Ритуал

Я широко открытыми глазами таращилась на этого парня. Мда, видок у меня наверно еще тот. Но кто же знал, что именно он будет караулить кого-то возле «центра творчества»? И почему он вообще подошел? Боже, он наверно видел как я танцую. Когда я осознала эту мысль, я даже растерялась, сильно краснеть или не очень. И, не найдя ничего более умного, чтоб ответить, я выпалила: — Что? Парень усмехнулся. — Ты красиво танцуешь. — Да. Спасибо. Вау, Соломия. Просто супер. Да ты богиня пикапа. Улыбнись хоть застенчиво. — Чего одна в такое позднее время? Ждешь кого-то? — зеленые глаза парня внимательно меня изучали. — Да, жду, — и не важно ему говорить, что это мой телохранитель. — И где же твой «телохранитель»? — насмешливо спросил он. — Не знаю, — задумчиво ответила я. Все это время он не отрывал от меня взгляда. И, как ни странно, мне не было неуютно под этими оценивающими глазами. — Хочешь, подвезу? — улыбнулся он. — У тебя есть машина? — Нет, байк. — И часто ты катаешь незнакомых девушек на своем байке? — Часто, — хохотнул он. Вижу по глазам, что правда. Блин, да что я вообще здесь забыла? – А, нет, кажется, моя машина приехала, — зло бросила я и, развернувшись на 180 градусов, пошла прочь от слегка удивленного парня. И правда, к стоянке подъехал серебристый Мерседес. Я, даже не глянув на водительское сиденье, уже взялась за ручку и дернула на себя. Из машины запахло чужим одеколоном, не таким, как у Кирилла. Прежде, чем я успела что-либо сказать, меня схватили за руку и с силой затащили в салон машины. Я даже пискнуть не успела. Было темно, и явно никакого Кирилла не было. Меня передернуло от страха. Это была давняя детская травма. Меня как-то тоже собирались похитить, когда мне было лет 10. Ведь мой папа готов был заплатить любые деньги, чтоб вернуть свое чадо. Но, за счастливым случаем, все обошлось. Теперь я сидела, скрючившись, прижатая к чьему-то боку, и не могла вымолвить ни слова. От мужчины тянуло резким запахом дорогого парфюма, а его ладонь все еще крепко сжимала мой локоть, причиняя мне боль. Будто в замедленном кадре смотрела, как жилистая мужская рука тянется к ручке, чтоб заблокировать все дороги в случае моего бегства. Наконец мой крайне напуганный организм начал хоть как-то реагировать на происходящее. Голос прорезался, и я закричала как можно громче. Но получился только еле слышный, рваный всхлип. Но парень с зелеными глазами это услышал. Он бросился к машине, а я в это время забилась в руках мужчины, который тихо ругнулся. Его руки сжали меня жестче, и он попытался закрыть мне рот рукой. Тогда я резко вывернулась и укусила его за руку, на что послышалось ошарашенное: — Твою ж мать… Валим, быстро, — с этими словами он ловко завел мне руки за спину и во второй раз попытался закрыть дверцу. В этот же момент подбежал парень. Я испуганно уставилось на него, он же в мгновение секунды выдернул меня из салона машины и, схватив за руку, заставил побежать за ним. — Бегом, бегом, бегом! Давай! Мои ноги плохо меня слушались и казались совсем ватными. Но я упорно продолжала бежать за парнем, который меня только что спас и буквально тащил за собой. Потом я услышала тихий визг шин, и серебристый Мерседес скрылся из виду. Наконец мы остановились у какой-то лавочки и рухнули на нее. Я пыталась успокоить резко колотившееся сердце после долгого бега и недавнего «похищения». — Телохранитель, значит, — усмехнулся парень, держась за бок. — Крутой телохранитель. Познакомишь? Я странно на него посмотрела. Голос предательски задрожал. — В той машине должен был сидеть Кирилл, а не эти..подонки. Я не знаю, кто это был, и знать не хочу. После этих слов я уронила голову на колени и закрыла глаза. От воспоминаний о тех грубых руках мне захотелось заплакать. Мысленно я сжалась, как комочек, и вдруг почувствовала теплые руки, приобнимающие меня за плечи. — Эй, успокойся. Все же хорошо теперь. Ты в безопасности. Я шморгнула носом и прижалась ближе к этому человеку, которого я даже не знала. Сейчас он был чем-то вроде спасательного круга, который так неожиданно подкинула мне фортуна. — Спасибо тебе, … — Глеб. — Соломия. — Классное имя. — И у тебя. Кажется, мы одновременно усмехнулись. — Ладно, пошли. — Куда? — Ну не ночевать же мы здесь будем. Я же сказал, что подвезу. Пошли. Он встал и протянул мне руку. Я проигнорировала и поднялась на ноги сама. — Ну и? Где твой байк? — Все-таки покататься захотелось? — насмешливо спросил он. Не, ну почему этот странный насмешливый тон? Я что, что-то смешное спросила? — Не дождешься, — прищурив глаза, сказала я. — Просто у меня нету транспорта, чтоб доехать до дома. Глеб пожал плечами. И мы медленно двинулись обратно к стоянке. Я достала телефон и уже собралась отправлять сообщение маме. Но в последний миг передумала. Меня интересовал только один вопрос: почему в той машине не сидел Кирилл? А ведь номера те же были, кажется. И до сих пор мне не позвонили. Видимо, за меня никто не волнуется. Ну и ладно, поездка с симпатичным парнем хот и входила в мои планы, зато крайне поднимала настроение. Страх от «недопохищения» уже почти забылся. Я шла за Глебом, отставая от него всего на полшага, и скользила взглядом по его высоким скулам и слегка нахмуренным бровям. Черные волосы были в полном хаосе, и в голове вдруг промелькнула мысль, что они, должно быть, мягкие. «О чем я только я думаю?!» — тут же одернула себя я. Но все равно продолжала внимательно рассматривать его лицо. Когда мы подошли к остановке, телефон Глеба тихо звякнул, оповещая про новое сообщение. Парень выудил его из кармана и, прочитав, тихо сказал себе под нос: — От засранец… — Что такое? — Не парься. О, а вот и мой железный друг, — гордо сообщил он, кивая в сторону «железного коня». — Нифига себе… — протянула я, рассматривая BMW стального цвета. Байк действительно был шикарен, на серебристых боках какого отражалась улица в свете фонарей. Глеб наблюдал за моим восхищенным взглядом с легкой насмешкой. — Ну что, поехали, принцесса? — ехидно спросил он, удобно устраиваясь на переднем сидении. В ответ я только закатила глаза, но все же села за Глеба и обхватила парня со спины руками. Тот завел байк и громко спросил, пытаясь перекричать рев мотора: — Так куда тебе? — Ярославская 17. Парень быстро кивнул, и мы сорвались с места. В первые секунды мне захотелось завизжать то ли от страха, то ли от восторга. Я ведь никогда не каталась раньше на байках. А.. зря. Это было просто неописуемо. Ветер свистел в ушах, перебирая мои волосы, сердце бешено стучало от прилива адреналина. Мимо нас пролетали ночные улицы любимого города, а мягкий свет фонарей освещал пустую дорогу. Я засмеялась от переполняющих эмоций. Никогда я еще не чувствовала себя настолько свободной. Хотелось раскрыть руки, словно крылья, и почувствовать себя птицей. Стрелка спидометра неумолимо приближалась к цифре 150. В какой-то момент мне показалось, что мы сейчас взлетим. А я была близка к этому чувству. Глеб только улыбался, насколько я могла видеть краем глаза. Вдруг резко байк рванул вперед, еще быстрее, заставив меня взвизгнуть и прижаться в парню плотнее. Я тут же обо всем догадалась, услышав смех Глеба. Но мне не хотелось злиться. Набрав в грудь побольше прохладного осеннего воздуха, я закричала: — Это просто бомбаааа! Недалеко от нас проехала колона полицейских машин, визжа аварийкой и пуская красно-синие огни по улице. Я удивленно повернула голову в сторону патруля, но Глеб уже сворачивал на угол темного здания, скрывая байк от всевидящих глаз. *** За моей просьбой Глеб остановился за два квартала от моего дома. — Уверена, что не хочешь, чтоб я тебя довез? Я усердно закивала головой. Мне так не хотелось втягивать его в свою жизнь. Он был такой простой, такой непосредственный, и ему не было места в моей «золотой клетке». Нужно все закончить, пока он не оттолкнул меня сам. Мы ведь почти не знакомы, он ничего не знает о том, кто я и какая у меня жизнь. — Да, я сама дойду. Здесь все равно куча камер, так что никто больше меня не похитит, — нервно и как-то искусственно засмеялась я. — Ладно, как хочешь, — пожал плечами он. Мне показалось, или в его глазах мелькнуло разочарование? — Ну, … пока. В ответ Глеб только кивнул. Я развернулась прежде, чем он сказал еще что-нибудь. А он хотел, судя по всему. Я шла, мягко ступая по асфальту ботинками, и отрешенно смотрела вперед. Скорее всего, я его даже не увижу больше. И это даже к лучшему. Я пыталась никого не подпускать слишком близко, и это правильно. Я всегда ждала какого-то призрачного парня, который непременно понравиться моему отцу. А потом только мне. Разве это правильно? Нет. Но я себе представляю лица родителей, если бы я привела Глеба к себе домой. Неизвестный парень, который спас меня от плохого участия. Заслуживает награды? Да, но не более. Таково было бы мнение моих родителей. А если б они узнали, что я каталась с этим же неизвестным парнем на байке, меня б вообще четвертовали, ну, а в лучшем случае — заперли б в какой-то монастырь до конца моих дней. У моих родителей явно какие-то стереотипы. Последнее время меня жгло желание вырваться от этого привычного уклада жизни, и оторваться где-то по полной. «Что-то поздновато во мне бунтарский дух проснулся», — криво ухмыльнулась я. Но воспоминание о предстоящем походе в «Якорь» подняло мое настроение. *** Дома меня ждал хаос. Как только я позвонила в дверь, Лиза, наша экономка, уставилась на меня, аки на привидение, и даже прикрыла рот рукой от удивления. — Ну что такое? — хмурясь, спросила я, на ходу стаскивая ботинки с замерзших ног. — Где мама? Долго ждать не пришлось, еще секунда, и я была задушена в объятьях Анастасии Игоревны. — Ма, что происходит? — Господи, детка, — всхлипнув, отстраняется от меня мама со слезами на глазах, чтобы снова прижать к себе. — С тобой все хорошо… — Да, меня подвез…эээ… — в срочном порядке нужно было придумать какую-то убедительную ложь, — знакомый. А что случилось? Наконец мама выпустила меня из своих крепких объятий, еще раз внимательно меня осмотрев, как будто я могла раствориться в воздухе. — Ну? Со мной все хорошо, сама видишь. Я в порядке. Почему Кирилл не приехал? — Пойдем, я сейчас все расскажу. Мы зашли в гостиную, где возле окна стоял папа, грозно уставившись на шторы перед собой, и строго отчитывал кого-то по телефону. Тут он заметил меня, и напряженная маска упала с его лица. — Да, спасибо. Я перезвоню. А в следующий миг: — Где тебя носило?! Ты, почему не позвонила?! Твоя мама чуть приступ сердца не получила! Я обзвонил всех, кого можно было! Где ты была? Как ты домой добралась? Если я сейчас же не получу вразумительных ответов, то век из дома не выпущу! Его крик, наверно, был слышен на соседних улицах. Я смотрела на своего папу и сопоставляла его образ всегда уравновешенного человека с тем, который только что увидела. Видимо, они и правда сильно волновались за меня. Это немного выбило меня из колеи, так что я даже молчала первые несколько минут, пытаясь придумать достойный ответ его тираде. А потом просто… разрыдалась. Даже папа забыл про свой гнев и удивленно на меня уставился. Мама гневно сверкнула на него глазами и, приобняв меня за плечи, увела в свою комнату. — Я попрошу Лизу сделать чай. Успокойся, переоденься, а я пока что усмирю твоего отца, а то он совсем сошел с ума со своей гиперзаботой. Я только молча кивнула. Уже поздно вечером я лежала, изучая взглядом потолок с неоновыми светящимися звездами, и прокручивала в голове прошедший день. Последний раз я испытывала столько эмоций сразу, наверно, в день рожденья. Вдруг мой телефон тихо запел «А за окном бушуууют молекулы любви, со мной весь мир танцууует, потому что вместе мы…». Я чертыхнулась. Увидев на экране до боли знакомую рожицу парня, пообещала себе оторвать Еремею руки, если он еще раз залезет в мой телефон. — Ты что за фигню поставил на звонок, а, засранец? — прошипела я. — Тебе что, не понравилось? — наигранно обижено прозвучал голос на том конце. — Понравилось, конечно, — облегченно засмеялась я, услышав такой родной насмешливый тон. — У меня к тебе дело есть, выручай. — В чем дело, брат? — деловито спросил он, услышав серьезность в моем голосе. — Неужто моя голубка попала в передрягу? — Ха-ха, не смешно. Мои родители может тебе позвонят. Ты должен прикрыть меня! Кароче, ты меня сегодня отвез домой в 21:15, ок? На машине, … — Но у меня нет машины… — Есть, — безапелляционно заявила я. — Мы случайно встретились возле моих танцев, я сказала тебе, что некому отвезти меня домой, и ты, как добродушный рыцарь, согласился меня подвезти на пару кварталов. Если спросят, … Не, ну чё ты ржешь? — возмутилась я, услышав громкий смех друга в трубе. — Ой, не могу, — казалось, парень на том конце плакал. — Ладно-ладно. Договорились. А что случилось-то? — Да так… — сразу посерьезнела я. — Колись, орешек, я ж и так узнаю все. — Ну, в общем. Видно, Кирилл предал отца. Потому что его телефон не отвечает, его нигде не могут найти, а в его машине сидели люди, которые хотели меня похитить. — Ни-фи-га себе, — по слогам произнес парень. — Тебя пытались похитить? — Ага, пытались. — Ну, видно плохо пытались, раз ты со мной сейчас разговариваешь, — хохотнул Еремей. — А почему я должен тебя прикрывать? Кто тебя до дома довез? — Ну… эээ… знакомый. — Солнце, я знаю всех твоих «знакомых». Кто это был? Я закусила губу, раздумывая, рассказать Еремею про Глеба или нет. Это были прекрасные несколько часов, проведенные с ним, но я же решила оставить его в прошлом. И точка. — Кутузова помнишь? — ляпнула я первое, что в голову пришло. — Ааа, того пацана, который от нас свалил в седьмом классе? Светлого Михаила? — удивился парень, вспоминая нашего однокашника с громкой фамилией. — Я думал, он свалил со своим папашей в Америку, разве нет? — Ну, вернулся на пару дней. Представляешь, какая встреча? — изобразила я радостное удивление. — Так, а чего ты это от родителей скрываешь? — Он просил не говорить, — тут же выкрутилась я. — Ерем, просто прикрой меня, хорошо? — Да без проблем, я же сказал. — Спасибо тебе. Кстати, ты идешь в «Якорь»? Мне Полинка уже всю инфу скинула… Так мы проболтали до часа ночи, когда я уже заплетающимся языком пожелала ему «спокойной ночи» и отключилась. *** Утро выдалось ужасным. Всю ночь мне снился парень с зелеными глазами, и весь завтрак я пыталась выкинуть его со своей головы. Мама с папой обменивались холодными взглядами. Я даже боялась открывать рот по поводу «Якоря», иначе смерти тогда мне не миновать. Я лениво ковырялась в тарелке вилкой. Аппетита вообще не было. Всю ночь я пыталась услышать, о чем родители ругаются в гостиной, но до меня долетал лишь разъяренный голос отца и протестующий мамин. Лиза принесла на подносе чайник и три чашки. Потом на столе появился сахар, печенье и варенье. И все в полной тишине. Даже Лиза пыталась не попадаться на глаза моему отцу и ходила, как мышка, несмотря на свои полные формы. Я кашлянула, чтоб хоть как-то развеять гнетущую обстановку, и спросила: — Ладно, мне пора в гимназию. — У входа тебя ждет машина. Я спущусь через пять минут, — впервые за час подал голос папа. — Ты поедешь со мной? — удивилась я. Последний раз, когда такое было, мы праздновали окончание 9 класса. — Да. А что в этом такого? — совершенно спокойно переспросил папа. — Эээ, ну… ничё. — Вот и славно. Мы ехали в полном молчании. Меня это уже начинало немного раздражать. Он что, собирается на меня до конца жизни дуться? Машина остановилась на очередном светофоре. Я отвернулась, не желая больше довольствоваться его недовольным видом. Светофор располагался как раз возле какого-то приличненького ВУЗа. На многочисленных ступеньках пятиэтажного здания внушительных размеров располагались студенты, ожидая начала пар. Вокруг сооружения располагались богатенькие машины, возле которых стояли «золотые» мальчики, всем своим видом показывая свою превосходность. Но чаще здесь можно было увидеть мотоциклы и спортивные байки. И тут один очень знакомый байк попался мне на глаза. Серебристый отлив, металлический цвет, значок «BMW». «Надо же», — горько усмехнулась я, отмечая Глеба в окружении своих сокурсников и яркую, по-дерзки красивую девушку у него под боком. Он деловито держал ее за талию, а она о чем-то вещала ему на ухо, почти касаясь его своими ярко-красными губами. Видно, что-то очень веселое, так как он вдруг заливисто засмеялся. Я тут же отметила ямочки у него на щеках. «Черт, черт, черт», — пронеслось в голове. Яркая дамочка снова что-то начала лепетать, а он в ответ мягко улыбался. Его глаза блуждали по зданию и лицам своих одногруппников. И тут, словно почувствовав мой внимательный взгляд, он посмотрел на меня. Прямо в глаза. Я оцепенела. Компашка вокруг него взорвалась смехом, и уголки его губ дернулись в улыбке. «Да иди ты нафиг со своими ямочками», — пронеслось у меня в голове.