Медовый месяц

28 — 30 июля. Каунтри Хилл Дни полетели, как сумасшедшие. Дни, заполненные подготовкой к свадьбе и — общением. Очень милым, добрым, чудесным, душевным общением… — Нет. Кэлен, я не надену платье. — Ну почему? Кара, это же свадьба! — И что? — Надо быть в платье. — Кому надо? — Кара, не беси меня своими вопросами! — Кэлен, а ты на меня не дави! — А что ты такая поперечная? Тебя не переспоришь! — Вот и не спорь! — Мэйсон, ты обещала, что будешь мне уступать. — В том, что касается тебя или нас. А это тебя не касается! — Как это? Это, между прочим, и моя свадьба! А ты мой… моя… черт, кто ты мне? — О, дошло! Я тебя неделю назад об этом спрашивала. Кто я тебе? — Вот! Наденешь платье — будешь невестой! — Не хочу я быть невестой. — Хочешь быть женихом? Наденешь смокинг? — Еще чего! Нет! — Боже, дай мне терпения! Зачем, почему я вообще с тобой связалась, Мэйсон? — Ты денег хочешь. И ты безалаберная, — и вдруг обняла. И выдохнула, прикоснувшись губами к уху: - Моя. — Что? — Кэлен вздрогнула, распахнула глаза, повернулась к ней. И утонула в её глазах. …С утра грянула гроза. Так долго задыхавшееся жарой небо, видимо, в конце концов, психануло и принялось громыхать и метать молнии. А после — разразилось истеричными рыданиями, обрушив на землю ливень такой силы, что впору было начинать строить ковчег. Кара, подскочившая с кровати при первых, дальних еще, раскатах грома, молча схватила телефон и унеслась с ним в гостиную. До разбуженной не столько небесным гневом, сколько образовавшейся рядом, в постели, пустотой, Кэлен в течении следующих двадцати минут доносился, обрывками, отборный мат: Кара раздавала указания работникам. Вернулась уже умытая, как всегда спокойная, довольная даже, с двумя кружками кофе в руках и телефоном в зубах. Выплюнула его на прикроватную тумбочку, забралась обратно в постель, вручила кружку полусонной, обескураженной Кэлен, вручила её губам свои губы, а затем сообщила: — Все, постельный режим. Снаружи настоящая буря. Кэлен, обалдевшая от Апокалипсиса за окном и этого нежданного поцелуя, села, машинально приложилась к кружке, осушила её в два глотка, вернула Каре и со стоном упала обратно на подушку. Кара мгновение сверлила её глазами, затем убрала обе кружки на тумбочку и упала на Кэлен… Ливень все не прекращался. Кэлен позвонила свадебному организатору, отменила назначенную на сегодня встречу. И вместе с Карой засела в кровати над планшетом — побродить по сайтам модных домов, полистать каталоги — выбрать подвенечные наряды. Но разве с этой упрямой медленной Карой можно что-то спокойно выбрать?! Кара зависала над каждой фотографией на пять минут. Кара молчала. Просто смотрела, молчала, а затем перелистывала. Каре ничего не нравилось. А когда Кэлен сообщила, что платье, вообще-то, они сейчас выбирают ей, Каре, Кара, сверкнув глазами, отрезала: «Нет». Кэлен кипела. Кэлен переполнилась чистой, кристально чистой яростью! Кэлен уже готова была взорваться не слабее утреннего неба. Как вдруг: «Моя…» — и Кэлен тонет в зеленых глазах. Жаркая волна вспухла, покатилась по телу, растапливая ледяную ярость, сжигая без остатка, согревая Кэлен. Но… ну, нельзя же не отомстить за почти час издевательств, правда? И Кэлен вздернула подбородок, глянула с вызовом: — Твоя-я? Нет. — Нет? — и легкий наклон головы, и ирония в глазах. — Не моя? — Ну… — Кэлен струсила. Дала слабину. Недоуменно спросила себя: неужели и правда её? Вот же черт… И поджала обиженно нижнюю губу: — Твоя. Но чуть-чуть. — Это как? — искренний интерес на лице. — Частично, — объяснила Кэлен. А Кара восхитилась: — Ух ты! И какие части тебя я могу считать своими? — пронзила взглядом и с коварной улыбкой потянулась губами к губам: — Эту могу? Вот же ведьма! Кэлен мысленно застонала, закрывая глаза. Знает, поняла, что не устоять перед её губами! Надо сопротивляться. А то еще Кара подумает, что имеет над ней, над Кэлен, власть! Решит еще, что может вить веревки из Кэлен. Ничего подобного! Кэлен никому не позволяет вить из себя веревки… никому не… А губы уже прикоснулись, совсем легко, едва-едва, поманили, обещая наслаждение. Надо сопротивляться! — Мммэйсон… ты… меняешь тему… — Какую тему, Кэлен? — губами по губам. От хриплого шепота они еще и вибрируют чуть заметно. Боже, ей не устоять! Эти губы сводят её с ума, лишают воли, искушают… — Платье… — Нет. — Кара… — Нет. — Я сейчас заплачу… — Что ты сделаешь? — Буду плакать, — и распахнула глаза. Несчаааастные. Попалась, Мэйсон? — Кэлен, нет! — у Кары в глазах ужас. Попалась… — Так не честно. Это запрещенный прием. — А я девочка, мне можно. — А я кто? — Не знаю. Наденешь платье — будешь тоже девочка. — Не надену. — Начинаю плакать. — Кэлен, это шантаж. — Да. — Так нельзя. — Мне можно. Девочкам можно. — Черт, я начинаю разочаровываться в девочках… — Поздно, Кара, ты женишься на одной из них. — Вот я влипла… — и скользит губами по губам. Кэлен собрала остатки воли: — Кара… платье! Платье или слезы. — Кэлен, давай искать компромиссы. Как насчет комбинезона с широкими штанинами? Праздничного, воздушного ком… — Да! — Да? — Да-да-да-да! — ну все, целуй уже, видишь же, Кэлен сдалась. Не устояла. Твои губы победили, Кара. Но Кара медлит. Дразнит, манит своими губами. Шепчет: — Так ты моя? — Частями… — Могу выбрать любую? Часть. — Нет! — и сама взяла её губы. *** — И все же, Кэлен, я тебе кто — невеста? — Кара дышала ей в ухо, и скользила губами по шее, заставляя уставшее тело откликаться, … снова возбуждая, разжигая. — Ну, уж точно не жених, — вздохнула, подняла глаза к потолку: вот ведь зануда. Кэлен сидела, прижавшись голой спиной к груди Кары, в руках Кары, утомленная, разнеженная, размякшая. И ей было хорошо. Так хорошо, как может быть только… с Карой. Кэлен все еще этому удивлялась, все еще пыталась понять: почему, почему же ни с кем никогда ей не было так чудесно, как с этой вот малознакомой – ну, в самом деле, разве несколько дней — это срок? — Карой. Единственно правильный ответ на этот вопрос её не устраивал. Кэлен не хотела в него верить. А может — просто боялась поверить… — Значит, невеста? — настойчиво повторила Мэйсон. Зануда. Ну что, что ей этот вопрос покоя не дает? Что ей вообще неймется? Они так хорошо сидят… Кэлен вздохнула: — Кара, ну какая разница? Что ты прицепилась к этому? — и закрыла глаза, откинув голову Каре на плечо. Сейчас Кэлен вообще не понимала, зачем ей какая-то свадьба? Какие-то деньги? Что они ей дадут? Разве они сделают её счастливей, чем сейчас? Что? Последняя мысль мигом стряхнула с Кэлен всю негу, поразив до глубины души. Но обдумать её как следует помешала Кара: — Просто, если я — невеста, значит, мне нужна подружка… — Чего? С ума сошла? Какая еще подружка? У тебя жена скоро будет. — Кэлен, мне нужна подружка невесты. — Обойдешься! — Кэлен и сама не ожидала от себя такой реакции. Мэйсон тоже удивилась: — А что так? — и даже развернула её к себе, заглянула в лицо. — Ничего! — и возмущенно вздернула подбородок. — Представляю себе, какие у тебя подружки. — Какие у меня подружки? — невинно уточнила Кара. Очень невинно. — Такие. Такие, которых я на нашей свадьбе видеть не желаю. И вообще, обойдемся без подружек. Обе. — Кэлен, — у Кары засветились глаза. — Ты ревнуешь? — Вовсе нет! — А, по-моему, ревнуешь… — Нет! С чего мне тебя ревновать? У нас с тобой фиктивный брак. — Да, брак фиктивный, — согласилась Кара. Все также невинно. — А ревность у тебя настоящая… — Нет никакой ревности! — Уверена? — Да!!! — кажется, Кэлен это выкрикнула. Кулаки сжались, глаза потемнели, крылья носа вздрагивают. — Я не ревную! — Ладно, — Кара пожала плечами, опустила ресницы, пряча насмешливые глаза, пряча улыбку. — Ты не ревнуешь. Кэлен с шумом выдохнула, прищурилась: — Мэйсон! Что ты меня постоянно дразнишь? — Ну… потому что… ты ведешься, Кэлен, — и не выдержала, расхохоталась, упав на спину. — Ах ты! Заноза! — Кэлен с рыком набросилась на неё. — Я тебя задушу, Мэйсон!!! — Нельзя. Кэлен, нельзя меня душить. Останешься незамужней… *** — Кара, белые — это так банально! — Хорошо. Ладно. Какие ты предлагаешь? — Хотя бы розовые. — Фу… ну это совсем мимимишно. И сопливо. И слюняво. — Зато красиво! — Кэлен, это очень субъективно. То, что красиво для тебя, совсем не обязательно будет красивым для меня. Или для других. — Зануда! — Не люблю розовый. — Ладно, тогда желтые? — Кэлен, ты что? Желтые розы — это прощальные цветы. Это все знают. — Самое то. Нам с тобой как раз прощаться после медового месяца. — Да? Ну, раз так, пусть будут желтые. — Мммм… нет, это я, пожалуй, погорячилась… давай белые, Кара. Все же свадьба, традиции… — Значит, с розами определились? Остальные цветы тоже белые? — Зря вы это спросили, Инесс. Одну минуту, — и Кара, ухватив Кэлен двумя пальцами за подбородок, прильнула к её губам. Инесс, свадебный распорядитель, деликатно отвела взгляд. Кэлен удивленно замычала… и почти сразу сдалась. Все же губы Кары имели над ней какую-то необъяснимую власть. А Мэйсон, добившись своего, оторвалась от покоренной Кэлен, заглянула в затуманенные глаза: — Белые. Да? — Да… — сейчас она была согласна на все. — Да, Инесс, — Кара улыбнулась распорядителю. — Все цветы белые. — Отлично. Идем дальше… С организатором свадьбы встречаться пришлось в скайпе. Ибо дождь не прекращался второй день подряд — видимо, у неба изрядно накопилось претензий к земным обитателям. А у Кэлен и Кары оставалось двое суток до свадьбы и масса нерешенных вопросов. Тем более что, посовещавшись, — — Кэлен, а ты когда место для свадьбы выбирала, прогноз-то смотрела? — Конечно, смотрела! Там даже близко никаких осадков не было на ближайшие недели. — Точно? — Кара, ты во мне сомневаешься? — Нееет. Что ты. В тебе не сомневаюсь. В синоптиках сомневаюсь. Такие безалаберные… — решили прогнозу — «ясно, солнечно, вероятность осадков — нуль процентов» — не доверять и перенести торжество в отель. Теперь, помимо всего прочего, сотрудникам свадебного агентства предстояло обзвонить и предупредить всех участников предстоящего события. А Каре и Кэлен — сообщить об этом родным. Впрочем, сначала нужно было закончить разговор с Инесс. Которая обвела что-то кружочком в своем блокноте и улыбнулась с экрана: — Хорошо. Теперь вопрос номер два: букет невесты. Один или два? — Один, — молниеносно отреагировала Кара. — Почему это? — возмутилась Кэлен. — Потому что мне не нужен. Я не буду таскать его в руках всю свадьбу, а потом еще швырять в толпу. — Кара, но это традиция. — Совсем не обязательно все традиции соблюдать. — Кара! — Кэлен! — прищурилась, насмешка в глазах. — Мне тебя снова целовать? — Хм… — улыбнулась очаровательно, а взгляд хитрющий. — Ладно. Так и быть. Один букет. Но ты мне будешь должна! — Договорились. — Значит, один, — Инесс по ту сторону экрана облегченно выдохнула, снова черкнула в блокноте: — Третий вопрос… До звонка родителям дело дошло только вечером. Кэлен быстро сообщила своим новости и попрощалась. А Кара застряла. Кэлен приняла душ. Сварила кофе. Ушла с ним в спальню, выпила, сидя в кровати и просматривая новостные ленты. Подумала, вернулась на кухню, заглянула в холодильник. Поздоровалась с яблоками, стыдливо задвинула их поглубже, достала кусок копченого мяса, сунула хлеб в тостер… Каждый раз, пробегая мимо гостиной, она заглядывала в открытую дверь: Кара все ходила из угла в угол — с мученическим лицом и телефон возле уха — в основном молча, вставляя время от времени короткие реплики. Похоже, нарвалась на маменьку — Кара, кажется, говорила, что та любит поболтать. Кэлен, заглянув в очередной раз, поймала взгляд Кары, улыбнулась сочувственно. Мэйсон закатила глаза. Кэлен с бутербродами добралась до спальни, плюхнулась в кровать, устроилась с планшетом. Открыла фото выбранного для себя подвенечного платья, полюбовалась. Завтра надо ехать в Хьюстон, мерить и покупать, обязательно завтра, чтобы было время на подгонку, если понадобится. Кэлен вздохнула — хоть бы дождь закончился — и вдруг поняла, что уже какое-то время не слышит его шума. Выпрыгнула из постели, подскочила к окну: так и есть, небо угомонилось, успокоилось. Даже начало проясняться. За спиной раздались тихие шаги, Кэлен радостно обернулась – ну, наконец-то! — и осеклась: у Кары было такое лицо, что Кэлен не на шутку перепугалась: — Что случилось? Все живы? — К несчастью, да… — Мэйсон подошла к ней, посмотрела задумчиво и как-то отрешенно в глаза. Но Кэлен все же выдохнула облегченно: раз Кара шутит, пусть даже так мрачно, значит, ничего ужасного не произошло. А Кара положила ей руки на талию: — Ты только не падай, ладно? Нас будут венчать. У Кэлен подкосились ноги. Она бы рухнула, но Кара её подхватила, прижала к себе, удержала…