Новая жизнь

      На следующий день, отоспавшись, получив крепкий нагоняй от Барри, обсудив с ним же предложение лекаря в больнице, Риан еще раз схлопотал фигуральный подзатыльник и отправился к местному лекарю стражи, тому самому, что проверял их с Эрсом в первый день. А с ним, отбросив первые впечатления, оказалось очень интересно общаться и не менее интересно и познавательно работать. Первым, что сделал Кромар, было четкое расписание, которое они с Рианом заполняли вместе.       — Так мало времени на сон и личные нужды? Нет, так нельзя. Давайте, перенесем занятия вот так.       — А псарня?       — С Роми мы договоримся и вас поделим, младший Риан, — улыбнулся лекарь. — Не переживайте. Значит, я могу к вам обращаться, если нужна будет срочная помощь?       — Да, конечно! — обрадовался Риан.       Вправленные старшим Барри и лекарем Кромаром мозги заработали куда более продуктивно, а вместе с ними еще ярче разгорелся дар, так что когда Риан встретил недовольно морщащегося Анира, диагноз ему был поставлен влет:       — Э, да у вас слишком тонкий слух, уважаемый! Это ведь даже не лечится, тут нужна помощь другого рода. Идемте!       Анира ухватили за руку, не дав даже шанса вырваться и времени на возмущение, и поволокли снова вниз, в вотчину малефика.       Тот был на месте — казалось, он всегда был на месте, не покидая своего кабинета. Нет, наверное, Марик спал когда-то и ел, да и другие дела делал, но почему-то создавалось впечатление, что он вечно сидит в своем кресле, с вредной усмешкой встречая всех, появляющихся в дверях.       — Младший Риан, я рад, что темные ветры указали вам дорогу ко мне. Я думаю, вы поделитесь своей, несомненно, интересной историей?       — Нет, мстительно оставлю свою историю при себе. Зато я привел вам жертву слишком хорошего здоровья и острого слуха, — Риан подтолкнул к креслу замершего в недоумении Анира. — Вот эту.       Марик с любопытством осмотрел того с ног до головы, как будто видел впервые.       — Мне всегда везло в азартных играх, — неожиданно сообщил он под недовольное ворчание оборотницы, тоже сидевшей на своем месте.       — Поздравляю. И что? — недовольно отозвался Риан, уже направившийся к двери.       — Дочь моя считала, что не выдержит он, я же полагал, что не выдержат окружающие. В любом случае, теперь, чтобы исправить эту и многочисленные другие проблемы, ему придется немало послужить в моем или в этом храме в качестве практикующего мага, — охотно рассказал Марик, следя за изменением лица Анира.       — Но?! — вскинулся тот.       — Младший Риан, вы не могли бы позвать лекаря Кромара? — вежливо попросил Марик.       — Сейчас, — Риан крутнулся на пятке и рванул куда сказали. Значит, маг? Странно, а он не почувствовал.       Услышав о том, куда и зачем его зовут, Кромар радостно потер руки.       — Ну наконец-то! Я уж думал, самому придется! Благодарю, младший Риан.       — Объясните, лекарь Кромар, что имел ввиду уважаемый Марик?       — Младший Анир — замечательный счетовод, — не покривив душой, похвалил Кромар, искавший в заваленном бумагами шкафу нужную папку. — Но, к сожалению, очень плохой маг. Со стороны виден простой выход, верно? Отвести его к малефику и решить все проклятьем. Но проклятья, наложенные на себя, одобряют лишь для служителей Безымянного храма. Так что ему предстоит много потрудиться, чтобы взять себя в руки.       — О! Он меня возненавидит еще больше, чем прежде, — простонал Риан. — Но, с другой стороны, может быть, это изменение в его жизни послужит во благо, и не только Храму, но и Аниру?       — Конечно послужит, — Кромар наконец нашел бумаги и закрыл шкаф. — На сегодня все, нам предстоит долгое обсуждение, в какой храм ему стоит отправиться.       Он тепло улыбнулся Риану и, выпроводив его из лекарской, быстрым шагом направился к обиталищу малефика.       Как Риан и подозревал, после этого случая Анир, встречаясь с ним в коридоре или в трапезной Храма, излучал в сторону лекаря убойный заряд концентрированной и лютой нелюбви. Но молча. Поэтому Риан тоже молчал и не возникал, только виновато пожимал плечами, думая, что сам не знает, что бы на месте Анира выбрал он сам.       Радовало одно: кажется, бывший младший стражник решил не менять жизнь совсем уж кардинально, потому что из формы переоделся в мантию мага храма Звезды. И из-за двери его комнаты порой все-таки доносился стук счетов, а чернильная кайма из-под ногтей никуда не делась.       Как Кромар и обещал, они с Роми полюбовно поделили между собой время, отпущенное Риану на практику его лекарского дара. Теперь он через день проводил два часа то в вотчине лекаря, то на псарне, жадно впитывая новые знания, отточенные веками. Иногда получалось даже придумать что-то новое, комбинируя заклятья, травы, порошки и микстуры.       На это одобрительно взирал Эрс, свободное время предпочитавший проводить либо на тренировочной площадке, либо в какой-нибудь из мастерских. У него у самого душа пока ни к чему не лежала, и он просто присматривался, не мешая мастерам, а те, понимая причины подобного любопытства, эльфа не прогоняли. Он даже в совятню захаживал, но в основном потому, что нравилось следить за летящими птицами. Было в них что-то такое, что трогало душу воина. Но, конечно, не до той степени, как покорили Риана звездные псы.       Заходили они и в библиотеку. Точнее, в библиотеки, выяснилось, что их было целых четыре: публичная, стражническая, ученическая и библиотека храма, куда мало кто допускался. Но Риан туда пока не стремился: в его расположении было три оставшихся, включая ученическую. Не пускали его еще и в особую секцию библиотеки стражи, но это был скорее архив, и лекаря он не интересовал. А вот книги, таящие знания... Эрс не раз и не два буквально силой выдергивал увесистые томики из рук уже клюющего носом супруга, накрывал того одеялом и отправлял книги на полку забитого доверху стеллажа.       Через пару месяцев такой жизни Риан в очередной свободный вечер, изгнанный из псарни с наказом отдохнуть, «а то уже одна тень осталась», не потянулся за книгой, а развалился рядом с Эрсом и игриво потерся носом о его плечо.       — Роми права, мне нужна передышка. В голове каша, нужно уложить и структурировать все знания.       В кои то веки сам читавший, Эрс отложил книгу, поцеловал Риана в висок. Подобное радовало, тем более, он уже не понимал, как такое количество нового вообще в голове уложить можно. Лекарские умения, сведения о звездных собаках, книги на какие-то отвлеченные темы, а в довесок ко всему этому — то, что старательно вколачивал в их головы Барри. Старший уже давно начал выводить свой отряд на патрулирование, сначала в самые тихие районы и в паре с другим, опытным отрядом. Сейчас они уже занимались работой сами по себе, хотя по-прежнему в спокойных районах, но все равно, старший рассказывал о городе столько, что к вечеру у Эрса частенько начинала побаливать голова от попыток запомнить все и сразу. Подобные уроки-экзамены — ведь Барри спрашивал и мнение подопечных, их идеи и рассуждения — оставляли ощущение усталости, но какой-то приятной, усталости не тела, а разума.       Риан воспользовался тем, что Эрс отложил книгу и устроился на нем верхом, не налегая всем весом, но довольно уютно прижимаясь к груди. И заурчал. Умение это пришло к нему как-то само по себе, после того вечера, когда установили амулеты.       Слыша этот звук, Эрс каждый раз довольно щурился, понимая: все действительно хорошо. Ну не мог эльф, которому плохо, урчать, для этого требовалось вполне определенное настроение. А значит — Риану хорошо. И ему хорошо от этого. Положив руки на плечи супруга, Эрс принялся осторожно разминать их, ощущая, как постепенно расслабляются под пальцами мышцы.       — О-о-о, да, так, — выгнулся Риан, подтянулся выше и принялся целовать его от ключиц до уха, пока не ухватил губами мочку.       Прижав его к себе, Эрс на секунду приподнялся на локте, бросив взгляд на дверь. Та была закрыта, и он лег обратно, уже без всякой опаски поглаживая Риана по так удобно подставившейся под руки спине.       — Последнее время ты даже в постели о чем-то думал, — насмешливо-укоризненно заметил он.       — Умгу, — юноша фыркнул ему в ухо, провел языком по краю. — Еще как думал. Хочу попробовать кое-что.       — Что? — Эрс замер, удивленный. Риан никогда не предлагал ничего особенного, и после того случая с окном он ждал... сам не знал чего. Но, кажется, дождался.       — Ну-у-у... я даже не знаю, как это описать. Но могу показать, если ты согласен.       — Согласен... — последние звуки чуть смазались — Эрс с удивлением понял, что уже сам урчит, потираясь о лежащего сверху Риана. Слова о чем-то новом завели его моментально, тело будто взвыло: «Хочу!» и уже не интересовалось мнением хозяина.       Риан потянул с него рубашку, бросил куда-то мимо стула, сдернул свою, путаясь в рукавах, снова прильнул, заласкивая мужа, отмечая его кожу следами легких укусов и поцелуев. Вывернулся из штанов и почти содрал их с Эрса, отправив туда же, куда и остальное. Тот не мешал, только подставлялся, жадно ловя новое, непривычное выражение лица Риана. Какое-то... лордское, властное. Сейчас вел он, и Эрс подчинялся, как подчинялся всегда. На секунду царапнула мысль, что доподчинялся уже однажды, но тут же ушла, смытая доверием.       — Лучик, если тебе не понравится — не молчи, хорошо? Сразу говори, — Риан серьезно глянул ему в глаза.       — Скажу, не бойся, — хрипло ответил тот. — Все хорошо, ну?       — Подушку, — Риан сам стянул потребованное, подтолкнул, запихнул под бедра Эрсу. И принялся целовать приподнятую ногу, начиная со щиколотки, к коленям, по внутренней стороне бедра, не спеша, прихватывая кожу зубами. Благодаря этому Эрс не дергался от щекотки, а урчал, с нетерпением ожидая, когда же дойдет до самого важного. По глазам видел, что это далеко не все, а еще только самое начало.       Риан щелкнул пальцами, призывая из-под кровати банку с недавно составленной мазью. Не отвлекаться от ласк, чтобы сделать это, было замечательно, он почти гордился тем, что освоил это заклятье. Приподнял другую ногу Эрса, дразня мужа, лизнул под коленом. Тот невольно дернулся, потом замер, слыша, как звякнула крышка, даже дыхание задержал. Риан не торопился, согревал мазь в ладони, терся щекой о бедро, бросая на Эрса быстрые взгляды из-под ресниц.       Потом подался вперед, длинно лизнул, накрыл губами и тут же почувствовал толчок — Эрс был нетерпелив, едва держа себя в руках. Ладонь даже скользнула на рыжую макушку, пытаясь направить, но очень быстро вернулась обратно на смятую простынь — не хотелось портить удовольствие.       Внутренне Риан обмирал от предвкушения и опасений сделать что-то не так. Сделать больно. Нет, один исцеляющий импульс силы — и боль уйдет, но все будет разрушено, а именно этого он боялся столько лет.       Скользкие от мази пальцы коснулись мягкой кожи ласкающими, массирующими движениями, опустились ниже, размазывая капли, почти без сопротивления указательный проскользнул внутрь и сразу вернулся. Этого было откровенно мало. Да, Риан упорно отказывался быть сверху, но рыжий есть рыжий — и Эрс тут же подался вниз, пытаясь вернуть, снова впустить в себя, всем телом говоря, что хочет еще.       «Тише, лучик, не торопи меня, прошу, умоляю...»       Еще мази, сегодня не придется ее жалеть. Ладонь требовательно легла на живот: «Замри». И уже два пальца скользнули, погладили, легко и ласково, провернулись внутри. Риану пришлось неловко выворачивать кисть, но его это не тревожило. Ощущение напрягшихся под ладонью мышц, слабо задрожавших, когда Эрс застонал, уже было наградой.       Риан чуть сильнее сжал губы, лаская его языком, пропуская глубже в горло. Убрал пальцы, чтобы почти тотчас вернуть их назад, окунутыми в мазь — уже три, плотно сжатые. Они скользнули даже дальше, чем он хотел, резче — Эрс все-таки дернулся, вскрикнул глухо, но вовсе не от боли. Ему не хватало, не хватало движения, он был готов на все ради этого. Риан понял, как всегда понимал его — почти без слов, потом и вовсе без них. Движения руки стали быстрее, резче внутрь и плавно — назад, ласкающе, нежно. И снова. Сложенными пальцами, чтобы внутри развести их, как лепестки бутона.       — Еще! — Эрс выгнулся: мало, как же мало...       «Да, о-о-о, да, лучик!»       Четыре пальца проникли внутрь так же легко — Эрс раскрывался ему, без сомнений и опасений, и Риан не мог не повиноваться его желаниям. Глубже, по самое основание большого, провернуть ладонь, нежа, заставляя выгибаться от каждого, малейшего движения. Дышать было сложно, губы уже занемели, но от этого только ярче становилось свое удовольствие, даже без прикосновений. От реакции, от того, как жарко было, будто Эрс горел изнутри, передавая этот жар ему. От промелькнувшей мысли, что если так хорошо — может быть, потом и ему... И Эрс...       Руки лекаря — инструмент, такой же, как и остальные, они должны быть тренированными и сильными. Они не устают. Риан надеялся на это. Хотелось почувствовать, как сожмется жарким пленом тело любимого, обнимая его. Он прижал к ладони большой палец, чуть замедлил движение, еще боясь навредить. Но Эрс закончил все сам, одним рывком, закричал, выгибаясь, съехав с подушки вниз и заставив Риана отпрянуть, чтобы не вывихнуть кисть.       Замер он — и замер Эрс, хватая воздух, будто его в комнате было слишком мало. А потом застонал, пытаясь сдвинуться еще ниже, сжал, расслабился, ища притихшее удовольствие.       — Тише, тише, любимый, лучик, солнце мое...       Риан снова принялся ласкать его, чуть сдвигаясь, чтобы было возможно шевелить запястьем. Развел плотно стиснутые пальцы, потянул на себя. Немного, только обозначить движение, обласкать изнутри. И еще раз, медленно проворачивая кисть, внимательно глядя в лицо.       Напряженное, оно медленно расслаблялось, по мере того, как он ласкал дальше, все так же осторожно, стараясь вообще почти не шевелить рукой. Только чуть поглаживать, просто ощущая любимого изнутри, зная, куда нажать, как провести, чтобы ему было хорошо. Знал бы Эрс, зачем читались некоторые книги... Тот не знал, просто все больше обмякал с каждым движением, пока не распластался по кровати окончательно, странный, совсем на себя не похожий. Он будто засыпал, даже возбуждение потихоньку спадало, хотя на живот уже натекла лужица влаги, а грудь приподнималась слишком часто.       Боли от него Риан не чувствовал, вообще, и только это как-то примиряло с происходящим. Он осторожно, медленно высвободил руку, еще раз пройдясь кончиками пальцев, лег рядом, стараясь не обращать внимания на собственную неудовлетворенность.       — Лучик? — позвал шепотом.       Тот приоткрыл мутные глаза, с трудом сосредоточился на его лице.       — Еще... — вышло слабо, на выдохе, но на большее сил сейчас не было, даже возмутиться, что Риан перестал. Тот изумился, но воля супруга в такой момент — закон, и он снова устроился между безвольно раскинутых ног, поправив подушку, окунул руку в мазь и продолжил ласкать.       Все было странно тихо — ни стона, ни крика. В какой-то момент Эрс слабо дернулся, сжался, не давая двинуть рукой, и на живот потекло уже семя. Тонкой струйкой пролилось на бок, закапало на кровать, и он затих окончательно.       Риан был в растерянности, он не рассчитывал на подобный эффект своего маленького эксперимента. И внутри жгло любопытство: что же, какие чувства испытал Эрс? Каково ему было? И, главное, как уговорить любимого мужа на ответную любезность? Еще и собственное неутоленное желание причиняло теперь изрядные неудобства, но юный рыжий эльф давно привык смирять себя. Обычно это позволяло после насладиться еще большим взрывом удовольствия.       Он обтер Эрса влажным полотенцем, вымыл руки и снова вытянулся рядом, легко целуя в скулу, в висок. Эльф уже спал, расслабленный и теплый, только завозился, прижимаясь ближе, и вздохнул тихо. Сам Риан уснул нескоро, взбудораженный произошедшим, но как-то уткнулся в плечо мужа — и сон милосердно накрыл темным покрывалом.       Уже ближе к утру, которое Риан научился чувствовать здесь, на острове, приснилось, как любимые руки нежат обнаженное тело, поглаживая по спине, по самым чувствительным точкам. Риан выгнулся, чтобы прижаться к ним плотнее, тихо застонал, почти жалобно: неудовлетворенный рыжий — это сплошной клубок оголенных нервов.       Руки тут же стали настойчивей, откликаясь на его желание, кожу на загривке прихватили зубами, заставляя выгибаться еще сильнее. Звякнуло уже вполне явственно, вырывая из сна, потом уверенные пальцы заставили приподнять ногу, легко провели, распаляя желание еще больше, и Эрс вжался сам, толкнулся, не медля, зная, что до гонга осталось всего ничего, а днем времени на себя не будет.       Риан жадно подавался ему навстречу, хотя в такой позе двигаться было не слишком удобно, хрипло стонал, требуя еще, сильнее, больше! Желание жарким огнем взревело внутри, как не погашенный с вечера костер, в который щедро подлили масла. Гонг ударил ровно в тот момент, когда он с хрипом выгнулся, закинув руку куда-то за спину и царапая крепко прижавшего его к себе Эрса.       — Извини, — шепнул тот в самое острое ухо. — Я вчера...       — М-м-м... вчера я испугался, что сделал что-то не так, — отдышавшись, хрипло сказал Риан.       — Так. Все так, — Эрс гладил его по животу, вылизывал и покусывал шею, не в силах отпустить сразу.       — Тебе понравилось? Поделишься? — Риан чуть повернулся, запрокидывая голову, ловя губами его губы.       — Сегодня же! — горячо пообещал Эрс, на секунду прервав поцелуй. И после не смог оторваться, слишком распаленный появившейся перед глазами картиной раскинувшегося, слабо стонущего Риана, которому наконец-то можно будет доставить удовольствие и по-иному. Последние запреты растаяли, истлели, рассыпались в прах, и Эрса уже ничего не останавливало в стремлении заласкать супруга любыми возможными способами.       Даже то, что они опоздали на завтрак, и суровый нагоняй от Барри.