересовался собрат. По ощущениям он двигался в нашу сторону.       «А то ты блять не видишь?» — рявкнул в ответ. «Вот на спине тащу. В обморок упала» — в голове послышалось ехидное хихиканье Джейка, а мне было совершенно не смешно.       «Тащи свою задницу на плато. Я оставил там байк и это, одежду мою подбери. Нам лишние улики не нужны»       «Ты параноик» — хмыкнул Блэк, но согласно покивал.       «И труп сожги. Я хоть его разорвал, но лишний раз лучше перестраховаться.»       В голове послышался хмык, но больше Джейкоб не стал отвлекать разговорами. Вильнув на тропе, я выскочил к заднему ходу дома. Осторожно опустив Михаль на ступени, метнулся к одному из деревьев, где была спрятана запасная одежда на такие случаи.       «Удачи, брат» — было последнее что я услышал перед тем как перекинуться. Удача определённо мне понадобится. Чуйка подсказывала, что разговор будет не из лёгких.

POW Михаль

      Распахнув глаза я уставилась в стену. Стена. Стена… Где я?       Последнее воспоминание было о Лэйхоте. Мужчина перекинувшийся в волка. Эта мысль словно кувалда прилетела в голову, и я подпрыгнула на широком диване. Клетчатый плед скатился на пол. Подобные пледы, наверное, есть практически в каждом доме — дешёвые, тёплые, с неизменным узором в квадратик и страшно любимые молью. У Идит тоже есть такой. Обстановка вокруг была сугубо мужской. Тёмные стены, широкий диван и несколько кресел вокруг стола. Напротив были камин и телевизор. В этой гостиной, наверное, часто собирались шумные компании за просмотром футбола, регби или ещё какой сумасшедшей спортивной игры.       Покрутившись на месте, нервно сжимая плед в руках, будто он мог защитить меня, я опустила ноги на пол и поднялась. Бок и спину стянула боль. Видимо хорошенько приложилась при падении, но сейчас это не так важно, как сбежать из этого места и больше никогда не встречаться с Полом.       Будто услышав мои мысленные опасения в дверном проёме появился хозяин дома. Переодетый в джинсы и майку он производил впечатление обычного человека, но я слишком хорошо помнила, как бронзовая кожа разлетелась под воздействием метаморфоз. Мне казалось, что я до сих пор слышу рычание в голове.       — Не подходи ко мне, — отшатнувшись за диван, стараясь увеличить расстояние между собой и мужчиной, сипло произнесла глядя на Пола. Он застыл с выражением страдания на лице. Руки сжались в кулаки, а на лице дёрнулись желваки. Он был таким огромным, что казалось занимал всё пространство в гостиной. Хищный, опасный, сильный, способный человеком проломить дерево. Мысленно я задалась вопросом умер ли тот парень, что блестел как диско шар со своими хэллоуинсикими клыками.       — Я не причиню тебе вреда. Успокойся. У тебя слабое сердце. Мы же не хотим, чтобы снова случился приступ? — он старался говорить мягко, будто со свихнувшимся пациентом. Словно ничего не лучилось, будто он не превращался в грёбанного монстра. Будто это мои тараканы вновь принялись галлюцинировать.       — Ты перекинулся в хренову собаку размером с быка, — дрожащим голосом выдавила из себя, отступая назад. Позади была дверь, кажется она вела в кухню, а там должна была быть дверь, ведущая на улицу. В резервации были типовые домики, и планировка у них была практически одинаковая.       — Михаль, я всё тебе объясню только пожалуйста успокойся, — доверительно произнёс мужчина, сделав шаг в мою сторону. И это напугало меня с такой силой, что я рванула через проход в кухню. — Михаль! — заорал Пол. Он кинулся за мной следом.       Оббежав кухонный островок я схватила сковородку — первое что попалось под руку. Умом понимала, что против мужчины способного когтями разодрать меня пополам это скорее детская пукалка, чем защита, но её наличие слегка успокоило.       — Михаль, поговори со мной. Последнее что я хотел бы сделать — это навредить тебе. Я скорее сам удавлюсь, чем сделаю тебе больно! — Пол остановился в проходе глядя мне в глаза. На лице было щенячье выражение мольбы, но в каждом движении мне чудилась угроза.       — Отвали от меня! — в страхе заорала на квилета. — Я хочу уйти! Ничего не хочу знать о том, кто ты и какого хрена произошло. Просто отпусти меня!       — Михаль, — с мольбой произнёс Пол, вытянув в мою сторону руку.       — Нет! — я взмахнула сковородкой, спиной продвигаясь к двери. — Ты проломил мальчишкой дерево! Дерево! Оно сломалось как спичка! А потом ты перекинулся в громадину размером с быка! Я не хочу иметь с тобой ничего общего! Мне на хрен всё это не нужно! — истерика набирала обороты. Я орала как сумасшедшая и именно такой себя чувствовала, а он смотрел на меня с щенячьим сожаление, сжимая губы.       — Я блять видела, как ты перекинулся. Обратился? Стал зверем? Как это называется? — бормотала заплетающимся языком, дрожа всем телом. В голове была такая каша, что было тяжело говорить. — Я сошла с ума? Окончательно свихнулась?       — Нет, Михаль, — покачал головой Пол. — Ты не сошла с ума.       Он сделал шаг вперёд и меня словно прорвало.       — Не подходи! — я швырнула в квилета сковородку. Потом схватила рядом стоявшую кастрюлю и тут же кинула в мужчину. Он ловко увернулся, неумолимо приближаясь. — Проваливай к чёрту! Швырнула тарелку. Та пролетев мимо мужчины со звоном разбилась о стену. Следом за ней полетела вторая, но Лэйхот не изменившись в лице спокойно отбил её. Она скользнула по столешнице островка и разбилась о пол. Квилет даже не обратил внимание на звон бьющейся посуды. Всё его внимание было сосредоточено на мне и это пугало.       — Не трогай меня! — взвилась новым воплем, но мужчина проигнорировал его, сгрёб в крепкие объятия. Напуганная, растерянная, ошеломлённая пониманием, что сумасшедшие детские страшилки вполне реальны, я забилась в его руках пинаясь, лягаясь и кусаясь. Зубами вцепилась в плечо Пола, надеясь, что от боли он разожмёт руки, но Лэйхот даже не дрогнул. Он спокойно вынес меня из кухни, молча выслушивая ругательства дошёл до дивана, где опустился со мной на руках.       — Отпусти! — заорала чуть ли не в ухо. От него пахло шерстью, опасностью от которой я годами пыталась сбежать. Худшее что со мной могло случиться — это встреча с этим мужчиной.       Пол схвати меня за предплечья и грубо встряхнул, что голова мотнулась как у болванчика.       — Я люблю тебя, дура! — рявкнул Лэйхот. Тёмные глаза впились почти злым взглядом, черты лица заострились. Он был взбешён. Мне казалось, что боролся с желанием разорвать меня на части или швырнуть как того мальчишку. — Как ты не поймёшь, чокнутая ведьма?! Ты вся моя жизнь! Весь грёбанный смысл! Я как какая-то дворовая шавка вечно скулю у тебя под дверью, ожидая, когда на меня взглянут с одобрением и швырнут кость. Ты понятия не имеешь как меня сводит с ума каждый день смотреть на тебя издалека не имея возможности быть рядом, быть с тобой, прикасаться. Ещё ни одна женщина так качественно не выносила мне мозг!       — Волчий стояк? — от ужаса и понимания у меня затряслись поджилки. Пол зарычал, заставляя сжаться, а потом с силой притянул к себе, сжав волосы на затылке. В его поцелуе не было нежности, лишь злость и жажда. Он терзал мои губы, почти причиняя боль, не позволяя отодвинуться. Слишком сильный и ловкий. Я колотила кулаками по напряжённой спине, груди и плечам, пыталась оттянуть его голову за короткий ёжик чёрных волос, но Пол с рычанием сопротивлялся, сжимая свободной рукой за талию, не позволяя соскользнуть с колен. Глядя в чёрные глаза я укусила квилета за нижнюю губу. Стальной привкус крови наполнил рот, а вместе с ним вторгся разгорячённый язык. Лэйхот целовал со звериной яростью, подавляя, горяча кровь. Мне было страшно. Я была зла и желала причинить хоть какую-то боль обидчику, монстру, что повалив на диван прижал сверху. Его тело было нестерпимо горячим, словно в лихорадке. Каждая мышца напряжена, а жёсткая длина упиралась в бедро.       Но прежде чем я успела подумать об эрекции Пола, он отстранился от губ, навис сверху тяжело дыша.       — Порой я тебя ненавижу. Готов собственными руками задушить, — сипло произнёс мужчина. — Порой люблю настолько, что от тоски выть хочется, подохнуть как дворняга у твоих ног. Ты моя наречённая. Ты единственная женщина в моей жизни. Предназначенная мне духами. Сумасшедшая бледнолицая ведьма изводящая меня не первый месяц.       — Ты убил мальчика. Ему на вид было всего шестнадцать лет, — дрожа всем телом, тихо прошептала в ответ. Черты лица Лэйхота ужесточились, желваки дёрнулись, а взгляд стал непроницаемым. Я смотрела в глаза палача, способного лишить жизни без зазрения совести.       — Иначе он бы убил тебя. Он был вампиром. Он бы осушил тебя досуха или обратил. Мы убиваем кровопийц, защищаем от них простых людей, — мужчина шумно выдохнул, хмурясь. А я застыла, пытаясь осмыслить сказанное. Пытаясь вновь не сойти с ума. — Выбирая между чьей-то жизнью и твоей, я всегда выберу тебя. Ты единственная важна для меня. Даже если встанет вопрос спасти собрата или тебя, я спасу тебя, что бы ты не сделала, кем бы ты ни стала. Ты не просто женщина-инкубатор или какая-то подстилка. Ты смысл моей жизни. Понимаешь?       Взгляд чёрных глаз прошиб насквозь. Я смотрела в глаза в которых отражался зверь. Скулящий, израненный, молящий о любви и ласке. Он словно тянулся ко мне, умолял, проклинал, угрожал. Я будто слышала его завывание в своей голове.       — Это больше чем просто любовь. Это крепче чем семейные узы, — Пол опустился, вдавливая меня в диван. Укус на губе почти зажил, вновь напоминая мне, что он не человек. Но я ощущала во рту вкус стали и чувствовала, как алая тонкая корочка засыхает на моих губах, испачканных в его крови. Пальцы судорожно сжимали плечи, в то время как квилет обнимал за талию, удерживая в ловушке собственного тела.       Он коснулся губ осторожно. Провёл кончиком языка, слизывая кровь, а потом прижался крепко, не оставляя возможности на сопротивление. Я хрипло захныкала в рот мужчины, царапая бронзовую кожу сквозь дыры в майке. Но Пол был неумолим. Он ласкал, посасывал, вторгался в рот то нежно, то яростно, словно утверждая права. Горячие ладони скользнули под платье, вздёрнув его вверх под грудь. Я попыталась взбрыкнуть, прикусила нижнюю губу отчего она вновь начала кровоточить, но квилет лишь утробно зарычал в ответ. Его прикосновения пускали мурашки по коже, заставляя вздрагивать. Шершавые пальцы очертили позвонки, рёбра, поднялись выше, чтобы проскользнуть под чашечки лифчика и крепко сжать грудь. Болезненный стон сорвался с губ, и я выгнулась, теряясь в ощущениях. Его руки были такими горячими, что почти обжигали, а губы неумолимо терзали уста. Ногами обхватила его за пояс, вжимая бёдра мужчины в своё тело. Жёсткая длина упёрлась сквозь джинсы в лоно и от этого прикосновения бросило в жар. Он был твёрдым, напряжённым. Пол хрипло выдохнул в губы. Стащив с меня платье и лифчик, он заглянул в глаза страстным, ласкающим взглядом. Губы кивлета припухли и были алыми, он облизнулся.       — Сегодня я тебя точно не выпущу без своей метки.       — Метки? — вскинула брови, но больше ничего произнести не успела. Лэйхот припал к шее, жёстко целуя, всасывая бледную кожу, оставляя багровые засосы. Ладони вновь обхватили грудь сжимая, перекатывая соски между грубыми пальцами. Моё тело задрожало в сладостной истоме. Бёдра мужчины потёрлись о лоно. Нас разделяли его джинсы и мои лосины, но ощущение прикосновения было настолько ярким, что я застонала, запрокинув голову.       Пол скатился по моему телу чуть ниже. Прихватив край майки, я потянула вверх обнажая загорелое тело квилета. Широкие плечи, накачанная грудь и живот, узкие бёдра. Внизу живота проступали вены, ими же были перевиты руки. Пол, напоминая воинственного языческого бога, склонился надо мной чтобы запечатлеть ещё один болезненный поцелуй на губах, шее, припал к груди, лаская языком вершинку, заставляя биться в наслаждении, царапать ногтями спину квилета.       — Пол, — задыхаясь шепнула севшим голосом. Оставшаяся одежда сковывала движение, мысли выветрились из головы, оставив лишь первобытный инстинкт и жажду. Мужчина замер лишь на мгновение, удерживая губами розовую вершинку. Скользнув языком по груди, он засосал кожу рядом с соском, оставляя засос и тут же прикусил.       — Эй, — возмущённо засопела под Лэйхотом. — Прекращай оставлять на мне синяки.       Смеющийся чисто мужской взгляд приласкал, заставляя умолкнуть. Пол резко дёрнул лосины вместе с трусиками вниз. Он шумно сглотнул, куснул низ живота прежде чем оставить поцелуй на лобке. В его движениях не было нежности лишь звериное, болезненное желание. Буквально содрав с себя джинсы, Пол навис надо мной, упираясь крупной головкой во вход.       Мы смотрели друг другу в глаза. Я ощущала аромат квилета — терпкий, дурманящий. В нём был запах его внутреннего зверя, того самого, который пугал меня всё это время и до сих пор пугает. Но в глазах Пола я видела отражение той звериной сути, и она клялась в верности, вечной любви. Тот волк с серо-чёрной шкурой обещал защиту, покой, уголок мира.       Мужчина сделал плавное движение, погружаясь внутрь, растягивая под свой размер, продвигаясь всё глубже. Пол накрыл меня своим телом. Сбившееся дыхание опалило губы и по нашим телам пробежала дрожь. Он начал движение. Сначала размеренное, плавное, постепенно ускоряясь, вбиваясь почти до боли. Его взгляд не отпускал моих глаз. Я вскрикивала и хныкала под ним обездвиженная и совершенно беззащитная, уязвимая.       — Михаль, — зарычал Пол, входя жёстко. Внутри всё задрожало в преддверии разрядки. — Ведьма, — гортанный хрип, когда мышцы сжали ствол. Я выгнулась, вжимаясь всем телом в разгорячённое тело квилета, полосуя его спину ногтями, сжимая чёрные волосы на затылке.       — Пол, — взвился громкий стон от очередного толчка, вдавившего в диван. Разрядка была сильной. Она скрутила меня, сотрясая под напряжённым движущимся телом мужчины. Горячая волна разлилась от кончиков пальцев ног. Наслаждение толкнуло за грань. Пол хрипло застонал сделав последний глубокий толчок, изливаясь в расслабленное тело. Он навалился сверху, тяжело дыша в висок, находясь глубоко внутри. Плоть подрагивала пуская мурашки, заставляя дрожать. Мы расслабленно развалились на диване, обнимая друг друга.       — Моя ведьма, — хрипло прошептал Пол, перевернувшись на спину, уложив меня сверху. — Маленькая, сумасшедшая ведьма.       Широкая ладонь сжала ягодицу, вторая рука зарылась в волосы, массируя голову. Я лениво приоткрыла глаза, наблюдая за довольным, расслабленным выражением лица Лэйхота.       — Дорвался-таки, волчара.       Квилет хрипло рассмеялся, крепче прижимая к себе. Тёмные глаза светились удовольствием. Он смотрел на меня всего мгновение прежде чем крепко поцеловать. Я окончательно разомлела, отпихивая мысли на задворки сознания. Потом. Всё потом. Бояться и выяснять положение вещей буду завтра. Может быть не так страшен монстр, как его малюют?