Наследница Нэвюра: путь в неизвестность

      Через мгновение я тоже оставила вечерний мир за чертой входа. Ласточка на шее вспыхнула. По стенам разлился мягкий белый свет. Через несколько минут зажёгся и кулон Рэна. Туннель, в котором мы стояли, действительно уходил в глубину. Гладкие склоны явно хранили в себе следы магии. Иначе как объяснить руны и переплетённые в арки корни, украшающие свод. Но это виднелось немного впереди, а над нами высился грубый потолок и усыпанный камнями свод, оставленный без должного внимания. Сияние «священного дома» делало интерьер необычным, даже сказочным. Глубина затягивала, и ноги как-то сами собой шагали вперёд, повинуясь глазам, которые в свою очередь стремились рассмотреть каждый уголок таинственного помещения. — Вы идете? — громко поинтересовался Рэн, нарушая многозначительную тишину пещеры.       Я поморщилась. Голос друга как-то совсем не вязался с окружающим пейзажем. — Идём. Не оставлять же вас одних, — буркнули снаружи, и мы увидели Фола с Джо.       Юноши, не особо счастливые от того, что приходится лезть неизвестно куда и неизвестно для чего, застыли в шаге от нас. Брови разбойника тут же взлетели вверх, когда тот заметил, отчего так светло. — Ничего себе! Рэн, откуда ты берешь эти потрясающие вещицы?! Готов пожертвовать репутацией, если это не копия того самого камня, который мне заказали, — юноша возбуждённо размахивал руками. — Как же я мог продешевить! — Не расстраивайся. Профессиональные ошибки случаются у многих, — усмехнулся друг.       Разговор происходил за хрустальной стеной от меня. Слова долетали до сознания приглушённо. Я целиком ушла в собственные мысли и с замиранием сердца рассматривала каждый символ и узор, начертанный на стенах. Мы шли по тоннелю не спеша. Шаги, эхо которых должно было заглушать все другие звуки, были на удивление беззвучными. Вскоре помимо арок и символов появились мозаики, а под ноги пристроилась всё такая же беззвучная каменная дорожка. Вопреки слухам, тоннель был один. Конечно, мы могли ошибиться и зайти в отдалённую от прочей системы пещеру, но это было абсолютно неважно. Чем дальше мы продвигались по ходу, тем страннее он казался: цветы из обожжённой глины, аккуратные статуи…       Из глубины я вдруг почувствовала запах. Никогда бы не подумала, что в пещере может стоять такой аромат. Веяло молоком и теплом. Это уже становится подозрительным. Но всё разъяснилось, когда мы вошли в зал. Огромный, так что потолок терялся из виду в свете магического кулона. Всё так же украшенный зал, с росписью на стенах, он был аккуратно выдолблен в теле земли. Но удивляло вовсе не это. Я уже смирилась, что вся видимая красота – дело человеческих рук, но один символ указывал на то, какой это был человек. На противоположном от входа своде красовался смерч с фигурной буквой «В». — Здесь жил заклинатель драконов? — изумлённо поинтересовалась я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Не знаю, для кого ещё тогда могли бы быть эти гигантские колыбельки, — Джо указал на каменные гнёзда, в одно из которых залез.       Здесь их было больше трёх десятков. Каждое заботливо набито пухом и пронумеровано, на каждом выведен уже знакомый мне символ. Колыбельки для драконов? Фраза звучала настолько абсурдно, что просто не укладывалась в голове. Сначала я не могла понять, на чём нарисован этот герб, но, подойдя ближе, с удивлением осознала: скорлупа. Пока детёныши ещё были в яйце, на них рисовали знак. Видимо, с помощью волшебства символ отпечатывался на когтях. Самое необычное: место вовсе не казалось ветхим и покосившимся от старости. Слой пыли в палец высотой указывал лишь на то, что еще лет пять назад здесь кипела жизнь. Получается, заклинатели драконов (во всяком случае, один из них) живут в наше время? В голове медленно начало проясняться, всё становилось на свои места и складывалось в цельную картинку. — Ведьма Пустыни заклинает драконов! — громко сообщила я.       Спрашивать не было смысла. Теперь у меня не оставалось сомнений. Стоило лишь взглянуть на огромные каменные колыбельки и изящный герб. Да и многие тайны вдруг оказались разгаданными. Не приходилось ломать голову над тем, как могущественная женщина подчинила драконов и почему о ней до сих пор никто не слышал. Люди порой бывают настолько коварны и предусмотрительны, что их секреты способна открыть лишь непокорная случайность. Эта дама всегда действует по-своему. — Я тоже об этом подумал, — кивнул Рэн. — А ты как считаешь, Фол? — Согласен. Очень уж похоже поведение драконов на гипноз, — пожал плечами всадник.       Наступило молчание. В тишине было слышно, как гуляет по тоннелю непоседливый ветер. — Не знаю, о чём вы говорите, но в этих гнёздах действительно удобно, — отозвался из драконьей колыбели Джо.       Юноша уже успел развалиться в мягкой кроватке и теперь блаженно щурился. Я удивлённо наклонила голову. Вот он, человек, который не заботится ни о чём и просто наслаждается моментом. — Может, переночуем здесь? — тем временем предложил разбойник.       Рэн хмыкнул, но все же запрыгнул в одно из гнёзд и, не устояв на ногах, рухнул в мягкий пух. — Ого! Да тут настоящая перина! — воскликнул он.       Голова друга показалась над каменным краем. Мы с Фолом только недоумённо таращили глаза. — Бросьте! На дворе сентябрь, а в пещере тепло, уютно и кроватей на всех хватит! — сказал Джо. — Действительно, можно остаться! — подхватил идею Рэн. — Только за лошадьми надо сходить, — вздохнув, напомнил Фол.       И всё же юноша сговорчивый. Я изумленно окинула взглядом тройку спутников и беспомощно опустилась на край гнезда. Поворот событий был уж слишком неожиданным. Не то чтобы я расстроилась. Просто спать в колыбельках драконов доводится не часто, и такая мысль приходит в голову немногим. Хотя, от нашей компании можно было ожидать и событий покруче.       Рэн с Фолом ушли за пегасами, а Джо принялся складывать костёр. Благо палок под землей было достаточно. По залу валялись высохшие корни и занесенные сюда животными веточки. Через несколько минут вернулись остальные, прихватив с собой охапку травы и немного дров. Коней пристроили в углу, оставив им зелень. Вспыхнул огонь, погасли кулоны. На костре зашипел ужин. По лицам юношей бродили тени. Они пугались всполохов пламени, и при малейшем вздохе огня прятались во мрак стен. Разговаривать не хотелось. Каждый обдумывал события прошедшего дня. Завтра нам нужно преодолеть большой отрезок, если хотим скорее оказаться в Корсе. Рэн отчаянно зевал, Фол задумчиво крутил на самодельном вертеле мясо, Джо облизывался и с блаженной улыбкой смотрел в потолок, а я… Я просто грелась около костра, обхватив руками колени и размышляя над тем, как же все в мире сложно. А ещё я думала о том, что ничуть не жалею о решении сбежать из дворца. Ничуть не жалею, что Фол поехал с нами, ничуть не жалею о том, что мы поехали смотреть на скелет вместе с Джо. Юноша меня не разочаровал. Тут действительно было на что взглянуть, и моё любопытство осталось довольным. Если бы не встреча с разбойником, наш отряд вряд ли заехал бы в скалистую местность, а пропустить такое чудо обидно.       Я не видела звезд, но прекрасно знала, что они сияют над головой. Пегасы шумно потягивали из котелка приготовленный для них чай. Я уже совсем не удивлялась, когда кто-то из юношей решал приготовить для лошадей напиток. Баловать скакунов иногда тоже надо. Потрескивали дрова, тихо пел в тоннеле ветер, и плясали по залу тени. Ночь подходила к середине, когда я, зарывшись в пух гнезда, провалилась в долину сновидений. — Что ж, думаю, здесь я вас покину. Путешествие было увлекательным, но теперь мне в другую сторону, — Джо улыбнулся и кивнул.       Мы стояли около заброшенного тракта. Небо было тяжёлым. Хмурые облака ползли по нему, совершенно не собираясь лить дождь. Казалось, что у воздушных овечек сегодня одна цель: портить своим унылым видом настроение людям. Пегасы переминались с ноги на ногу и рвались в полет. Дорога оказалась целой, широкой и абсолютно пустынной. Разбойник проводил нас и теперь собирался удалиться. Почему-то мне казалось, что юноша обязательно захочет прокатиться с нами ещё, но Джо твердо решил отправляться по своим делам. Я невольно прониклась уважением к этому человеку. Несмотря на то, что «фантома» из него не вышло, у разбойника были прекрасные манеры и чувство собственного достоинства. — Удачи в делах, Джо, — Рэн пожал ему руку. — Не попадайся больше наемникам, — подмигнула я. — Постараюсь, — обещал разбойник.       Мы вскочили в седла и, придерживая коней, помахали Джо руками. — Может, еще встретимся, — улыбнулся Фол, отчего юноша прямо-таки засиял.       Это были последние слова, сказанные друг другу перед тем, как копыта пегасов застучали по дороге, набирая скорость. Лететь не рискнули. Пока кругом камни, лучше передвигаться пешком. Я не удержалась и оглянулась. Джо стоял на прежнем месте, задумчиво глядя нам вслед. Вскоре фигура юноши скрылась за поворотом и передо мной выросла длинная лента тракта. Старая дорога тянулась на сотни километров, разветвляясь и уходя в сторону под разными углами. Когда-то тут кипела жизнь, сновали торговцы и гремели десятки голосов. Но сейчас было тихо, только топот копыт нарушал вселенское спокойствие. Дорога заснула на века, дожидаясь, когда люди снова о ней вспомнят.       Вскоре тракт стал ещё шире. Уже не опасаясь повредить крылья, пегасы взлетели и понеслись вперёд, прибавив скорость. Пейзаж менялся неохотно. Скалы, еще недавно высившиеся в несколько человеческих ростов, медленно редели и уменьшались. Мощь камня заметно слабела, уступая место равнине с густой, болезненно зеленой травой. Кони летели легко, не поднимаясь в небо, а скользя по воздуху у самой земли. Рэн устроил мне тренировку в движении, так что теперь я метала ножи в парящие дощечки, находясь в седле. Если подумать, то отличное занятие. Мы давно не упражнялись, так что небольшая разминка пойдет на пользу.       Я не могла видеть нить времени, но она безжалостно сматывалась в клубок, где бесследно исчезали часы, так что вернуть потерянную минуту было невозможно. Если этот клубок держала в руках какая-нибудь богиня, то она невероятно хладнокровна.       Единственные живые существа, которых мы встречали – это птицы и звери, которые никак не ожидали увидеть здесь людей, да ещё так много и сразу. — А сколько отсюда до Корса? — уточнил Фол. — Несколько дней в неспешном темпе, — пожал плечами Рэн. — Это если без неприятностей. — А они предвидятся? — улыбнулась я, засаживая очередной кинжал в проплывающую мимо дощечку. — Мы можем найти, — подмигнул друг. — Но постараемся этого не делать, — хохотнул наездник.       Несколько дней. Путешествие никогда не бывает скучным, но, если тракт и дальше будет тянуться впереди нескончаемой лентой, вскоре скачка мне надоест. Так что я тихо радовалась этому небольшому сроку, стараясь не отвлекаться от тренировки. Где мы можем найти неприятности на абсолютно пустынной и заброшенной дороге, мне было абсолютно непонятно. Хотя, учитывая нашу неожиданную встречу с Джо, вероятность действительно существовала.       На пути стали мелькать редкие деревца. Похоже, впереди очередной лес. Солнце резво поднималось ввысь, грозя скоро отмерить полдень. Стало теплее. Светило решило сегодня выглянуть и покрасоваться перед землёй. Грива Молнии летала, напоминая поднятый флаг. Точно так же реяла на ветру и моя собственная юбка, откинутая назад. Ткань шуршала и замедляла движение, так что вскоре я скрутила её в узел. Стало гораздо удобнее. Рэн, заметив мои действия, только удивлённо вскинул брови, но ничего не сказал. И правильно, сам попробовал бы поездить с таким «одуванчиком».       Запах одурманивал. В воздухе витал ни с чем не сравнимый аромат сырой земли, которая ещё не успела согреться под осенним солнцем. Иногда я замечала небольшие живописные холмики, словно созданные для приятной беседы. Но останавливаться у нас не было ни сил, ни желания. Рэн сообщил мне, что день сильно уменьшился. Печально, но неизбежно. Пейзажи, мелькающие вокруг со скоростью несущихся копыт, казались этюдами умелого художника. Иногда мне хотелось тряхнуть головой, чтобы перед глазами появилась картина, на которую смотрю. В такие моменты обычно жалеешь, что не умеешь рисовать, хотя я никогда не горела особой любовью к кисти и карандашам. В детстве меня пытались учить изобразительному искусству, но ничего не вышло. Принцесса оказалась уж очень непоседливым ребёнком, и учитель оставил свои безуспешные попытки.       Говорят, пегасы – самые быстрые лошади в мире. Ни один породистый скакун не преодолеет такого расстояния, как крылатый конь. С этим я готова согласиться, поэтому, когда Фол предложил сменить в ближайшей деревне пегасов на обычных лошадей, мы с Рэном только покрутили пальцем у виска. Всадник объяснил это тем, что в Древние земли на наших кониках соваться не стоит. Кто знает, какие ужасы обитают в этом месте, а терять Грома, Молнию и Рокота совсем не хочется. Я как-то совсем не ожидала подобного предложения и поэтому сначала даже растерялась. Но на помощь пришёл друг, который, не колеблясь, заявил, что с пегасами у нас гораздо больше шансов выжить в Древних землях, чем без них. С таким аргументом спорить было сложно, так что Фол лишь вздохнул и похлопал Рокота по шее.       Совершенно неожиданно вспомнился этикет. Не то, чтобы мы с Рэном его забыли, после жизни во дворце вообще сложно позабыть правила хорошего тона. Но в нашей компании был ещё один человек. С удивлением я осознала, что Фол не осведомлён о тонкостях общения в свете. Это было проблемой, и пришлось срочно браться за уроки. К слову, «кандалы» юноша уже снял. После того, как Джо нас покинул, декорации были ни к чему. Сначала наездник сопротивлялся и говорил, что лучше сыграет слугу, но потом смирился. Вариант с личным лакеем был неплох, но лучше, если мы все будем держаться вместе. В случае опасности или неожиданности, сможем быстро и бесследно исчезнуть. Дольше всего Фол мучился с титулами и правами дворян. Разумеется, с каждым из них нужно было говорить в определённой манере. Почтительно или наоборот небрежно. Каждому нужно было кланяться низко или наоборот, едва склонять голову. Выпучив глаза, наездник следил за действиями Рэна и слушал лекции. Главное правило – держаться около меня. По задумке, близ принцессы будут находиться «фантом» и придворный. Роль непростая: следить, чтобы разговор тёк в правильном направлении, а общение проходило в нужной обстановке и с нужными людьми, напоминать наследнице о тех, кто ещё не успел засвидетельствовать своё почтение и много чего ещё. Когда в первый раз остановились на привал, Фол в изнеможении повалился на траву и заявил, что учить правила этикета сегодня больше не намерен. Рэн ехидно улыбнулся и сообщил, что есть ещё танцы. Не сложно догадаться, чем мы занимались в ближайший час. Самое интересное, что учил друг, а страдала я. Фол прекрасно танцевал, но только не вальс. Уж не знаю, какие пируэты закручивают на балах Авелы, но явно не человеческие. — Спину прямо, ты должен вести девушку, — поучал друг. — Ой! — тут же восклицала я, прыгая на одной ноге.       Фол виновато опускал голову и пожимал плечами, мол, а чего вы ожидали? Вздыхала и старалась улыбнуться. Всё равно нужно повторять. — Хорошо, пробуем ещё раз, — тёр виски Рэн, брал меня под руку и показывал движения снова и снова.       Всё это действо повторялось с наездником и отрабатывалось до тех пор, пока юноша не владел ногами безупречно. Дошло до того, что кавалеры просто приподнимали меня над землёй и танцевали, чтобы поберечь мои ноги и запомнить движения. Странная манера, но эффективная. Одно дело танцевать с девушкой, и совсем другое держать её на весу, совершая пируэты. Лишние килограммы на руках помогают мышлению. Если Фол стал танцевать не великолепно, то, во всяком случае, неплохо.       Снова сели на пегасов. Несколько дней – срок, конечно, небольшой, но сам по себе он тоже не пролетит. Рэн устроил нам светскую беседу, и волей-неволей пришлось подыгрывать. Аллилуйя! Хотя бы с разговорами у Фола проблем не было. Пару раз он закручивал такие предложения, что у нас с другом отвисала челюсть, не говоря уже про светских дам. Заслужив аплодисменты, наездник самодовольно улыбнулся и раскланялся. Больше нагружать друг друга не стали и о замках не вспоминали. Бесконечной лентой тянулся старый тракт, уходя далеко за горизонт. Рэн сообщил, что нам нужно будет свернуть на новую дорогу, чтобы добраться до Корса с фанфарами. Услышав эту новость, я только тяжело вздохнула, понимая, что придётся слащаво улыбаться и подолгу сидеть за столом. Но делать нечего, из всех государств, так или иначе граничащих с Древними землями, Корс был самым дружелюбным и близким. К тому же, не стоит забывать и про помощь, оказанную Нэвюром в одной известной войне. Будет большой глупостью не засвидетельствовать своё почтение правителю. За мыслями, тренировками, танцами и скачкой незаметно промелькнул этот ясный денёк.       А следующий, по милости Рэна, начался в лучших традициях светского двора. Завтрак с подобием салфеток и прочие ненужные манеры. Наверное, он бы и прошёл скучно, что очень несвойственно для наших будней, если бы ближе к полудню мы не стали замечать странностей. Запах гари сначала был отдалённым и ненавязчивым, но потом стало ясно: дело не в кострах и даже не в случайном возгорании. Задумалась. Не припомню, чтобы в этой части королевства находились пущи, способные превратиться в прах. Да и само такое происшествие для осени казалось несвойственным. Чуть позже я с удивлением наблюдала чёрный ветер. Вихри тёмного воздуха закручивались в бешеном танце, оставляя на щеках серые разводы и застилая глаза. Метафора? Нет, просто ветер нёс невероятное количество пепла, от чего стало темнее вокруг. Земля покрылась толстым слоем сажи, так что складывалось ощущение, будто едешь по пустыне, созданной многолетними пожарами. Я только с беспокойством поглядывала на небо и Рэна. Юноша выглядел напряжённым. Сосредоточенность читалась и в глазах Фола. Если до этого странного пейзажа мы летели довольно высоко, то потом решили двигаться ближе к земле. Кто знает, что впереди. Если лесной пожар, пегасы могут запросто опалить крылья, а этого допустить нельзя. К тому же, в природном происхождении пепла я сильно сомневалась. Было чувство, что в одно мгновение огнём уничтожило несколько сотен деревянных домов в придачу с небольшим лесочком и всё, что осталось, добросовестно пустили в небеса. Страшно… — Я могу ошибаться, но, вам не кажется, что пора искать укрытие и ожидать худшего? — подал голос Фол. — Думаешь, всё так серьёзно? — вскинула брови я. — А чёрный мир тебя совсем не настораживает? — иронично поинтересовался всадник.       Я кивнула. Действительно, дорога приобретала и вовсе жуткий вид. — Прятаться нам всё равно некуда, — твёрдо сказал Рэн. — Посмотрим, сколько можно ещё проехать, а там будет видно. В крайнем случае, ломанёмся в сторону и постараемся замести следы. — Не очень успокаивающий план, — покачала головой я. — Другого пока всё равно нет, — спокойно ответил друг, хотя в его глазах всё ещё прыгали огоньки беспокойства.       Проехать у нас получилось немного. Спустя полчаса дорогу преградила огненная стена. Стоило бы подумать, как она могла тут оказаться, но гадать не пришлось. Виновника преграды сложно было упустить из виду. Огромный, с темно-синей лоснящейся чешуёй и разгневанными глазами, он крутил продолговатой головой с длинными, острыми как бритва рогами, поливая всё вокруг горячей алой струёй. Дракон бушевал, и от его лап содрогалась земля. Я впервые видела ящера так близко. Огромные крылья, сложенные за спиной, внушали неистовый ужас, а взгляд золотых, с узким зрачком, глаз вводил в оцепенение. Мне хватило всего нескольких секунд, чтобы тело похолодело, а от лица мгновенно отлила кровь. Молния испуганно заржала, но эта мольба о спасении утонула в грозном рёве гиганта, вздохнувшего, чтобы снова опалить несчастную землю своим огнём. Я обернулась, в надежде получить ободряющий кивок, но юноши застыли в испуганном изумлении. Это была не просто неприятность, а сама смерть, затаившаяся у поворота старого тракта...