В колоде обычно два джокера

— Как прошли ваши выходные, мисс Пибоди? - поинтересовался Хьюго Стрейндж у своей помощницы, вошедшей в кабинет за распоряжениями на грядущий день. — Стандартно, а как ваши? — Не слишком продуктивно, — вздохнул профессор. — Фрайз ещё не в сознании, так что пришлось поработать с его формулой самостоятельно. Смог понять в чём проблема с разморозкой Когтей и Джерома. Ему удалось сделать сливочное мороженое, а у нас получился какигори. — Каки...что? — решила уточнить мисс Пибоди, не слишком разбирающаяся в тонкостях сравнений начальника. — Какигори, колотый лёд с фруктовым сиропом. Японский десерт. Вам стоит попробовать. И теперь нам нужно придумать, как превратить Джерома в сливочное мороженое, не взбив его внутренности в мусс, иначе остаточные льдинки внутри организма проткнут его нервы и прочее, словно миллиарды крошечных ножичков, пронзающих масло. — Подходящих центрифуг у нас для этого нет, — отметила Этель. — Увы, и пюреобразные Когти не обрадуют Суд, — Стрейндж постучал пальцами по столу и в задумчивости прикусил нижнюю губу. — Как им вообще пришло в голову заниматься криогеникой, не дождавшись практических результатов где-нибудь на стороне? Даже если мы разобьём кристаллики льда, то как полностью вывести из их тел обезвоживающие химикаты, не нарушив нейронных связей? Джером хотя бы на стволовых клетках сидит, а эти… столетние ледышки с неправильными условиями хранения. Подобные речи говорили только об одном — на связь выходили Совы и не были довольны результатом, точнее его отсутствием, о чём не так давно предупреждала Этель. — Суд выходил на связь? — Вы очень проницательны, мисс Пибоди. — Что их интересовало в этот раз? — Сказали, что Брюс со своим дворецким вышли на след предполагаемого убийцы его родителей. След почти ложный, но Уэйн может случайно погибнуть... либо доказать Суду то, что им от него нужно. Вдобавок у них заботы с очередным Серым сыном Готэма, но они нас не касаются и, искренне надеюсь, не коснутся. Суд был одной из тех вещей, что раздражали Этель. Никакой конкретики в целях и задачах, расплывчатые, но глобальные цели. Требование моментальных результатов, а потом откладывание их в долгий ящик. Теперь ещё и некий Серый сын, который в любой момент может стать их заботой. — Думаете, Уэйн не сообщит в полицию? — Не смешите меня, мисс Пибоди, — по лицу профессора скользнула лёгкая улыбка. —- Если Брюс сын своего отца, то сделает всё сам в одиночку, даже без помощи дворецкого. А полиция… Их успехи слишком скромны, особенно, по делу Томаса и Марты. — Понятно. Нам опять готовить Совёнка к выпуску в свет? — Если Брюс умрёт. — Он слишком живучий, — заметила мисс Пибоди. — Такими темпами Совёнок умрёт раньше. Четверо предыдущих уже почили. — Всем известно, что клонирование вещь непростая, особенно с учётом технологий, которые у нас были в начале эксперимента. В связи с этим, будем верить в силу духа нашего Пятого и в наш медицинский профессионализм. Можете пока подготовить информацию о прошлом Брюса для экспресс-загрузки. Хотя её следовало бы на ком-нибудь испытать… У нас нет никого с полной амнезией в Индиан-Хилл? — У каждого второго обитателя ваших аквариумов повреждён мозг. Проведите МРТ и выбирайте, кто нравится. — Они мокрые и липкие, — Стрейндж поморщился. — Не хочется пачкать аппарат. — Тогда берите любого и повреждайте височные доли. И пока не забыла, опять пришлось выгонять Дуайта Полларда из палаты Джерома. Он слишком часто совершенно случайно к нему заходит. — Неудивительно, не в каждом учреждении лежит полутруп серийно-массового убийцы. Если инцидент ещё раз повторится, то я приму меры, не беспокойтесь. Пока давайте приступим к лечению нашего пернатого друга, и мне нужно будет поговорить с Виктором Фрайзом, как только он очнётся.

***

Брюс не понимал какие чувства испытывает. Он ожидал страха, тревоги, волнения, но сейчас ничего этого не было. Скорее внутреннее спокойствие, готовность перевернуть страницу и узнать финал отвратительной истории. Из-за него Альфред в очередной раз оказался на больничной койке, что не могло не расстраивать, но это спасало последнего от обвинения в убийстве, хотя не исключало обвинения в подстрекательстве. Стоило надеяться, что Гордон сможет правильно понять ситуацию и не узнает о произошедшем раньше времени. Ведь никто не узнал, что они сделали с Джеромом в доме Аркхэмов… В эту ночь всё должно было решиться. Об этом узнают все. Богатенький мальчик решил отомстить за смерть своих родителей и сам стал убийцей, или богатенький мальчик, чудом выживший в Парк Роу, встретил смерть от рук убийцы своих родителей. В любом случае, красивый заголовок для «Gotham Chronicle» и «Gotham Gazette». Клуб Джери располагался недалеко от транспортной развязки близ промышленного района, случайные люди оказывались в таких местах редко, и чтобы найти нужное заведение нужны были нужные люди. Неудивительно, что фейс-контроль пропускал каждого знавшего верный адрес. Даже несовершеннолетнего мальчишку, которому давно пора делать уроки и пить вечернее молоко с печеньем. Внутри клуб был не тем, что хотел увидеть Уэйн. Панки, готы, проститутки, пьяные и под веществами, все они были простительны, но музыка и спроецированные на стену изображения… Культ «Маньяков». Брюс меньше всего хотел видеть напоминания о Джероме в этот момент. Ведь тот бы рассмеялся, отобрал пистолет, сказав, что это оружие трусов, а не способ мести, напомнил о словах в доме Аркхэмов о том, что нельзя горевать всю жизнь. Словно уже тогда он всё знал и хотел понять, найти, нащупать темноту внутри. А потом дал бы нож, орудие социальной справедливости, сказав, что только ощутив кровь на своих руках Брюс сможет отпустить своё прошлое. Или не сказал бы, и это всё попытки разума оправдать себя, слепив образ Джерома из обрывков кратких встреч и воспоминаний. Бесполезный образ сошедшего с ума парня с привкусом «Степного волка». «Мы убиваем не по долгу, а для удовольствия, точнее — от неудовольствия, оттого, что мы отчаялись в мире. Поэтому убийство доставляет нам известное удовольствие», — говорилось в этой странной книге «только для сумасшедших», в ней до сих пор хранилось письмо Джерома, которое следовало бы сжечь перед сегодняшним крестовым походом. Возможно где-то со стороны будет наблюдать Селина. Возможно, именно ей придётся рассказывать Альфреду и Гордону, как он без запасного плана устроил рандеву со смертью. Она будет плакать, а остальные пустят скупую мужскую слезу и продолжат спустя какое-то время жить дальше. Мстить будет некому и не за кого. Требовалось только найти в пёстрой кричащей толпе Джери и максимально убедительно вытребовать адрес. Она должна понять, должна помочь. Через деньги, через угрозы. А если не захочет, то… он сможет её убедить, должен, обязан. Ради этого он пытался жить последние годы.