Кукольное сердце

- Значит, нужно его поцеловать? - Тсуна скосил взгляд на полку, где стоял Учиха Саске. - Угу, - зевнул с той стороны магического зеркала Гарри. - Только учти, не все может получиться. Вдруг ты окажешься не его парой? - А ты? - Что я? - сделал вид, что не понимает, Гарри. - Ты не хочешь поцеловать своего Мадару? Как раз в твоем вкусе - длинноволосый брюнет. - Тсуна! - голос друга звучал угрожающе, с предупреждением. Савада закатил глаза. - Да-да, понимаю. Закрыли тему. Ладно, спасибо, что сообщил. Кстати, как там Снейп с Обито? Поттер пожал плечами. - Вроде бы налаживают отношения, поехали на какую-то жутко занудную конференцию. Но Обито счастлив, как дитя, Северус наконец-то подпустил его ближе. - Главное, чтобы теперь ничего не испортил. - Да, Снейп это может, - протянул Поттер. Друзья рассмеялись. - Мне пора, - Гарри помахал рукой. - Кажется, очередное поднятие кладбища. Как я могу пропустить подобное? - Звони, а то я скучаю. - Лучше в гости забегай, - маг выглянул в окно и вернулся к зеркалу. - Дня через два-три. - Договорились, - поймал на слове Савада. Когда погасло магическое зеркало, соединяющее миры, на плечи навалилась плотная, густая тишина. Вся квартира погрузилась в нее. Тсуна поежился от неуютного ощущения. Сколько он помнил, в доме Савад всегда царил шум. Звонил ли будильник, пищала ли микроволновка, жизнь в любом случае не замолкала ни на минуту, ее движение ощущалось во всем: в воздухе, в солнечных лучах, в приглушенном шуме, доносящемся с кухни. Даже спустя много лет Тсуна не привык к тишине. Она давила, накатывала удушающей волной. Милая уютная квартирка на шестом этаже высотного здания превращалась в клетку, в тюрьму. И Тсуна спешил развеять эту тишину. В квартире всегда было чисто прибрано, нигде ни пылинки, ни соринки, он научился готовить, и светлую, пронизанную солнечными лучами комнату заполнял вкусный аромат. А потом Тсунаеши покидал квартиру, гулял по городу и не возвращался до самой темноты, когда зажигались первые фонари и звезды. Он подолгу сидел на склоне у реки, не думая ни о чем, просто отпуская мысли в свободное плавание. Он бы мог попросить ребят переехать к нему, но Гарри никогда не оставит свое убежище на кладбище, а Наруто... сам Тсуна не станет рисковать жизнью друга. Савада снова посмотрел на куклу. Ну, вот, теперь он не один. - Хаос, Никчемный Тсуна! Савада поморщился. - Что тебе нужно, Реборн? Киллер опустился рядом с ним на траву, посмотрел на солнечные блики, пляшущие на поверхности реки. - Тебе еще не надоело? - скосил он глаза на разлегшегося на траве Саваду. - А тебе? - хмыкнул тот. - Я не вернусь, Реборн, и ты это прекрасно знаешь. Иначе еще бы пять лет назад выдал мое местоположение Вонголе, а не ходил убеждать. - Из тебя получился бы отличный босс, - бывший Аркобалено никак не прокомментировал предыдущее заявление Тсуны. - Тебе не кажется это лицемерием, что человек, который не подчиняется никому, пытается убедить меня, что ошейник - это здорово и полезно для здоровья? Реборн расхохотался, негромко, с легкой хрипотцой, возникшей от курения. Тсунаеши невольно залюбовался мужчиной. Когда тот снимает маску упертого, всезнающего засранца, то становится даже привлекательным. - Да, Савада, стоило дать тебе по морде, чтобы ты повзрослел. Тсуна хмыкнул. - Я повзрослел не из-за того удара, и ты прекрасно это знаешь. Реборн помрачнел, достал пачку сигарет, вытряхнул одну. Закурил и вновь устремил взгляд на другую сторону реки. - Сколько ты еще будешь хоронить себя заживо? Мафия от тебя не отступится, в любом случае. Не ты, так твои дети будут принадлежать Вонголе. - Обломятся. Я гей. Стопроцентный, убежденный. Реборн поднял бровь. - Уверен? Тсунаеши закатил глаза в ответ. Вроде бы взрослый человек.... - Реборн, я из Японии, там издревле связь с мужчиной не считалась чем-то предосудительным, скорее, в порядке вещей, если парням нравятся представители своего пола. Разумеется, встречаются и те, кто таких отношений не приемлет, но их все же меньшинство. Японцы гораздо спокойнее относятся к подобным вещам, менталитет и все такое. Поэтому я не удивился, когда осознал, что крепкая задница Ямамото, его перекатывающиеся мышцы при ударе мечом намного привлекательнее хлопанья ресничками Киоко. - Циник. - Я предпочитаю - реалист. Если бы мне тогда не помогли сбежать, я был бы уже мертв, - Тсуна поднялся, похлопал по штанам, отряхивая их от травинок и земли. - Мне пора. Увидимся еще. Встречи с Реборном уже давно перестали тревожить его разум и душу, их маленькая традиция длиною в пять лет. Киллер наведывался в каждое убежище Савады, предлагал стать боссом семьи, получал отказ, после чего они мирно пили кофе и обсуждали последние мировые новости, включая мафиозные. Первые раза два или три, сразу после визита, Тсунаеши менял место жительства, сбегал, опасаясь, что Вонгола найдет его. Но находил только Реборн. Их встречи стали потребностью для мужчин, условностью, от которой отказаться не имели сил оба. Тсуна закрыл дверь, бросил ключи в керамическую миску, стоящую на тумбочке при входе, рядом с цветком в горшке. И спокойно зажег пламя, поворачиваясь. В комнате, в единственном кресле, закинув ногу на ногу сидел Занзас. Остальные члены отряда разошлись по комнате. Мармон порхал вокруг полок с книгами и безделушками, Леви темнел в углу за спиной босса, а вот Скуало и Бел заняли диван и привычно уже переругивались. При появлении Савады замолчали, дружно повернулись к нему. - Классная кукла, мусор, - вариец крутил в руках подарок Наруто. - Ты бы сказал, что тебе по душе девчачьи игрушки. - А ты рад, что теперь есть кто-то, кто разделит твое увлечение? - усмехнулся Тсуна. - И поставь Саске на место. Занзас расхохотался, запрокинув голову. - Ты стал дерзким, мусор. И - Саске? Дал кукле имя? - Все лучше, чем Барби или Кен, - парировал Савада, отобрал куклу и поставил на прежнее место, на полку. Затем вновь обернулся к пристально смотрящим на него варийцам. - Что привело вас ко мне? Соскучился, Занзас? - Не нарывайся, мусор, - рыкнул тот, мгновенно раздражаясь. Схватился было за пистолет, но руки его покрылись коркой оранжевого льда. Офицеры потрясенно уставились на Саваду, сложившего руки определенным образом - для техники Первого. - Теперь я и так умею, - все же знания о магии и чакре много дали Тсуне в плане собственных тренировок. - Мне повторить вопрос? Кстати, на спиртное можешь не рассчитывать, я в последнее время трезвенник-язвенник. - Последнее - это лет пять? - не преминул подколоть Скуало. - Последнее - это лет тридцать, - Тсуну непросто вывести из себя. А еще он ощущал направленный на него интерес Саске. Вот и кто просил Гарри снимать блоки с эмоций проклятых кукол? Теперь не отвяжешься от чувства, что за тобой следят. Даже в ванной не спрячешься. Лед исчез, руки Занзаса освободились, но тот не спешил нападать. Достал флягу с гербом Варии, отхлебнул прилично. - Новый босс оказался никчемным мусором, еще более никчемным, чем ты. - И причем тут я? - Врой, ты что не понимаешь, Савада? За тобой придут! - не выдержал Скуало. Занзас лишь недовольно покосился на помощника, но промолчал - тот был прав по сути. Тсунаеши потер переносицу. Реальность вновь накатила шквалом, впрочем, она никуда и не уходила. У Савады создавалось впечатление, что последние годы он жил на поверхности, не заглядывая на глубину. Не потому, что боялся, хотя нет, боялся - боли, мучительных до прокусанных губ воспоминаний, ночных кошмаров, от которых нет сил плакать, и глаза остаются сухими. - Почему вы мне помогаете? - Потому что ты должен бежать, мусор, - Занзас поднялся. - У меня нет никакого желания прогибаться под тебя, а это придется делать, если ты станешь Десятым. Они ушли, Бельфегор в вежливой насмешке закрыл дверь копией ключа, Мармон попросил на прощание почитать экземпляр "Властелина колец", Тсунаеши даже его не услышал, махнул рукой, не глядя. Он обмяк в кресле, тело не хотело двигаться. Итак, если брать в расчет визит Варии, сколько у него осталось времени? Двое суток, не больше, затем на него выйдет остальная Вонгола во главе с Внешним советником. Тсунаеши поднялся, взял куклу и вновь вернулся в кресло. Черные глаза Саске не двигались, но Тсуне казалось, что смотрит тот с осуждением. - Прости, но мне скоро придется убегать, лишние вещи будут только мешать, - и потянулся к фарфоровым губам. Холодные и гладкие на ощупь. Тсунаеши чувствовал себя крайне глупо, целуясь с куклой, но другого выхода не видел. Он должен избавиться от балласта, путешествовать налегке с одной сумкой, спрятанной сейчас в глубине шкафа. На втором дне - пачки денег, все, что он сумел заработать и снять с бесконечных счетов, в потайном кармане - три поддельных паспорта, о которых никто не знает. Он привык, это уже не первая, и даже не двадцатая его квартира. Ничего не произошло, когда он отстранился от кукольных губ. Саске все также бесстрастно взирал на него красивыми глазами в обрамлении пушистых ресниц. И на что он надеялся? Тсуна стал собирать вещи, укладывать их в спортивную сумку. Он так и не оброс безделушками, даже книги, что хранились на полке, были принесены из местной библиотеки. Оставалось надеяться, что Мармон догадается вернуть экземпляр, иначе получится очень неудобная ситуация. Впрочем, Савада не собирался возвращаться. Но когда он уже подходил к двери, ему под подбородок скользнуло лезвие катаны. Чуть подрагивающее во все еще неверных, плохо слушающихся руках, но уже опасное. Тсуне ли не знать, что шиноби даже в бреду способны убивать. - Собираешься оставить меня? - глухой голос, вкрадчивый тон. Тсуна медленно развернулся. Он мог бы испепелить наглеца на месте, однако интуиция молчала. Она, как и ее хозяин, до последнего не верили, что это возможно. Парень, самый обыкновенный парень, в черной водолазке, синем плаще и с красными, массивными доспехами поверх. Впереди две длинные пряди обрамляли лицо, подчеркивали бледность кожи, красивые черты лица, а сзади - забавно топорщились ежиком. Однако больше всего привлекали глаза. С первого взгляда, непроницаемые, холодные, но Тсуна видел в них подозрение, муку и готовность сражаться за то, что этот шиноби считает "своим". - Учиха Саске, я так понимаю? - молодой мужчина кивнул, на подбородке у него оказался тонкий шрам - белесая ниточка от пролетевшего сбоку куная. - Я освободил тебя в надежде, что не утяну за собой. Поэтому тебе лучше оставить меня. - Он не может, - раздался голос сбоку. Из стены вышел Гарри Поттер с кружкой кофе, привычно уже сел на диван. - Между вами формируется связь, и ты, Тсуна, его приоритет. Твоя безопасность, твое благополучие и так далее и тому подобное. Без тебя он умрет. - Не нужно давить мне на сознательность, - огрызнулся Тсуна, в комнате стало на несколько градусов холоднее. Рука Саске сильнее сжала рукоять меча, однако Гарри даже бровью не повел. Он спокойно посмотрел на друга поверх кружки, и тот стушевался. Сжал губы, отвел взгляд, больной, горький. - Ты же знаешь.... - Знаю, - мягко ответил Поттер. - Но сути это не меняет. Ты можешь жить без него, он без тебя - нет. Сломанная кукла, кажется так это называется. Невозможно жить, невозможно умереть, только существовать. Гарри не заставлял, не принуждал, он просто ставил перед фактом, выбор сделал сам Савада, когда поцеловал куклу. Однако легче от этого не становилось. - Очень умелый эмоциональный шантаж, - похвалил Тсунаеши. По губам Поттера скользнула тонкая усмешка. - У меня были отличные учителя. Держи, это пара порций Оборотного, их хватит, чтобы покинуть город незамеченным. - Спасибо, - благодарно улыбнулся другу Тсуна. - Я свяжусь с тобой, когда найду пристанище. - Мы с Наруто будем ждать, - кивнул Поттер и ушел по-английски, не прощаясь. Тсунаеши вздохнул, потер лицо ладонями и поднял усталый взгляд на Саске. - Ты ведь не оставишь меня? Учиха склонил голову набок. - Ты сам не хотел быть в одиночестве, - насмешливо фыркнул он. Надо же, Савада думал, что разучился краснеть. Они спустились на подземную стоянку, где ждала своего часа машина Тсунаеши. Тот старался транспорт нигде не светить, благо Гарри наложил отличные Отвлекающие чары. Но все равно, рисковать не следовало. Одежда Тсуны пришлась Саске почти в пору. Запасная майка обтягивала широкие плечи, как вторая кожа, брюки натянулись на бедрах и упругих ягодицах так, словно грозились вот-вот порваться. Савада был слишком субтильным для своего возраста, в то время, как под доспехами Учиха скрывалось роскошное тренированное тело матерого бойца. На окружающий мир шиноби смотрел с интересом, однако удивления своего не показывал. Идеальная сдержанность, клановое воспитание. Тсуна задумался, Снейпу достался такой же или чуть поживее? И как будет обходиться Наруто, который считался самым эмоциональным ниндзя в своем мире. При учете, конечно, что Узумаки все-таки решится и поцелует свою куклу. - Ты убегаешь от тех людей, что приходили? - подал голос Саске, когда они вырулили на автостраду. - Скорее от тех, кто придет вслед за ними, - усмехнулся Тсуна. Учиха немного помолчал, глядя на мелькающие за окном редкие рекламные вывески. Затем снова повернулся к Тсуне. - Я смогу тебя защитить, мои техники работают в вашем мире, а я не самый слабый шиноби, - сказано было без малейшего хвастовства, простая констатация факта. Тсуна мотнул головой. - Нет, я устал сражаться, устал воевать. И не хочу втягивать в это тебя. Лучше убежать. Поверь, те люди... с ними работает только этот способ. Их слишком много. - Твои друзья? Насколько я понял, они не самые обычные люди. Почему они не помогут? Логичные вопросы. И от них становилось больно где-то в груди. Не за себя, за муку в глазах Наруто и Гарри, которые при всех своих способностях ничем не могли помочь. Собственное бессилие убивало их. - Боятся не сдержаться. - Они настолько сильны? - Да. Дешевый мотель на автозаправочной станции стал их приютом на эту ночь. Тсуна попросил двухместный номер, заплатил наличными, пока Саске оглядывался по сторонам. Внизу располагался магазин и небольшая кафешка для дальнобойщиков, узкая металлическая лестница вела на второй этаж, к однотипным дверям на длинном пролете. Номер Тсуны находился как раз за тусклой неоновой вывеской. В который уже раз Савада порадовался, что перебрался жить из Японии в Штаты. И тому, что у него не восточная внешность. Здесь никого не интересовало, как выглядит человек, какое у него прошлое, пока он платил за услуги и свою жизнь. Регистратор даже бровью не повел, когда перед ним возник очередной "Джон Смит". Под этим именем он и записал Тсуну в своем журнале, выдал ключи и забрал деньги, возвращаясь к просмотру футбольного матча и банке теплого пива. Здесь легко затеряться. Комната поражала дешевизной. Красноватые стены, такого же цвета занавески с дурацкими рюшками. Две кровати, разделенные тумбочкой с лампой. Дверь в ванную комнату, санузел совмещенный. В углу, рядом с раковиной и небольшим разделочным столом притулился старенький, дребезжащий холодильник. Этакая квартира на одну ночь. Рассчитана специально на дальнобойщиков, которым хочется почувствовать себя дома хотя бы ненадолго, да и привести проститутку не в стерильно дешевый номер. Саске поморщился, оглядывая обстановку, и Тсунаеши усмехнулся: похож на породистого кота. - Ванна там, пойдем, покажу, как пользоваться унитазом и душевой кабинкой, если ты и правда жил несколько десятилетий назад. Насколько я знаю, обстановка там у вас напоминала нашу феодальную Японию. Учиха, даже если и умел все это делать, промолчал, терпеливо выслушал инструкции и немедленно воспользовался ими. Савада его отлично понимал, у самого от жары майка прилипла к телу. Но надо еще спуститься вниз, заказать обед и притащить в номер. Учиха наверняка проголодается. А потом можно будет ополоснуться и завалиться спать. Посреди ночи к нему в постель завалилось холодное тело, сунуло ледяные ступни под ноги Тсуны, тяжело задышало в шею. Тсуна погасил зажженное было пламя. - Мне так... спокойнее... рядом с тобой... - Саске задыхался. Савада повернулся на бок и обнял Учиху. Как давно он не спал ни с кем? Сколько уже опасается заводить нечто большее, чем простые интрижки на пару недель? Он вздохнул и погладил своего породистого кота по голове. Волосы у него жесткие, немного колючие, торчат в разные стороны. Тсуна пропустил их сквозь пальцы. Саске задышал спокойнее, увереннее. Кажется, Гарри говорил про нечто подобное еще в первый сеанс связи, после того как сплавил Обито Снейпу. Про формирование уз привязанности и любви, идеальную пару. Саске не сможет его предать, никогда. И это неплохо для того, у кого проблемы с доверием, не так ли? Тсунаеши усмехнулся и закрыл глаза, засыпая. Утром они снова двинулись в путь. Интуиция вопила, как драная кошка, Савада барабанил пальцами по пластику руля, внимательно смотря на дорогу. Впереди расстилалась каменистая равнина, без малейших признаков жизни, если не считать таковыми редкие красочные рекламные плакаты и еще более редкие машины, едущие по встречке. Их перехватили через пару километров. Две черные машины перегородили дорогу. Люди в черном, с зажженным пламенем атрибутов уже ждали его. Разнокалиберное оружие, среди которого Савада отметил арбалеты и хлысты, горели в их руках, создавая сюрреалистичную, чем-то мультяшную картину. Так не вязалась эта сцена из "Людей в черном" с ровной дорогой и желтой степью вокруг. Савада вышел из машины, сбоку хлопнула дверь - Саске, уже в новой одежде, купленной на заправке, последовал за ним. Катана свободно лежала в его руке, Учиха был расслаблен, двигался грациозно и тягуче, как кот, Тсунаеши невольно им залюбовался. А потом в него выстрелили. Тсуну накрыл огромный скелет в доспехах, охваченный фиолетовым свечением. О него разбились пули, стрелы и разноцветные пламенные залпы. А Саске бросился вперед, он молнией мелькал между черных костюмов, вырезая их. Катана пела, послышались голоса стаи птиц, когда на руке у него засверкали электрические разряды. Через пару минут с противниками было покончено, а Учиха повернулся к Тсуне, все еще стоящему под охраной незнакомой техники. Глаза заполнял красно-черный узор, кажется, это был цветок. Саске подошел медленно, на ходу вытирая кровь с блестящего лезвия. Фиолетовый покров расступился перед ним, позволил приблизиться. Он коснулся пальцами щеки замершего Савады. - Страшно? - Не дождешься, - усмехнулся Тсуна. На чувственных изящных губах воцарилась сытая, довольная усмешка. - Можешь отодвинуть машины на обочину? - кивнул в сторону препятствий Савада. Из скелета выросла гигантская рука, она легко подвинула машины, трупы - все в кучу. Савада вышел наружу и направил на них волну пламени. Всего пара вспышек - и от машины остался лишь обугленный, неопознаваемый остов, от тел - ровным счетом ничего. Еще одно преимущество Небесного пламени: в нем горело практически все. Тсуне понадобилась минута, чтобы избавиться от следов преступления. О них напоминали лишь черные прогалины на желтой песчаной поверхности. Саске убрал технику, и они вернулись в машину, Тсунаеши завел мотор и спокойно продолжил путешествие. - Почему они охотятся за тобой? - радио сломалось еще в прошлый переезд, Савада так и не удосужился починить его. А молчать всю дорогу не комфортно. Тсуна скосил глаза на спутника. Тот повернулся боком, не сводя глаз с водителя. Интуиция не просто просила - требовала - доверять спутнику. Саске никуда от него не денется, эта связь... Тсуна ощущал ее на интуитивном уровне. И эта разборка, молчаливая помощь Учихи как-то сблизила их. А, возможно, это действительно магия идеальных пар. - Мне было четырнадцать, когда в наш дом пришел репетитор, он же киллер, он же был в то время одним из хранителей системы мирового равновесия. Лучший убийца и так далее, и тому подобное, как сказал бы Поттер, - Тсуна залпом выпил зелье, поморщившись от неприятного вкуса. Теперь, когда они убрали слежку, нужно окончательно замести следы. Второй флакончик он протянул Саске, и через пару минут рядом с ним сидела обворожительная блондинка. Учиха хмыкнул, приподняв бровь, но ничего не сказал, так как сам Тсуна стал невзрачным брюнетом с серыми глазами. И где только Гарри берет такие экземпляры для Оборотного? - Он сказал мне, что я наследник десятого поколения могущественной, влиятельной в Италии семьи. И выбора как такового нет. Он нашел мне Хранителей - ближайшее окружение, костяк будущего поколения клана. Вместе мы сражались, побеждали. Тот мужчина, что приходил ко мне домой, Занзас, претендовал на место главы. Мы его победили, с трудом, но все же осилили. А потом... - Тсунаеши прерывисто вздохнул. Вспоминать происшествие до сих пор было тяжело. - Мою мать убили. Отец - помощник, правая рука девятого босса, личность влиятельная, значимая. Но до сих пор никто не подозревал о наличии у него семьи, пока... он сам не рассекретил нас, чтобы добиться для меня титула босса. Он тяжело дышал и был благодарен Саске за то, что тот не торопил его. - Мне было четырнадцать. Для вашего мира - слишком много, в этом возрасте шиноби уже мастерски убивают, но в нашем... я боялся маленьких собачек, получал плохие отметки в школе. Я бегал от своего репетитора и кричал, что никогда не стану боссом Вонголы. Для меня это стало нормой, пока.... В тот день я пришел домой чуть раньше обычного, дверь была распахнута, а мама лежала на кухне, расстрелянная почти в упор. На лице ее застыло удивление. До сих пор не могу поверить, что у кого-то поднялась рука на самую добрую женщину в этом чертовом мире. Она ничего не знала о настоящей работе отца, для нее он был простым шахтером с края света. В тот день я понял, что не просто не хочу в семью, я не желаю слышать о них, не желаю иметь с ними ничего общего. И я уехал. Сначала из города, затем вообще с острова. Оставил друзей, Хранителей. И мне не стыдно. У них своя голова на плечах, кто я такой, чтобы решать за них? Я просто уехал. Какое-то время мне удавалось скрываться, а потом... Вонгола нашла меня. И я убил. Наверное, Занзас мной бы гордился. Я убил, сжег трупы и уехал. Потом наступило затишье. Вернее, на меня нападают, пытаются захватить, как полезный ресурс, но не блещут энтузиазмом. - Почему они активизировались сейчас? - Саске не выказал удивления, все воспринял как должное, а у Савады тряслись руки. - Вонгола нашла себе нового босса, у моего отца где-то на стороне отыскалась любовница с ребенком. Мальчик, чуть младше меня, тоже с пламенем. Ему дали моих Хранителей, те согласились продолжать участвовать в "игре", - с непонятной усмешкой произнес Савада. - Но, похоже, новый босс перестал их устраивать. Или еще что-то в этом роде. Пять лет назад меня нашел Реборн, тот самый наставник-репетитор, и сказал, что Вонгола хочет моего возвращения. А он не желал возвращаться. - Остановись! - приказным тоном заявил Саске. Тсуна пожал плечами, послушно повернул на обочину. А в следующее мгновение уже задыхался от обрушившейся на него волны страсти, смешанной на нежности и понимании. Наверное, со стороны это выглядело забавно - хрупкая блондинка оседлала водителя и не дает ему пошевелиться, обхватив бедра ногами, а руками - лицо. Забавно и сексуально. Тсуна обнял гибкую спину и ответил на поцелуй. Саске ласкал, нежил, захватывал, подчинял - всего и не определишь. От ощущения кружилась голова, а их связь вибрировала, натягивалась. - Я буду рядом с тобой, - прошептал Учиха, прежде чем снова приникнуть к губам в жадном поцелуе. Как, как он понял, что тревожило Саваду? Тсуна не знал, да и не важно это было. Впервые в жизни он отдавался безоглядно. Возможно, магия не самый честный способ заполучить чье-то доверие, но самый надежный. К тому же... у них все это добровольно. Идеальная пара же. Саске отстранился, вернулся на свое место. - Поехали, - выдохнул, пристегивая ремень безопасности. Тсунаеши нервно хихикнул, выруливая на проезжую часть. Внутри с хрустом ломалось и трескалось ледяное покрытие, а он погружался в глубины вод, больше не скользя по поверхности. Жизнь наполнилась запахами, звуками, вкусами, которые раньше проходили где-то на периферии. Савада довольно скосил глаза на сверкающего глазами Учиха. За обликом, навеянным Оборотным, он видел его, довольного, породистого кота. У них все еще будет. Перед ними расстилалась прямая, ровная дорога, ведущая за горизонт. Тсуна хотел поехать в Вайоминг, ему нравился снег. У них все еще будет. И сугробы, снежные шапки, белые вершины гор, закаты и рассветы, и поцелуи на капоте автомобиля. Теперь, спустя много лет, он погружался в собственную жизнь. И чувствовал себя невозможно счастливым.