Строя воздушные замки на камне

У дома Северуса появились Люциус и Беллатрикс; она замолотила кулаком в дверь, и сигнальные чары отозвались нестройным перезвоном. Выругавшись, Северус поднялся из-за стола – он надеялся, что сегодня сможет повидаться с Лили. С того момента, как он сварил для нее новую порцию зелья, прошло уже три дня, но она им так и не воспользовалась. - Да слышу я, слышу! - прокричал Северус, но Беллатрикс все никак не унималась, и ее смех легко перекрывал какофонию трезвонящих "сигналок". Северус ей не доверял – как, впрочем, и Люциусу, но тот хотя бы был предсказуем. В отличие от нее. Северус распахнул дверь. Завидев его, Беллатрикс тут же успокоилась: перестала хохотать как безумная, выпрямилась, и ее лицо разгладилось – в этот миг она держалась почти с изяществом. Люциус умел держаться с изяществом всегда. Правда, сейчас его явно что-то раздражало. - Чего вам надо? - спросил Северус. - Мы слышали, ты работаешь над чем-то интересным, - протянула Беллатрикс. - Можно и так сказать, да. - Может, все-таки нас впустишь? - поинтересовался Люциус. - Или так и будем стоять на морозе? Северус бросил на него мрачный взгляд – колкость так и вертелась на языке, но Люциус глядел спокойно и пристально, прямо в глаза, а потом улыбнулся, и Северус вспомнил о своем ранге среди Пожирателей... ...но сначала окунулся на мгновение в мысли Люциуса, нырнул в них проворной рыбкой. Темный Лорд их не посылал – Беллатрикс стало скучно. Не говоря ни слова, Северус распахнул дверь пошире. Беллатрикс проскользнула в дом – точно капля чернил, упавшая в воду. Люциус по-прежнему казался раздраженным. Позволив двери захлопнуться за незваными гостями, Северус скрестил на груди руки: - Ну и чего вам нужно? - Я же сказала – хочу взглянуть на твое новое заклятье. - Оно еще не готово. - А я слышала друго-о-ое, - Беллатрикс снова хихикнула, и Северус с внезапной тоской вспомнил Лили. Щиты отреагировали мгновенно, и образ Лили исчез. - Ладно, - он позволил губам расплыться в неспешной, ленивой усмешке. - Раз уж ты сама пришла... Я как раз искал, на ком бы его испытать. Она зашипела на него сквозь зубы, а Люциус закашлялся в кулак; он всегда так делал, когда пытался скрыть смех. - Может, опробовать его на Амосе Крокере? - сказала Беллатрикс. - Это что еще за хрен с горы? - Какой-то предатель крови, - махнул рукой Люциус. - Родольфус поймал его в Лондоне четыре дня назад и с тех пор держит у себя, в одной из гостевых комнат. У Северуса появилось нехорошее предчувствие, червяком зашевелилось в животе. - Четыре дня – и уже перебрал все знакомые заклинания? - фыркнул он. - Удивительно, впрочем, что его и на столько-то хватило. Беллатрикс рассмеялась: - Потому-то нам и нужен ты, Севви. - Еще раз так меня назовешь – сердце тебе вырежу. Дразнясь, она высунула язык. Как и потребовал Темный Лорд, Северус действительно работал над новым проклятьем: оно отнимало у человека радость и превращало ее в страдание – которое длилось вечно. Вопреки всему, что он наговорил Беллатрикс, заклинание было уже готово – по крайней мере, готово к испытаниям. Он не был настолько уверен в собственных силах, чтобы докладывать Темному Лорду о новом заклятье до того, как его кто-то опробует. Обычно Северус просто передавал информацию кому-нибудь из новичков без Метки, а тот сообщал ему результаты. Сам он никогда не применял свои заклятья на практике. Ни разу со времен Хогвартса. Если не считать того эпизода в "Собаке и утке", и то только для того, чтобы спасти Лили жизнь. - Пожалуйста, - сказала Беллатрикс, округляя глаза и делая невинное лицо; выпятила губы, скорчив обиженную гримаску, и Северус невольно задумался, много ли мужчин купилось на ее уловки. - Ну пожа-а-алуйста, Северус. - Что, иначе ты от меня не отстанешь? Беллатрикс широко и хищно ухмыльнулась, и Люциус у нее за спиной кивнул, соглашаясь. Он снова казался раздраженным. "Темный Лорд все равно скоро захочет взглянуть на результаты, - подумал Северус. - Давай, покончи с этим – и можно будет увидеть Лили..." - Ладно, - он сдернул с вешалки зимний плащ и набросил его на плечи. - Я даже разрешу тебе стать первоиспытательницей. С радостным визгом Беллатрикс кинулась Люциусу на шею. Тот вынес это стоически: даже не пошевелился, только нахмурился. В этот миг Северус ненавидел их обоих. Они аппарировали в Лестрейнж-мэнор и приземлились в розовом саду, пустом и голом в сероватом февральском дневном свете. То неприятное ощущение вернулось снова, поднялось из живота и заныло в груди, и Северус уплотнил ментальные щиты, хоть и знал, что Беллатрикс никогда не сравнится с Темным Лордом в легилименции, какими бы надеждами она себя ни тешила. Но он не хотел давать пищу для подозрений – тем более Лестрейнжам, к которым Лорд относился почти как к родственникам. Они не должны заметить в его мыслях ничего, даже отдаленно похожего на сомнения. На сомнения – и на угрызения совести. Слишком опасно позволять себе чувствовать. Эмоции только подставят его под удар. Родольфус встретил их в гостиной – развалился в обтянутом парчой кресле, водрузив ноги на такую же скамеечку. От нечего делать вертел в руках палочку, поворачивая ее то в одну, то в другую сторону. У Поттера была такая же привычка: он часто так делал перед тем, как послать в Северуса очередное заклятье. Щиты. Темнота. Вытащить палочку. - Где он? - спросил Северус. Родольфус вздохнул, откинув голову на спинку кресла: - Наверху. Четвертая дверь слева. Валяется без сознания – скукотища... - Могу привести его в чувство, - сказала Беллатрикс. - В этом нет необходимости, - отказался Северус. Она мрачно уставилась на него. - Твоя страсть к пыткам не так притягательна, как ты воображаешь, - отрезал он – и тут же пожалел, что не сумел вовремя прикусить язык. - А ты жалкий говнюк! - огрызнулась она. - И совершенно не умеешь веселиться. - Полностью с тобой согласен по обоим пунктам, - Северус задумался, сильно ли огорчатся Родольфус с Люциусом, если он опробует свое новое заклятье на Беллатрикс. Похоже, что нет... что, впрочем, не помешает им немедленно сдать его Темному Лорду. - Давай, показывай дорогу. У меня полно дел – куда более важных, чем какой-то предатель крови. - Дел? Каких еще дел? - Если бы Темный Лорд захотел тебя в них посвятить, ты бы и без меня это знала. Это ее проняло. Он видел, как она наконец осознала: то, что она спит с Темным Лордом, еще не делает ее его доверенным лицом. Полезно напоминать ей об этом время от времени. Они поднимались по лестнице вместе: мрачная Беллатрикс цеплялась за руку Люциуса, Родольфус то и дело кидал на парочку ревнивые взгляды. Северус замыкал четверку. Идти туда не хотелось... подобные вещи никогда ему не нравились, но сегодня от одной мысли о том, что ему предстоит, желудок дергался и завязывался узлом. Перед его мысленным взором то и дело вставала Лили, совсем как живая, а когда он добрался до самого верха, то словно бы почувствовал ее запах, аромат лаванды и табачного дыма, и от этого сердце громко застучало, а в глазах заплясали белые "мушки". Окклюменция окутала все, кроме нового заклинания, иначе Северус просто не выдержал бы – развернулся и ушел из Лестрейнж-мэнора, подписав себе тем самым смертный приговор. - А как именно действует это твое новое проклятие? - полюбопытствовал Люциус, когда они уже подходили к четвертой двери слева. Северус не мог вспомнить – это знание, как и прочее, было слишком глубоко похоронено. - Подожди пять минут и увидишь, - презрительно усмехнулся он. Амос Крокер лежал на полу, неестественно раскинув руки и ноги; его грудь тяжело вздымалась и опускалась. При виде его Беллатрикс захихикала – он вскрикнул, услышав ее смех, замотал головой, застонал, повторяя одно и то же: - Нет... нет... нет... Да способен ли этот человек еще чему-то радоваться? Есть ли у него вообще что отнимать? Северус не знал. Не знал, есть ли у этого Крокера кто-то близкий – возможно, своя Лили Эванс? Женщина, которую он любит – так, что преобразится от одной ее улыбки, одного поцелуя? А если есть – то как он, Северус, может это отнять? Если бы кто-то отнял у него Лили, забрал все его счастье, он убил бы того человека. - Чего ты ждешь? - спросила Беллатрикс. - Ты говорил, у тебя полно дел. Северус поднял на нее взгляд: - Разве ты не хотела попробовать сама? Черт. Черт-черт-черт... - Я не знаю инкантацию. - Десперио, - сказал он. - Накладывается так же, как любое другое проклятие. - Что, так просто? - она приподняла бровь. На ее лицо словно набежала тень – тьма, которой не было раньше. Тень подозрения. - Темному Лорду требуются простые решения, - небрежно ответил Северус. - Темная Метка еще не гарантирует ума, - он скривил рот. - В конце концов, у тебя же она есть. Беллатрикс оскалилась и зашипела на него – совершенно по-кошачьи, с характерным прифыркиванием; она всегда так делала, когда злилась. Подозрительно-настороженное выражение исчезло с ее лица, но Северус все равно оставался начеку. И не рискнул заглядывать в ее мысли, зная, что она это почувствует. - Никогда не пойму, отчего Темный Лорд терпит рядом с собой такую безродную дрянь, как ты, - заявила Беллатрикс, но что-то в ее тоне заставляло заподозрить, что она-то как раз знает, потому что спросила, и Темный Лорд ответил, и именно потому она "эту безродную дрянь" так и ненавидит. - Зато мы все знаем, отчего он терпит рядом тебя, - бросил Северус. Она замерла. Родольфус вспыхнул до корней волос и попятился к стене, нетвердо держась на ногах; Люциус же наблюдал за происходящим, и на губах его играла легкая улыбка. - Я могу тебя сломать, - прошипела Беллатрикс, водя палочкой взад-вперед. - За секунду. Раз – и все. - Или не меня, а его, - Северус кивнул на Крокера, который слабо поскуливал, сжавшись в комок, и с отчаянием смотрел на их ссору. - И тогда я вернусь домой и наконец-то займусь делом. - Он помедлил, вспомнив о промелькнувших у нее подозрениях. - Если, конечно, тебе это по силам. - Что за бред – конечно, по силам! - одним молниеносным движением она наставила палочку на Крокера и произнесла инкантацию. Вспышка заклятия – и тот побледнел, точно громом пораженный. А потом начал всхлипывать. - Что, и это все? - спросила Беллатрикс. - Это заклинание заставляет его чувствовать горе. Он так и будет рыдать, - безразлично отвечал Северус, закрывшись окклюментными щитами. Что-то давило изнутри, пыталось их проломить – какое-то болезненно-яркое чувство... Беллатрикс взглянула на него: - Вообще всегда? Северус кивнул. Крокер плакал – молча, по щекам его ручьями катились слезы, и взгляд перебегал от Северуса к Беллатрикс, потом к Родольфусу и Люциусу... Слезы сверкали на его лице, как стеклянные. - Это еще скучнее, чем когда он потерял сознание, - заметил Родольфус. Северус не ответил. Беллатрикс больше не кидала на него мрачные взоры, а подошла к Родольфусу и обняла его за плечи – они так и остались стоять у стены вдвоем, хмурясь и наблюдая за Крокером, и Северус понял, что с Беллатрикс впредь следует вести себя осторожнее. Хоть ему и противно было думать, что она может хоть в чем-то его обойти. Он снова повернулся к Крокеру – тот моргнул, не сводя с него глаз, и окклюментные щиты сомкнулись и уплотнились словно сами по себе. - А если его Круциатусом? - спросила Беллатрикс. Северус так и похолодел – но сказал, не подавая вида: - А смысл? От него и так ничего не осталось. И это твоих рук дело. Ты с ним это сделал. Ты, не она. - А он от этого проклятия хотя бы умрет? - спросил Родольфус. - Оно не для того предназначено. - Ну ничего себе! - возмутилась Беллатрикс. - Мы думали, ты нам сейчас покажешь что-то веселое, а это что? Расхныкался тут, плакса хренов! - Плакса? - переспросил Северус. Беллатрикс ткнула палочкой в Крокера. - Я понял, о ком ты. Плакса? И это все, на что у тебя хватило мозгов? Она мрачно уставилась на него. - Ну так убей его, - бросил Северус. - Ты хотела узнать, над чем я работаю – это я тебе показал. А теперь – я занят, и развлекать тебя в мои обязанности не входит. Да. Они гораздо, гораздо хуже. Он позволил себе в последний раз взглянуть на Крокера – тот сидел, обняв колени, спиной привалившись к кровати. Северус был бы и рад исправить то, что сделала с этим человеком Беллатрикс, но не знал, как. Может быть, какой-то способ все же найдется... вряд ли проклятие удастся снять полностью, но если получится вернуть бедняге хоть что-нибудь, то, возможно, это гнетущее чувство перестанет на него так давить... - Ску-учно, - протянула Беллатрикс. - Какой же ты зануда, Северус. - Повернулась к Крокеру: - Авада Кедавра! Зеленая вспышка – и все его надежды пошли прахом. Он отнял у этого человека все и не сумел вернуть обратно. Но при этом умудрился не выдать своих чувств: не дрогнул, не переменился в лице. - Ну вот и все, - сказала Беллатрикс. - Родольфус, сходи найди нам другую игрушку. - И, надув губы, добавила: - И позови сюда Кевина Крука – уверена, его заклинания будут куда как интереснее. Узел в животе болезненно дернулся. Беллатрикс бросила на Северуса быстрый взгляд – и вдруг впилась в его глаза своими. Щиты отреагировали мгновенно; ощущение от ее вторжения было таким же холодным и неприятным, как и от Темного Лорда, и Северус мысленно послал ей навстречу вспышку гнева и бешенства, безмолвно заорав, чтобы она убиралась из его головы ко всем чертям. Ахнув, Беллатрикс разорвала связь. Какое-то мгновение они сверлили друг друга враждебными взглядами... в глаза ему она больше смотреть не решалась. Только на переносицу. И прекрасно. - Если мое присутствие больше не требуется, - произнес Северус, - я займусь своими изысканиями. - Возможно, твое следующее проклятье будет не такой пустой тратой времени, - сказала Беллатрикс. А может, я испробую его на тебе. Но отвечать он не стал – молча направился к выходу из Лестрейнж-мэнора, оставляя позади своих друзей, которые вовсе не были ему друзьями, всех этих людей, чьего одобрения он так хотел, когда учился в Хогвартсе. С содроганием Северус осознал, что ему на них плевать. Абсолютно.