Глава 19
3 декабря 2015 г., 19:50
Всё было обговорено заранее, каждый из присутствующих знал что ему говорить и делать. И Марго, и Павел, и Виталий, и Сергей, ещё один сотрудник сыскного бюро, одетый по такому случаю в форму майора милиции. Ждали только Киру с Сашкой и, когда подъехала их машина, Сергей удалился в другую комнату, чтобы появиться только в случае необходимости.
***
Девять часов назад. Аэропорт Пулково, стойка регистрации. — Ваш паспорт, билет, пожалуйста. — Пожалуйста, — молодой, вполне симпатичный, улыбчивый мужчина протянул документы красивой блондинке в лихо сдвинутой на бок синей пилотке. Та раскрыла паспорт и незаметно нажала кнопку вызова милиции, продолжая улыбаться и разговаривать с пассажиром с целью задержать его как можно дольше. Она облегчённо вздохнула, когда подняв глаза в очередной раз увидела, что за спиной мужчины стоят два милиционера, готовые по первому её кивку задержать его. И она кивнула. Ох, не знал Ярослав Ветров, что еще накануне, после просмотра ролика и сообщения в полицию, была разослана ориентировка на его персону во все аэропорты, на все вокзалы и всем постовым города на Неве. Не знал. Иначе его мозг, мозг хамелеона, обязательно нашёл бы способ мимикрировать. Теперь, увы, всё было поздно. Но идти под суд один он не собирался. Ярослав понимал, что Сашка и Кира — это деньги и власть и сейчас лихорадочно соображал, что ему выгоднее. Утопить их, а значит заставить вытаскивать всех вместе или наоборот. Взять всю вину на себя и шантажировать Воропаевых, чтобы они вытащили его из этой передряги. Так ничего и не решив, Ярослав Ветров заявил о своём праве на молчание и потребовал, реализовать право на звонок своему адвокату. Под «своим адвокатом» Ветров подразумевал адвоката «Зималетто». Ни много, ни мало. Наглость этого господина даже не зашкаливала — перешкаливала. Вначале совершить действия по захвату компании и попытке убийства одного из главных её акционеров, а затем обратиться за защитой к их адвокатам. Нет, этот номер не пройдет. Нужно звонить Воропаевым и требовать защиты. Что он и сделал. Именно этого звонка Кире и Саше ждали на Алябьевой 18 в сыскном бюро Попова. Операция началась. — Кира, нам нужно встретиться. Это касается попытки убийства Андрея, — Павел старался говорить мягко, но тоном не терпящим возражений. — А что, есть какие-то новости в расследовании? — Кира тоже играла, стараясь говорить взволнованно, но так, словно она к этим новостям не причастна. — Есть новости, есть. При попытке вылететь на Кипр арестован Ярослав Ветров. — Павел Олегович, а он-то здесь каким боком? Он же давно уже в Санкт Петербурге? — был подставлен пробный шар в лузу Ждановского бильярда. Ах, девочка, девочка. Ты с кем играть задумала? Решила, что ты хороший игрок, а он, съевший собаку на этой игре, твой начинающий партнер? Сейчас обрадуется форе и положит мяч в лузу, то есть раскроет тебе все свои карты? — Видишь ли, Кирочка, мы не могли сидеть, сложа руки, когда жизнь нашего единственного сына в опасности и заявили в милицию. Арест Ярослава — это результат следственных мероприятий. Причём нас заверили, что покинуть страну не удастся никому из тех, кто причастен к покушению. — Понятно. Павел Олегович, а мы можем как-то помочь? — Конечно. Бери Сашу и приезжайте-ка на Алябьева 18, там через арку направо вывеска «Сыскное бюро Попова», к десяти утра. Мы с Марго будем вас там ждать. Договорились? — Да, Павел Олегович, мы обязательно будем. Передавайте привет Маргарите Рудольфовне. Целую вас. Павел повесил трубку, брезгливо вытер руки и пробормотал: — Поцелуй Иуды. — Пашенька, ну, мы же договорились. Ребятам нужна помощь. Помощь, а не наказание. — Ни о чём мы не договаривались, Марго. Это ты так решила, а я пошёл у тебя на поводу. И если Кира ведёт себя, как Иуда, то я могу назвать её Иудой. Ну, хотя бы пока её нет. — Ладно, ладно, успокойся. Что она сказала? Они приедут? — Приедут.***
«Они в кинозале», — заговорил селектор голосом Поповской секретарши Полины. Виталий встал с кресла и жестом пригласил Ждановых пройти. — Всем здравствуйте, — сказал Попов, нарочно зашедший в зал через пару минут после Павла и Марго. — Присаживайтесь. Я хочу показать вам небольшой ролик. Прошу все эмоции и комментарии оставить на потом. И вот ещё что, если кому-то придёт в голову уйти, хочу предупредить сразу, двери за нами замкнулись. Мы будем здесь находиться до тех пор, пока не выясним все вопросы. — Павел Олегович! — завёлся Воропаев. — Что это значит? — А Павел Олегович тут ни при чём. Все вопросы только ко мне. Я веду это расследование. Понятно? А теперь прошу вас всех присесть. Не нужно меня задерживать. Моё время стоит очень дорого. Все расселись и Виталий кликнул по компьютерной мышке. С первых кадров Сашка закрыл лицо руками и опустил голову. Кира же, напротив, вытянулась вся в струну, выпрямила спину и, не отрывая взгляда, холодно смотрела на экран. — Не делай этого. Слышишь? Они блефуют. Да и осуществил всё Ярослав, а не мы. — Кира, а если они подадут заявление в милицию? — Вот пусть тогда Ветров и отдувается. — Но он же сдаст нас. — Это будет только его слово против наших слов. У него нет никаких доказательств. Никаких. И прекрати паниковать. Виталий снова кликнул мышкой. Оглядел всех собравшихся и хмуро произнес: — По закону я обязан вызвать наряд милиции и отправить вас в КПЗ, вместе со всеми записями, которые есть в моем распоряжении. А их не мало. Это только малая часть доказательства вашей вины. Я хочу услышать, зачем вы покушались на жизнь Андрея Павловича Жданова. — Он растоптал меня, унизил, Маргарита заставила меня унижаться перед этой плебейкой, у меня отняли всё, а теперь вы спрашиваете, почему я это сделала?! — Нет, Кира Юрьевна, я не спрашивал вас почему, я спрашивал вас зачем. И не делайте вид, что не поняли разницу. Я спрашиваю ещё раз, зачем вы пытались устранить Андрея? — Оставьте её, не мучайте, — вклинился вдруг Сашка. — Я всё скажу. — Молчи, не смей! — закричала Кира. — Они же тебя провоцируют, неужели ты не видишь? — Кира, хватит. Всё закончилось. Понимаешь? Воропаев сел на место и начал монотонно рассказывать: — Мы знали, что Пушкарёва написала доверенность на имя Жданова, а сама отказалась от президентства и улетает в Израиль с Малиновским. Доверенность была у Андрея в портфеле, потому что они ездили к нотариусу её заверять. План наш был очень простым. Сделать Андрею укол, когда он откроет машину, выкрасть доверенность на его имя, а его самого вывезти в коттеджный поселок, где его держали бы под охраной до поры до времени, а потом, когда всё закончилось бы, его бы выпустили. Обращаться с ним должны были хорошо, и для отвода глаз должны были потребовать даже выкуп. Он прервался, сделал глубокий вдох, а потом продолжил: — Мы же собирались устроить на собрании мятеж и заставить передать президентский пост мне или Кире. Как получится. А затем быстренько распродать компанию. Забрать свою долю денег и забыть, что вы вообще существуете. Но всё пошло наперекосяк с самого начала. Сперва исполнитель решил бросить Андрея в яму, потом Пушкарёв сорвал собрание, потом выяснилось, что он уже женился и его акции автоматически переходят жене, а потом и вовсе Андрей вернулся. Саша снова закрыл лицо руками и по его сотрясающимся плечам стало понятно, что он плачет. Марго хотела броситься к нему, но Виталий одним взглядом остановил её. — Кто план придумывал? — спросил Павел Олегович. — Ты, Кира? Вы просто глупы ко всему прочему. Вы не могли бы продать «Зималетто», неужели ты этого не понимаешь? У компании есть единоличный хозяин — Жданова Екатерина Валерьевна, и без её согласия вы никогда и ни за что фирму продать бы не смогли. — А теперь я хотел бы вернуться к твоей полуправде, Саша, ну, или полулжи. Это уж как тебе будет угодно, — сказал Попов Он достал свою трубку, закурил и стал вещать, загибая толстые пальцы-сардельки, явно подражая акунинскому Эрасту Фандорину: — Во-первых, никакой исполнитель не стал бы идти на мокруху, если заказчику нужен выкуп. Значит, вы всё-таки изначально планировали убийство. Во-вторых, у нас есть запись, где Кира Юрьевна произносит фразу: «Он женился, мы опоздали». Куда вы опоздали, сударыня? — Ну, и наконец, в третьих, вы забыли, что сейчас в питерском КПЗ даёт показания ваш подельник. Он уже знает, что помощи от вас ему не будет никакой. А значит, поёт, как соловей. И мы ваши показания сверим. — А теперь ответьте мне на вопрос, куда вы полезли, с вашими-то мозгами?
