В реальности за гранью

Он очнулся через минуту после падения с высоты. Ясно помнил, что случилось. Нашарив рукой на полу свои очки, потянулся за ними и надел их. Чудо, что они не разбились.  — Я только три минуты назад хвалил себя за хорошую физическую форму, а тут вдруг взял и не смог… Оборвал свою фразу, поморщившись от боли. Он старался смягчить падение, но в результате проломил крышу и, судя по резкой боли, разбил себе оба колена. Шатен с трудом встал на ноги, когда за несколько десятков метров от него отчетливо послышался голос. Настолько тонкий, что, казалось, принадлежал девушке.  — …Не нужно никаких сестер. Ну если только некоторых… некоторых девочек без крови.  — Ты еще не такой уж старый, чтобы беспокоиться об этом, — в другом голосе слышалась насмешливость.  — У нас проблемы похуже, — отвечал третий.  — Для начала отрасти волосы у себя в штанах, Тимми, тогда поговорим о девочках.  — Я что-то слышу, клянусь. Все. Заткнитесь хоть на некоторое время. — Фу, извращенцы! — недовольно поморщился Дмитрий, слушая разговор. — Кругом извращенцы, представляете? Стал рассматривать место, в котором оказался по воле судьбы. Это был чердак нежилого здания, где хранился разномастный рабочий хлам. Возле стен лежали деревянные доски. На балке висели белые, испачканные в пыли, ткани. Единственная лампочка тускло освещала весь этот бардак.  — И почему я не допрыгнул дотуда, скажите мне, пожалуйста, — бормотал Дмитрий, ища хоть какой-нибудь намек на выход. Заметив в деревянной перегородке лаз, не замедлил воспользоваться им. Через двадцать секунд, не обнаружив никакого пролома в стене, перепрыгнул через кровать. Радовало отсутствие посторонних и в то же время напрягала мысль, что кто-то может появиться сзади. С помощью включенного ночного видения на камере удалось разглядеть в темноте многочисленные этажерки с разнообразными ящиками на стеллажах.  — Какие узкие проходы… Фу-фу-фу! Фу-фу-фу в таких проходах застревать, — заговорил летсплейщик, пытаясь пролезть через щель. — Во-первых…  — Если бы у нас был гость. Он бы мог стать нашим козлом, — снова послышался тонкий голос. Диалог возобновился.  — О чем ты говоришь?  — Ему просто нравится слушать, как он говорит, — насмешливо произнес кто-то.  — Нам нужен козел.  — На это есть причина.  — Чтобы нести бремя вины. Наш пол. Маленький кусочек плоти между нами и столом.  — Хочешь отдать его Глускину?  — А это идея.  — Не хочу привлекать внимание Глускина. Он причинит нам боль.  — Он причинит тебе боль. Из тебя бы вышла красавица.  — Э-э, а кто такой Глускин? — с недоумением спросил Дмитрий, упорно продолжая ползти в неизвестном направлении. — Напомните-ка мне, что-то я немножко не припоминаю кто это такой. Я помню, о чем разговаривал в первом Аутласте, но не помню кто такой Глускин. Ну, все меня знают: я очень редко и очень плохо запоминаю имена главных персонажей. Не знаю с чем это связано. Возможно, потому что я не придаю этому особого значения. Просто мне это на хер не надо. Может быть, это связано как-то с этим. Зайдя в тупик и не отыскав ничего, кроме батарейки, повернул в другую сторону. Помнил, что где-то поблизости ошиваются психи, которым нужен козел. Успел протиснуться между шкафами, как снова послышался тихий тонкий голос.  — Подарочек жениху. Ища источник звука, летсплейщик повернул голову в сторону этажерок. Почти сразу до его слуха донесся не то скрип, не то стук.  — Какому еще жениху?! — воскликнул шатен, убегая подальше. — О чем вы говорите?! Тихо. Никаких женихов! Я еще не готов. Я не готов на вас жениться, дамы. Дамы, отстаньте от меня! Становитесь в очередь. Лет до тридцати… И потом женитесь на мне хоть всей толпой. Поменяв батарейку в камере, которую еще чудом не разбил во время своих злоключений, Дмитрий двинулся дальше. Заметив что-то белое в нескольких метрах от себя, приблизился к нему. На веревке, привязанной к балке, висел мертвый мужчина, одетый в костюм офисного сотрудника. Заглядывая ему в глаза, пытался вспомнить кто это. Остановился на варианте, что это либо тот, кого он вообще встретил в первые минуты игры, либо тот, кому адресовались угрозы охранника, когда речь зашла о радио в тюрьме.  — Хитмэн, блин, — вздохнул он, отходя от трупа. — Похож. Похож, серьезно говорю, на Хитмэна. На киллера того…  — Тише! Как раз протискивался между книжными шкафами, когда неизвестный это крикнул. От неожиданности мужчина замолк, рассматривая того. Это был психопат с изуродованным лицом. Правая часть от скул и до виска была вся в язвах. Тот нервно оглянулся, прежде чем осмелился заговорить.  — Если они по… если поймают нас, то отдадут нас ему. Человеку внизу. Чел… Очень плохо. Очень, очень плохо… боже… О боже…  — Если ты ещё раз так сделаешь, я сам тебя отнесу человеку внизу, слышь? — хмуро спросил его Дмитрий, но после того, как протиснулся и ушел дальше. — Сука. Так пугать меня… Я не понимаю просто…  — Крысы в стенах! Убивайте крыс! — завопил кто-то, стуча по хлипким деревянным доскам.  — АААА! Сука! — крикнул шатен, протиснувшись через щель в стене.  — Он здесь! Внутри стен! Убить его! Побаиваясь, что тот психопат сломает доски и доберется до него, ускорился, нырнул в проем и побежал туда, где была темнота. Налетев на кровать, летсплейщик остановился и включил на камере ночное зрение. Заинтересовавшись документом, лежавшим на тумбочке, принялся за его чтение.

От: n.wolfram@murkofcorp.us.com Кому: f.ford@murkofcorp.us.com Тема: диссоциированный Деннис Доктор Форд, Я взял еще одно интервью сегодня днем ​​у Вашего пациента Денниса, и я должен согласиться с Вашими подозрениями. За сорок минут для меня широко открылись четыре личности Денниса (насколько я знаю, это два брата, их отец и дед). Они, кажется, очень обеспокоены каким-то угрожающим жизни наводнением, хотя не ясно, то ли это событие уже произошло, то ли только собирается случиться. Ясность его иллюзий и перформативный характер выражения личности определенно указывает на симуляцию. Я признаю, что говорю языком Фурштенберга с долей категорического скептицизма относительно диссоциативного расстройства личности. Но случай с Деннисом мне кажется ни чем иным, как выдумкой пациента, добивающегося внимания. Вероятно, это симптомы нарциссизма и обсессивно-компульсивного расстройства. Продолжить лечение с шоковой терапией. Искренне Ваш, Доктор Вольфрам.

 — Зашибись, химический элемент, ты очень хорошо всё описал, — с иронией произнес Дмитрий, снимая документ на камеру. — Я боюсь знаете чего? С какого перепугу я так хорошо и без запинок читаю все эти диагнозы? Вот это меня реально пугает. Закончив дело, шатен положил распечатку переписки на место. Его внимание привлек решетчатый шкаф, заграждавший пролом в стене. Убрав преграду со своего пути, оказался в проходе шириной чуть больше полметра. Пройдя налево, снова встретил то, что обычно попадалось на чердаке. Этажерки, доски, рабочий инвентарь. И снова те самые голоса.  — Там протекает. Ссыт прямо на нас. Вода рушит все.  — Ну поплачь об этом.  — Прямо на нас из канализации. Это ставит нас…  — Хочешь, чтобы он заткнулся?  — Больше всего на свете.  — У нас тут незваный гость.  — Тебе померещилось.  — Вода и время могут проделать дыру в чем угодно.  — Что за чертовщину я слышу.  — Па…  — Вы похожи на детенышей опоссума. Крошечные, розовые, глухие и слепые. Найдите себе сиську мамочки.  — Какие ещё детеныши опоссума? Что вы там несёте? — раздраженно спросил летсплейщик, ища открытую дверь.  — Вы еще живы?  — Все вы идиоты и трусы. Позор! Шатену наконец-то повезло. Заметив достаточно высокую деревянную переборку, решил взобраться на неё. Кровавые следы подтвердили истинность его мыслей. Перемахнув через преграду, спрыгнул вниз, на другую сторону. Неожиданно впереди распахнулась дверь и оттуда показался психопат.  — Вот он где. Ну что думаешь? — О, он подойдет.  — Отдадим его жениху.  — На этот раз мы согласны. В панике, не понимая куда бежать, Дмитрий свернул направо. Пытаясь сориентироваться в синих клееночных стенах, почти сразу натолкнулся на психа.  — Чувак! Ты с топором! Ты опасен! В ответ он получил обухом по голове.  — Ай-ай-ай! За что? Я тебе ничего не сделал, сука! — второпях пришлось перемахнуть через проем в стене. — О, отлично! До свидания!  — Заткнитесь оба!  — «Заткнитесь оба!»? Тут еще кто-то есть что ли? — удивленно воскликнул мужчина, только теперь поняв суть разговоров.  — Он сбежал! Жених теперь возьмет нас…  — Подождите, если он сказал: «Заткнитесь оба!», значит их здесь трое, как минимум. Я не хочу, чтобы за мной здесь трое бегали. Я рассчитывал только на двух.  — Заткнись. Мы обойдем. Мы знаем это место и мы не прочь поохотиться. Вскарабкавшись наверх переборки, сначала оглянулся, чтобы убедиться, что никто за ним следом не лезет, и только потом спрыгнул вниз на деревянные ящики.  — А вот и наша невеста, — произнес кто-то злорадно. — Вот ваша невеста, мистер Глускин.  — Дадим ему одну плоть, взамен он пощадит нашу.  — Какая невеста? Вы о чем вообще? Я не хочу быть ничьей невестой. Максимум женихом, но я уже рассказывал, что не буду на вас жениться, дебилы, — раздраженно сказал летсплейщик, обойдя все двери, которые никак не хотели открыться.  — Тупой идиот, сам залез в адскую берлогу Глускина. Не оставалось другого пути, как уйти вниз по лестнице. Сделай он это на несколько секунд позже, то услышал бы эту фразу, которая должна была бы его насторожить. Вместо этого прошелся мимо столов со швейными машинками. — О! Тут швейный завод! Где китайцы? — деловито интересовался он, продолжая идти дальше. — Где кроссовки, в конце концов, сшитые? Где вообще все? Почему здесь ничего нет? Кто работает в этом цеху? Где начальник? Менеджер, я оставлял тебя тут за всем следить, почему производство встало? Зайдя за ширму увидел ужасную картину. Часть помещения была переделана в своего рода операционную. На кушетке, забрызганной кровью, лежал труп, конечности которого были изогнуты, как в момент рождения. Того за руку держал другой мертвец, изображавший врача. Где-то поблизости играла старая песня.  — Рожали значит. Фу, какая гадость. То есть так выглядят рожающие женщины? — мужчина подошел поближе к трупу, желая его рассмотреть. — Я не хочу, чтобы моя женщина так рожала. Надеюсь, в наших больницах к этому относятся куда ответственнее и до такого не доводят. Развернувшись и миновав закрытую дверь, продолжил идти в поисках выхода. На другом конце комнаты заметил фигуру человека, убежавшего дальше.  — Кто-то бегает. Чего он тут бегает? Как бы момент испуга должен быть сейчас от меня что ли продемонстрирован, или нет? Ну, как бы я не пугаюсь наигранно и на таких моментах не страшно мне, и не кричу. Всё логично. В этот момент у него над головой затрещала лампочка. В голове снова звучала знакомая мелодия.  — Опять, опять начинаются эти басы. Ууууууу… Эти шаманские песни… Эээээээ… Дернул дверную ручку. Та не поддалась. В недоумении хотел уже спросить что-то, как послышался над ухом мягкий низкий голос:  — Дорогая.  — Аргх! Дмитрий отпрянул, увидев за дверью светящиеся в темноте глаза. С помощью ночного зрения разглядел высокого мужчину, улыбавшегося ему. Бледное лицо было в пятнах крови. Тот смотрел на шатена несколько секунд, а затем обернулся и ушел куда-то. Летсплейщик еще раз дернул дверную ручку, прежде чем отступить.  — Хе-хе, женишок пришел. А я тут при чем? Я тебе нет, я тебе не дам.  — Я испугал тебя? Я прошу прощения, я не хотел, — прозвучал вдалеке голос незнакомца.  — Да-да-да, ты испугал меня чувак. Серьезно.  — Мы встречались раньше? Я знаю: я где-то уже видел тебя. Может быть… До того, как я проснулся. Шатен вновь предпринял попытку открыть двери. — Да, открывай! В смысле? Почему ничего не происходит? Здесь нет другой двери!  — Хотя сейчас это похоже на сон — быть здесь с тобой. — Ну! Да ты издеваешься, что ль?  — Позволь мне наполнить тебя. Тебе больше не нужно быть одной. — Эй! Ты свои семенные жидкости оставь при себе! Нефиг меня ничем наполнять. Понял? Надо подождать, когда пройдет эта скриптовочка, а потом собственно дверь откроется, правильно понимаю? — задавал сам себе вопросы, косясь на домогающегося субъекта. — Или надо искать какой-то другой проход? В последний раз попробовав отпереть дверь, раздосадовано пнул её и развернулся, уходя туда, откуда пришел. В темноте разглядел чернильный силуэт того, кто был за дверью. Спрятавшись за столом, подождал, когда Жених пройдет опасный участок. Еще через несколько секунд сорвался на бег. Услышав за своей спиной его голос, вновь спрятался между столами, пятясь в темноту.  — Он меня потерял! Потерял, по любому потерял! Нет, нет, нет, нет. — К нему подбежал Жених. — Сука, он меня нашел! Нашел! Отпусти меня! Не бей! Сука, нельзя жен своих бить! Я заявлю на тебя в полицию и тебя посадят!  Тот, не обращая внимая на причитания летсплейщика, несколько раз взмахнул ножом, целясь в шею. Трех ударов хватило, чтобы убить его. Вновь наступила темнота. — Я, значит, невеста, как оказалось, — пробормотал Дмитрий, ожидая, когда рассеется мрак. — И он меня… Он позволяет себе меня бить, тварь! Тварь… Снова та самая дверь, которая никак не хотела открываться. Дернув ручку еще раз и убедившись в бесполезности этого занятия, ушел к столам со швейными машинками, только на этот раз сразу ища места потемнее. Слушая речи, которые звучали минуту назад, чуть не столкнулся с Женихом. Попятившись назад, пока тот не заметил его, шатен тихо обогнул стол с другой стороны.  — Какой ты здоровый, женишок, — недовольно вполголоса отметил он, рассматривая его через объектив камеры. — Где тебе костюм-то найти; мы на свадьбе разоримся, понимаешь? Нет? Переждав опасный момент, летсплейщик продолжал двигаться дальше, стараясь успокоиться и не паниковать. Бормотал, не сильно беспокоясь, что тот его услышит. Было бы это так, каннибал, от которого он прятался во время поиска вентиля, давно бы его убил.  — Главное не паниковать, всё будет хорошо. Жених меня в обиду не даст. Точнее, он уже мне люлей дал, но в обиду жених нас дать не должен. — Взгляд остановился на «роженице». - О, он уже кого-то обрюхатил, судя по всему. Тут же заметил дверь, которая ранее, когда он проходил здесь была заперта. На облупившейся стене была надпись «Добро пожаловать домой» на английском, выведенная аккуратным почерком. — Ну, спасибо, спасибо! — саркастически воскликнул Дмитрий, пройдя через дверной проем. — Наконец-то я дома! Как я рад, не представляете! Это же вылитая моя квартира, серьезно. Запер за собой дверь, пожелал жениху веселиться без него. Пройдя в коридор, сначала испугался, заприметив что-то белое. Секунду спустя осознал, что это всего лишь манекен в подвенечном платье.  — Невестушка… Что-то мне кажется, что на меня не налезет это платьишко. Староватое какое-то оно, старомодное. — Заприметив на стене рядом с эскизами платья надпись, принялся её переводить в своей манере. — Э-э-э… «Любовь делает дом домом». Что? А! «House» и «home» это в переводе с английского «дом». Они…  — Когда я был еще мальчишкой, мама часто говорила: «Женись, сынок и увидишь, каким счастливым ты быть можешь», — раздалось поблизости пение Жениха. Оглянувшись и увидев в нескольких метрах от себя его, поторопился закрыть за собой очередную дверь и устремиться к решетчатому шкафу.  — Они обозначают немного разные понятия, — решил развить филологические размышления Дмитрий. — «House» обозначает дом как здание, а «home» — дом как… так сказать… Дом в смысле помещения со всем этим делом. Короче говоря… Ну, все меня поняли! Давай быстрее! Быстрее!  — Везде искал я, но никак не попадалась та, которую себе представил я. Шкаф наконец-то был сдвинут, позволив шатену перейти в следующую комнату, где были большие непонятные установки. Побаиваясь, что Жених в любой момент может зайти сюда, вынужден на корточках направляться к дверям и проверять, можно их отпереть или нет.  — Ползу, ползу, как, сука, таракан. Как пресмыкающееся какое-то. Чувствую себя на какой-то заниженной «Приоре». Очень плохое чувство. А ведь он может сейчас в любой момент выскочить. Выскочить и начать меня избивать, как уже прекрасно это делал целый один раз. С тех пор я всё, я больше с ним не сплю. А зачем? Зачем мне избивающий мужик? Я не согласна — ха! — если уж на то пошло. Нет, спасибо. Это как-то без меня. У тебя есть и другие подружки. Правая подружка, левая подружка… Вот с ними, так сказать, и забавляйся. Продолжая ползти и ступая ногами в кровавые лужи, мужчина пришел к двери, загороженной шкафом. Начал сдвигать его, когда словно из ниоткуда послышался голос.  — Дорогая. Это был Жених. Легко перескочив через столы, стал медленно приближаться к своей жертве. Та в панике старалась как можно скорее убрать помеху с пути.  — Я хочу, чтобы ты носила моего ребенка, — сказал он, когда дверь закрылась у него перед носом.  — Я знаю, что ты хочешь меня! Все меня хотят. Я вообще такая-то баба… Баба-то я вообще нормальная. Не разбирая пути, летсплейщик добежал к шахте лифта и запрыгнул на лестницу. Для него полной неожиданностью стало то, что она развалилась у него на глазах. Пару секунд — и он упал на этаж ниже. На несколько мгновений в глазах потемнело.  — О Боже! О Боже, ты в порядке? — где-то сверху послышался обеспокоенный голос. — Нет, я не в порядке, — ответил Дмитрий, рассматривая рану на ноге. Обломок дерева воткнулся ему в ногу.  — Скажи, что с тобой все в порядке. Ненавижу мысль о том, что ты страдаешь без меня.  — Я страдаю от тебя, дебил, а не без тебя, — прошипел он, рывком вытащив обломок из раны.  — Зачем тебе делать с собой такое? Ты бы лучше… лучше умерла, чем была со мной? — Да. Да. Да! Прости меня, пожалуйста.  — Тогда сдохни.  — Э-э-эй! Нет, нет, нет! Неожиданно лифт стал подниматься и, улучив момент, шатен выбрался на этаж ниже.  — Что ты…? Ха, тогда давай продолжим. Решив не дожидаться, когда Жених спуститься к нему, мужчина бежал вперед, на ходу переводя надписи, оставленные на стене.  — Э-э… «Женщина… работа… никогда не сделана». Женская робота никогда не сделается. Что-то типа того. Женщин здесь не любят, судя по всему, в этой игре. Возможно, у кого-то из создателей была проблема… «Это не место… похожее на дом». Это не дом, говориться там! Понял… «Не сегодня счастье… будет у нас». Надо по кровавым следам идти? В полной темноте натолкнулся на дверь. Попробовал её открыть, когда заметил за ней свой кошмар.  — Эта часть твоего тела, которая открыта всем. Ее считают совершенной. Работа Бога. Даже эти идиоты и лунатики это видят. В тебе есть что-то особенное. Снаружи. Голос то отдалялся, то приближался. А летсплейщик не оставлял попыток отпереть дверь.  — Откройся, откройся, откройся! Откройся, дверь!  — Но если они посмотрят глубже, то увидят, какая ты на самом деле. Поэтому они тебе не доверяют. Ты не такая, какой тебе было преднамеренно стать. Пока что не такая.  — Откройся, гребаная дверь! Жених был совсем близко. Пытался обойти его, когда тот поймал свою жертву за шиворот и поднял над землей. Его рука, с зажатым в ней смертельным стальным жалом, молниеносно устремилась вниз, к середине паха, где подвздошная артерия переходит в бедренную, и нож до самой рукоятки вошел в чужое тело. Он старался утопить лезвие в его теле как можно глубже. Комнату наполнил ужасный крик. Дмитрий сделал судорожное извивистое движение и рухнул на пол. Его мучитель ждал на это падение. Вытерев нож об руку, сделал шаг в сторону своей жертвы и, решив добить её окончательно, наступил ногой на горло, ломая шейные позвонки. Снова тьма. — Нет, это, по-моему, какая-то часть игры. Я не проиграл, я не умер, я не верю в это, — не сдавался летсплейщик, тяжело дыша. Мрак рассеялся. Снова тот самый коридор, в который он попал через шахту лифта.  — Что ты…? Ха, тогда давай продолжим. И снова те самые фразы.  — Блин, нет! Нет-нет-нет! Пришлось ковылять в ту комнату, где его убил Жених. Решив, что нужно будет идти туда откуда придет психопат, стал искать место потемнее. Найдя его, подошел к двери, задействовав скрипт. Однако через полминуты…  — Да что ж ты будешь-то делать! Сука, как ты меня находишь?!  — Это место может заглянуть тебе в разум. Увидеть все, что ты натворила. Все твои грехи, дорогая, — говорил тот, вновь убивая его тем самым способом. Очередное погружение во тьму. И снова бежать туда в поисках решения.  — Ходит с красными глазами… Не спит или наркоманит, что ли? Поэтому ему кажется, что я жена. Козел… Как же он нашел меня? Где бы спрятаться от него? Он что, блять, ночное зрение имеет? Совершив свои предыдущие действия, вернулся в смежную комнату. Спрятавшись за опрокинутым шкафом, стал ожидать результат. Его мучитель появился в комнате. Надеялся, что тот пройдет туда, где уже дважды убыл свою жертву, когда внезапно остановился, обернулся и вытащил на свет свою неверную «невесту». — Да, тварь ты сука какая глазастая! — воскликнул Дмитрий в раздражении, пытаясь вырваться из стальной хватки. Насладившись паникой своей жертвы, отшвырнул её от себя, словно котенка. Надеясь на то, что сможет убежать от своего палача, шатен захромал туда, откуда пришел Жених. Но едва он успел сделать пару шагов, как тот схватил его и всё началось сначала.  — Цветок сладок лишь из-за удобрений, которыми его посыпают. И тебя тоже нужно удобрять, обрезать и ухаживать. Через двадцать секунд, после того как темнота рассеялась, он в досаде пнул здоровой ногой ни в чем неповинного манекена. Происходящее начало ему надоедать.  — Ну почему? Почему, бляденыш, почему семнадцать раз надо проходить это место? Эварист, сука, я ненавижу тебя! В отчаянии заглянул в комнату, где он встретил свою смерть первые два раза. И тут же стукнул себя кулаком по лбу.  — Ящик! В ящике надо прятаться, да? Снова дернув за дверную ручку, спрятался в шкафчике для одежды. — Хм. Ближе. Я могу… Ах, запах моего любовного гнездышка. Дорогая, ты от меня не спрячешься. — А! Нифига себе в такую дырку..! — простонал он, обнаружив изъян у своего укрытия: часть решетки отсутствовала. — Да как..! Что с тобой делать-то? Шкафчик затрясся, словно его попытались сдвинуть с места. Ничего не понимающий летсплейщик увидел, как над ним нависло довольное лицо ненавистного ему «Эвариста».  — Ты сделала из себя подарок. Деликатес, который можно разделать и… снова разделать, затем смаковать. Наконец-то. И… Он не стал вытаскивать свою «невесту» оттуда. Вместо этого, Жених обмотал цепью шкафчик и начал тащить его в неизвестном направлении.  — Я был слишком… вульгарен. Я знаю и хочу извиниться за это. Я просто… ну знаешь, что становится с мужчиной, когда он хочет познакомиться с женщиной.  — И что же становиться? Расскажи мне, я ж не знаю, — заговорил с ним Дмитрий, скорее всего ради того, чтобы убить время.  — Но после церемонии, когда я сделаю тебя честной женщиной… Обещаю стать другим мужчиной. — Да? Куда ты тащишь меня? Любовное гнездышко твое меня не устраивает. Я хочу большой пентхаус.  — Мне нужна семья, наследие. Стать отцом, которого у меня никогда не было. Я никогда не допущу, чтобы что-то случилось с нашими детьми. Ничего такого, как…  — Как что? Почему ты оборвал фразу посредине? И ничего не рассказал путного. Ну, ладно, бывает. Наконец-то они достигли места назначения. Шкафчик перестали двигать и его поставили вертикально. Удалось лишь разглядеть стол с циркулярной пилой, забрызганный кровью.  — Тебе придется подождать здесь. Я конечно понимаю — тебе тоже не терпится завершить наш брачный обряд. Но попробуй насладиться предвкушением. Через щель Жених просунул трубку, из которой повалил газ.  — Это поможет тебе расслабиться, дорогая. Эффект получился поразительный. Дмитрий выпучил глаза и раскрыл рот, как бы начиная задыхаться, потом дыхание его стало прерывистым, тяжелым, голова свесилась назад и все тело обмякло. Он потерял сознание.