(I'm Not) Fluent In You

Когда Грантер проснулся, первое, что он заметил, это то, что он был в своей кровати не один. Второе, что он заметил, это... Нет, подождите, самое главное было то, что в постели был кто-то еще. Он резко сел на кровати. Голова закружилась от того, что кровь так быстро прилила к голове, отчего на мгновение в его глазах потемнело. — Какого черта? — прорычал Грантер. Курфейрак лежал рядом с ним в постели, опираясь на один локоть и счастливо улыбаясь. — [Доброе утро, Грантер!] Грантер посмотрел исподлобья на своего друга, выровняв дыхание, и сказал: — Пошел нахуй из моей постели. Курфейрак вздохнул и сел, прислонившись к стене вместе с Грантером. — Это жутко, — сообщил ему Грантер, обдумывая про себя, стоило ли столкнуть парня со своей кровати. — Да, мне это говорили, — отмахнулся Курфейрак. — Но, в любом случае, пора вставать. Сейчас завтрак. На этот раз Грантер всё же столкнул его с кровати. Курфейрак приземлился на пол, громко охнув, и посмотрел на друга со взглядом обиженного щеночка. Грантер проигнорировал его и забрался обратно под одеяло, зарывшись лицом в подушку. Курфейрак заворчал, и Грантер прислушался, как тот пытался встать с пола. Когда Курфейрак уселся у подножия кровати, Грантер чуть не застонал от безысходности. — Я не уйду, пока ты не встанешь. — Я не завтракаю, — пробормотал Грантер. — Ох, ты прямо как Анжольрас, — сказал Курфейрак, назвав имя второго парня как что-то плохое. — Пойдем, все идут на завтрак, ты обязан прийти. Грантер перевернулся, одарив Курфейрака тяжелым взглядом. Из коридора был слышен голос Жеана, который уже пришел — почему он уже здесь, разве он не спал в крыле для девочек? — и кричал: «Фей? [Где ты?]» Курфейрак хитро улыбнулся. — [Я в одиннадцатой комнате, заходи!] Грантер нахмурился, не понимая, почему Курфейрак ухмылялся, но, когда Жеан зашел в его комнату и плюхнулся рядом с Курфейраком, он получил свой ответ. — Доброе утро, Грантер, — счастливо пропел Жеан. — Оставьте меня в покое, — проскулил Грантер. Благодаря Жеану, оставившему дверь открытой, и их громким разговорам, в дверном проеме показался Баорель. — О-о! — сказал он. — Пижамная вечеринка! — он присел к ним на кровать, и Грантер неохотно подтянул колени к груди. — Я не помню, чтобы приглашал кого-нибудь из вас сюда, — угрюмо заметил Грантер, но затем появился Фейи, и он лишь отдался в руки судьбе. — Что происходит? — спросил Фейи. — Мы будем сидеть здесь, пока Грантер не встанет с кровати, — сообщил ему Курфейрак. Фейи рассмеялся. — Тогда затем навестите Анжольраса, потому что кажется, Ферр не может заставить его выбраться из постели. — Хорошо! — прервал его Грантер. — Я встаю, выметайтесь! Четверо парней вышли из его комнаты, и Грантер еле-еле сполз с кровати, натянув на себя огромную толстовку поверх футболки, в которой спал. Его домашние штаны висели на бедрах, но он был совершенно уверен, что они не спадут, так что, надев толстую пару носков, Грантер поплелся к комнате отдыха. Большинство дверей в комнаты были открыты, когда он проходил мимо них, и их жители находились на различных стадиях переодевания и пробуждения. Он прошел мимо комнаты Мариуса, в которой аккуратно одетый и бодрый Понмерси укладывал свою прическу, смотрясь в зеркало. Затем Грантер прошел мимо комнаты Анжольраса, очевидно — можно было заметить Комбефера, который, казалось, разговаривал с грудой одеял. Грантер подавил смешок и продолжил свой путь. Курфейрак и Жеан оба оценивающим взглядом смерили Грантера, когда тот зашел в комнату отдыха, и Баорель сказал им сейчас же прекратить это. Боссюэ и Жоли радостно поприветствовали его, и последний крепко его обнял. Грантер рассмеялся, чувствуя себя немного неловко, и похлопал парня по плечу. Он последовал со всеми в столовую, в пол-уха слушая их болтовню на французском. В какой-то момент он услышал слово «[Американец]», но, раз он не слышал о чем речь шла до этого, решил не переспрашивать. Никого, кажется, не мучило сильное похмелье после вчерашнего вечера, и Грантер решил, что ему нравятся эти ребята. Козетта, Мюзикетта и Эпонина уже сидели за, как понял Грантер, «их» столом, и Жеан с парнями присоединились к девушкам, широко улыбаясь. Грантер сел рядом с Жеаном, и по другую сторону от него еще оставалось место. Он взял себе тост, начав есть его только потому, что больше ему делать было нечего, и абсолютно абстрагировался от беседы. Он смотрел на стену перед собой, когда кто-то сел рядом, тяжело вздохнув. Грантер испуганно поднял взгляд и оказался лицом к лицу с Анжольрасом. — Доброе утро, Аполлон, — сказал он, криво усмехнувшись. Анжольрас вяло посмотрел на него и ничего не сказал, лишь поднеся кружку с кофе к губам. — Где ты взял кофе? — спросил в замешательстве Грантер. Анжольрас посмотрел на него в ступоре. — Тебе что, никто ничего не объяснил? — он повернулся на месте и показал в сторону. Грантер проследовал взглядом по направлению его руки. — Вот там. Вау, посмотри, это же очередь. Там подают горячее и напитки. Грантер повернулся обратно, заметив на себе уничижительный взгляд Анжольраса, полный снисхождения. — Но вчера еда сама стояла на столе, разве так не?.. — он замолчал. — Нет, — ответил Анжольрас. — Так бывает только в первый день. С этого момента ты должен сам выбирать то, что хочешь на завтрак. Грантер кивнул. Анжольрас вернулся к своему кофе, очевидно окончив разговор. Грантер встал из-за стола и отправился за своим кофе, затем направившись с ним в комнату отдыха. К тому времени, как он добрался до туда, его голова гудела от роя мыслей. Было в Анжольрасе что-то, что он никак не мог понять. Что-то неуловимое в нем постоянно притягивало Грантера, и он не мог отвернуться. Может, дело в его внешности — тот действительно выглядел потрясающе, можно сказать утонченно, он определенно был красивым. Но дело было в чем-то еще. Было что-то интригующее в «я-защищаю-тех-кто-в-этом-нуждается» и «я-бы-занялся-сексом-с-Монпарнасом» Анжольрасе. Он был добрым, но жестоким. Сначала он смотрел исподлобья, а затем улыбался, и из-за таких быстрых изменений в его настроении у Грантера кружилась голова. Если после одного дня знакомства ты не можешь оторвать взгляда от парня, в нем есть что-то особенное. Особенно если вспомнить, что Грантер очень давно не позволял кому-либо забраться ему под кожу. Комната отдыха была пуста, и Грантер был безмерно благодарен за это. Он сел на один из диванов, подобрал колени к груди и принялся за кофе. Он беспрерывно смотрел на пустую стену перед собой и думал о вчерашней ночи. Отправившись в кровать, он не мог уснуть несколько часов, постоянно думая об этом парне — как он самым первым поприветствовал его в новой школе, как грубо протащил через всю комнату и приказал никуда не уходить, как Анжольрас кивнул ему практически с уважением в следующий раз, как увидел, но в основном как, когда они были пьяны от пива и водки, Грантер мог поклясться, что видел, как Анжольрас улыбнулся, когда Грантер выбрал его. Как даже при том, что он не пожелал спокойной ночи, Грантер видел, как Анжольрас поднял голову, когда он уходил. Что-то в нем было: что-то манящее, что притягивало Грантера и о чем нельзя было перестать думать. Тем более, они с Анжольрасом из разных лиг. Может, в этом все дело — в его недоступности. Есть же теория, что людей притягивает к тому, чего у них нет или что они никогда не смогут получить? Даже это прозвучало слишком просто, подумал Грантер. Должно быть что-то еще. Допив остатки кофе, он поставил пустую кружку на пол и на минуту лег на диван, прежде чем вскочил на ноги и пошел в свою комнату переодеваться. Он вернулся в комнату отдыха тогда же, когда в нее зашли Анжольрас и Комбефер. Между ними повисла тишина, во время которой Грантер очень сильно старался не смотреть на парней с открытым ртом, и затем он улыбнулся. С насмешкой поклонился им и сказал: — Доброе утро, месье. Анжольрас тяжело вздохнул и закатил глаза (и сердце Грантера не пропустило удар, когда Анжольрас обратился к нему, совсем нет). — Доброе утро, Грантер. Комбефер также поприветствовал его, и Грантер улыбнулся ему. — Скажи, — произнес Грантер, — в этом великолепном заведении есть музыкальная комната? Анжольрас прищурился, слегка нахмурившись. — Конечно, а что? — Потому что, милейший, я забыл свою гитару дома, а мне нужно на чем-то играть, так что... — объяснил Грантер с небольшой издевкой, но в основном ответив честно. Комбефер прервал его, спросив заинтересованно: — Ты играешь на гитаре? Грантер кивнул. — И на фортепиано, — добавил он, не понимая, какая им разница, и не отводя взгляда от Анжольраса. — Я могу отвести тебя, — предложил Анжольрас, кажется, не особо радуясь этой идее. Грантер замешкался и начал взвешивать плюсы и минусы этого предложения. С одной стороны, он проведет время с Анжольрасом. С другой стороны, он проведет время с Анжольрасом. У него будет шанс пофлиртовать, а также шанс все испортить. Шанс произвести хорошее впечатление и шанс выставить себя полным дураком. — Было бы замечательно, спасибо, — наконец произнес Грантер. Комбефер улыбнулся. — Ясно, ну, увидимся позже, Анжольрас, — и затем он ушел, оставив Анжольраса и Грантера наедине. Анжольрас не стал бродить вокруг да около, взмахнул рукой в сторону Грантера и сказал, выйдя из комнаты: — Ну, пойдем. Грантер последовал за ним. Какое-то время они шли молча, но довольно скоро тишина стала невыносимой для Грантера, который сходил с ума изнутри. — Не могу не заметить, что завтра понедельник. Анжольрас посмотрел на него, как бы говоря: «И что ты хочешь этим сказать?» — Ну, я так понимаю, завтра начнутся занятия, верно? И никто не рассказал мне, как вообще проходят занятия и в какое время, не говоря уже о том, что я даже не знаю, на какие предметы буду ходить, — подчеркнул Грантер, и Анжольрас резко остановился. — В каком смысле ты не знаешь, на какие предметы будешь ходить? Грантер тоже остановился. — Э-э, в прямом. — В этом нужно сейчас же разобраться, о Боже, почему ты раньше молчал? — Я только сейчас подумал об этом! Анжольрас нахмурился. — Хорошо, мы сейчас же идем к Вальжану, — объявил он, схватив Грантера за руку и развернув его кругом. — Нет, — запротестовал Грантер. — Я хочу пойти в музыкальную комнату. — Музыкальная комната никуда от тебя не уйдет, — заметил Анжольрас и так сердито посмотрел на Грантера, что у того сердце забилось быстрее. — Как и Вальжан, — спорил Грантер. Он не совсем понимал, что всего лишь хотел удержать внимание Анжольраса на себе, и даже не представлял, кто такой Вальжан. — Ты невыносим, — огрызнулся Анжольрас, и Грантер самодовольно ухмыльнулся. — Мне это уже говорили. Анжольрас, казалось, вздрогнул, хотя Грантер не знал почему, и затем сказал: — Ну хорошо, ладно, но только ненадолго, — Грантер не стал давить на него, получив то, что хотел. Анжольрас продолжил идти вниз по коридору, и Грантер последовал за ним на шаг позади. Они прибыли в музыкальную комнату, не сказав по пути друг другу ни слова. Анжольрас резко распахнул дверь, и кто-то от неожиданности подпрыгнул, в шоке попав пальцами не по тем клавишам рояля. Грантер немного отстал от Анжольраса и, когда он зашел в комнату, услышал, что Анжольрас разговаривал по-французски с человеком, находящимся в ней. — [Прошу прощения за то, что прервал. Я не думал, что здесь кто-то будет. Я просто устраивал экскурсию для новичка.] Девушка за роялем покраснела и покачала головой, и Грантер застенчиво улыбнулся ей. — Флореаль, Грантер. Грантер, Флореаль, — представил их друг другу Анжольрас. — Она плохо говорит по-английски. [Он не говорит по-французски.] Вы быстро подружитесь. Грантер хмуро посмотрел на Анжольраса и подошел к девушке, протянув свою руку. — [Привет,] — сказал он, потому что уж это он мог сказать по-французски. — [Меня зовут Грантер. Я из Америки.] Он знал, как сказать только это, но девушка с улыбкой пожала ему руку. — [Меня зовут Флореаль,] — ответила она, слегка покраснев. Грантер забрал руку обратно. Он показал жестом на рояль и попытался молча спросить, можно ли ему сыграть. Флореаль вроде бы поняла его, потому что она радостно закивала и подвинулась на стуле, освободив для него место. Он сел рядом с ней и посмотрел на ноты, по которым она играла. Он начал играть сначала медленно, внимательно всматриваясь в ноты, но постепенно стал набирать скорость, когда этого потребовал темп. Музыка начала нарастать, после чего резко остановилась. Флореаль с восторгом захлопала в ладоши. Она рассмеялась и воскликнула: — [Очень хорошо, Грантер!] Он тихо поблагодарил ее по-французски и снова улыбнулся, прежде чем встал со стула. Флореаль тоже встала и, когда Грантер пошел посмотреть на гитары у стены, заговорила с Анжольрасом. — [Он милый,] — заметила она. — [Он тебе нравится?] — [Нет, конечно нет,] — раздраженно ответил Анжольрас, и Грантеру стало интересно, что такого могла сказать Флореаль. Она легко рассмеялась и произнесла: — [Я бы тебе поверила, да только могу поклясться, что ты улыбался, когда он играл,] — затем она ушла, оставив Анжольраса краснеть в одиночестве. Грантер посмотрел на него, взяв одну из гитар. — Что она сказала? Анжольрас, казалось, буквально заставил себя взглянуть на Грантера: — О, да ничего, только то, что была рада увидеть меня снова. Грантер перестал улыбаться, обдумывая это, а затем произнес: — У тебя была очень бурная реакция на такое невинное утверждение. Анжольрас злобно посмотрел на него, взглядом заставляя не продолжать свои предположения. Грантер не смог удержаться. Он сел на стул, взял в руки гитару, сыграл простой аккорд и сказал: — Я бы мог даже предположить, что у вас есть какая-то история. Он молча ждал от Анжольраса ответ, но тот молчал. Грантер просто пожал плечами и добавил: — Я так понимаю, это «да». Анжольрас не сказал ни единого слова. Грантер приковал все свое внимание к гитаре, начав перебирать струны, прекрасно понимая, что Анжольрас наблюдал за ним. Через минуту Анжольрас прочистил горло и резко сказал: — Нам пора идти. Нужно поговорить с Вальжаном. Грантер оторвался от гитары. — Вау, ты говорил серьезно, когда сказал, что мы здесь ненадолго. Анжольрас закатил глаза, и Грантер не мог не улыбнуться в ответ. Анжольрас на секунду замер и посмотрел на Грантера. Он немного нахмурился, но это произошло так быстро, что это могло и показаться Грантеру, после чего покачал головой. — Пойдем к Вальжану. Когда Анжольрас повернулся и вышел за дверь, сердце Грантера ухнуло куда-то вниз. Он немного приоткрыл рот и дрожаще выдохнул.