Наследница Нэвюра: путь в неизвестность

      На следующее утро я проснулась с хорошим настроением, несмотря на хмурую погоду. Противные серые облака висели подозрительно низко, так что пегасы недоверчиво косились на небо, ожидая чего-то мокрого. За ночь волосы отсырели и теперь были влажными, как и шерсть наших лошадей. Солнечные лучи только изредка пробивались сквозь серую марлю приближающейся грозы, но вот её начало ничто не предвещало.       Где-то после полудня я всё-таки смогла увидеть деревушку. Уютные маленькие домики, цветущие сады. Мы спешились, прикрыли крылья пегасов плащами (они нам были пока ни к чему) и ступили на улицу.       Странно, но никто не обратил на путников ни малейшего внимания. Всё занимались своими делами. Ни один ребёнок, играющий поблизости, даже не повернул головы, чтобы посмотреть на приезжих. Это меня удивило больше всего, ведь по рассказам стражников, которые я слышала не раз, дети всегда с восторгом встречают воинов и бегут рядом с конями, размахивая игрушечными шпагами. Мимо промчалась четверка малышей. Какой-то мальчик споткнулся и, не устояв на ногах, шлёпнулся в лужу. Я тут же подбежала к нему и помогла подняться. Ребёнок не поднял на меня глаз, что уж говорить о простом «спасибо», а только отряхнул штанишки и понесся догонять друзей. Хм, воспитание тут определённо хромает. Немного расстроенная поведением своего нового знакомого я вернулась к юношам. Рэн ободряюще улыбнулся. — Это же не дети дворян. На реверансы можешь не рассчитывать, — подмигнул друг. — Давайте лучше найдем трактир, — предложил Фол. — Я был бы не прочь выпить вина и почистить Рокота.       Я поморщилась: с вином у меня последнее время возникают не самые приятные ассоциации. — Неплохая идея. И я даже знаю, куда можно зайти. Здесь как раз пекут замечательные пироги, которыми я бы хотел запастись, — воскликнул друг. — Тогда вперёд. Я уже мечтаю о горячей ванне с кучей пены, — призналась я. — Будет тебе ванна, — рассмеялся Рэн, направляясь куда-то вглубь дворов.        Первое, что бросилось в глаза, было огромное здание, утопающее в цветах и листве. Аромат стоял чудесный. Множество всевозможных запахов, от полевых ромашек до редких незнакомых растений, смешивались в одном волшебном букете и манили своей прелестью. Темное дерево, из которого мастер вырезал великолепные фигуры, радовало глаз. Лесенка с ажурными перилами поднималась на несколько ступенек к двери, а сбоку виднелась дорожка. Кажется, она вела к стойлам. — Я отведу лошадей, а вы пока поинтересуйтесь по поводу свободных комнат, — сообщил Фол, забирая у меня уздечку и гордо удаляясь с нашими лошадьми куда-то за угол.       Мы с Рэном переглянулись и вошли в помещение. Высокий потолок, всё та же резьба по дереву кругом. Да, это заведение мне нравилось намного больше, чем «Полёт сокола», где гостей откровенно пытались напоить. Около изящных столиков с цветастыми скатертями, как раз под стать богатому саду, суетилась хозяйка. Посетителей было достаточно много и, судя по веселым песням, жители что-то праздновали. Мы не стали отвлекать женщину от обязанностей, а просто сели за соседний от праздничного столик и принялись ждать своей очереди. Через несколько минут хозяйка подлетела к нам и, поправив платочек, дружелюбно улыбнулась. — Спасибо за терпение, — кивнула женщина, окидывая нас внимательным взглядом. Она была уже немолодая, но довольно проворная. Только серые глаза потускнели и утратили всякий блеск. — Попробуйте наш пирог. Я сейчас принесу, — предложила хозяйка и тут же исчезла. — А ещё выпейте за хорошие всходы. В этом году будет богатый урожай, — усмехнулся в усы седой мужчина, ставя перед нами две полные до краев кружки. — Как скажете, — весело кивнул Рэн, и незнакомец удалился. — Тебе не кажется, что уже поздно отмечать подобное торжество? — удивилась я. — Может, крестьяне нынче заработались? Вот и не успели вовремя отметить. Это народ своеобразный, — пожал плечами друг. — Думаешь, они наверстывают упущенное? — опешила я. — Всё возможно.       Вскоре вернулась хозяйка. — Угощайтесь, — проворковала женщина, ставя перед нами два больших блюда с благоухающей выпечкой. — Спасибо, — обрадовалась я, но трактирщица была уже далеко. Как только потянулась к вкуснятине, рядом плюхнулся Фол и довольно улыбнулся. — Замечательные стойла. И народ дружелюбный. Мне местный конюх всю свою жизнь успел рассказать, пока я пегасов распрягал, — поведал наездник. — И даже не удивился, кого ты привёл? — сощурился Рэн. — Нет, он был слишком занят собственными проблемами, — развёл руками учитель.       Угощение исчезло со стола за считанные минуты. Я удовлетворённо облизнулась. Манеры манерами, но готовить здесь точно умеют, а это большой плюс. — Действительно, замечательные пироги, — оценил Фол, когда песни пошли по второму кругу.       К нам снова подскочила трактирщица. — Спасибо за терпение, — кивнула женщина. — Попробуйте наш пирог. Я сейчас принесу, — и с этими словами хозяйка удалилась. — Заработалась, что ли... — покачал головой Рэн. — А ещё выпейте за хорошие всходы. В этом году будет богатый урожай, — мужчина поставил перед нами ещё две кружки, совершенно не обращая внимания на то, что за столом людей на одного больше. — Это ведь… Уже было… — я не могла понять, что происходит. — Мужичок явно пьян, а трактирщицы всегда говорят одно и то же, — пожал плечами Фол. — Плюс ко всему, у неё сейчас полно забот, а тут мы нагрянули. Вот и выкручивается. Пирогов дала – все довольны. Умно? Умно. — Откуда ты знаешь? В Парящих Горах что, много кабаков? — поддел юношу Рэн.       Тот лишь сделал вид, будто не услышал. Где-то в глубине души заскреблось сомнение. Не нравилась мне обстановка. Ох, не нравилась. — Рэн, давай уйдем отсюда. Покажешь мне деревню. Может, найдем что интересное или полезное, — умоляюще прошептала я, наклонившись к другу. Он посмотрел на меня ленивым взглядом, потянулся, но кивнул. — Позаботься о ночлеге, Ленфолит, а мы пока прогуляемся, — протянул друг, наблюдая, как хозяйка ставит на стол ещё несколько блюд. — Без проблем, — Фол показал нам большой палец.       Когда я оказалась снаружи, неприятное ощущение меня не покинуло. На душе всё так же скребли чьи-то острые коготки. Шестое чувство? Возможно… Как только Рэн стал моим проводником, сразу же оживился. — И что тебе не сидится на месте? Столько времени на ногах, а всё гулять охота, — усмехнулся друг. — Просто я неугомонная, — подмигнула. — Это не новость, — сообщил юноша.       Мы шагали по живописным улочкам. Дорога тут вилась узенькой тропинкой, да и людей встречалось немного. Все они в основном спешили по делам, а оставшаяся часть, видимо, забрела слишком далеко от трактира и теперь пыталась найти дорогу назад. Пару раз мы пытались заговорить с местными жителями, но они особой общительностью не отличались и даже не здоровались с нами. В итоге, после нескольких минут бездумного и, собственно, бесполезного блуждания, мы вышли на ту самую центральную улицу, по которой въехали в деревню. Краем глаза я заметила, что уже знакомый мне мальчик снова плюхнулся в лужу. Да, не везёт ребёнку сегодня. — Может, поищем кузнеца? У Молнии колечко на упряжи треснуло. Надо бы новое сделать, — задумчиво сказала я. — Хорошо, сейчас спросим. Думаю, у них найдется мастер, — кивнул Рэн.       Но никто нам, конечно же, дорогу не подсказал. Все как будто объявили приезжим бойкот и напрочь отказывались с нами общаться. Кто же поймет этих отшельников? Совсем одичали в глуши что ли? Кузнец в деревне действительно имелся и, судя по товарам, которые красовались на витрине его лавки, мужчина был весьма умелым. Новое кольцо для упряжи даже не пришлось ковать на заказ, я сразу приметила его на одной из полок, как только мы вошли в магазинчик. Рэн попытался спросить у хозяина цену, но тот, как и все в округе, его проигнорировал. Недолго думая, друг просто засунул вещь в карман, и мы вышли вон. — Кажется, ребята не любят чужаков, — развела руками я. — Раньше было по-другому, — нахмурился «фантом». — Не помню, чтобы здесь было так уныло… — Со временем всё меняется, — пожала плечами я.       Домики тянулись бесконечной чередой. Мы несколько раз повернули и оказались на пути к трактиру, который виднелся вдалеке неясным силуэтом. Деревня, надо отдать ей должное, была действительно большая. Навстречу бодрой походкой приближался Фол. Юноша выглядел весьма озабоченно и даже как-то разочарованно. — Со мной отказались сотрудничать. Ни слова. Трактирщица только опять поблагодарила за терпение и поставила на стол пироги. Я, кстати, спрятал парочку в ваши магические коробочки, — сообщил всадник. — Не одного тебя оставили без внимания, — успокоила я собеседника. — Про комнаты хоть выяснил что-нибудь? — с надеждой поинтересовался Рэн. — Неужели фразу «со мной отказались сотрудничать» тебе надо расшифровывать? — раздражённо уточнил Ленфолит. — Разумеется, я ничего не узнал. — Опять что ли под открытым небом ночевать? — вздохнула я. — Почему сразу под открытым? Если нам ничего не говорят, посмотрим самостоятельно, — подмигнул Рэн.       Этот взгляд я хорошо знала. Обычно он появлялся перед какой-нибудь коварной идеей или безумной проделкой, которые часто волновали спокойствие придворных по нашей инициативе. Особенно в детстве. Тогда этот взгляд был обычным делом. Да и забот на порядок меньше существовало. Жаль, что прошло безоблачное время. Но люди же не зря говорят: что не делается, всё к лучшему.       Рэн вошел в трактир спокойной уверенной походкой. Не обращая внимания на спящего ключника (он тут тоже имелся), друг снял с крючка ключ и направился к лестнице. Ничего. Никакой реакции. Насколько я могла судить, песни уже достигли середины репертуара, и останавливаться хор не собирался. Что ж, тем лучше. Я уже начала привыкать, что деньги здесь не в почёте, а, значит, платы с нас не потребуют. Поднявшись на второй этаж трактира, я услышала тишину. Толстые деревянные стены прекрасно изолировали звук. А может, дело в магии? Это не столь важно. Шум, песни и топот нижнего этажа совсем не беспокоили обитателей верхнего яруса. Единственное, что нарушало местный покой – звуки нежной колыбельной, которую мама пела своему малышу. Рэн повертел в руках ключ, окинул нас задумчивым взглядом и почесал затылок. — Так и будем стоять? — поинтересовалась я, вскинув брови, юноша только пожал плечами. — Понятно, — взяла из рук друга предмет и направилась к первой понравившейся двери.       Нет: ключ вошёл в замочную скважину лишь на половину и противно заскрежетал. Я тут же его вытащила и направилась к следующей «жертве». Снова неудача. Идем дальше. Шаги гулко отдавались в коридоре. Колыбельная звучала успокаивающе. Полумрак, царивший на всём верхнем этаже, убаюкивал, и, казалось, окутывал каждый уголок. Складки моего платья тихо шуршали, пальцы скользили по стенам. Я шла от одной двери к другой, пытаясь найти нужную. Есть! Ключ легко вошёл в замок и щелкнул. — Ребята, получилось! — радостно сообщила я, нарушая спокойную атмосферу.       Послышался вздох и колыбельная началась сначала. Ой, кажется, я разбудила малютку. Фол, уже было прислонившийся к стене, чтобы задремать, резко открыл глаза и направился в мою сторону вслед за Рэном. Дверь распахнулась, и моему взору предстала уютная комнатка. Три большие кровати с резными спинками, шкаф, на дверцах которого порхали птицы, столик с ажурными ножками и четыре стула в такой же технике. На окне колыхались невесомые занавески, а на кроватях лежали расшитые вручную покрывала. Всё выглядело очень по-домашнему. — А ты умеешь хватать ключи, — похвалил Рэна всадник, плюхаясь на мягкую перину. — Спорить не буду, — рассмеялся юноша. — И какие у нас планы? — внутри было какое-то опустошение вперемешку со смятением. — Неделя прошла, значит, от погони мы оторвались. Можно ехать дальше, — пожал плечами Рэн, опускаясь на стул. — Гениально! — я закатила глаза. — Куда? Куда ты собираешься ехать? — На поиски водной нимфы, — подсказал Фол. — Да ладно! Вот это неожиданно! Может, расскажешь, где она находится? — вскинула брови я. — Дэна, леди не пристало использовать такую грубую иронию, — скривился Рэн. — Простите, — выдохнула я и, потирая виски, села. — Просто столько всего произошло. Я уже и не знаю, какой дорожкой идти правильно… — Расслабься, вечером попробуем что-нибудь выяснить, — подмигнул друг. — Ты же вроде о пенной ванне мечтала? — спросил меня Фол. — Да… — Ну, так залезай, — юноша открыл передо мной дверь в комнату с благоухающей водой.       Я взвизгнула и тут же закрылась с другой стороны. Зашумела вода, пузырьки взлетали вверх, переливались на свету и лопались с едва слышным хлопком. Пена приятно щекотала кожу, ласкала волосы. Я брала полную ладонь мыла и сдувала его, радуясь красоте полёта. — Мне здесь не нравится, — покачал головой Рэн, косясь на дверь. — И ей тоже, — юноша указал в сторону ванной комнаты. — Почему? Что не так? — удивился Фол, который не замечал вокруг ничего странного. — Ты слишком долго не был в мире людей, — собеседник попытался улыбнуться. — Он стал гораздо более неспокойным, чем тебе кажется. — Уверен? — наездник выглядел задумчивым. — Вполне. Думаешь, мы ищем Ведьму Пустыни по прихоти Её Высочества? Нет, ничего подобного. Наше королевство терроризируют драконы. А посылает их именно она. — Но ведь… — Что? Хочешь сообщить мне, что драконы свободная и неуправляемая раса? — поморщился друг. — Я тоже так думал. Все так считали… А вот оно как оказалось… — Но при чем тут деревня? — продолжал недоумевать Фол. — По людям сразу видно, когда что-то не так. Путников без доспехов жители всегда встречают дружелюбно, а в этот раз нам даже не улыбнулись, — хмыкнул Рэн. — Можно подумать, что ты сам улыбаешься любому встречному, — в тон ему ответил наездник. — Хотя, если честно, меня немного настораживает атмосфера… — Вот! Об этом я и толкую, — обрадовался друг. — О чём толкуешь? — я незаметно оказалась около юнош. — О переживаниях своих рассказывает, — Фол подпёр подбородок кулаком. — Ого, интересная у вас беседа, — улыбнулась я. — Напряжённая, — вздохнул Рэн. — Давайте просто отвлечёмся, — пожала плечами я. — Да, только вот внизу нас ждут гордые жители, которые и бровью не поведут, когда к ним обратишься, — фыркнул Фол, явно недовольный таким отношением.       И бровью не поведут… Внутри зазвенел колокольчик. Что-то такое я уже видела и знаю… Что-то… Не могу вспомнить… — Как будто для развлечений нам нужна их компания, — закатил глаза Рэн. — Хм, это разумно. Тогда пойдемте. Вечер уже наступил, — с этими словами наездник поднялся и вышел прочь.       Недолго думая, мы с Рэном удалились следом. Колыбельная звучала в коридоре, навевая странный, тяжелый сон. Деревушка была всё так же оживлена. Продвигаясь по главной улице, я опять заметила мальчика. И опять он испачкался в той же луже. Что с ним не так? Третий раз за день в одном и том же месте упасть может только… И вдруг меня как будто ударили кувалдой по темечку. Трактирщица говорит одно и то же, песни идут по кругу, на нас не обращают внимания… Я сорвалась с места и кинулась к первому встречному. — Дэна, погоди! Ты куда?! — голос Рэна эхом прокатился по пустоте в моих ушах.