Глава 9. Опасность близко
30 ноября 2015 г., 11:35
Пользуясь сухими и погожими осенними днями, Шах старалась как можно чаще предаваться своему страстному увлечению — охоте. Увы, Саргон не торопился признавать новую хозяйку, зато с человеком, который терпеливо приручал его каждый день, у птицы было поразительное взаимопонимание. Шах почти с завистью наблюдала за тем, как сокол, вернувшийся с добычей, гордо сидит на сильной руке своего ментора, а тот ласково поглаживает по голове питомца, преисполненный гордости. Для самой султанши Ибрагим-ага подобрал менее норовистых птиц.
Сулейман время от времени присоединялся к ним. Однажды Гюльфем, которая во время выездов на охоту оставалась не у дел, предложила разнообразить досуг и устроить пикник в лесу. Шехзаде дал согласие, и в одно солнечное утро фаворитка и три девушки из гарема, а также несколько охранников и слуг заранее выехали вперед, чтобы поставить шатёр и сделать приготовления к прибытию господ.
Шах ехала по одну руку брата на белой лошади, по другую — незаменимый Ибрагим на светло-сером коне. Они то вели непринуждённые беседы, то отпускали ироничные замечания в адрес друг друга, но более осторожно, нежели в отсутствие шехзаде. Сулейман только усмехался, зная норов своей сестры и её пристрастие тиранить слуг. Но с Ибрагимом трудно было обращаться как со слугой и не только потому, что он был приближен к шехзаде. В отличие от большинства евнухов, калф, не говоря уже о слугах более низкого ранга, Паргалы всегда вёл себя почтительно, но подобострастно — никогда. Даже обязательные словообороты «милостивая госпожа», «слушаю и повинуюсь», «покорнейше прошу» Ибрагим добавлял как бы по привычке, без тени этих самых покорности и послушания, что не могло не раздражать своевольную молодую госпожу…
Из размышлений её вырвал громкий женский крик вдали и звуки какой-то жестокой возни, но ещё не поредевшая листва мешала что-либо рассмотреть. Впереди могла быть засада. Охрана немедленно приказала всем остановиться, и кольцо янычар плотно сомкнулось вокруг наследника престола и его сестры.
— Там же Гюльфем! — вскричал Сулейман. — Вы, четверо, скачите вперёд, немедленно! Ибрагим, отправляйся с ними!
Янычары и Паргалы галопом понеслись на крик женщины. Шах в страхе вглядывалась в переплетение ветвей, стараясь понять, что же там происходит. Сулейман так стиснул поводья, что костяшки рук побелели. Его конь, почувствовав тревогу седока, беспокойно крутился и мотал головой. От волнения Шах не могла произнести ни слова, а уж тем более начать успокаивать брата. Она понимала, как он страдал от бездействия и неизвестности, но его безопасность была превыше всего, поэтому благоразумнее было оставаться на месте.
Минуты тревожного ожидания тянулись словно вечность, и вот один из янычар прискакал обратно сообщить, что опасность миновала. Остальные двинулись за ним и вскоре въехали на лужайку, где дожидался Ибрагим и его отряд. Увы! Их глазам предстало трагическое зрелище: на поляне лежали распростёртые тела нескольких неизвестных мужчин, двух дворцовых охранников и одной девушки из гарема. Её светло-лиловое платье было залито кровью. Картину довершали перевёрнутый шатёр и разбросанные повсюду фрукты и утварь, которую девушки привезли с собой.
— Гюльфем! — Сулейман быстрее молнии соскочил с коня и заключил в объятия свою дрожащую как осиновый лист возлюбленную.— Ты цела? Что здесь произошло?
— Со мной всё хорошо, шехзаде, — пролепетала она, как ребёнок пряча лицо на груди Сулеймана. — Но если бы вы не подоспели вовремя… О Аллах! Гёзде-хатун убита!
Она не могла дальше говорить и залилась слезами. Шах также спешилась, чтобы заняться Айгюль-хатун, спутницей Гюльфем, тоже насмерть перепуганной.
— Судя по всему, это были торговцы живым товаром, мой господин, — доложил Ибрагим. — Они расправились с охраной и попытались увезти наложниц. Пропала Мельтем-хатун. Гёзде-хатун смертельно ранена ещё до нашего прибытия. Их было слишком много. Предлагаю вернуться во дворец и направить отряд янычар по следам злодеев.
Сулейман велел немедленно седлать коней и ехать обратно. Гюльфем, которую всё ещё трясло от страха, он посадил впереди себя. Всю дорогу отряд сохранял бдительность, янычары готовы были в любой момент выхватить оружие из ножен, но ничего не произошло. На пути им не встретилась ни одна живая душа.
По прибытии во дворец шехзаде распорядился поймать преступников и назначил награду за их головы. Его невероятно разгневала дерзкая выходка — нападение на наложниц самого наследника престола, убийство беззащитной девушки средь бела дня, похищение другой! И все это поблизости от дворца. Они должны за это ответить, не будь он шехзаде Сулейман!
— Паргалы, — обратился шехзаде к своему преданному другу. — Пока виновные не будут найдены и наказаны, мы должны соблюдать осторожность. Для Гюльфем достаточно моего запрета покидать дворец, но Шах слишком своенравна, её так просто не удержать. Отныне я поручаю её защиту тебе, не отходи от неё ни на шаг. За мою сестру отвечаешь головой, Ибрагим.
