И в горе и в радости

— Поговорим? Майкрофт поправляет галстук, отпивает виски, после чего, тяжело вздохнув, отвечает. — Поговорим.

За сорок минут до этого

Еще раз подавив желание как следует ему врезать, Лестрейд прикрыл глаза. Что он теряет, кроме чувства собственного достоинства, согласившись переспать с ним? Зато новые сведения наверняка помогут. Иначе блондин не был бы столь нагл и самоуверен. Так легко поддаться. Согласиться на этот обмен. Спасти невинные души. Но Грегори не был бы Грегори, если бы согласился на этот способ. — Прошу покинуть мой кабинет, — безэмоционально говорит он. Мэтт удивленно вскидывает брови, он хочет сказать что-то еще, но вздрагивает, когда Лестрейд со всей силы бьет кулаком по столу. — Немедленно! Дорер кривится, но понимает, что проиграл. Он неспеша встает с кресла и с достоинством покидает кабинет. Стоит двери закрыться, как Грегори прекращает себя сдерживать. Одним движением, он сваливает все со стола. Этого не достаточно. Он подходит к стеллажу и принимается раскидывать папки. Салли не скажет ему за это спасибо. Он сам себе этого не скажет. Ну и пусть! Его только что грязно домогались! Его! Взрослого мужчину! Инспектора Скотланд-Ярда! — Грегори, — раздается от двери. Рука замирает, голова медленно поворачивается на звук. — Майкрофт, — шепчут сухие губы. Холмс-старший серьезен. Он быстро пересекает комнату и опускает его руку. — Не нужно. Он недостоин этого. Несколько секунд Лестрейд потрясенно хлопает глазами, после чего истерически смеется. Кто бы сомневался! Майкрофт Холмс так просто не разбрасывается своими игрушками! Он, как жадный малыш, всегда присматривает за ними краем глаза. — Больше ты его не увидишь, — политик все так же держит его за руку и смотрит в глаза. — Обещаю. Смех проходит. Остается пустота. Это, все это — слишком много для него. Он не успевает за происходящим, за своими чувствами. И Майкрофт так близок сейчас. Смотрит своим взглядом собственника, но это не раздражает. Наоборот. Хочется прижаться к нему как можно ближе и поверить, что все будет хорошо. «Хорошо уже не будет», — одергивает себя Лестрейд. — «Не после всего». Он смотрит на мужчину и не знает, восхищаться ему или злиться. Майкрофт недавно потерял брата, потерял того, о ком заботился всю жизнь. А выглядит лишь слегка усталым. На фоне этого Грегори выглядит излишне ранимым. — Все хорошо, — выдыхает он и выдергивает руку. — Я в порядке. Холмс-старший недоверчиво щурится. Но послушно отступает на шаг назад. — Я боялся, что ты согласишься, — тихо произносит он. Грегори удивленно смотрит на него. — Я не настолько помешан на своей работе. — Я боялся, что ты захочешь отомстить мне. Грегори опять заходится в приступе истеричного смеха. — Знаешь, если бы это пришло мне в голову раньше, то, возможно, я бы согласился, — весело заключает он. — Хотя… иногда мне кажется, что кроме твоей надменной физиономии я никого не захочу видеть рядом. — Идиот, — Майкрофт закатывает глаза. — Всегда им был, — соглашается Грег. Они встретились взглядом и застыли. В головах у обоих проносятся их прошлые встречи. Одновременно подаются вперед и неуклюже сталкиваются носами. Грег счастливо улыбается. Лицо Майкрофта наконец-то расслабляется. — Я скучал, — тихо произносит Холмс. Он бережно берет лицо Грегори в руки и целует. Висок, нос, морщинка у глаз. Без внимания не остается ни один миллиметр. — Я ведь пожалею об этом? — обреченно спрашивает инспектор, охотно подставляясь под ласки. — Это нужно нам обоим. «Идиот», — думает Лестрейд, когда тело подается вперед. — «Он ведь опять исчезнет», — руки крепко прижимают к себе. — И не факт, что ты сможешь его отпустить.»

Сейчас

Майкрофт наблюдает за Грегори. Тот выглядит… восхитительно! Так же, как тогда. До того, как началось все это. Его тело расслабленно, но полно достоинства. На лице мальчишеская ухмылка. Глаза прищурены. В руках он вертит стакан со спиртным. Внезапно Холмс осознает, что причиной изменений был он сам. Это он потянул Грегори на тот вечер. Он не смог обеспечить безопасность. Ни Грегу, ни… — Майкрофт, — Лестрейд смотрит на него в упор. — Я не умею читать по глазам. Это только вы с Шерлоком… Прости. — Ничего страшного, — улыбается Холмс. Действительно. Ничего страшного. Просто очередная тайна, способная привести к концу. О, как же он ненавидел Мориарти! И как завидовал Шерлоку, что тот присутствовал при его смерти! Инспектор хмыкает и ставит стакан на стол. — И что мы будем делать? — Смотря чего хочешь ты, — улыбается политик. — Я хочу правды. Холмс некоторое время смотрит на него, просчитывая в уме все варианты. Мориарти больше нет. Он не сможет навредить. Исполнить свое обещание. Теперь Майкрофт может ему открыться. Рассказать все. Или почти все. В конце концов, есть еще тайна Шерлока. — Для тебя эта история начинается, когда ты согласился отведать чай у моей матушки. — Я думал, когда первый раз услышал смех этого долбаного карапуза, — смеется Лестрейд. — Ну, или после той ночи. Холмс-старший удивленно смотрит на собеседника, но вопросов не задает. — Нет, Грегори. Зайдя в тот дом, ты уже предрешил свою судьбу. Я бы все равно нашел тебя. — Самонадеянный придурок, — бурчит инспектор, но продолжает внимательно слушать. — Но нужный поворот она принимает тогда, когда ты ответил на ласки Аманды Спаер. — Аманда? — уже громко перебивает Лестрейд. — Причем здесь она? — Красавица, медсестра. Добрая, отзывчивая. По иронии судьбы, ей абсолютно не везло с противоположным полом. Благодаря моложавому лицу и стройной фигуре у нее не было отбоя от кавалеров. Но все они были… плохими парнями. А ведь ей уже за тридцать: время однодневных романов и сумасшедших приключений прошло. И ей хотелось создать семью. Но благодаря не слишком хорошему личному опыту она решает, что ей будет достаточно и ребенка. И тут в больницу попадаешь ты. Красивый, здоровый, правильный. Инспектор Скотланд-Ярда. Ты был для нее, как принц на белом коне. И она решила, что не прочь видеть твои гены в своем ребенке. — Что? — растерянно переспрашивает инспектор. — Она хотела забеременеть от меня? — Хотела, — кивает Майкрофт и подливает ему виски. — И сделала это. Холмс замолкает, давая возможность собеседнику обдумать услышанное. Тот бледнеет, залпом выпивает алкоголь, но молчит. Только кивает, побуждая рассказывать дальше. — Через девять месяцев у нее рождается замечательный малыш. Которого она называет Дэниель. — Дэниель, — еле слышно повторят Лестрейд. — Ненадолго забудем об этих несомненно дорогих нам людях. До встречи с Амандой ты опять видишься со мной. В первый раз у тебя случилась личная драма. Не каждая невеста обрадуется, увидев как ее жених кувыркается в постели с другим парнем, — усмехается Холмс. — Я не успел сделать ей предложение, — отстранено поправляет его Грег. — А мой куратор, — продолжает Майкрофт. — Ясно дает мне понять, что я не имею права на личные пристрастия. Во второй раз все заканчивается плачевней. Я был слишком опьянен властью, — качает он головой. — Не придал значению тому, на что следовало обратить внимание в первую очередь. Но когда я понял, было поздно. Джим Мориарти заметил тебя. В своей сумасшедшей одержимости он не гнушался любыми способами. И нашел наше слабое место. Тебя. Он хотел убить тебя, — мужчина сжал кулаки и говорил сквозь стиснутые зубы. — Отомстить мне. Отомстить за то, что я обманул его. И у него почти получилось, — Майкрофт прикрыл глаза, его ноздри раздувались от гнева, идеально ровная спина напоминала кусок мрамора. — Но Шерлок успел вовремя. Мы обезвредили тот яд. Но последствия… — глаза, полные мольбы, широко распахнулись. — Грег, я хотел все рассказать тебе. Ты даже не представляешь, как я мучился. Как не находил себе места. Но я не мог! Не мог! Он узнал о них. Об Аманде и Дэниеле. Я не знаю как. И пригрозил. Мне нельзя было все рассказать тебе, иначе он убил бы их. У него получилось отомстить. Ведь, так или иначе, он отнял тебя у меня. Но теперь Мориарти мертв. Так же, как и его последователи. Комнату окутывает тишина. Один рассказал все. Другой не знает, что сказать. У Грегори затуманенные глаза: такое ощущение, что сейчас он находится не в этой комнате. Не с Майкрофтом. Холмсу от этого не по себе. Он накрывает своей ладонью пальцы Грега. Тот улыбается уголками губ и снова погружается в свои мысли. От этого простого действия Холмсу становится легче. Лестрейд вселил в него уверенность. Сам не замечая этого. Так было всегда. Грегори был для Майкрофта некой константой. Находился ли он рядом, помнил ли о нем. Главное — он находится на этой планете. Улыбается друзьям, сопереживает людям. Холмсу было достаточно увидеть его улыбку, чтобы набраться сил на день.

***

Грегори в сотый раз посмотрел на часы. — От этого ничего не изменится, — укоризненно посмотрел на него Майкрофт. — Прости, что переживаю перед встречей с сыном, — огрызнулся инспектор. — И вообще, неужели нельзя было спрятать их поближе? Холмс просто смотрит, приподняв бровь, и ждет, когда до мужчины дойдет то, что он сказал. — Прости, — наконец вздыхает тот. — Я просто нервничаю. Политик кивает и сам незаметно смотрит на часы. Нервничают они оба. С того разговора прошло полгода. Майкрофт отправил Дэниеля в закрытую подготовительную школу. Аманду пристроил туда же. Естественно, медсестрой. Грегори не захотел срывать сына посреди учебного года. И решил не приезжать сам. Как объяснить маленькому человечку, что все пять лет его жизни у него был отец? Который не знал об этом. Справедливо решив, что для этого нужно больше времени, Грег, скрепя зубами ждал. Он до сих пор не понимал, как дал уговорить себя не ехать встречать их в аэропорт. Скорее всего, не последнюю роль в этом сыграло язвительное замечание Майкрофта о том, что это частный самолет и, опять же, частная посадочная полоса. Расположенная не так далеко от его дома. А также в красках расписанное то, как Лестрейд будет стоять посреди небольшой пустыни и, как дурак, смотреть в небо. Наконец они услышали шум мотора и хлопнувшую дверцу машины. Майкрофт вцепился Грегори в руку, не давая вскочить с места и понестись в холл. Именно поэтому сейчас он сидел на диване в гостиной и грыз ногти. Хотя последний раз за этим занятием его замечали лет в семь, не позже. — Грегори. Легкий, по-девичьи звонкий голос позвал его. Подняв голову, Грег увидел Аманду, практически не изменившуюся с их последней встречи. Та же тонкая талия, ямочки на щеках, озорные глаза. И только белоснежные волосы больше не падали водопадом на плечи, а были обстрижены в модную прическу. — Аманда, — улыбнулся инспектор и, подойдя, крепко обнял. Он почти сразу решил для себя, что не будет сердится на женщину. Неожиданно кто-то врезался в него и крепко обнял за ноги. Сглотнув слюну, он медленно посмотрел вниз и увидел темный, завивающийся затылок. Опустив руку, инспектор осторожно погладил его. Голова мальчика поднялась, и на Лестрейда уставились его собственные глаза. — Он твоя полная копия, — не без гордости оповестила Аманда. — И не только внешне. Вечно рвется всех защищать. Грег аккуратно опустился на колени, чтобы сравнятся в росте с сыном и замер. В глубине карих глаз плескались веселые искорки. — Это надолго, — вздохнула женщина, увидев, как два главных мужчины ее жизни обнимаются. — Здравствуйте, мистер Холмс. Не предложите ли Вы мне чаю? Холмс кивнул, не в силах побороть расползающуюся улыбку, и, взяв Аманду за руку, повел ее на кухню. Конечно, нужно было попросить подать чай в гостиную, но этим двоим определенно нужно было остаться наедине. — Мама мне все рассказала, — выпутавшись из объятий, заявил мальчик. — Круто. У меня теперь будет отец! Сердце Грегори сжалось. И он поклялся сам себе, что обязательно компенсирует сыну пропущенные годы.

***

— Шеф, — в кабинет заглянула Салли. — У нас опять пародист. — Черт! — Лестрейд устало потер лицо. Они поймали «Доктора» давно. Им оказался один из подозреваемых. А его пособником тот, что обеспечивал ему алиби. Майкрофт помог найти его практически сразу. И Грегори тогда долго смеялся, что все-таки променял секс на информацию. — Его уже взяли, — радостно оповестила девушка. — Он не успел даже убить. Ткнул мужика ножом в живот, а тот оказался из циркачей, что занимается подобным чуть ли не каждый день. Ну и к тому же здоровенным детиной, — хихикнула она. — Циркач, не долго думая, дал тому в морду. А тот так испугался его, что к приезду полиции не просто сознался, но готов был подписаться под чем угодно. Инспектор фыркнул и откинулся на спинку кресла. Внезапно сквозь приоткрытую дверь он услышал взволнованный шепот, после чего наступила абсолютная тишина. Дверь приоткрылась чуть больше, и в образовавшийся проем (между Салли и дверью) просунулась темноволосая голова. — Пап, Майкрофт сказал, что ты не будешь против, если я посижу здесь, — улыбнулся Дэниель. — Да? — Грег приподнял бровь. — Ну… — засмущался мальчик. — Он сказал это после того, как я нечаянно сломал его ноутбук. Инспектор закрыл лицо рукой и засмеялся. Видимо, у них это семейное. «— Грег, — Майкрофт отобрал у него ноутбук и грозно посмотрел. — Не трогай эту штуку. Она очень ценна для меня. И не только для меня. — Да ладно тебе, — надул губы Лестрейд. — Я что, с техникой не умею обращаться? — В доме еще пять компьютеров, — оповестил его Холмс. Грегори пожал плечами и сделал вид, что эта тема его больше не интересует. Через два дня в доме произошел грандиозный скандал. Лестрейд умудрился спалить личный ноутбук Майкрофта. Тот самый. И причем сам не понимал как. Всего-то нажал на пару кнопочек.» — Не волнуйся, — мужчина похлопал по своим коленям. — У Майкрофта вся информация скопирована. — Знаю, — кивнул малыш залезая ему на колени. — Он, пока ругался, упомянул, что если в доме находится хотя бы один Лестрейд, то нужно быть готовым ко всему, а если их двое… Можно я не буду повторять дальше? — Конечно, — улыбнулся Грег. — Шеф, — еле слышно донеслось от двери. — Салли, — охнул инспектор. Он совсем забыл. Когда вернулся его сын, мужчина взял отпуск и за это время так привык к ребенку, что невольно считал, будто он был рядом с ним все время. Но ведь его команда ни о чем не знала… — Дядя Джон! — мальчишка налетел на доктора и радостно что-то защебетал. Ватсон улыбнулся, и от его глаз расползлись мимические морщинки. Наблюдавший за этим Грегори грустно улыбнулся. Ему не хватало Шерлока. Да и не только ему. Доктор совсем обмяк без консультирующего детектива. Он не жил, а существовал, неся свое горе изо дня в день. Лестрейду тогда пришлось насильно пихать его в машину и привозить в дом Холмса. Но это того стоило. Джон искренне обрадовался за друга. Они быстро нашли общий язык с Дэниелем. Раз за разом к Ватсону возвращалась жизнь. Конечно, грусть в его глазах никуда не исчезла. Да и не перестал доктор периодически застывать на месте, смотря в никуда и вспоминая что-то свое. В разговоре так же прослеживался Шерлок. Джон мог болтать с ними, о чем-то смеяться. После чего говорил: «А помнишь, Шерлок…», и поворачивал голову. Но тут же осекался. Настроение его портилось. Обычно после таких моментов доктор по-быстрому собирался, прощался со всеми и уезжал домой. — Джон! — ужаснулся Лестрейд, заметив что тот дарит его сыну. Ватсон лишь проказливо улыбнулся и похлопал мальчика по плечу. Дэниель счастливо засмеялся и унесся в гостинную с набором юного химика. — Майкрофту придется полностью обновлять дом, — заметил инспектор. Доктор пожал плечами, подмигнул и отправился на кухню. — Матушка очень сожалеет, что не смогла приехать, — Холмс-старший завязал галстук и обернулся к Грегори. — Я отправил ее в кругосветное путешествие, — пояснил он улыбаясь. Лестрейд на это только хмыкнул. Почему оба Холмса так не любили проводить время с мамой? Прекрасная ведь женщина. Каникулы подходили к концу, и Дэниелю пора уезжать. Майкрофт настоял, чтобы мальчик остался учится в той же школе. Одной из лучших. Самой лучшей, возможно. Попрощавшись с сыном и Амандой, Грегори тепло улыбался. В его жизни наконец-то все наладилось. Более того, судьба преподнесла ему неожиданный подарок. Неожиданный, но самый лучший. Сына. И Лестрейд был ей за это очень благодарен.

***

— Ах ты сукин сын! — Грегори убрал зажигалку и обнял воскресшего из мертвых единственного в мире консультирующего детектива. А с Майкрофтом он еще поговорит. Дома.