Танец Крови или Проклятье рода Локсар

      Грей Фуллбастер спокойно потягивал кроваво-красное вино, удобно расположившись на диване, и приоткрыл глаза того же цвета, что и сладковатый напиток в его бокале. Леон угрюмо сидел рядом, косо глядя на отца, что ходил взад-вперёд по комнате, посматривая на часы. Маятник механизма пробил полночь буквально несколько мгновений назад.       Старший на сей момент демон рода Фуллбастеров представлял собой крепкого мужчину почти в два метра ростом с тем же багровым оттенком глаз, что и у обоих сыновей. Его дорогие чёрные одежды и близко не походили на крестьянские тряпки. Сыновьям он также запрещал ходить в обносках и настаивал на том, чтобы оба носили с иголочки сшитые плащи, потому как на его взгляд демоны не относятся к внешнему миру.       Трое находились в тёмной гостиной с высоким потолком, квартиру исполинских размеров со всех сторон украшали самые богатые убранства. Дорогие картины, подсвечники, хрустальные вазы с сухими чёрными розами и роскошный рояль в центре комнаты отражали утончённость мрачных, но очень живых вкусов тех, кто здесь живёт. У них не водилось скота, не было своего хозяйства. Да и зачем им крестьянская жизнь… когда они живут в аду?       – Это несправедливо! – обиженно вскрикнул Леон, скрестив руки на груди.       Грей скосился на брата и вздохнул. Сегодня он был раздражён больше, чем обычно. Отец бросил на абсолютно непохожих между собой (за исключением глаз) сыновей-двойняшек строгий взгляд. Может оно и к лучшему, что Леон и Грей уродились полными противоположностями друг друга. Ни один характер какого-либо сына отцу в двойном экземпляре было бы не вынести.       – Леон, сколько можно? Сколько бы ты не возмущался и не кричал, я не изменю своего решения.       – Но почему? Почему он, а не я?! – зло прорычал тот, указывая дрожащим от негодования пальцем на спокойного Грея. Последний покосился на Леона и опорожнил бокал, утерев губы. – Это нечестно!       – Всё честно. Пусть вы родились в один день, но Грей старше тебя на пятнадцать минут. Он – следующий третий сын нашего рода, а не ты. Только старшему может быть оказана честь поглотить Локсар.       – Всего пятнадцать минут! – Леон сплюнул. – Знал бы, что так будет, я бы Грея ещё в животе матери придушил.       – Думаешь, мне шибко нравится эта затея с Танцем Крови? – повернулся к нему Грей. – Совсем нет, братец. По мне, так это бесполезное занятие. Я не нахожу ничего хорошего в принудительном убийстве невинной девушки.       Леон вскочил на ноги и подошёл к отцу, зашептав, как гремучая змея:       – Нет, ты слышал?.. Ты слышал, что он сказал? Почему ты не можешь снять с него наследственную обязанность и передать мне, более показательному и ответственному наследнику? Грею плевать на ритуал… ни капли уважения к предкам! Он не достоин вкушать жертву. Я мог бы…       Но отец замахнулся и дал младшему сыну крепкую пощёчину. Грей прыснул, однако довольно быстро возвратил лицу привычную угрюмость и опёрся локтем о ручку кресла, придержав голову. Леон моргнул, дотронувшись до покрасневшей от удара щеки.       – Ты меня слышишь или нет? – прорычал демон. – Грей старше тебя. Даже если бы я и захотел, всё равно бы не смог предоставить тебе возможность исполнить волю проклятья. Это может сделать только каждый третий мужчина нашего рода. Ты – четвёртый. У тебя нет полномочий. А теперь прекрати вести себя, как ребёнок, и сядь, наконец. Не слышал? Я сказал: сядь!       Леон плюхнулся на диван.       Грей задумчиво постучал указательным пальцем по скуле:       – Знаешь, пап, мне кажется, что это плохая идея. А точнее, отвратительная. Все эти ненужные жертвы… Да к чему это? Я никогда не пробовал кровь, а значит, особо в ней не нуждаюсь, мне и грехов довольно. Я сомневаюсь даже, что сумею станцевать.       – Ну, твоих жалоб мне ещё не хватало! Успокойся ты, это заложено в твоих корнях.       – Зачем вообще поглощать девушку? Я её даже ни разу не видел. Разве это честно, умирать во имя того, кого не любишь?       Леон несдержанно фыркнул. Отец потёр виски.       – За что эти придурки пали на мои плечи? Воспитал двух дуралеев, ну что ты будешь делать?.. Ты-то чего ноешь, а? Ты, можно сказать, избранный! Поглощение – это как обновление жизни. Тебя не должна волновать девушка. Ты должен думать о себе и о том, какое внеземное наслаждение ты ощутишь, когда чистая душа сдастся тебе. Ты просто не испытывал этого и не можешь знать, ЧТО это такое. Ишь ты, добряк нашёлся!       – Ни хрена он не понимает… Не демон, а позорище, – пробурчал Леон.       Грей пожал плечами, его багровые глаза сверкнули:       – Прости, папа. Я не оказываю должных почестей столь… м-м-м… необычному обряду. Мне не нравится мысль о бесполезной смерти. Но если такова моя судьба, то мне от неё не уйти, правильно?.. Позволишь задать нескромный вопрос?       – «Позволишь задать нескромный вопрос»? – угрюмо передразнил младший.       – Леон! – рыкнул отец. – Валяй, Грей.       – Ты рассказывал, что мои предки забирали девственность жертвы.       – Ну.       Леон ещё более обиженно отвернулся от родственников. Он был наслышан, что девушки из рода Локсар довольно хороши собой. Зависть сжирала его изнутри: брат совсем не ценит своей удачи. То ли дело он…       – И… Э-э…       – Ну что?!       – Просто если после любого моего касания тело девушки будет кровоточить, то… Что у неё там будет внутри? Её что, разорвёт?       – Ну ты и извращенец, – поморщился отец. – Нет, в том месте, о котором подумал твой похотливый мозг, всё будет в порядке. Само по себе это грешное место, оно не поддаётся светлой душе, даже если твоя жертва будет девственницей. А значит, проклятие его не коснётся.       – Понятно. И когда же мне её поглощать?       – Срок почти подошёл. Думаю, осталось ждать не больше недели.       – Где мне найти дочь Локсар?       – А вот это уже твои проблемы. Если не ошибаюсь, ты будешь примерно чувствовать её местоположение.       Леон цокнул, глядя как Грей поднимается с места. Фуллбастер потянулся и почтительно, как было принято в их благородном роду, поклонился отцу:       – Я вернусь в свои покои.       Отец кивнул и опустился на диван рядом с Леоном. Оба наблюдали, как Грей поднимается по винтовой лестнице, на ходу запархивая плащ.       Как только брюнет удалился, старший демон семейства вновь подал голос.       – Не вставай на пути брата. У тебя другие обязанности, ты должен продолжать род.       – Пятнадцать минут… – Леон вздохнул. – Как много порой значат мгновения…       – Да. Но я серьёзно, Леон: не вздумай мешать Грею. Это только его судьба, и тот, кто попытается нарушить её волю, будет жестоко караться.       Леон фыркнул, поддержав голову:       – Эх… Да как ему теперь помешать? Не могу же я вернуться в прошлое и удавить его.       – Это да, – отец поднялся и сказал, скрывшись за дверью: – Будь у меня один сын, всё было бы значительно проще. Так нет же, всё норовите вывести меня из себя своими глупыми спорами… Ладно, я спать. Долго тоже не сиди.       Леон остался в комнате один. Какое-то время сидел неподвижно, глядя на маятник часов… и задумчиво шепнул под нос:       – Один сын?..       Он неприятно нахмурился… и улыбнулся, сжав кулак.       – Один сын, значит?.. Ты прав, папа. Так было бы гораздо удобнее… И это не так уж и трудно устроить.       Грей неторопливо стянул с себя одежду и прошёлся по просторной спальне, мрачной, как его существование, но богатой, как его душа. Он встал напротив позолоченного зеркала в пол, осмотрел крепкое бугристое тело и потянулся, потерев красные мерцающие глаза. Мужчина подошёл к тумбочке и дотронулся до украшенной акварелью музыкальной шкатулки ручной работы. Открыл крышку и задумчиво уставился на фигурку, что медленно кружилась под музыку. Фигурок было двое: высокий ровный мужчина с коротким хвостиком на затылке и мёртвая девушка, что безжизненно висела дугой до самого пола на его руке, которую демон держал на талии. Обе фигуры в крови.       Такие шкатулки сделали специально для рода демонов в память о Герцоге Фуллбастере и Лексии Локсар, которые положили начало традиции Танца Крови.       Грей осторожно закрыл шкатулку и закрыл глаза.       – Мёртвая женщина в руках танцующего демона… Это прекрасно… наверное.       Фуллбастер подошёл к кровати и распахнул тяжёлый бархатный полог, нырнув в постель. Прикрылся лёгким одеялом по пояс и задумчиво сложил руки за головой. Грей хмурился в темноту.       – Хм… Значит, следующей дочери Локсар осталось жить от силы неделю. Она встретит меня с ненавистью, это точно…       Он повернулся на другой бок, засыпая.       – Интересно… Какая она, эта Локсар? Нужно уговорить папу показать мне её до наступления срока, хотя бы на фотографии. Хм… Есть ли у неё мечты, которые я поломаю?.. – Грей закрыл глаза и укрылся по шею, глубоко вздохнув: – По мне, так жизнь гораздо романтичнее смерти…