Одна доза на двоих

Капли дождя громко барабанили по крыше машины, нарушая мой сон. Я попыталась раскрыть глаза и взвизгнула, увидев перед своим лицом парня, лицо которого было прикрыто банданой. Он резко прижал ладонь к моему рту и придавил своим телом, вынуждая меня задыхаться. Я забилась в истерике, не понимая, что происходит, и попыталась вырваться, как голос этого парня зашипел: — Тише ты, это я, — он все еще не убрал ладонь с моего рта, но я тут же успокоилась, когда вгляделась в глаза парня. Черт тебя раздери, Бибер. Какого хрена так пугать? Что ты нацепил себе на лицо? Парень, все еще не разжимая ладонь, привстал и выглянул в затонированное окно машины. Я только сейчас поняла, что лежу на полу, согнув ноги, а Бибер сидит сверху, едва выглядывая в окно и пытаясь что-то рассмотреть там. Я поняла, что на улице еще глубокая ночь, так как не смотря на темные окна машины, за ними была темнота, освещаемая только фонарями. Я оторвала руку Джастина от своего лица, пытаясь приподняться, и когда мне это удалось, я тихо спросила: — Что происходит? — мой голос срывался, и мне пришлось откашляться, а Бибер тут же снова прижал ладонь к моему рту, свободной рукой прислоняя указательный палец к своим губам, тем самым говоря мне, чтобы я замолкла. Да что, черт возьми, происходит? Джастин аккуратно поднимается, слезая с меня, и убирает руку от моего рта, шепча: — Объясню потом, когда они уйдут. — Кто уйдет? — шепчу я, подражая тону Бибера. — Вуд, мать твою, сказал же что объясню позже, — срывается, брызжа слюной. Я притихла, смиряя парня уничтожающим взглядом и наблюдая, как он аккуратно перелезает на переднее сиденье, пытаясь не создавать шума. Он полез в бардачек, доставая оттуда пистолет. Я не удивилась, честно говоря. Джастин снова выглянул в окно, а потом резко пригнулся, прикрывая глаза. Я вдруг услышала шаги неподалеку от машины и прислушалась, пытаясь разобрать, что говорят те люди. — Они заезжали сюда, я видел, — говорил молодой голос, затем послышалась перезарядка оружия. Я округлила глаза, понимая, что по-видимому, речь идет о нас. — Если мы не найдем их, босс нас пристрелит. Ты ведь знаешь, что Бибер работает на компанию Макмиллана? — спрашивает второй парень. Я затаила дыхание, боясь, что нас обнаружат, но Джастин внушает уверенность. — Эта информация была опровергнута, — ответил второй. Шаги отдалялись, значит, мужчины уходили. — И ты веришь этому? Зачем Биберу терять дополнительную связь? — Он сам одна большая связь. Дальше я уже не смогла расслышать разговор, так как мужчины или же парни, судя по их молодым голосам, удалились. Джастин расслабленно выдохнул, убирая оружие обратно в бардачек и выпрямляясь на сиденье. — Ну и что это было? — изогнув брови, спросила я, садясь на сиденье и скрещивая руки на груди. Бибер снял бандану с лица и откашлялся, поворачиваясь ко мне. — Подставные. Им было велено выследить нас, — спокойно ответил Бибер, открывая окно и выглядывая на улицу. — Зачем? — удивленно хлопаю глазами, действительно не понимая, зачем кому-то нужно выслеживать нас. — Затем, Вуд, чтобы мы не создавали препятствий, — устало выдыхает парень, вставляя ключ в зажигание. — Это каких же препятствий? Мы что, мафия? — наигранно удивилась я, наклоняясь вперед. — И как ты вообще узнал, что за нами следят? Бибер усмехнулся, наблюдая за мной в зеркало заднего вида. — А ты бы не удивилась, если бы на протяжении часа за тобой ехала машина? — спрашивает с улыбкой. — Нет, — фыркнула я, изогнув одну бровь, — Может людям тоже по пути со мной. — Джастин закатил глаза, прикрывая рукой. — Я всегда знал, что ты глупая, — усмехнулся шатен, выезжая, наконец, с проулка, где мы были. Взглянув на часы, что были на приборной панели, я удивилась, что время пролетело так быстро. Уже было около шести утра. — Во сколько мы будем в Нью-Йорке? — поинтересовалась я, зевая. Я не выспалась, а всему виной Бибер и дождь, что стучал каплями по стеклу и крыше. — Около восьми. Всю остальную дорогу мы ехали почти молча. Лишь изредка перекидывались незначительными фразами. В основном это была я, надоедая Джастину незатейлевыми вопросами, вроде: «Что мы будем там делать?» «Когда мы обратно?» и так далее. В конце концов я настолько его взбесила, что он резко затормозил, и я чуть не вылетела вперед. И этот его строгий, внушающий опасность голос: — Если ты сейчас же не заткнешься, я высажу тебя прямо здесь. Действовало безотказно. В итоге, когда за окном я увидела приближающиеся небоскребы, Джастин притормозил у обочины и стал набирать номер на телефоне. — Стив, мы на въезде в Нью-Йорк, что дальше? Он не знает, что делать дальше? Я изумилась этому, ведь обычно Бибер всегда все делал сам, а тут ему дают наставления. — Бейкер-стрит? Понял, скоро будем там, — отложил телефон, вводя в навигаторе нужную улицу. — Почему ты не свяжешься напрямую с поставщиком? — задала я на данный момент больше всего интересующий меня вопрос. Джастин помедлил с ответом, а потом развернулся ко мне с хитрой улыбкой. — Что-то ты стала задавать слишком много вопросов, Вуд, — и снова отвернулся, выезжая на дорогу. Я рыкнула от злости, скрещивая руки на груди, от чего Бибер усмехнулся. Больше вопросов я не задавала, но мне было интересно узнать, кто поставщик, и почему Джастин не связывается сразу с ним. Это было, по крайней мере странно. Мое предчуствие как всегда забило тревогу, но я не подала виду, что волнуюсь, ибо Бибер как всегда начнет издеваться, называя меня трусихой и параноиком. К черту его. Бейкер-стрит была узкой улочкой, и не удивительно. Я вообще не удивлюсь, если все наркодиллеры этого города торгуют наркотой именно здесь. Улица находилась почти в другом конце города, и когда мы подъехали туда, часы показывали половину девятого утра. Казалось, здесь вообще не бывает людей, будто улица заброшена, и я поежилась от неприятных мыслей, вроде тех, будто здесь происходили сотни убийств. И не удивлюсь, если жертв не находили, ибо эта улица совсем не живая. Типичный проулок Нью-Йорка. Джастин сидел молча, всматриваясь вперед и чего-то, точнее кого-то ожидая, а я же не могла усидеть на месте, ерзая на сиденье. В конце концов мне это осточертело, и я наклонилась вперед, дергая Джастина за плечо. — Дай сигарету, не могу сидеть на месте, — чувствую, как руки начали мерзнуть. Джастин хмыкнул. Я услышала, как он открыл дверцу машины и вышел на улицу. Я последовала его примеру, захлопывая за собой дверцу. Погода в Нью-Йорке значительно отличалась от погоды в Чикаго. Здесь было намного холоднее, хотя города были не слишком далеко друг от друга. Джастин достал пачку сигарет из куртки и протянул мне, затем достал и себе, подкуривая. Я оперлась спиной на машину и жадно затянулась, чувствуя, как мышцы расслабляются от едкого дыма. Мы стояли молча, ожидая не понятно чего. Я курила свою сигарету, рассматривая руки Бибера и то, как он выпускает молочный дым. И все бы хорошо, но вот только внезапно из дальнего угла с громкими сиренами вылетели две полицейских машины, направляясь в нашу сторону. Бибер так и застыл, не донеся сигарету до рта. Я замерла, ничерта не понимая, а когда до меня дошло, что полиция едет в нашу сторону на бешеной скорости, я дернулась. — Что за…? — Джастин в упор смотрел, как машины несутся к нам, не сбавляя скорости, а затем вдруг резко выбросил сигарету. — В машину! Быстро! — закричал, резко открывая дверцу и моментально садясь на сиденье, заводя мотор. Я быстро смекнула, вваливаясь в автомобиль и пристегивая ремень. — Какого, мать твою, черта? — заорал Бибер, выворачивая руль. Нам совсем не играло на руку то, что улочка была слишком узкой. Машине было сложно развернуться, но Бибер смог это сделать, когда полиция была уже у нас на хвосте. Выезжая на бульвар, Бибер с силой надавил на газ, выравнивая машину и быстро объезжая остальные автомобили. Полиция приказывала нам остановиться, но Джастин не слушал их, давя на газ все сильнее. Стрелка спидометра перевалила уже за сотню миль в час, но полиция догоняла. Я почувствовала себя героиней крутого боевика с погонями и перестрелками, но это отнюдь не радовало меня. За нами едет полиция и это не просто так. До меня вдруг доходит: нас подставили. И, кажется, Бибер тоже это понимает. Он одной рукой пытается достать из кармана телефон, и когда ему это удается, он набирает номер, не забывая посматривать на дрогу. Включил громкую связь. — Стив! За нами полиция! — начинает кричать Джастин, сильнее сжимая руль и нервно облизывая губы. — Что? Какого черта ты натворил? — Мы ждали поставщика десять минут, но он так и не приехал, а потом появилась полиция, и теперь мы в полной заднице, — нервно усмехается, посматривая в зеркало заднего вида. Я была в панике. Никогда в жизни не убегала от копов, хоть вся моя жизнь и была связана с наркотиками и прочим, но до крайностей не доходило. Не хочу за решетку по вине какого-то ублюдка, что подставил нас с наркотой. — Уматывайте ноги оттуда! — Что, серьезно? — наигранно удивился Бибер, подавляя нервную усмешку. Я видела, что он напуган, и не меньше меня, но старался оставаться серьезным, что выходило у него из рук вон плохо. — Уезжайте из города, — говорит Стив на том конце провода. — Ну уж нет. Я найду О’Брайена и выпотрошу все его кишки за такие игры. Не на того напал. — Бибер, я сказал, уезжайте из города, пока вас не поймали! — Стив начинает нервничать, я чувствую это даже через сотовую связь. — Веселенькая поездочка. Я, блять, не просто так потратил несколько сотен баксов на бензин, — на лице Бибера остается нервная усмешка. Он лавирует между машинами, игнорируя сирены полиции. — Ты серьезно? Тебя вот-вот поймают легавые, а тебя волнует бензин? Да ты, черт возьми, идиот! — Стив злится. — Спасибо за помощь, напарник, — язвительно кидает Джастин и отклоняет вызов. Затем поворачивается ко мне с широкой игривой улыбкой. — Ну что, прокатимся с ветерком? — облизывает губы и устремляет взор вперед. Я могла представить, как мои глаза буквально полезли на лоб от заявления Бибера. Крепко вцепившись в дверную ручку, чтобы ненароком не удариться, я вжалась в сиденье, глотая слюну. Да-а, поездочка действительно веселая. С Бибером ничего не может быть хорошо, это я поняла сразу, как только познакомилась с ним. Будь проклят тот день. Мы съехали с главного шоссе и теперь мчались по узким улицами, обгоняя некоторые машины. — Е-ху! Вот это я понимаю адреналин! — весело кричал Джастин, одной рукой держа руль, а второй постукивая по колену. — Ты, должно быть, шутишь, — нервно усмехаюсь я, посматривая назад, проверяя, не оторвались ли мы от полиции. — Вовсе нет. Давно я так не веселился. Мы вновь выехали на автостраду, и впереди я увидела мост. Придурок-Бибер включил на всю громкость музыку, подпевая какой-то незнакомой мне песне. Идиот, что я еще могу сказать. У нас на хвосте копы, а он песенки распевает, да еще и пританцовывает. Потом он открыл окно и высунулся на улицу, и я услышала его крик: — Черта с два вы поймаете меня! — и показал фак. Типичный Бибер. Когда его жизнь и свобода стоят на грани краха, он веселится. Мы все ближе подъезжаем к мосту, и тут Бибер заявляет: — Сейчас будем прыгать. — Что? — взвизгнула я, надеясь, что он шутит. — Что непонятного я сказал, Вуд? — поворачивается ко мне с наглой ухмылкой, а я чувствую острое желание заехать ему по его довольной морде. — Куда прыгать? — я чувствую, как внутри меня разгорается паника. — В воду конечно! — само собой разумеющимся тоном говорит шатен. — Я не готова, — пищу, крепче сжимая ручку дверцы, будто она может спасти меня от всего. — А когда ты будешь готова? Когда будешь сидеть за решеткой? — снова усмехается. — На счет три, — дает наставление, и я чувствую, как сердце падает куда-то вниз от страха. — Раз, — замедляет движение машины, — Два-а — тянет, открывая дверь со своей стороны, подъезжая к краю моста, но не останавливается, — Три! — Машина ломает железное ограждение, и я чувствую, как мы стремительно летим вниз. — Прыгай! — срывая голос, кричит Бибер, выпрыгивая из машины. Быстро открываю дверь кадиллака и тут же оказываюсь в ледяной воде. Уж чего бы я хотела в последнюю очередь, так это искупаться. Я убью тебя, Бибер. Как только окажусь на берегу, оторву твою прекрасную голову.