Одна доза на двоих

Что я могу сказать об этом доме? Ничего особенного в нем нет: всё слишком просто, но обставлено со вкусом. Обычные картины, обычные диваны и столы, обычная кухня, маленькая, но вместительная гостиная, где я и увидела рассевшегося на кресле Бибера со стаканом алкоголя в руке. Странно, что он не спал. — Ну, наконец-то, Вуд, я уже думал, ты умерла, — спокойным тихим тоном проблеял Джастин, поднимая глаза на меня. Его руки были расслаблены, и мое внимание привлекли его синие вены на его руках. Я переминалась с ноги на ногу, будто маленькая девочка, не уверенная в себе. — Даже после моей смерти ты не избавишься от меня. Я буду преследовать тебя в твоих кошмарах, — усмехнулась я, обретя уверенность в себе и подходя ближе к креслу, где он сидел. Заглянув в его глаза, мне было интересно узнать, о чём он сейчас думал, глядя на меня своими карими глазами. Но выражение его лица оставалось непроницаемым, из-за чего я не могла прочесть ни одной мысли на его скульптурном личике. Он оставался холоден. Он умел прятать свои мысли глубоко под своей маской безразличия. А, может быть, это была и вовсе не маска. Скорее всего, это было абсолютное безразличие, несравнимое ни с какой другой эмоцией. Он одним глотком допил алкоголь в стакане и медленно встал с кресла, не отрывая от меня взгляда. Я бы могла сказать, что он злится, если бы не знала его. Он не злился. Он начинал раздражаться, и это сулило неприятности для меня, но мне было плевать. Если бы даже он меня оттрахал прямо сейчас, я бы не переставала им восхищаться. Его зрачки были настолько расширены, что почти не видно радужку. Не удивлюсь, если у меня такие же. Он нахально улыбнулся, после чего медленно подошёл ко мне, беря меня за подбородок и поворачивая голову в бок. Я не смела ни слова сказать, ожидая, что он будет делать. — Вуд,— протянул, — Ты знаешь, что ты чертовски сексуальна? — его хриплый голос был чарующим. Он творил со мной такие неземные вещи, что у меня подгибались ноги и начинали дрожать руки. Он был чёртовым джинном, который мог исполнить любое мое желание, но, к сожалению, не собирался этого делать. — Знаю, — самодовольно протянула я, делая еще шаг к Джастину, — и пользуюсь этим, — наркотик вдруг снова ударил в голову, от чего она закружилась, а живот скрутило от возбуждения. Джастин усмехнулся, отставляя пустой стакан на кофейный столик возле камина. Он был на голову выше меня, и мне пришлось поднять свою голову, чтобы заглянуть ему в глаза. — Заткнись, если не хочешь быть оттраханной на полу, ясно? Я все поняла. Он возбудился. Но просто так я не сдамся. Он хочет что-то сказать мне, но пока видит, что в моих глазах сверкает блеск возбуждения, не может сосредоточиться на своих мыслях, поэтому я отступаю. Киваю, продолжая слушать его. — Мы едем на очень ответственное задание, и ты едешь со мной, понятно, надеюсь? — теперь его тон был холодным, как это было всегда. Джастин сам был словно кусок льда, но я к этому уже успела привыкнуть, пока работаю с ним. — Эй, — я делаю контрольный шаг к нему, от чего его зрачки еще больше расширяются. Протягиваю руку к его щеке и мягко провожу костяшками пальцев по его скуле. Он напряжён. И мне это не нравится. — расслабься. Я поняла. Когда мы отправляемся? — Завтра на рассвете, а пока можешь отдохнуть, потому что там отдыхать будет некогда, — чопорно отвечает он, после чего отстраняется и вновь садится на кресло, будто меня тут нет. Я не удивлена. Это Бибер. Стараюсь быть как можно незаметней, поэтому спешу на второй этаж, где расположена одна из спален. Все в белых тонах, и, если честно, это режет мне глаза, но я не обращаю внимания и валюсь на кровать, закрывая глаза, чтобы поскорее уснуть, а проснуться, желательно, в следующем году, когда моя жизнь изменится. И тут я понимаю, что ни хрена она не изменится. Я пожизненно останусь во власти Бибера, который будет потакать мной, как пожелает. А мне некуда деваться. На следующее утро меня будят слишком громкие голоса откуда-то снизу, и я понимаю, что в доме кто-то есть. Джастин с кем-то разговаривает, но, хочу отметить, что разговаривает он не слишком дружелюбно, хотя если взять в расчёт характер Джастина, то это не удивительно. Голова раскалывается. Будто я вчера слишком сильно напилась алкоголя, но на самом деле она болит не от этого. Во рту стало резко сухо, и я даже закашлялась, не пытаясь прислушаться к ругани внизу, а потом всё же попыталась встать с кровати. Я заснула в одежде. Интересно, с кем же ругается Бибер? Снизу очень отчётливо слышались мужские голоса, и я попыталась прислушаться к сути разговора, если его можно назвать таковым. — У тебя есть неделя, чтобы довезти товар до места назначения, — говорил незнакомый голос явно не с недружелюбными намерениями, от чего по моей коже невольно расползлись мурашки. — И мне плевать, как ты это сделаешь. Я знаю, на какие кнопки надавить, Бибер, будь уверен, — продолжал вещать голос, а потом послышался громкий хлопок двери и тишина. Я вздрогнула, когда послышался звон стекла, и встала с кровати, намереваясь спуститься вниз и всё разузнать. Надев сверху теплую кофту, я тихонько спустилась по лестнице вниз, где в гостиной на том же кресле возле не разожжённого камина сидел Джастин, и в руках его снова был бокал с алкоголем, а рядом с креслом мокрое пятно и осколки от разбитого стакана. — Не рановато ли ты пьешь? — поинтересовалась я, натягивая кофту на ягодицы и подходя ближе. Я чувствовала себя в этом доме как в своем, не смотря на то, что была использована здесь неоднократно. В прямом смысле. Джастин медленно поднимает на меня взгляд и смотрит так, будто я пустое место. — Заткнись, Вуд, — но его голос был тихим, не подразумевающим ничего плохого, и я даже не вздрогнула, подходя еще ближе, почти впритык. — Эй, всё в порядке? Я слышала, здесь кто-то был, — постаралась я сгладить его настроение. Мягко присела на его колени, забирая из рук стакан и отставляя его на столик, и обвила руками его шею, щуря глаза. Он как-то странно на меня посмотрел. И мне это не понравилось. Он был рассержен. — Вуд, — протянул на свой любимый манер. — Мы отправляемся в долгое путешествие, поэтому не порть мне еще больше настроение, а? — но при этом холодном голосе его рука заскользила по моей ноге. Он наклонил голову в бок, щуря глаза и облизывая губы, а потом резко спихнул меня со своих коленей и встал, убирая руки в карманы. — Это будет слишком опасно, поэтому будь осторожна со мной. — Я тебя не боюсь, — я облизала верхнюю губу, стараясь придать безразличный вид, но видимо у меня это вышло из рук вон плохо. Бибер в два шага преодолел расстояние между нами и обхватил одной рукой мою талию, наклоняясь и шепча мне на ухо: — Ох, Вуд, ты даже не представляешь, что тебя ждёт. Чёрт, я готова была расплавиться от этого одновременно пламенного и ледяного голоса. Лёд и пламя. Айсберг и кратер. Огонь и вода. А его глаза были сейчас такими пугающими. Если бы я верила во всякую нечисть, я бы подумала, что он вампир. Он смотрел мне в глаза так проницательно, что хотелось отстраниться от него и уйти в другую комнату, но в то же время я не могла этого сделать. Потому что его глаза были морем, в котором я утонула. Чёртовым горячим океаном. — Ты меня не напугаешь, Джастин. Я ничего не боюсь. Он крепче сжал мою талию, тем самым ближе придвигая меня к себе, почти вжимая в свое тело, и выдохнул: — Эй, — смотрит так глубоко, — ты забоишься, когда окажешься у меня в машине. В этот момент подул сильный ветер, сотрясая окна дома, от чего я съежилась, а Бибер усмехнулся, резко отталкивая меня от себя. — Собирай свои вещи. Через час мы будем уже в другом штате.