Новая жизнь

      Письмо от Морни Риану передал какой-то незнакомый мышеэльф, отыскавший звезду на обычном обходе улиц. За два прошедших года в Шаэссаре многое успело измениться. Эти изменения накапливались исподволь, но в конце концов стали явными и множественными. Например, на острове поприбавилось чужаков, в основном, конечно, эльфов, и больше всего было златоволосых умников, сотрудничавших с храмами. Вместе с ними, естественно, появились и курьеры из воздушной ветви, так что громадные летучие мыши, среди бела дня рассекающие небо над городом из конца в конец, уже никого не удивляли.       Риан принял свернутое и запечатанное сургучом послание, поблагодарил курьера и сунул письмо в поясной кошель, усмехаясь на жадный взгляд Тари:       — Вечером прочитаем. Имей терпение, рыбка.       Девушка кивнула. Она изменилась, пожалуй, даже больше, чем город. Повзрослела ощутимо, так, что казалась совсем другим человеком. И хоть и прорывалось иногда ребячество — но в подходящие для этого моменты. Сейчас вот понимала, что валяться в обнимку с написанной специально для нее частью письма можно будет и вечером, благо у эльфов кровать широкая. А пока — не в патруле же письмо читать?       На детское прозвище не обиделась — уже поняла, что Риан просто обожает давать такие ласковые имена всем, кто ему дорог. Морни, например, для него так и остался «малышом», несмотря на то, что тоже повзрослел и изменился. Уж ей-то, видевшей брата раз в несколько месяцев, это было заметно. Ну а неизменное «лучик» и «солнышко» для Эрса — это и вовсе было столь же непоколебимо, как один из столпов мироздания. Риан без этих своих словечек, прибауток-присказок, подцепленных у моряков, наемников, стражников, не был бы собой.       С мыслей о прозвищах размышления плавно перетекли обратно к Морни, и Тари улыбнулась. Она не говорила, что успела опять собрать денег на телепорт — хотелось сделать брату сюрприз. Уже этим вечером, как раз, чтобы переночевать у него, а потом иметь в запасе целый день. Лишь бы опять не ошибиться со временем, но вроде за два года к разнице в несколько часов уже привыкла, возвращалась в срок, не зевая потом так, что Барри даже нагоняи не устраивал — и самой ясно, что виновата.       Главное, не забыть, что это здесь весна вовсю уже цветет и тепло, а там еще зима и не думает заканчиваться. Бр-р-р, и снега, наверное, по колено, Морни рассказывал, что в конце зимы так бывает. Как только Эрс с Рианом в этой холодрыге умудрились прожить столько времени? Впрочем, если Риан — уроженец Морвика, то, скорее, было странно, как он так быстро привык к морскому климату Шаэссара.       Наверное, к хорошему быстро привыкаешь. Тари хихикнула своим мыслям, покосилась на Эрса. Вот уж кто точно был рад-радешенек уехать от зимы, она помнила, как передергивался эльф от её рассказов о первом снеге, который она застала, как-то явившись в Морвик поздней осенью. Снежинки, падавшие с неба, крупные, резные, красивые, тогда так впечатлили, что она готова была рассказывать о них каждому встречному. На Хелате, конечно, тоже иногда выпадал снег, в самые-самые суровые зимы, но быстро таял и таким красивым не был!       — Рыбка, в облаках не витай! — отвлек её голос Риана, и Тари все-таки сосредоточилась на улицах, по которым сейчас шла, отодвинув все остальное на задний план. До вечера, ровно до вечера, когда она без стука влетела в комнату к эльфам и требовательно протянула к сидевшему за столом Риану руки.       Тот, кивнув, выдал ей исписанные убористым, каллиграфическим почерком листы. Сам, вместе с Эрсом, склонился над своей частью письма, лица обоих эльфов были серьезны и сосредоточены.       — Я говорил тебе, что Кейто докопается до того случая. Он упрям и упорен, как... гм... выползень, роющий нору.       — И в кого бы это? — иронически вскинул брови Эрс.       — Да так, в одного лорда, — фыркнул в ответ Риан. — Главное, что он умеет вовремя остановиться. Во всяком случае, я его этому учил.       — Тут уже останавливайся, не останавливайся... — Эрс постучал пальцем по строчкам. — Нынешнего лорда Корина уже казнили, наш король решения принимает быстро. И я сомневаюсь, что он теперь даст сыну лорда хоть вздохнуть без его на то воли. Сам посуди — военная Академия в тех землях...       — Бывшего лорда, — дернул уголком губ Риан. — Ничуть не жалею, что Корин получил то, что ему причиталось, он и в юности был тем еще говнюком, и в старости стал не мед с сахаром. Вот уж точно в батюшку пошел, говорят же, что поздние дети берут от родителей больше черт, чем ранние. Теперь, считай, твоя месть завершена.       Он перечитал несколько абзацев письма, вспоминая подробности той давней и кровавой истории. Значит, род тех, кто убил напарника Эрса и всю его семью, практически уничтожен, остался только внук старого лорда, приказавшего расправиться с рыжим эльфом, которого обвинили в том, что он якобы обесчестил его дочь, ту еще гулящую сучку. Впрочем, сам Риан в свое время возродил свой род, оставшись единственным из Морвиков, и этот не пропадет. Если будет вести себя так, как нужно королю.       — Риан, а Морни что-нибудь передать? Ответ напишешь? — нарушила тишину Тари, поняв, что эльфы договорили о своем. — Я к нему сейчас!       — М-м-м, да, сейчас, рыбка, пару слов черкну, — Риан улыбнулся ей, дотягиваясь до чистых листов и письменного прибора. — Ну и просто передай на словах, что он умница.       — Обязательно! — пообещала Тари, болтая ногами и перечитывая особенно теплые моменты из письма. Почему-то когда в Морвике была зима, письма от Морни приходили длинные и нежные, будто ему особенно не хватало сестры. И она была намерена это исправить!       Заверив Риана, что теплая одежда есть, она купила, добежит-замерзнуть-не-успеет, Тари умчалась, прихватив с собой аккуратно сложенное послание. Сердце замирало в груди, когда она спешила к площадке телепорта, сжимая сверток с теплой одеждой.       Маг, заведовавший перемещениями, побурчал, конечно, что его дернули так поздно, но зарылся в свои книги, выискивая координаты телепорта Морвика, пока Тари торопливо одевалась. А потом она шагнула сквозь белесую пленку...       — Ух ты! — вырвалось помимо воли. Глотнув холодного сухого воздуха, она тут же закашлялась, но все равно восхищенно таращилась по сторонам. Все было белым и искрящимся! Просто как в сказке! И снег под ногами, когда она вышла с площадки телепорта на улицу, уладив все формальности, хрустел... нет, скрипел, скрипел, как Морни и рассказывал!       Морвик, такой знакомый летом, сейчас преобразился до неузнаваемости, и Тари брела по заснеженным улицам, с трудом соображая, куда свернуть. И любовалась-любовалась-любовалась, стараясь на всю жизнь запомнить это сияющее великолепие: в городке не скупились на освещение.       Впрочем, городком этот большой торговый город можно было назвать, только изрядно приуменьшив. Морвик был красив и богат. Богат настолько, что улицы были вымощены и оснащены канализацией, а сейчас еще и выметены, насколько было возможно, и посыпаны чистым, рыжим речным песком, чтобы горожане не ломали ноги на льду и укатанном до стеклянистого блеска снегу.       А еще в Морвике было уже гораздо больше времени, и Тари, поежившись, невольно ускорила шаг — пустили бы ее в дом, а то придется до утра гулять. Морни обитал не в самом Доме-на-холме, а в флигеле для слуг, где, кроме него, жили еще трое: прачки и повариха. Со всеми тремя женщинами Тари уже была знакома, поэтому ее узнали и отперли. А вот почему в такое позднее время они не спят, она выяснила почти сразу.       — Хорошо, что ты приехала, деточка, — печально вздохнув, поправила ночной чепец повариха Акса. — Братец-то твой совсем расхворался, уже вторую неделю, почитай, влежку, да кашляет так, что того и гляди кровь горлом пойдет. Уж как я ему говорила: не стесняйся, глупый, сходи к леди Ариане, она же мигом хворь из тела прогонит — не послушался. Все стеснялся, мол, чего госпожу обременять. Вот и...       С непривычки запутавшаяся в шарфе Тари замерла, хлопая глазами: заболел? Рядом с лекарем? Влежку? Испуганно пискнув, она метнулась к комнате Морни, как была — даже не стянув сапожки. Никто не остановил, не стал ее ругать, хотя полы здесь всегда скоблили до теплого золотистого цвета некрашеного дерева.       Из комнаты Морни в самом деле донесся надрывный, глухой кашель. А, влетев туда, Тари почти не узнала в осунувшемся, больше похожем на высохшую рыбью тушку, парне своего красавца-брата. Свалявшиеся неопрятными сосульками волосы были тусклыми, глаза, обведенные пугающими черными кругами, горячечно блестели, губы обметало. Ужас!       — Ежели бы леди Ариана сейчас не была в тягости, она бы сама пришла, — меж тем продолжала поднявшаяся следом за ней Акса. — Только она, бедняжка, двойню носит, из дому, почитай, не выходит, тяжко ей, вот и не знает, что тут беда такая. А Морни, дурачок, нам все запрещал ей говорить...       — В доме есть кто-нибудь, кто мне его до телепорта довести поможет? — перебила её Тари. Говорливую женщину она любила, но понимала, что сейчас — не время, ну не время для разговоров! Морни плохо, лекарь в тягости, а оставлять его тут, вот так — да у Тари сердце заходилось от одной мысли об этом, а в груди поднималась незнакомая решительность.       — Да есть, как же не быть. Я вот садовника нашего, Урма сейчас позову, чай, не спит, поди, — засуетилась Акса.       Морни, наконец, узнал гостью, или просто очнулся настолько, что услышал. Сипло позвал:       — Тари? Сестричка, ты... — и снова страшно раскашлялся.       — Я, — Тари мигом растеряла всю свою внезапную суровость, оказалась рядом с братом, гладя его по лицу и уговаривая потерпеть немножко, сейчас все хорошо будет.       Женщины тем временем натащили теплой одежды — куда больного на холод выпускать, не укутав. Не спорили они только потому, что наслушались рассказов Тари о лекаре-эльфе, с ней служащем. Такой, поди, и лучше покойного лорда все умеет, живо на ноги поставит.       Явился Урм, в медвежьей дохе похожий и сам на медведя. Выслушал сбивчивые причитания женщин, кивнул:       — А то как же, донесу, в лучшем виде. Это ж дело хорошее. К эльфам, стал быть? Говорят, самопервейшие лекари у них. Лорда Морвика, покойного батюшку нашего господина Кейториса, в свое время с того свету вернули. Ну, чего квохчете, наседки? Живо одевайте мальца. А то как бы привратник совсем не уснул там.       Морни слабо пытался протестовать, но куда там... Четыре обеспокоенные женщины, включая родную сестру — страшная сила. Укутали его так, что только нос и торчал, Тари еще деловито размышляла, как его тащить потом, с той стороны. Наверное, оставить под присмотром стражей Звезды, которые у портала дежурят, и самой быстро в храм — за Рианом и Эрсом.       Так и вышло. В портал Морни отправил Урм, с той стороны его приняла Тари, успевшая за пару минут вспотеть в теплом меховом плаще и шерстяных одежках. Дотащить до караулки при портальной площадке помогли явившиеся на зов стражи, Тари сбросила там же плащ и бегом рванула в Храм, даже не переодеваясь.       Соображения постучаться в дверь все-таки хватило: ну эльфы же, ну рыжие! Уверенные, что она в Морвике и все в порядке.       — Эрс! Риан! — Тари постучалась еще, надеясь, что амулеты глушат только звук из комнаты, а не те, что доносятся снаружи. Звякнул, отодвигаясь, засов, встрепанный вусмерть Риан, придерживая второпях намотанную на голое тело простыню, выглянул в щелку.       — Тари? Что случилось? — проглотив явно готовые сорваться с языка ругательства, спросил, подтягивая простынный кокон. — Что-то с Морни?       Та отчаянно закивала.       — Он больной совсем и к лекарю не пошел, та двойню ждет, напрягать не хотел, дурень! А теперь ему совсем плохо, кашляет так, что страшно!       — Твою... Он в Морвике? Сейчас, — дверь захлопнулась, распахнулась буквально минут через пять. Уже одетый, с наспех сколотыми на затылке волосами, Риан цеплял к поясу кошель, туго набитый флаконами с настойками и мазями. За ним так же торопливо завязывал свою рыжую гриву в хвост Эрс.       — Он тут, у портала, я стражу попросила за ним присмотреть! — Тари уже хватала его за руку, тянула, будто эльф сам не торопился.       — Умница. В Морвике нам показываться точно не стоило бы. Тари, найди мастера Кромара, скажи, что лекарская мне нужна срочно, пусть даст ключ. Мы сами Морни перетащим. Бегом!       Девушка испарилась раньше, чем прозвучало последнее «Бегом!», а сами они поспешили к порталу — благо, дорогу знали.       — Вот упрямец! — только и выругался Эрс, увидев Морни, которого сердобольная стража уложила на лавку. Показалось, что в коридоре мелькнул черный балахон — наверняка дежурный малефик, пришедший проверить, что за больного принесли откуда-то там. Но эльфам сейчас было как-то плевать. Морни им отдали без единого возражения, едва взглянули, что тоже стражи, а Риан — лекарь.       Мальчишку на руках волок Эрс, Риан на ходу накладывал на него диагностические чары, потом, грязно ругаясь, принялся выплетать что-то комплексное и сложное, в чем Эрс, хоть и насмотрелся уже на методы мужа, никак не мог опознать исходные заклятья. Мастер Кромар Риана обещал отправить в каменоломни, проветривать голову с помощью ручного труда, за подобные выкрутасы, но потом изучал его связки заклятий, тщательно записывал и заставлял совершенствовать до идеального состояния, признавая, что в деле сочетания несочетаемого сумасшедший обращенный — первый.       Сейчас, правда, он даже не явился, у лекарской, почти подпрыгивая, переминалась с ноги на ногу Тари, раскрасневшаяся, лохматая и готовая бежать куда еще скажут — лишь бы с Морни все хорошо было.       — Риан? — она метнулась навстречу, едва увидела эльфов. — Как? Держи!       Ключ она ему прямо в руки сунула, сама в лекарскую лезть побоялась.       — Все будет хорошо. Лекарь я, или погулять вышел? — буркнул тот, открывая дверь. — На стол. Тари, вон отсюда. Утром пойдешь и снимешь комнату, а сейчас спать.       — Иди, иди, все будет хорошо, — Эрс, уложив Морни на лекарский стол, подтолкнул слабо упирающуюся девушку к выходу. — Завтра сможешь уже лично открутить ему уши. И переоденься, ты же вся взмокла!       В итоге Тари все-таки ушла, и Эрс прикрыл дверь. Подождал немного, убедился, что она не стоит, не подслушивает, и обернулся к Риану, выпутывавшему Морни из одежды.       — Насколько все плохо?       — Хреново. Но мы справимся. Эрс, на тебе настойка. Каждые десять минут — по мерке на чашку воды. Иначе мне опять придется поваляться, и Кромар меня сожрет с косой и бусиной.       — Я сам тебя убью в этом случае, — пообещал Эрс мрачно, и пошел за зельем, доставать с полки.       Риан усмехнулся и потер ладони, а потом отрешился ото всего, занявшись делом, прерываясь только на то, чтобы выглотать терпко-горькое зелье. Работы было много, и он старался не думать о том, что Морни вполне мог не дожить до следующего вечера. Нет, он ему сам уши открутит. Потом.       Через несколько часов юноша спал и спокойно дышал без хрипов и кашля, а Риан обессиленно сполз на подвернувшуюся под колени лавку, выглядя так, будто переболел сам.       — Спать, — не терпящим возражений тоном велел ему Эрс, укутывая в припасенное заранее одеяло. — Морни я сам уложу.       Риан только слабо кивнул, закрывая глаза. Ох, когда-нибудь эти детки доведут его до погребального костра... Оставалось только надеяться, что это случится еще нескоро.       Утро для Риана началось к вечеру. С рева Кромара, который успешно осваивал новые интонации, с каждым разом умудряясь звучать все внушительней и внушительней. Какой там мягкий голос... Ему уже и воин, проверявший выучку новеньких, позавидовал бы.       Еще этим утром-вечером была громадная миска мелко перетертого супа, стакан с водой и стакан со снотворным. И лицо Эрса, который заглянул в комнатку для больных буквально на минуту, сообщить, что с Морни все в порядке, слаб, ест, спит, получил от сестры и от него, от Риана обещали затрещин передать попозже.       Бедняга Риан, получивший своих «плюшек» от Кромара по самое небалуйся, только покивал, выглотал снотворное и снова уснул. Храмовый лекарь обещал, что утром он сможет встать и идти в смену. Но снова запретил пользоваться магией минимум на неделю и постараться как можно скорее выбраться в лес.       Из города Эрс Риана выпинал на следующей же вечер. Дал прийти в себя и потащил обратно — к Морни, который уже весь извелся, не зная, что делать.       — Этот идиот ноет, что должен быть в Морвике — он же обещал! — ругался Эрс, идя по вечерним улицам и бережно придерживая Риана за плечи. — Он, оказывается, и прошлые зимы болел, но Ари его как-то отпаивала, не давала до такого... Нет, надо было додуматься!       — Вот как пооткручу ему уши, — злобно бурчал Риан. — А вообще... Нет, все, хватит приключений. Знаешь, — он даже приостановился, — в Морвике, похоже, все хорошо. Я спишусь с Райлом и попрошу его присмотреть за Ари, раз она носит двойню и носит тяжело. А Морни туда больше не поедет. Лучик, а можно как-то этого оболтуса... гм... усыновить? Или эльфы могут принять только в ветвь?       — Только в ветвь, — «обрадовал» Эрс, и уверенно добавил: — Но я сомневаюсь, что он откажется.       Уверенность оказалась слабее упрямства. Морни, едва услышав эту идею, наотрез отказался становиться рыжим. Заявил, что лучше бы его тогда вчера вообще не лечили, чем такое предлагать. Сидел, вцепившись в одеяло тонкими от болезни пальцами, и глядел так, как даже осознавший свою внезапную рыжину Риан не глядел.       — Значит, будем просить принять тебя в другую ветвь, — Риан присел с ним рядом, обнял. — Я и сам не хотел бы тебе такого «подарка», малыш.       — И не надо... Риан, извини, — Морни зябко дернул костлявым плечом. — Что я вот так... подвел.       — Глупый, ты не подвел. Но твое упрямство... Я виноват, что не понял, насколько же ты упрям, малыш, хотя и видел. Как тебе та моя семья? — сменил он тему.       — Они добрые, — Морни замялся, ища слова.       Помогла тихо сидевшая у окна Тари.       — Правильные?       — Да, спасибо, рыбка. Они правильные, — Морни поднял голову, глядя в лицо Риану. — И у них все правильно, как надо.       — Я надеюсь, это наша с Эрсом заслуга, — улыбнулся тот. — Я очень по ним скучаю. И мне не хватает... нам не хватает этого. Семьи. Если бы у эльфов существовала практика усыновления, я предложил бы тебе стать частью нашей семьи. Но эльфы могут только принять в ветвь. Что это значит — ты видишь на моем примере. Но он... устарел, понимаешь? Сейчас я уже не смогу вернуться в Морвик и признаться им, что шестьдесят лет ходил под мороком, не старея, а потом и вовсе инсценировал нашу с Эрсом гибель. Они, может, и простят, и поймут, но каково им будет видеть меня, молодого и полного сил, и знать, что я переживу и сына, и внуков и правнуков? Да и мне будет горько... знать то же самое. Я виноват перед Кейто и остальными. Тогда признаться в своем перерождении не мог, сейчас — тоже не в силах. Но ты — другое дело. Если согласишься войти в одну из ветвей эльфов, сможешь стать... ну, почти как бессменный хранитель для Тари и ее семьи. Когда-нибудь она ведь у рыбки появится, так?       — Так, — отозвался Морни, а Тари покраснела, но лезть не стала. Это выбор брата, а нее её.       — Если не рыжим — я согласен, — Морни говорил серьезно и спокойно. — Я и так останусь без семьи и детей — а ближе Тари мне никого нет. Да и... — он усмехнулся. — Уж лучше я с детьми помогать буду, чем наша родня. Если кто-то вырастет таким же холодным — я себе этого не прощу.       Риан кивнул, подергал себя за косу и задумчиво спросил:       — Лучик, а скажи мне, сколько мы уже служим, ни разу в отпуск не выбравшись?       — Года три, а что? — Эрс недоуменно повел ухом. Отпуск? Какой отпуск? В наемничьих понятиях такого слова не значилось.       — Да вот то, что стражам Храма, вообще-то, раз в год положен отпуск на полторы недели, а ты не знал? Так что посчитай, сколько у нас уже накопилось этих недель неотгуляных. А я, пожалуй, пойду из старшего нашего их вытрясу. Пора нам к Дорсу наведаться, ты Алэйла и мелкую повидаешь. Заодно и вопрос с принятием Морни в какую-нибудь ветвь утрясем, не думаю, что это будет быстро.       Эрс открыл было рот, но его опередила Тари, подскочив к не ожидавшему такого эльфу и умоляюще вцепившись в его ладонь.       — Я с вами! Риан, ну пожалуйста-пожалуйста!       — У тебя же отпуска тоже не было, так? — уточнил тот. — Можно, наверное. Морни, тебе есть, пить укрепляющее и спать до нашего возвращения. Все ясно?       Юноша покосился на заставленный тарелками стол, вздохнул: да ему вовеки этого не съесть!       — Возражения не принимаются. Лекарство я тебе в кувшине развел, пить только его.       — Понял... — уныло донеслось в ответ.

***

      Морни приходил в себя еще три дня. Как раз эти три дня понадобились старшему Барри на то, чтобы разобраться с отпусками, графиком дежурств и заменой их звезды. В отпуск решено было отправить ее всю — никто из стражей все три года своим правом на отдых не воспользовался, так что у каждого набралось больше месяца отпускных дней. Сам Барри, ворча, что «отдыхающие» за этот месяц явно совсем от рук отобьются, тем не менее вовсе не протестовал, потому как и сам собирался отдыхать, исключительно в компании моря и своего старого пса.       Через три дня Морни и Тари ушли телепортом в Морвик. Прощаться, собрать кое-какие оставшиеся там вещи, поблагодарить лорда Кейториса за то, что был так добр и приютил незнакомца только по рекомендации рыжих эльфов. Прощаться пришлось со всеми членами семьи лорда: спокойного, улыбчивого, общительного парня в Доме-на-холме полюбили и очень за него переживали. Так что из телепорта в доме ветви и он, и Тари вывалились затисканные, зацелованные напоследок и с подарками. Встречали их Эрс и Риан, добравшиеся до ветви раньше.       Ну как раньше — из портала он вышли минут за пять до этого и, прикинув время, решили никуда не уходить. Эрсу, правда, ожидание далось с трудом — виду он не показывал, но очень уж хотелось сорваться с места и побежать даже не к отцу — хотя и к нему тоже. К сестренке, круглоухой еще, в глазах Эрса — маленькой-маленькой.       Риан это знал, даже, скорее, чувствовал на уровне инстинктов.       — Лучик, ты нам только пальцем ткни, в какой комнате тебя ждать, и иди.       — Вы тут без меня заблудитесь, — выдал тот единственную причину, почему еще не сбежал. И пошел вперед, указывая дорогу к тому крылу, где жило его семейство — ну а где еще гостей устраивать? Тем более, пустых комнат во всем доме хватало, отстроили его в какой-то момент с размахом, поняв, что ветвь будет многочисленной.       Взрослые были на работе, зато дети, игравшие в саду, накинулись гурьбой, едва заметили в окно, что по коридору идут гости. Рыжие, говорливые, шумные — они от обычных детей ничем не отличались, облепили сразу. У двоих вообще короткие еще волосенки были полосатые, с темными прядками, выдававшими людскую кровь.       На Эрсе со счастливым визгом повисла одна из самых старших. Тари, которая слышала о «мелкой», только ресницами хлопала: ничего себе мелкая, девица уже до плеча брату доросла! И верещала счастливо, хвастаясь начавшими заостряться ушами — на самом кончике, едва-едва, но «Ты же видишь, да, да?!»       — Она в самом деле еще маленькая, только-только от детства к отрочеству переходит, потому и ушам радуется, — пояснил для ошарашенной Тари Риан. — Вот как на полпальца хотя бы вытянутся — считай, подросток уже. А пока — дите дитем, и на рост не оглядывайся.       Морни только кивнул — он, когда два года назад приехал в ветвь, немного успел познакомиться с эльфами и их особенностями. Потому и отказывался наотрез переходить в рыжую ветвь, насмотрелся, да и книги кое-какие прочел. Ну, и с Райлом, местным лекарем, успел пообщаться, было дело.       После всего с ним случившегося сама мысль о необходимости спать с кем-то... одно дело по любви. Или по собственной воле. Но так, как скручивало без партнера рыжих — нет, так Морни жить не желал.       От сестры Эрс оторвался минут через десять, с трудом, три раза напомнив себе, что сначала дела. Причем два из них — вслух.       — Найдешь Тари с Морни свободные комнаты, отнесете туда их вещи? — попросил он девочку. — Нам сейчас к Дорсу.       — А пото-о-ом? — обиженно протянула сестренка.       — А потом я на месяц твой.       — Ура!!! — завопила та и, ухватив Тари за руку, понеслась искать ей самую лучшую комнату. Ребятня унеслась за ними, расхватав не такие уж и тяжелые вещи — весело же!       — Идемте, — Эрс с трудом согнал с губ улыбку.       — Она тебя за полтора месяца укатает, как пахота — рыцарского коня, — заметил Риан, усмехаясь.       Дорса пришлось подождать у кабинета, он появился через пару десятков минут, и вид у бедного главы был таким, что краше в гроб кладут, сразу видно — общение с малефиками даром не прошло. Вернее, оно все еще длилось и, похоже, только набирало обороты. Риан мысленно Дорсу очень, очень посочувствовал. А потом он посочувствовал себе, когда от главы ветви широким потоком плеснуло знакомой уже, искристой и мощной силой, от которой мгновенно заломило в паху. Это было странно, как и в тот раз, и выводило из себя.       — Входите, — поздоровавшись, устало пригласил Дорс. Очутившись в кабинете, сел на край стола, принялся разминать пальцы.       — Что случилось, рассказывай, Риан? — он безошибочно выделил среди троих того, с кем сейчас придется иметь дело.       — Пока еще ничего, — Риан выдохнул, ощутив, как схлынула волна чужой силы. — Но нам бы очень хотелось, чтобы случилось. Вот этого юношу, — он положил ладонь на плечо Морни, — мы хотели бы видеть членом нашей семьи. Но только не из рыжей ветви.       Подобное предложение поставило Дорса в тупик — по его лицу было видно.       — Придя в ветвь — становятся её частью, — осторожно заметил он.       — Верно. Поэтому черноволосые и среброволосые отпадают. И земледельческая тоже, — безмятежно улыбнулся Риан, стараясь не скрипеть зубами и не придерживать рукой все, что так не вовремя решило отреагировать на всплески чужой магии.       — Златоволосые? — правильно понял Дорс. — Но... Ладно, я подумаю, но не уверен, что что-то выйдет. Никто из той ветви не возьмется присматривать за вашим другом положенное время.       — Присмотрим мы с Эрсом. Вроде бы, Эрс с присмотром за мной справился без нареканий? В Шаэссаре мы на хорошем счету, даже учитывая нашу ветвь. А уж от еще одного златоволосого, которых там в последнее время чуть ли не полветви ошивается, точно проблем не будет.       — Это долго объяснять, — Дорс устало потер лицо, затихшая было магия снова плеснула, мощно, ровно, будто морская волна. — Никогда в ветвь не принимали по рекомендации чужих. Но я действительно погляжу, что можно сделать.       Наверное, только его усталостью объяснялось, что он, ничего не заметив, потянулся потрепать Риана по плечу — чисто успокаивающий и ободряющий жест. И все равно полукровка вздрогнул, словно от удара, чуть заметно согнулся, длинно и беззвучно выдыхая.       — Вы бы... отдохнули, Дорс... И вам, и окружающим легче будет.       Тот сначала не понял, а когда сообразил — коротко зашипел, похоже злясь на самого себя.       — Благодарю. Можете идти, я сообщу, как только что-то узнаю.       Риан кивнул, и они ушли, уводя Морни, переводящего недоумевающий взгляд с одного рыжего на другого.       — Что случилось? — едва только кабинет главы ветви остался за поворотом, негромко поинтересовался юноша.       Риан перевел дух и почти спокойно усмехнулся:       — У меня на нашего главу странная реакция.       — Какая? — Эрс витал в облаках, думая о семье, и потому не разобрался, что случилось.       — Та, которая мне не по душе, — отмахнулся Риан.       Морни ничего не понял, но тактично расспрашивать не стал, Эрс как-то забыл за общением с семьей и вспомнил только к вечеру, когда они остались одни в просто, но уютно обставленной гостевой комнате. Основная часть уюта, с точки зрения рыжих, приходилась на весьма внушительных размеров кровать.       — Риан? Так что у тебя с Дорсом не так? — позвал он, вытягиваясь во весь рост: спину слегка ломило, перекатал на плечах всю мелкоту и сестренку заодно.       — Да все в порядке, пока он свою силу контролирует, — устало вздохнул тот: его после беседы с главой выловил Райл, и они чуть не до драки сцепились на почве Риановых наработок в лекарских заклятьях. — Давай, я тебе плечи разомну, лучик. А то завтра будешь страдать.       — А когда не контролирует? — Эрс охотно перевернулся на живот, радуясь, что после мытья все равно не надел рубаху.       — А когда не контролирует, я... — Риан прикусил губу, пытаясь сформулировать, пока разминал мужу плечи и хрустел спиной под аккомпанемент обезболивающего и расслабляющего зажатые мышцы заклятий. — Мое тело его хочет.       Он ожидал какой-то реакции, но тихо постанывающий от удовольствия Эрс даже не возмутился, только предположил:       — Наверное, что-то ваше, магическое... Райла спроси, может подскажет. И, почему меня не попросил помочь?       — Потому что тебя ждала Эльна, а я справился почти сразу. Это ведь не настоящее желание, а как... ну, как у тех, кто привык к заклятию сонных грез. Я на его магию «подсел» еще тогда, когда он меня ею откачивал после встречи с Диром, помнишь?       Эрс помнил. И сравнение понимал.       — Надо будет ему об этом сказать, чтобы аккуратней был, — решил он. — Риан, не держи такое в себе, хорошо? Никого в ветви ты не шокируешь, а неприятных ситуаций избежишь.       — Так я ему и сказал. Он, кажется, понял, — Риан фыркнул и наклонился, лизнул его в плечо и слегка прикусил кожу под ухом.       — Ну и ладно тогда, — Эрс довольно заурчал.       Риан потерся об него, возбуждаясь уже от одного этого переливчатого урчания.       — Хочу тебя, — шепот коснулся уха Эрса вместе с его губами. — Придумай что-нибудь, а?       — Придумать... — Эрс помедлил, потом осторожно повернулся, заставляя Риана скатиться на постель, и сел. — Подождешь тогда немного?       Тот заинтриговано приподнял бровь и кивнул:       — Подожду, конечно.       Ждать пришлось недолго — куда бы ни ушел Эрс, это явно было где-то в доме. Зато улыбка у него, когда он вернулся, неся какой-то сверток, была самая что ни есть заговорщическая. Риан, успевший раздеться и укутаться в покрывало, заинтересованно повел ушами, чуть сощурился, наблюдая за тем, как Эрс кладет сверток на край постели и раздевается.       — А что там? — голос от предвкушения чего-то необычного словно немного сел.       — Посмотри сам? — предложил Эрс, гадая, поймет ли Риан назначение части вещей.       Долго просить не пришлось — любопытство Риана родилось раньше него, как говорили в Морвике. Он тут же развернул сверток, заинтригованно оглядывая нечто, похожее на странные бусы из каменных шаров, закрепленных на расстоянии один от другого, да еще и разного размера, от маленького, с вишню, до довольно крупного, со среднее яблоко. На конце шнура было плоское колечко с несколькими рунами, и Риан тронул ту, что активировала заинтересовавший его артефакт.       Шар под рукой потеплел, что наводило на определенные мысли.       — Не торопись, — Эрс сел рядом, выудил из свертка флакончик — в его содержимом Риан был вполне уверен, потому даже не посмотрел. Еще там лежали две игрушки, вроде той, что сделал Эрс, побольше и поменьше, но с ними-то все было ясно.       — Побудешь сверху? — Риан провел по его щеке ладонью, чуть учащенно дыша. Покрывало над пахом натягивалось, как палатка, но он даже не сделал попытки свести колени — не стыдился свидетельства того, что хочет мужа.       — Если это будет во мне, — Эрс взял меньшую игрушку, положил рядом с флаконом и встал, повернувшись к Риану спиной. И без слов было ясно, что требовалось делать — Эрс еще и нагнулся, едва-едва, прогнулся скорее — но выглядело это так, что Риан сглотнул.       Чувствуя себя по меньшей мере самым жадным из эльфов, он протянул чуть подрагивающие от желания коснуться сразу и всего руки, оглаживая бедра, мускулистые ягодицы, сжимая их пальцами и разводя. Потом, вспомнив кое-что, наклонился и лизнул. Конечно, дразнился — самую капельку. Наверное и Эрс дразнился — обещал ведь вести, а сам наклонился, упираясь руками в колени, подставляясь бесстыдно, лишь бы продлить ласку.       Риан, заводясь с каждой секундой все больше, ласкал его языком так, словно это было мечтой всей его жизни. Потом к языку присоединились пальцы, растягивая, открывая еще сильнее. Не отрываясь, Риан нашарил флакон с маслом, хотя не сильно-то оно и было уже нужно, но то если бы он собирался ограничиться пальцами. А он не собирался.       — Не... увлекайся, — все-таки сумел выдохнуть Эрс, хотя сам уже пытался качнуться, толкнуться навстречу легко вошедшим внутрь пальцам. Они почти тут же ушли, оставив скользкую пустоту — он невольно поежился от этого привычного, но не самого лучшего ощущения.       — Не могу, — простонал Риан. — Ты меня... увлекаешь.       Пустоту быстро заполнила выбранная Эрсом игрушка, смазанная маслом. Риан уже давно прекрасно знал, как стоит ею двигать, чтобы не вызвать слишком быструю и бурную реакцию, держа любимого на самой грани.       — Слишком... — Эрс не выдержал мерного движения, дернулся навстречу, понимая, что иначе все затянется, и он не сумеет в должной мере уделить внимания Риану. Тот придушенно взвыл, будто это он сейчас был в Эрсе, а не игрушка.       — Лучик! Пожалуйста!       Остановиться сейчас у Эрса уже не вышло бы. Пришлось обхватить себя рукой, провести раз, другой — пока семя не брызнуло на пол, а он сам не замер, тяжело дыша.       — Не... не вынимай.       Риана уже просто трясло, он застонал, уткнувшись лбом в бедро мужа. Но упорно не касался себя сам — хотелось, чтобы это сделал Эрс. Что угодно — сейчас ему хватило бы одного прикосновения.       — Хочу тебя... хочу, Эрс, любимый, пожалуйста.       Пальцы прошлись вовсе не по налитой кровью плоти. По спине, медленно, пересчитывая позвонки, пока не коснулись копчика, внезапно резко надавив и скользнув ниже, в ямочку под ним. Риана выгнуло так, что он коснулся макушкой постели, с хриплым воем забрызгивая и Эрса, и покрывало, и пол. Его оглушило и почти размазало, вышибая из реальности.       В себя привело влажное касание — Эрс осторожно вытирал немногие попавшие на кожу капли.       — Я на тебя даже ругаться не буду, — пообещал он, когда Риан открыл глаза.       — За что на меня ругаться? — не понял тот, все еще во власти отголосков испытанного удовольствия.       — «Во мне», а не «доведешь меня ею», — Эрс лег рядом, поцеловал в ухо, пока еще просто положив ладонь на бок, давая отдохнуть и прийти в себя.       — Прости, не рассчитал, — покаянно потерся носом о его нос Риан, повернув голову. — Очень уж соскучился по тебе, мы же почти неделю не оставались вдвоем.       — Зато теперь месяц буду учить тебя всему, что нужно знать рыжему, — пообещал Эрс, улыбнувшись этой почти детской ласке.       — Ум-м-м, уже предвкушаю, — Риан поерзал, придвигаясь ближе, притираясь к нему, всем собой намекая на то, что он уже отдохнул. Совсем-совсем отдохнул.       Эрс тут же сообщил, что уже готов учить: втиснул колено между бедер супруга, одновременно подтаскивая его повыше, чтобы проще было дотянуться рукой. Потянулся, нашаривая нужное, и вместо пальцев первым толкнулся тот шарик, самый маленький, скользкий от масла.       Риан уперся в постель пятками, приподнимая и широко разводя бедра. Вцепился пальцами в простыни и умоляюще посмотрел на, кажется, решившего ему отомстить Эрса. Хотелось больше, всего и сразу. Сейчас, немедленно. И он получил, что хотел: следующие два шарика вошли разом, без перерыва — Эрс знал, что можно делать без особой подготовки.       — Еще, — хрипло, задыхаясь, попросил Риан. Вид сосредоточенного, словно во время боя, Эрса сводил его с ума. Ну, и совершенно не поддающееся контролю желание — тоже.       Следующий шар — сначала мягко, то усиливая, то ослабляя нажим, пока мышцы не поддались, пропуская его. Эрс помассировал пальцами, взялся за еще один — уже более приличных размеров. С каждым последующим он тянул дольше и дольше, понимая, что, поторопившись, может сделать больно. Пусть он и не боялся этого так, как Риан, но причинять боль все равно не хотел — не любимому, ни в коем случае. А что тот так умоляет продолжать — так это не боль...       Последний шар медленно-медленно вошел внутрь. Эрс, будто издеваясь, потянул его обратно, снова втолкнул, вытащил наполовину, и коснулся руны на колечке, активируя вторую часть заклятья.       Вот теперь Риан закричал, сходя с ума по-настоящему, разум просто отказывался функционировать, когда на него обрушилась целая лавина ощущений. Полукровка выгнулся, не понимая, чего хочет сам — уйти от них или чтобы продолжались. Вцепился в пойманную вслепую ладонь Эрса, заметался по постели, перепутывая волосы — слабо заплетенная на ночь коса распустилась. Когда придавило тяжестью чужого тела — стало и вовсе невмоготу. Внутри все дрожало, и внятно описать ощущение он потом так и не смог. А уж когда Эрс довольно резко потянул, вытаскивая все шары разом, один за одним...       Взрыв? Да нет, никакой взрыв, никакой фейерверк не смог бы сравниться с тем, что он испытал в этот момент. Однако это даже не был еще оргазм — только его преддверие. И он выхрипел свое «Хочу, лучик, возьми!», понимая, что одного только Эрса сейчас будет преступно мало. Понял это и Эрс, поэтому в сжимающееся и пульсирующее тело вошли прижатые друг к другу живая плоть и теплая от заклятья игрушка.       Наверное, вышло даже многовато — меньшая так и была в нем, пришлось подхватить вторую, большую, но Риан сейчас принял это с долгим стоном, готовый ко всему. Разве только не к тому, что игрушка тоже задрожала, а Эрс, поудобней упершись, толкнулся в первый раз.       Сил у Риана уже не хватало, он только мотал головой по постели, беспомощно царапая пальцами простыни, да хрипло, безостановочно стонал. Потом и вовсе, замолчал, обмяк, только крупно вздрагивал на каждый толчок, хватая воздух пересохшим ртом.       Надолго Эрса не хватило: он и на своей игрушке заклятье активировал, о чем почти пожалел — слишком давно такое не использовал. Дрожь внутри, дрожь снаружи, в горячем, сжимающемся теле под ним... Он просто рухнул, придавив Риана, напряженный, мелко подрагивающий.       Из-за этих игрушек оргазм длился дольше, накатывал волна за волной, пока не выпил из них обоих все силы. И хвала тому, кто накладывал заклятья на развлекалочки для рыжих — они сами деактивировались. Но пошевелиться, чтобы хотя бы вытащить их, оба эльфа смогли еще очень нескоро.