Paramnesia

Я опьянён таинственной атмосферой. Ты можешь не сдерживать себя, но в эту томительную минуту Тебе не скрыться от меня…

Пренебрежительно откинувшись назад и делая вид, что вот-вот уснёт, Лейла то и дело недовольно фыркала, наблюдая за танцующей парой. На первый взгляд все их движения были идеальны — Скай вёл себя в танце, как сказочный принц, а Блум охотно играла в ответ влюблённую в него простушку. Вот только всё это казалось таким скучным и наигранным, что Лейла чувствовала, как её буквально начинает подташнивать. Танец был настолько спокойным, что мог убаюкать любого, возможно, в этом были свои плюсы, но только не для Лейлы — она ждала большего. — Всё, хватит. — Хлопнув в ладони, она строгим взглядом окинула застывшую пару. Блум в танце двигалась прекрасно, в ней точно была какая-то искра, вот только партнёр ей явно попался никудышный. В танце многое зависело от мужчины — то, как раскроет и покажет себя его партнёрша, напрямую исходило из его движений, ведь по большей части он управлял танцем. Скай же больше подходил под роль ведомого, слишком амбициозная и уверенная в себе Блум его подавляла, и он никак не мог стать тем, кто бы помог ей раскрыться. — Вы отлично танцуете, техника безупречная, но, ребята, позвольте быть прямолинейной — слишком скучно. В вас нет ни капли страсти, вы не подходите для моего шоу, по крайней мере, в паре друг с другом. Я готова рассмотреть кандидатуру Блум, но только её одну. Если она сейчас покажет что-то интересное, то я предложу ей работу, если даже в одиночку она будет смотреться так же нудно, то умываю руки. Скай бросил растерянный взгляд на партнёршу — он изначально был против этой затеи, ведь все знали насколько строга и требовательна Лейла, ведущий хореограф танцевального клуба «Магикс». Да, он смог выучить пару движений и, под чутким руководством Блум, справился с этим относительно неплохо, но до полноценного танцора ему было далеко, ведь он не занимался этим годами. Сейчас, когда их поставили перед выбором, он готов был развернуться и уйти — поражение было довольно предсказуемо. В то же время он заметил, как Блум упрямо сжалась, а в глазах её загорелось пламя — ох, это было плохим знаком. Природная упрямость явно брала над ней верх и Скаю лишь пришлось устало закатить глаза, было ясно, что Блум будет бороться до последнего. — Если хочешь попробовать в одиночку, то вперёд, я не обижусь, — на всякий случай проговорил он, но тут же подумал о том, что Блум уже успела позабыть о его существовании. Не зря главный её девиз по жизни: «Вижу цель — не вижу преград.» Наблюдавшая за всем этим Лейла одобрительно кивнула, она уже чувствовала, как надвигается нечто грандиозное. Стоило Скаю отойти, как аура простушки рассеялась, и рыжеволосая танцовщица предстала в ином свете — идеально прямая спина, уверенный и чуть снисходительный взгляд, и даже растрёпанные волосы и чуть сползшая с плеча белоснежная рубашка делали её по-особенному привлекательной. — Скажи, как готова будешь начать. — Затем, кинув куда-то влево от Блум, она добавила неизвестному мужчине. — Валтор, какую мелодию подберёшь под нашу огненную фею? На мгновение Блум почувствовала замешательство и обернулась, следуя за взглядом хореографа — она даже не заметила того, как кто-то всё это время за ними наблюдал. Облаченный в самые обычные чёрные брюки и серую футболку, он всё равно выглядел так, словно пришёл из другой эпохи — аккуратно убранные пепельные волосы змейкой струились по плечу, собранные в один крупный хвост, грациозная осанка и ехидные серые глаза выделяли мужчину из толпы. Казалось, что если он сейчас заговорит, то это будет непременно что-то одухотворённое, а голос будет звучать с утончённой вежливостью. Поймав на себе взгляд Блум, он растянул бледные губы в самоуверенной ухмылке и подмигнул девушке, заставив ту вздрогнуть. Танцовщица тут же горделиво хмыкнула и вздёрнула курносый нос к потолку, делая вид, что рассматривает обстановку вокруг. — Что-то переменчивое, словно только разгорающийся пожар — то тихий и еле тлеющий, то подгоняемый ветром с огромными языками пламени до самых небес. Так я чувствую. Голос и вправду оказался таким, как себе его Блум представила и это, от чего-то, взбесило её. Помимо прочего она слышала явную насмешку и еле уловимое восхищение, из-за чего ей хотелось в ответ разразиться гневной тирадой, но она лишь сжала руки и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Не было никаких сомнений в том, что с этим мужчиной её ожидают крайне непростые и даже враждебные отношения. Пытаясь как-то отвлечься, она попыталась пригладить непослушные, намокшие от пота локоны, чтобы выглядеть хоть как-то опрятнее. Увлёкшись этим делом, Блум совершенно пропустила тот момент, когда высокомерный помощник оказался рядом с ней и аккуратно, но с силой, опустил ладонь на её плечо. В очередной раз вздрогнув, она удивлённо посмотрела на Валтора в ожидании объяснений. — Ты и так хороша, оставь как есть. — С этим словами, мужчина свободной рукой провёл по её волосам, наклонившись непростительно близко, вторгаясь в личное пространство и заставляя ощущать себя подавленно. — Мне нравятся твои спутанные волосы, так что расслабься и просто танцуй. Мгновенно вспыхнув и пытаясь скрыть предательски поалевшие щёки, она быстрым движением оттолкнула от себя Валтора и поспешно направилась к Лейле, натянув при этом стандартно вежливую улыбку. — Я готова приступать. Оставшийся позади Валтор удовлетворённо кивнул и медленно покинул сцену, предоставляя девушке пространство. Пожалуй, хватит на сегодня игр, сейчас Блум не помешает собранность и уверенность. Но как же было весело наблюдать за реакцией этой юной особы, кажется, их знакомство будет интересным.

****

Из стройного ряда замерших в ожидании пар, первыми на глаза попадались именно они — в них явственно горел огонь, юная девушка и зрелый мужчина смотрели друг на друга так, словно готовы были сейчас же сойтись то ли в гневной схватке, то ли в бурном поцелуе. Никто ещё даже не начал двигаться, но зритель чувствовал по одному взгляду этой пары, что сейчас будет нечто грандиозное. Блум сжала ладонь Валтора так сильно, что его рука медленно покрылась красными крапинками, в ответ мужчина издал лишь раздражённое мычание, сквозь плотно сомкнутые губы. То, что другие со стороны принимали в их танце как необузданную страсть, на самом деле было глубокой ненавистью друг к другу. Их раздражение искрилось в каждом движении, плавно перетекая в устойчивую злобу. Музыка началась, плавно восхищая всех своей гармоничностью, заставляя танцоров делать первые шаги. Валтор почувствовал боль в плече, когда рыжая бестия впилась в него своими наманикюренными ногтями, с торжествующей улыбкой вздёрнув голову вверх и дерзко заглядывая в его глаза. Показательно закатив глаза, он повел её вперед, стараясь не реагировать на провокации Блум. Причиной ссоры в этот раз стало то, что он случайно опрокинул на её костюм стакан томатного сока и в самый последний момент девушке из горчичного комбинезона пришлось переодеться в попавшееся под руку короткое голубое платьице, так как пятно отстирать не удалось. Если быть откровенными, то это было не так уж и случайно — Валтор обожал выводить из себя эту взбалмошную особу, так как каждый раз она в ответ удивляла своим поведением. За два года работы вместе, он так и не смог выявить алгоритм её действий — каждый раз Блум реагировала на одни и те же события по-разному, вводя мужчину в тупик, а ведь раньше он привык читать людей по одним жестам. Плюс, ко всему прочему, идея обхватить Блум за голые бёдра в танце казалась ему весьма привлекательной, а комбинезон помешал бы этим планам. Периодически девушка старалась одернуть короткое платье, всё время норовившее задраться повыше, но Валтор тут же с силой хватал её за талию, при этом незаметно натягивая податливую ткань, заставляя ещё больше оголить ноги. — Прекрати, ты меня вздумал раздеть? — Прошипела Блум во время очередного поворота, продолжая упрямо царапать его спину и надеясь на то, что там останутся следы. — А ты только о том и думаешь, да? — оставив дорожку из разгоряченного дыхания на её шее, заставляя Блум покрыться мурашками, и властным движением опрокинув её назад, заставляя выгнуться до боли в пояснице, мужчина улыбнулся зрителям. Вернув девушку в исходное положение, которая тут же мёртвой хваткой вцепилась в него, пытаясь отдышаться, он повёл дальше, заставляя Блум крутиться и извиваться, ощущая полную власть над этим гибким телом. Она пыталась оказывать сопротивление, норовила перехватить инициативу, чтобы вести в танце самой, но с таким партнёром, как Валтор, это было просто нереально. Он был далёк от Ская, из которого можно было лепить всё, что душе угодно, он был не мягкой глиной в руках, а стойким металлическим стержнем. — Иди ты! — Почти крикнула в ухо, когда они оказались вновь в интимной близости. Услышавшая её крик соседняя пара глупо захихикала, что заставило Блум слегка потупить взгляд — временами она забывала о том, что танцует на сцене. Раньше она расслаблялась, чувствовала себя свободной и готовой к полёту, а теперь каждый танец превращался в яростное противостояние, словно она билась на мечах со злобным магом и тот явно одерживал победу. Блум не привыкла чувствовать себя слабой и беззащитной, но именно таковой становилась в жарких объятиях Валтора, стоило заиграть музыке и оказаться под сиянием софитов. Она изо всех сил противилась и отрицала происходящее, как несгибаемая и волевая Блум могла уступить мужчине, это было немыслимо, ведь обычно она было той, кто подгибает под себя. Сколько она себя помнила, все её ухажёры, многочисленные поклонники, повиновались каждому маленькому взмаху пальцем, охотно становясь на колени и позволяя собой руководить, но только не Валтор — он сам пытался стать тем, кто заставит ползти её, умоляя о внимании. — Если я уйду, то ты потеряешь смысл нахождения здесь. Ты ведь понимаешь, что просто существуешь вдали от меня и лишь рядом со мной начинаешь жить. — Самоуверенно парировал Валтор, заставляя её крутиться и грациозно выгибаться в его умелых руках. Сколько он себя помнил, ему попадались безропотные партнёрши, с лёгкостью отдававшиеся в его плен, ни одной и в голову не приходила мысль оказать сопротивление, но Блум была иной — яростная и взбалмошная, словно ураган, никогда не дающая совладать с собой полностью. Каждое движение с ней в паре давалось с большим трудом, в ней была удивительная сила, несмотря на то, что казалась девушка хрупкой и нежной. Тому виной, скорее было, упрямство, нежели сила физическая, но как бы там ни было, танец с ней превращался в попытки укротить змею, нужно было подбирать подход и одной грубой силой тут не обойтись. Это было удивительное чувство, и это был умопомрачительный вид каждый раз, когда удавалось хоть на каплю, но пробить стойкость Блум. Из яростных битов мелодия перетекала в более спокойную — наступила сольная часть дам и их партнёры отступили в тень, чтобы перевести дух и понаблюдать со стороны. Валтор с нескрываемым интересом устремил взор на тонкую фигуру рыжеволосой в ожидании чего-то особенного. Возможно, дело было в том, что она была в другой одежде, отличной от остальных, а может просто дело в умелых пируэтах, но Блум выглядела так, словно солировала, и все взгляды устремились в её сторону. Мягкое освещение окутало её сиянием, непослушные локоны взмыли в воздух во время прыжка, образуя огненный ореол — властная и мягкая одновременно она выполняла те же движения, что и остальные, но воспринималось иначе, как-то по-волшебному. Казалось, что вот миг и за спиной девушки образуются лёгкие полупрозрачные крылья, настолько завораживал её танец. Валтор нервно сглотнул, казалось, на него нашло наваждение, он чувствовал себя околдованным и совершенно очарованным. Музыка постепенно становилась динамичнее, а движения всё более страстными и неконтролируемыми. Дерзко извиваясь с поразительной гибкостью, развратно виляя бёдрами и, кажется, совершенно забыв о длине юбки, беззастенчиво задирая стройные ножки, Блум неожиданно оглянулась — совершенно неземной взгляд голубых, почти небесных глаз встретился напрямую с серебряными очами Валтора. Оба на мгновение замерли и словно всё вокруг исчезло — шумевший в экстазе зал затих, наблюдавшая из-за кулис Лейла стала не важна, в этот момент Блум танцевала для него, а мужчина смотрел лишь на неё, всё остальное потускнело и скрылось во мраке. Она жарко облизала губы, изнывая от духоты, но Валтору это показалось настолько эротичным, что он готов был сорваться с места, чтобы вцепиться в неё поцелуем, ведь девушке не хватало влаги. Слегка подтёкший макияж разрушил иллюзию мягкой феи и превратил Блум в горделивую ведьму, манившую своим взглядом, который обещал наслаждение в её изящных руках. Стоило девушке обернуться в сторону Валтора всем торсом, как свет погас, а зал взорвался аплодисментами. В этот момент все танцевавшие девушки должны были замереть, но управляемая буйствующими эмоциями, вопреки всем планам, Блум продолжила движение. К счастью, в образовавшейся полутьме её никто не видел. Никто, кроме затаившего дыхание Валтора — она продолжила танцевать только для него и ему даже почудилась мелодия, та самая, которую он поставил в первый день их знакомства. Он был совершенно заворожён и цепко вглядывался в каждый сантиметр юного тела. Откинув шею назад и отбросив волосы Блум, элегантно опустилась на пол, когда её колени коснулись холодной плоскости дерева, она подалась вперёд всей сутью и посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц, и было в этом что-то таинственное, почти неземное. Само совершенство, идеальная с пят до солнечно-рыжей макушки. — Может это ты без меня не существуешь? Что если ты моя больная фантазия? — Если слышно прошептала она, но, несмотря на это, Валтор понял каждое слово и ухмыльнулся. До самого конца верна себе и всё так же упряма. Пусть на мгновение ему показалось, что Блум готова признать его полную власть над собой, это было лишь иллюзией.

****

Махровое полотенце прилетело ему прямо в лицо и том, с какой силой в него швырнули эти куском ткани, сразу дало понять, кто был отправителем. Если бы это было что-то потяжелее, то Валтор сейчас красовался бы с синяком. — Как мило с твоей стороны, — язвительно пробормотал он, опустив полотенце на плечо. Немного поразмыслив, подбирая слова, он наконец добавил, — как насчёт выпить по стаканчику? Я угощаю. Вокруг не было ни единой души, кроме него и Блум, совершенно спокойно переодевающейся из танцевального платья в джинсы и измятую белоснежную рубашку. В ней же она была в самый первый день, когда только пришла устроиться на работу. Возможно, это было каким-то знаком. — Даже не рассчитывай, — и она усиленно замотала головой, продолжая выуживать из недр своего шкафчика одежду. — Я лучше яду выпью, чем пойду с тобой в бар. Он бы рассмеялся, если бы это не было грустно — без сомнений Блум сделала бы именно так, как сказала. Она предпочтёт смерть его компании, уж так были устроены их отношения, и даже чарующий момент на сцене не мог этого изменить. Хотя Валтор был уверен, что в глубине души девушка жаждала продолжения, как и он — невозможно просто выкинуть из головы произошедшее. Но одно точно — обсуждать это они не планировали, ведь каждый показал слабину и свою заинтересованность в тот момент. Не так уж они были ненавистны к друг другу, как хотели показать. — Что ж, моё дело предложить, — рассеянно пробормотал он, уже мысленно перебирая варианты на ночь. Сегодня он точно не сможет заснуть в одиночестве, нужна компания, способная отвлечь от всех мыслей. Хотя разве мог кто-то ещё сравниться с Блум, с этой рыжей ведьмой, этот знойный образ ещё долго будет пытать его воображение. Когда именно она успела подкрасться к нему — это был огромный вопрос, но вот вдруг, словно из-под земли, она выросла перед ним и замерла в нерешительном любопытстве. Валтор сделал вид, будто в этом нет ничего странного, и в ответ окинул её задорным, почти насмешливым взглядом, словно она показывала своё поражение. Какое-то время они просто пялились друг на друга — это нельзя было назвать иначе, ведь они и вправду, внаглую, с присущей им искрой и толикой вожделения пялились друг на друга. — И что же дальше? — Чуть сдавленным, почти охрипшим голосом, поинтересовался Валтор, стараясь не быть назойливым. Он метался в догадках, что же могло прийти в голову этой непредсказуемой львице. Накинется с кулаками? Или наоборот обнимет так, словно обещая продолжение того танца? Или ей просто нужно что-то взять, а он стоит на пути? Неуловимо пожав плечами, словно размышляя о том, что делает, Блум приподнялась на носочках в попытках сравняться с ним ростом. Между ними почти не осталось пустого пространства, они прижались друг к другу и для этого даже не было необходимости в объятии. Неуверенно потянувшись к его губам, словно ожидая поцелуя, девушка затаила дыхание, наслаждаясь этим моментом. Обескураженный такой близостью, Валтор подался вперёд, хватая её за талию, словно пытаясь сломить остатки воли, а второй рукой проведя по контуру лица и откидывая мешающую прядь, он выдохнул в её губы, но до сих пор не касаясь их. Оставалось лишь несколько миллиметров, и это было далеко не дружеское и уж точно не вражеское расстояние. Это было доверительно, но до сих пор строго контролируемо. — Меня ждёт Скай. — А меня Айси… но какое это имеет значение? Она сдержанно закусила нижнюю губу, пытаясь взять волю в кулак, разрываясь между желанием оттолкнуть и прижаться ещё сильнее. В итоге она почти сокрушает остатки расстояния и горячим кончиком языка проводит по контуру его набухших от вожделения губ, чуть прикрыв глаза в щемящем сердце наслаждении. — Играешь с огнём, милая. — Полностью севшим голосом отозвался мужчина, целуя в ответ. В этот момент, Валтор готов был поклясться, что в его жилах забурлил неизведанной силы огонь, раздевалка вздрогнула от разрядов молний, а искры между ними были столь обжигающие, что они лишь чудом не сгорели. Они просто соприкоснулись губами, это даже сложно было назвать поцелуем, но это вызвало такой отклик, что мужчина чуть не сошёл с ума. И в тот же миг всё прекратилось. Отстранившись, как ни в чём не бывало, с полотенцем в руке, Блум невинно улыбнулась: — Просто хотела вернуть своё. — И, чуть подумав, уже почти отвернувшись, добавила, — До завтра, милый. Этот раунд был за ней и она дерзко упивалась чувством победы, отбросив все непристойные желания, связанные с её горячим партнёром. Она убеждала в том, что это лишь игра и старалась верить в это до последнего. Их танец продолжится снова на сцене, лишь там можно было полностью отдаться чувствам.